Магическая Битва (драбблы)

У Сугуру в груди — зияющая дыра и вечная нехватка чего-то не сформулированного. У Сатору в руках — бесконечность не значащая ничего и объемлющая все и сразу. *** — Как выглядит эго если его визуализировать? — спрашивает Сатору, развалившись на полу комнаты Гето звездочкой, жара невыносимая, солнце шпарит сразу наповал, не успеваешь даже с кровати подняться — Я думаю что это что-то вроде вспышки — машет в воздухе перед собой своими длинными нескладными ручищами — Зарево. Искра. — А мне всегда казалось что это, как чёрная дыра. — отзывается Гето с кровати лениво и тягуче, переворачивается со спины на живот, смотрит на Годжо на полу, вздевает бровь — Ну знаешь, такое что-то круглое и жадное. Абсолютное. — Огромная ебака которое все уничтожает? — хмыкает Сатору — Так похоже на тебя. — Сияющая огромная хрень, которая мнит себя светом в конце тоннеля? — тут же зеркалит Сугуру — Так подходит размерам твоего самомнения. — Вы оба идиоты — отзывается с подоконника Сёко и выкидывает окурок в кусты под окном. Сугуру усмехается и закатывает глаза, Сатору подхватывает смешок и растягивает его ухмылкой от уха до уха на своём невозможном лице. — Может попросить у Яги хотя бы вентиляторы в комнаты? — бормочет недовольно Сёко — Это просто невыносимо в такой жаре существовать. — Да тебе-то что? — отзывается с пола Годжо — Ты у себя там считай в холодильнике сидишь. — Эй, побольше уважения к моему ремеслу, мистер — Сёко грозно смотрит на него сверху — Иначе рискуешь оказаться в моем холодильнике отнюдь не гостем. — И кто же это мне организует, я стесняюсь спросить? — самодовольно ухмыляясь интересуется Годжо. — Если ты сейчас скажешь «ну я же сильнейший», клянусь, я тебя ударю — Сёко тянет из пачки очередную сигарету — Тебя на обе лопатки вот укладывает жара и никакой проклятой энергии. — Сугурууууууу — заводит Годжо — Сугуру, вот ты мне друг? — Нет. Сёку хихикает и почти давится сигаретным дымом, Годжо обиженно принимается бурчать себе под нос что-то похожее на «я вот жизнь за него готов отдать а он а он а он», Сугуру переворачивается обратно на спину и принимается рассматривать потолок. — А ты что хотел-то? — Ничего я от тебя не хотел — капризно тянет Сатору — я бы вообще сейчас может быть встал бы и ушёл, но в твоей проклятой комнате на полу самый классный сквозняк. Вообще Годжо, конечно, лукавит. Он торчит у кровати Сугуру как приклеенный со вчерашнего вечера не из-за пресловутой жары и сквозняка, а потому что он всегда так делает после сложных или опасных заданий. Каждый раз когда Гето поглощает какое-нибудь особо противное и сильное проклятие, а потом живописно полночи блюет чёрной жижой напополам с кислотой и мрачно матерится, обессилив к утру — Сатору никуда не уходит. Сидит истуканом, таскает воду, гладит по волосам и сторожит сон Сугуру, когда тот, наконец-то, вырубается. Утром он притаскивает чёрный крепкий кофе, пару сэндвичей и принимается вести себя так, будто бы все это в порядке вещей, будто бы он не лупился всю ночь на Сугуру своими невозможными глазищами обеспокоено, не напевал ему тихонечко, когда тот затихал наконец-то, уложив свою голову Годжо на колени, будто бы Сатору не перебирал пальцами его волосы, не прикладывал свои холодные руки к его горячему лбу, нет, Сатору делал вид что все как обычно, все как всегда — шутил свои дурацкие шутки, задавал вагон вопросов, не ожидая на них ответов, заполнял собой пространство бескомпромиссно и легко, становился Годжо Сатору с которым весь мир привык иметь дело. Сугуру ему конечно же подыгрывал и ничего не спрашивал. Раз уж Сатору так решил — то пусть. Почему бы и нет. Пока что эта недосказанность устраивала Сугуру, устраивала их обоих, чем бы она на самом деле не являлась. Сёко докуривает, снова отправляет окурок в многострадальные кусты и спрыгивает с подоконника, шлепая босыми ногами по полу. — Я в холодильник — сообщает она — Мэй Мэй скоро приедет с задания.  Сугуру мычит с кровати что-то утвердительно доброжелательное, Сатору приоткрывает один глаз и наблюдает как Сёко скрывается за дверью. Жарко так, что кажется адово пекло куда комфортнее, чем это безобразие. Сатору на полу начинает недовольно хныкать и нудить, мол, за что нам это, разве мы это заслужили? Сугуру лежит и мечтает запустить в этого придурка тапком, да вот только бестолку это, Бесконечность не пропускает даже тапочки. А жаль. — Вот в тебя даже тапочек не швырнёшь, что бы ты заткнулся — говорит Сугуру, чуть скашивая глаза вниз на Годжо — Что ты вот за человек такой, а? — Я первый человек унаследовавший Бесконечность и Шесть Глаз за четыреста лет — начинает картинно голосить Годжо снизу и Сугуру закатывает глаза — Мое имя — Сатору Годжо. Сильнейший маг. Между небом и землей лишь я один — достойный. — Достойный чего? — Понятия не имею — хихикает Годжо в миг растеряв всю напыщенность и патетику — Надеюсь, что лучшего. — Надежда глупое чувство, дружище. — А ты оптимист. Они хмыкают в унисон. *** Сражаться с двумя проклятиями первого уровня, когда выезжали на одно и второго — уже почти рутина, но в этот раз достается знатно обоим. Первое проклятие просто жирное и жадное, Годжо с Гето почти не замечают, как изгоняют его — просто это занимает чуть больше времени и все, они в бою — отлаженный механизм, четкий алгоритм, но проклятие все же выматывает их будто бы специально, не защищается, но и не нападает, будто бы просто тянет время и силы магов. Гождо смутно начинает это понимать, когда слышит, как тяжело у него за спиной дышит Сугуру. вот же черт. второе проклятие вываливается из-за угла практически им на головуу, оно в отличии от первого — быстрое и юркое, у него какие-то жалящие щупальца и совершенно невыносимая вонь, которая забивается в ноздри и дезориентирует в пространстве: — Ебать ту люсю в небесах с алмазами —ошарашенно выпаливает Сугуру, когда эта отвратительная тварь принимается тактически отступать обратно за поворот — Вот откуда в людях столько мерзости? Вопрос, на самом деле, риторический, но второе любимое занятие Годжо — отвечать на такие вопросы. Первое — доставать Гето в любой непонятной ситуации. Так что Сатору отвечает: — Это испытание, Сугуру, посланное нам, шаманам, небесами, что бы мы любили и защищали род людской не ради, а вопреки! — поучительный тон слегка портит отдышка, но Сугуру попытку оценивает и начинает тихонько хихикать, пытаясь при этом, дышать через рот, потому что вонь стоит невыносимая абсолютно. — Ты библию что ли читал на досуге? — Не. По телеку ночью крутили какого-то проповедника — сообщает Сатору между делом, таким тоном, будто они с Сугуру чинно чаи гоняют у него в комнате, а не пытаются понять как кокнуть вонючую хреновину размером с внедорожник — а я, ты же знаешь, человек впечатлительный, вот проникся. — Ага — Сугуру моргает, вытирая рукой пот со лба и выглядывает из-за угла в ту сторону куда уползло проклятие — Сатору, давай только вот эту гадину так изгоним, что бы от нее и пыли не осталось, потому что если Яга вдруг решит, что мне ее надо сожрать, я скорее его сожру, чем эту мерзость. — А сэнсэй у нас один — кивает Сатору многозначительно — его надо беречь. — Меня надо беречь — бурчит Гето в ответ и на лице Годжо появляется какая-то абсолютно людоедская ухмылочка. — Тебя в первую очередь — доверительно сообщает он и даже крошечно кивает, выбивая у Сугуру почву из-под ног — Тебя, друг мой, в первую очередь. Красный искрит на кончиках пальцев Сатору. От проклятия не остается даже пепелища.