Магическая Битва (драбблы)

Сегодня я думаю о Гето Сугуру. О Гето Сугуру, которому шестнадцать и он влюблён. Влюблён Гето в абсолютную катастрофу, в идеальную энтропию, в огромное эго и шесть глаз. Гето влюблён в улыбку от уха до уха, в дурацкий режущий смех, в вездесущие руки, в вечный леденец на палочке во рту, Гето влюблён тихо и осторожно, тепло и безгранично, явно и интимно — в своего друга, представляете? Вот же потеха. Я думаю о Сугуру, который ненавидит ранние подъемы, приводит себя в чувства двумя кружками кофе на голодный желудок, щуриться опасно из-под челки на каждого кто рискует с ним заговорить утром. Годжо, кстати, его взгляды и недовольный вид абсолютно до лампочки, Годжо ест вместо завтрака два шоколадных батончика, говорит громко, жестикулирует интенсивно, виснет на Гето практически суицидально. Тот шумно и картинно вздыхает, но руку Сатору с себя не сбрасывает даже когда та лезет в волосы, тянет резинку, распускает наспех собранный пучок. Сёко заходит на общую кухню с неприкуренной сигаретой в углу рта, подходит к Гето и суёт любопытный нос в его чашку с кофе, Сугуру без вопросов чашку отдает и Сёко сосредоточенно, в два глотка, добивает кофе, даже не поморщившись. — Вы оба извращенцы — говорит Сатору, наблюдая, как Сёко допивает последние капли — этим кофе можно людей пытать, а вы его с самого утра хлещете. — Тобой тоже можно людей пытать — сообщает Сёко — но мы же тебя терпим. — Эй! Сугуру лениво улыбается, слушая их перепалку и подставляется под прикосновения Годжо автоматически, не раздумывая, жмётся к руке в волосах, к теплу тела, к запаху и легкому фону его техник, который ощущает всегда, когда Сатору оказывается рядом. *** Я думаю о Гето Сугуру, у которого волосы волной по плечам и чёлка лезет в глаза. Они с Сатору на очередном задании, жарко, торопливо и изматывающе — проклятие сильное, хитрое, у него ещё какая-то странная звуковая техника, в ушах звенит, дезориентирует на раз два. Гето не слышит Годжо, но чувствует его всем телом, чуть позади себя. Резинка в волосах выбрала самый неудобный момент для того чтобы лопнуть, Сугуру морщится недовольно, раздраженно дёргает плечом, волосы мешают и не дают сосредоточиться на происходящем. «Блядство» — думает Гето. Рука Годжо оказывается перед его лицом неожиданно и сначала Сугуру не понимает в чем дело, а потом видит резинку для волос на его запястье — простую чёрную резинку для волос на запястье Сатору, который в жизни свои неуправляемые волосы даже в хвост не собирал. Эта чертова резинка окончательно выбивает у Гето землю из-под ног, он хлопает глазами растерянно, будто бы проверяя — это правда или морок который можно сморгнуть и забыть — но Годжо тычет его пальцем под рёбра, поторапливая и Гето тянет резинку с его руки, как во сне. Проклятие решает что пауза затянулась и нападает, отвратительно визжа, добивая и без того пострадавшие перепонки. Тело Гето реагирует быстрее мозга, он выбрасывает руку вперёд, призывая Дракона, Годжо мажет Синим, не позволяя твари приблизиться — пара мгновений и все кончено, Сугуру оглядывается на Сатору и тот совершенно обезоруживающе улыбается ему в ответ. — Я помогу? — и кивает на резинку в руке. Я думаю о Гето Сугуру, которому шестнадцать и он влюблён. Гето влюблён в резинку для волос на запястье, в осторожные пальцы в своих волосах, в синий и красный, в лёд взгляда за окружностями очков, в идиотские шутки, в прикрытую спину, в сильнейшего и дурацкого. Гето Сугуру любит. *** Я думаю о Гето у которого мироздание в руках стеклянным крошевом, у которого адреналин в крови до шума в ушах, до пелены ярости во взгляде, я думаю о Гето, который смотрит на тело Аманаи и мир никак не хочет собираться обратно, Гето вдыхает и выдыхает, вдыхает и выдыхает, но кислорода будто бы все меньше. Этот урод — как там его — щерится во все тридцать два, опускает пистолет и говорит своим уродским ртом эти уродские слова «Я убил Годжо Сатору» …и Гето Сугуру понимает что кислорода больше не существует.  Сила, которую в нем воспитывали и пестовали — хлещет через край яростью, гневом, отчаянием — но все бестолку бестолку бестолку — Годжо мёртв, бесконечность замкнула круг, змей закусил свой хвост, лезвие проходится по груди Сугуру крест на крест, этот урод не даёт ему умереть — из-за силы. Отказавшийся от своей собственной добровольно он бережлив к чужой — это эгоистичная бескомпромиссная жестокость — жить. Гето Сугуру предпочёл бы шагнуть за грань. Гето Сугуру предпочёл бы не открывать глаза. Гето Сугуру предпочёл бы не знать что будет дальше. н и к о г д а. Он хотел бы остаться здесь — мертвым и бесполезным, под руинами своих убеждений, лишённый всего во что верил, преданный всем что имело значение. Он хотел бы не знать своей силы — опасной, яркой и насыщенной, он не хотел бы знать своей боли — бесцветной, со вкусом проклятий и запахом отчаяния. Он хотел бы не любить Бесконечность, хотел бы похоронить свою любовь там же — пусть бы она вытекла из его ран кровью и впиталась бы в землю у обиталища Тенген, как самая дорогая жертва, как единственное чем он по настоящему дорожил. *** Я думаю о Гето Сугуру, который смотрит на Сатору Годжо и чувствует только холод клинка у себя в груди. Гето Сугуру который хотел бы порадоваться, но не может. Больше не может. Уже не может. Тело Аманаи на руках Сатору, кровь Аманаи на руках Гето — несмываемое клеймо. Не-шаманы рукоплещут, в глазах Сатору — только Бесконечность и нет самого Сатору, в ушах Гето — набатом аплодисменты — чертовой чечёткой Шива пляшет на осколках его мироздания — Гето Сугуру холодно. Гето Сугуру хотел бы умереть там. Он и умер наверное. *** Сегодня я думаю о Гето Сугуру, которому уже давно не шестнадцать. И он иногда вспоминает себя наивного и влюблённого, утром девочки на кухне пьют чай, а он — кофе. Куча резинок для волос на их запястьях — для себя и для него. Нанако ставит кружку в раковину и тянется к его волосам, Мимико допивает свой чай не спеша, пригревшись у Сугуру на коленях. Он все так же молчалив по утрам, все так же пьёт кофе, которым можно пытать людей. Иногда он скучает по Сёко и дыму ее сигарет, скучает по новизне своей силы, по наивной уверенности в том что он знает зачем живет и естественно в курсе как и что устроено. Я думаю о Гето Сугуру у которого на погоду иногда болит шрам на груди, и ещё совсем совсем редко у него болит его глупое сердце, когда он смотрит на небо. Потому что оно б е с к о н е ч н о.