Наши тринадцать дней.

      — Помочь тебе порезать мясо? — предложил Юнги, сидя напротив Чимина.       Они находились в ресторане на первом этаже отеля, где оба остановились.       — Помоги, — двигая тарелку, сказал Чимин.       — Ты отлично выглядишь, — осматривая парня, заметил брюнет. — Мне нравится.       Чимин был одет в белую футболку, накинутую сверху расстегнутую светлую рубашку в крупный цветок в гавайском стиле и широкие голубые джинсы.       — Удивлен, что тебя не бесит моя рубашка, — выдохнул блондин, забирая тарелку.       — Она идет тебе…       — Да неужели!       — Хватит дерзить, Чимин. Давай просто расслабимся и насладимся ужином, выпьем немного… Я очень о многом хочу тебе сказать. Ты можешь меня выслушать?       — Допустим, — сделав глоток пива, сказал парень.       — Ты на каком этаже, кстати?       — Восьмой, а ты?       — Я на шестом…       Ужин проходил в спокойной обстановке. Молодые люди молчали и периодически посматривали по сторонам.       — Какие планы у тебя на этот вечер? — спросил Юнги.       — Никаких… Хотел просто посидеть на пляже и послушать шум моря, а теперь даже не знаю…       — Сходим в бар?       Чимин выдохнул и поджал губы.       — Можно… но чуть позже. Сейчас я бы просто хотел отдохнуть в своем номере.       — Ладно, — сказал Юнги. — Тогда встретимся в девять здесь в баре?       — Хорошо…

…

      Чимин лежал в большой постели в своем номере и смотрел в потолок. Если бы все происходило несколько дней назад, он бы радовался приезду Юнги и сразу бы взял его в оборот, но сейчас у него пропало всякое желание сближаться с этим человеком. Чимин хорошо знает Юнги, и ему кажется, что начни он снова открываться ему, тот опять повернется спиной.       Клубок мыслей все никак не хотел распутываться. Чимин прикрыл глаза и начал думать о том, как они вместе с Юнги немного выпьют, а потом пойдут гулять по ночному пляжу. Теплый ветерок, легкие прикосновения и тихий шум волн — что еще нужно для настоящего романтического свидания? Но хочет ли этого Чимин?       Навязчивый телефонный звонок заставил парня открыть глаза, и он понял, что провалился в сон.       — Алло…       — Чимин… ты где? Я жду уже двадцать минут.       — А сколько времени?       — Почти половина десятого.       — Сколько?! Черт! Прости, я уснул. Я сейчас соберусь и приду.       — Не спеши. Если тебе нужно выспаться — то спи. Я найду, чем заняться.       — Я хотел бы посидеть у моря. Сходишь со мной?       — Конечно…

…

92914 — Okinawa       Чимин и Юнги встретились около бара. Юнги дерзко улыбался, размахивая бутылкой вина в руке, которую специально взял, чтобы распить вместе с Чимином. Блондин немного напрягся, потому что помнил, каким бывает Юнги, если выпьет лишнего.       Дойдя до моря, молодые люди уселись на песок. Где-то неподалеку была слышна клубная музыка и веселые крики людей. Обилие влюбленных парочек, мило воркующих вокруг, настраивало на романтический лад. Юнги сделал глоток вина из предварительно открытой бутылки и протянул ее Чимину.       — Только не напивайся сильно, — выдохнул блондин.       — А то что? Боишься, что поцелую?       — Нет… поцелуя я вообще не боюсь… я боюсь того, что ты скажешь на следующий день, — сказал Чимин и сделал глоток вина.       — Послушай… я так поступил, потому что мне было трудно принять себя. Это мерзко.       — Что именно мерзко? Целовать меня?       — Нет. Мерзок сам факт того, что… мне нравятся мужчины.       — Мужчины бывают разные, — выдохнул Чимин.       — Да, но… не знаю, как сказать…       — Говори как есть… больнее мне ты уже не сделаешь.       — Снова ты за свое!       — Ну а что? Разве я не прав?       — Я… я бы хотел попробовать это… с тобой.       — Попробовать что?       — Отношения, — сказал Юнги. — Я бы хотел попробовать встречаться с тобой.       Чимин поставил бутылку на песок и провел рукой по волосам.       — Ты знаешь, что я люблю тебя. Знаешь, как сильно я страдал все это время. Что будет со мной, если ты вдруг передумаешь? Третий раз я не выдержу твоего отказа, понимаешь? Я сломаюсь… умру в конце концов… Это… это больно, Юнги.       — Прости меня…       — Тебе не за что просить прощения. Ты отлично мне дал понять, что мы не можем быть вместе. Что изменилось за эти два дня?       — Я поговорил с отцом.       — И?       — Рассказал ему все. Я сильно напился, сидел в соплях и говорил о том, что ты мне нравишься.       — Что? — спросил Чимин, поворачивая голову.       — Ты мне нравишься, Пак Чимин. Мне нравится в тебе все. Ты — мой лучший друг, но дружба иногда перерастает в любовь. Я не мог разобраться с этим чувством, отсюда и моя отстраненность и холод.       — И давно я тебе нравлюсь?       — Дурацкий вопрос, — выдохнул Юнги. — Ты начал нравиться мне задолго до того поцелуя. А точнее… с того самого дня, когда мы сидели у Хосока на вечеринке… Ты так красиво танцевал тогда. На тебе висела куча девчонок, а я бесился. Ты подходил, звал меня танцевать, но все, чего я хотел тогда, — это чтобы все вокруг исчезли и каждый медленный танец был только для нас двоих.       — Ого… — прошептал Чимин. — Я и не думал… что так давно…       — Я хорошо скрываюсь, — улыбнулся Юнги и сделал глоток вина. — Так хорошо, что мой отец поверил в то, что я ненавижу тебя…       — Мда уж… актер из тебя действительно прекрасный.       — А я не играл. Я взбесился. Как я должен был отреагировать на то, что именно ты станешь моим сводным братом?       — Не знаю, — выдохнул Чимин. — Наверное, именно так…