Мышь, или все же мышонок?

Последние несколько часов так сильно напугали Чимина, что, увидев Юнги, он в начале испугался, а потом и вовсе начал вести себя очень странно. Сейчас, например, он сидел у него на коленях и крепко обнимал за шею, вдыхая аромат дорогого парфюма, что постепенно успокаивал его. Его тело мелко дрожало от холода и от ужаса, а вот горячие руки, что обнимали за поясницу и прижимали к не менее горячему телу, придавали чувство защищенности и немного согревали. Сейчас Чимину было спокойно, но вот куча вопросов так и вертелась в его голове. Сейчас они куда-то ехали, сидя на заднем сидении машины. Именно сюда Юнги и привел их. Интересно куда они едут? - Юнги? – Позвал его мышонок, когда дрожь более-менее покинула его тело. - Мм… - А куда мы едем? – Осторожно спросил он. - Домой, - произнес Юнги, продолжая прижимать к себе свое сокровище. - Домой? Неужели он везет его туда? Чимин не хотел вновь возвращаться туда, где живут люди, что продали его. Он не хочет. Страх с новой силой охватил его тело, которое в одно мгновение напряглось. Юнги это тут же почувствовал и сказал: - Ко мне домой, мышонок, - тело в его руках расслабилось и сильнее прижалось к нему. Такое желанное и сладкое. Юнги все еще помнил их поцелуй, хотя казалось, что прошла уже целая вечность, а не один день. Столько всего произошло, но несмотря на все это, мышонок в его руках. Его мышонок Минни. Его сокровище. Его любовь. Чимин пригрелся в руках у Юнги, напряжённый день вымотал его в психологическом плане, и сейчас он медленно засыпал. Сейчас было спокойно. Юнги ему не навредит, лишь защитит, если это понадобится. Так хорошо, так уютно… Впервые Чимин чувствовал себя так. Интересно, почему? Он подумает об этом завтра, а сейчас спать… *** Юнги, как завороженный, наблюдал за Чимином, что спал в его кровати. Такой маленький и хрупкий, он лежал на самом краю, укрытый пушистым плюшевым пледом. Его маленькие пальчики сжимали ткань. Он все еще боялся, но уже не так сильно, как раньше. Парень вспомнил, каким заплаканным и отчаянным он увидел его в доме дяди. Как он мог довести его мышонка до такого состояния? Это сродни преступлению – вызвать слезы на таком милом лице. Красивый… Внезапно подумал Юнги и приблизился к лицу Чимина. Его хотелось всего расцеловать и облизать каждую клеточку восхитительного тела, каждый миллиметр. Внезапно нахлынувшие мысли завладели Юнги. Он никогда прежде не хотел такого, но как только в его жизни появился мышонок, все полетело к черту. Он влюбился в этого парня. Хотелось его целовать, обнимать, оберегать и всегда быть рядом. Только с ним и ни с кем больше. Наваждение какое-то. Но избавляться от него не хотелось. Наоборот, Юнги хотел потакать своим желанием, что он и сделал. Медленно и осторожно, чтобы не разбудить мышонка, он наклонился к нему, упираясь руками в кровать по обе стороны от головы Чимина. Теперь он никуда не скроется, никуда не денется. Он смотрел в немного бледное лицо и пытался прогнать желание поцеловать его прямо сейчас. Слишком быстро. Вдруг он снова напугает Чимина и тот убежит? Но ведь они в его квартире и ему никуда из нее не деться. Так стоит ли… рискнуть? Стоит… И Юнги накрыл желанные губы своими. Медленный, нежный целуй длился, казалось, целую вечность. Отпускать мышонка не хотелось, наоборот, хотелось его целовать снова и снова, чувствовать, как он отвечает, хоть и робко, но так сладко. Юнги не хотел отрываться от желанных губ. Слишком сильны были его чувства сейчас. Но надо, не хотелось вновь пугать мышонка. Он уже собрался отстраниться, как тихий стон послышался со стороны Чимина и тогда все тормоза и убеждения не помогли Юнги остановиться. Он с новой силой набросился на желанные губы, захватывая власть не только над ними, но и над всем телом разом. Чимин же медленно и неуверенно отвечал. Он делал то, что хотел, впервые за долгое время. Ему нравилось целовать Юнги, хоть и было страшно. По всему телу разлилось тепло, что скопилось в паху, завязываясь в напряженный узел. Кровь быстро бежала в его артериях и венах, дыхание участилось, и он раскраснелся. Было жарко, очень жарко. Он задыхался, но отрываться от губ Юнги не хотел, что с новой силой целовал его, вжимая своим телом в мягкий матрас под ними. Он ощущал, какое тело сверху твёрдое и довольно большое в определённом месте, что прижималось к его животу. Твердый член наверняка больше среднего размера не пугал его. Хотя казалось, после случившегося с дядей должен был довести до истерики, но нет, такого не произошло. Чимину наоборот захотелось прижаться своим пахом к нему, чтобы облегчить напряжение, что скапливалось после каждого поцелуя, что с новой силой захватывая его тело. Его руки обхватили Юнги за плечи, притягивая ближе к себе. Он не о чем не думал, решил полностью отдаться моменту, а завтра – будет завтра, он потом подумает об этом. Сейчас главное он и Юнги, что перешел от губ к шее, выцеловывая каждый миллиметр его кожи. Тихие стоны срывались с его губ, а тело мелко дрожало от напряжения. Одежда неприятно раздражала кожу, что стала чувствительной и из-за этого одежду захотелось снять. Особенно с Юнги, чтобы, наконец, увидеть его полностью обнаженным. И он потянулся к нему… Через минуту они были полностью обнаженными. Как так? Он не помнил, все слилось в сплошной водоворот из удовольствия и наслаждения, которое давал ему Юнги. Все больше и больше с каждой секундой. Он, не стесняясь, стонал в голос и так хотел ощутить руки не только на своих плечах, а еще ниже, ниже… Дааа… Именно там… Он чуть не задохнулся от крика, что сорвался с его губ, стоило только руке Юнги накрыть его колом стоящий член, что истекал смазкой и требовал хоть какого-то к себе внимания. И сейчас он его получил. Наконец-то… Так хорошо и сладко, что Чимин кричал в голос, стоило Юнги захватить в кулак и свой член, вжимаясь в тело мышонка, почти сливаясь с ним. Его рука совершала резкие быстрые движения, заставляя парня дрожать и громко стонать под ним. Для Чимина было слишком много ощущений. Слишком много, но останавливать Юнги он не желал. Ему было так хорошо и сладко, что остановить парня было сродни убийству. Он чувствовал, как оргазм приближается к нему, захватывая власть над телом. Его крики, наверное, слышал весь дом. Но остановиться он не мог. Его руки судорожно сжимали одеяло, комкая его, голова металась из стороны в сторону, живот был напряжен, что еще немного и будет больно, а ноги, согнутые в коленях, дрожали. Красивый… Очень красивый… И мой… Мой… Оглушающий крик Чимина и громкий стон Юнги рассек пространство комнаты в одну и ту же секунду. Их сперма смешалась на животе у Чимина, который дрожал и непрерывно стонал от первого в своей жизни оргазма. Наслаждение было очень сильным. Он такого ранее никогда не испытывал. Юнги, не удержавшись на одной руке, которой продолжал опираться на кровать, повалился на кровать, тут же сграбастал мышонка в объятия. Никто ничего не говорил. Они молчали, ведь и так было все понятно. Они заснули в объятиях, укрываясь пушистым пледом. Юнги прижимал к себе свое сокровище, которое теперь никуда не отпустит. А мышонок впервые чувствовал себя защищённым. Теперь у Чимина новый дом. И этот дом - Юнги.