Шоколадный коктейль

Ты попадаешь в прекрасный мир дружбы, жизни и смерти. Твоя мысль далека от идеала, а действия такие же слаженные, как действия безногого паука, пытающегося сплести свою паутину. Ты- моральный младенец. Ты далек от мудрости и рассуждений. Ты человек. Грешный и грязный. Глупый и наивный. Жестокий. Таким предстает перед тобой и твое место жительства: грязный подвал, кровь на бетонном и холодном полу, куча различных инструментов и боль. Твое тело болит и зудит, когда рыжеволосый хозяин начинает править над тобой и учить тебя жить. Таким предстает твоя ЖИЗНЬ. Твой МИР. Ты не помнишь, когда ты жил спокойно. Ты не помнишь своих родителей. И тебе чуждо слово добро. Ты знаешь, что все то, что делают с тобой - для твоего блага. Ты живешь и мучаешься, но принимаешь это как данность. Как дар. Ты принимаешь боль и унижение как дар, когда он обращает на тебя внимание. Ты специально не повинуешься, чтобы он обратил на тебя внимание. Ты знаешь, что это больно, когда твоя шея обдается огненным ударом - током. Ты знаешь, что ты упадешь, разобьразобьешь колени, получишь удары в живот. Но ты таешь в его руках, когда он так заботливо гладит твою обожженую шею, когда вытирает твои окровавленные колени, зашивает твои раны. Даже иногда целует твои старые рубцы! Твое сердце подпрыгивает с такой скоростью, что сжимается и ты думаешь, что оно разорвётся и ты умрёшь от радости, а не от боли. Он знает какого тебе было, он был на твоем месте.. Он хочет делить с тобой вечность, а не просто миг, когда вы убили Лоуренса. А тебе нравилось разрывать плоть невинного мужчины, когда ты упиваясь его страданиями, припоминала все свои обиды. Ты помнишь, какое тогда было месиво: его слезы, пот, брызки крови.. Богровой струей окатило тебя в миг, когда твой нож так долго проламывал его кадык. Он вопил от адской боли и страданий, когда звуки хлюпания, хриплых криков и нечеловеческих стонов перемешивались с хрустом костей его шеи, ломая его изнутри и делая из его горла красное, твердое, дряно пахнущее месиво. Твой взгляд только на секунду оторвался от картины. Другой, чужой, восхищенный и в перемешку напуганный взгляд встретился с твоим. Он был в восторге. Настолько в восторге, что боялся всего этого. Он настолько гордился тобой. Он очарован твоим действием не менее, чем ты. Твой нож хищно поглощал чужую плоть и кровь, не взирая на опасность действия. Тебе было так не страшно. Так спокойно. Словно ты делала это не в первый и не в последний раз. Тебе хотелось, чтобы нож упился плотью и кровью этого мужчины. Хотелось, чтобы он был раскрыт для тебя и того, кто восхищенно глядел на тебя и твои действия. Твоя рука двинулась к красной от своей природы и от крови ее обладателя рубашке. Разорвав ее ножом и раскрыв покрасневшую от багровой реки грудь. Она не вздывалась, оставаясь словно закоменевшим хребтом, изогнутым внутрь. Искупавшийся в реке, нож жадно воткнулся в плоть груди, пробивая ее и проникая вглубь, брызгая кровавыми каплями на твою одежду. Тело мужчины все еще трепыхалось от шока и боли, но он был уже мертв. Возможно, тебе удастся увидеть реку с его участием. И не только тебе. Удивительно оранжевые глаза глядели на тебя, словно сочными цитрусами. Тебе было интересно, что если ты высосешь его глазные яблоки? Они будут по вкусу напоминать сочный апельсин? Проводя рукой вниз с грубым и резким нажатием на плоть, ты вскрываешь туловище мужчины, раскрывая его наружность и внутренности. Зловонный запах начинает разрастаться в комнате, когда толстая и тонкая кишки бусами опадают вниз, окрашивая кровью штаны мужчины и тебя сочные, но вонючие сардельки. Ты злобно кривишься от запаха и вида, но продолжаешь потрошить живот мужчины, разрывая нежные и жизненно важные органы. Они хлюпают и прячутся от твоего ножа, как кролики от голодного хищника, путаясь и прячась за другими органами. Ты не трогаешь лишь сердце Лоуренса, остальное безжалостно разрезаешь и делая внутри мужчины труху. Жидкая и густая кровь начала капать на пол, когда твоя рука потянула длинный кишечник мужчины наружу, оголяя его скользкие и мокрые от крови кишки. Они наполнены отходами и кое-где порваны от твоей бесчинной деятельности. Из рванных дыр сочится вонючий анальный сок и перемешенное с этим дерьмо, добавляя свежего и мерзотно-сладкого привкуса. Ты вытаскиваешь их всех, вытягивая их как канат и кидаешь на пол, позволяя им бесцельно лежать на полу и пачкаться в саже и грязи, принимая более мерзкий и зловонный вид. Взгляд Рена опустошенный и впечатленный. Теперь он.. Боится? Боится тебя, когда ты делаешь это для него. Вытирая нож о свои штаны, ты непонимающе и глупо улыбаешься ему, замечая, но его уши дергаются назад, выказывая его ужас. Тебе все больше от этого хочется высосать его оранжевые, как апельсин, глаза. Он боится и тебе хочется, чтобы он не видел этого, чтобы он не смотрел на тебя так осуждающе. Ты думаешь задобрить его. Ты хочешь увидеть снова то восхищение в его апельсиновых глазах, какое было недавно. Ты хочешь снова затуманить его разум. Ты ревниво и грубо запускаешь руку внутрь ванной раны в животе Лоуренса. Но из за ребер, сковывающих грудную клетку мужчины, ты не в силах сделать то, что заставит парня снова восхититься тобой. Это злит тебя. Он продолжает мешать тебе, даже после твоей смерти. Гневно и молниеносно ты ломаешь сильные и крепкие ребра, заставляя свои уши дернуться от мелкого и глухого звука хруста костей. Ты ломаешь их все до единого, яростно разрывая плоть ножом. И наконец, когда путь полностью открыт: только тогда, ты пролезаешь внутрь месива. Среди всего этого, ты находишь большое и пульсирующее, мускулистое и отчаянно дергающееся сердце. Оно все еще бьется. Ты хватаешь его и дергаешь вниз, выдерая его вместе с трубками. Оно дергается и ты думаешь, что оно визжит, когда ты выдираешь его из разломатой грудной клетки. Встречаешь радостным взглядом кровавое и багровое сердце, пульсирующее и дышащее. Тебе ревревностно чудится, что Лоуренс все еще жив и так насмехается над тобой. Но ты знаешь, что у него не шанса и быть не может. Грубовато сжимаешь нежное и упругое сердце, заставляя его кровоточить. Твои глаза нежно глядят на Рена. Он обескуражено смотрит на сердце и молчит, его хвост виляет. Ты вновь смотришь на свою руку, окровавленную, покрытую мокротой реки. Мускулистый кулак пульсирует. Ты вытягиваешь руку, делая несколько шагов вперед к Рену. Он с опаской делает шаг назад и нащупывает пульт в руке. Его уши поджаты, а хвост взволнованно дергается за его спиной. Ты разочарованно глядишь на него, безобидно протягивая кулак с сердцем окровавленной рукой по локоть. Твое испачканное лицо смотрит на него немигающим взглядом, когда ты немо предлагаешь парню свое сердце. Ты думаешь, это могло быть романтичным признанием в данной ситуации. Разве ему не нравится то, что ты сделала для его веселья? Апельсиновые глаза глядят с недоверием и страхом. Он долго глядит на мускулы сердца, которое истекает сочной и густой кровью. Сладкой от вколотых ранее веществ, кровью. Ты ветрено улыбаешься, простенько поглядывая на парня. Твои губы дергаются, с какой-то попытке засмеяться. Но ты в какой-то момент потеряла дар речи и звуков. Притаилась, словно хищник в кустах. Он сжимает к руке пульт от ошейника и протягивает руку к твоей руке, уже даже не сжимающей еле движущийся мускул. Его чистые и покрытые рубцами руки, жадно выпивают кровавой реки этого сердца и он поглядит на мускулистый кулак своими сочными апельсиновыми глазами. Его хвост начинает спокойно мотаться позади, а уши снова встают торчком, показывая его заинтересованность и спокойствие. Он поднимает взгляд, расслабляя свое лицо, прежде чем улыбнуться по-настоящему. -Это правда было круто, питомец. Твое сердце подпрыгивает и ты улыбаешься и даже начинаешь плакать от счастья и выбрасываешь на пол нож, начиная вытирать лицо кровавыми руками и растирая чужую, пахнущую металом, кровь по своему лицу, как бы подтверждая свой нынешний статус. Ты рыдаешь и он смягчает свой взгляд и ласково улыбается, освещаясь теплым мягким солнечным светом для тебя. Как маленький светлячок среди темноты. Его губы ласково выгибаются и принимают подобие улыбки. -Ты храбрая.. Ты молодец. Твое сердце тает от его слов и ты смеется и плачешь, улыбаясь и натирая свое лицо до предела. Твой рот наконец может издавать звуки и снова все вокруг расцветает красками и даже вонючая кровь становится для тебя прекрасным дополнением момента. Он смотрит на сердце, вынутое из грудной клетки Лоуренса и раскидывает руки в разные стороны, но при этом все ещё держа в левой руке пульт от ошейника. Он знает, что ты ничего ему не сделаешь, но ты не боишься, если он причинит тебе боль. Ты подаешься вперёд, рыдая и разрываясь на его глазах, тв таешь и чувствуешь себя лучше, чем тогда, когда ты убивала мужчину. Обнимаешь парня, сильно вжимаясь в его теплое тело. Его редце бьется сильно и так желанно, как только ты можешь для себя мечтать. Ты плачешь и смотришь в его апельсиновые глаза, которые все еще хочешь лизнуть или хотя бы поцеловать. Он смотрит на тебя с нежностью! Он не осуждает тебя больше! Он больше не боится тебя! Твои руки сильно сжимают его и ты жмешься грязной и багровой щекой, протипывая его серое худи кровью, которая впиталась в твою одежду и в твою кожу. Он восхищается тобой. Он любит тебя. Для тебя не может быть лучше и подобного сна, но здесь - реальность. Твои пальцы взволнованно и ласково поглаживают его спину, так нежно и медленно, так мягкой и спокойно. Ты чувствуешь, как он вздыхает, когда ты делаешь это, оставляя на его спине разводы чужой крови и твоих пальцев. Когда ты оставляешь свои отпечатки пальцев, словно печать. -Я.. Я люблю тебя! Радостным и дрожащим голосом говоришь ты, поднимая голову и глядя слезящимися от радости, страха и сытости, глазами. Ты чувствуешь чужую руку на своем затылке и улыбаешься, снова роняя слёзы со своих глаз и щек. Родная теплая рука гладит тебя. Он не злится, он не ненавидит тебя. Твои колени дрожат от радости, когда он улыбается, услышав это и краснеет, отводя взгляд. Ты льнешь к его ладони и расплываешься в улыбке, хныча и всхлипывая от немоготы счастья, резко пахлынувшего на тебя. Пальцы сжимают его спину и нежно гладят его позвоночник в районе поясницы, заставляя его вздохнуть и довольно завилять хвостом, наконец спокойно глядя тебе в глаза. Тогда ты, ведомая счастьем, лезешь к нему в лицо, вытягивая губы и принимая самый невинный и растерянный вид в мире. Ты реально выглядишь младенцем, неумело касаясь губами его губ и нежно водя языком его его мягкой коже, затаивая дыхание. Твои щеки, мокрые от слез и крови краснеют гуще от осознания того, что ты не получаешь отвращение от своего хозяина или удар тока. От тебя не отстраняются, а лишь слегка подаются вперед, позволяя тебее нежно целовать его теплые губы. Твои руки ласково тянутся по его позвоночнику, словно по ниточке вверх, заставляя его вздрогнуть и заставляя его чувствовать мурашки по коже. Он раскрывает свои узкие и апельсиновые глазки, немного удивленно поглядывая на тебя. Ты всего на миллиметр отстраняешься от его губ, поглядывая ему в глаза, думая, нужно ли было это делать или нет. Он нежно улыбается и улыбается, поглаживая твои волосы своими когтистыми пальцами и заставляя тебя заурурукать, как пташку от приятных ощущений. Тебе никогда не было стыдно вести себя рядом с ним как животное. Как ласковая собака, кошка, попугай.. Пускай даже крыса, зато любимая! Ты жмуришься и улыбаешься, позволяя ему почесывать свои головуголову, пока он не прекращает это делать. Ты поддаёшься вперед, расцеловывая его лицо и облизывая его щеки, слыша его удивленное хихиканье. Ты отстраняешься, когда он жестом отталкивает тебя назад. Ты терпеливо и ожидающе отступаешь назад, позволяя ему иметь свои личные границы и не доставать его своей радостью. Он смотрит на сердце, которое ты вырвала ему из грудной клетки Лоуренса. На его губах которые ты недавно целовала показалась усмешка, он сжимает егл, заставляя мускулы порваться и начать истекать кровью. Приблизив руку с сердцем к своему рту, он начал вылизывать кровь и покусывать его, поглядывая на тебя своими апельсиновыми глазами. Его язык двигался нежно и ласково, когла он слизывал кровь с мускул чужого сердца. Ты замерла, наблюдая за этим. Это напоминало тебе что-то. Его мокрый и влажный язык окрашивался в красный, когда он слизывал с сердца кровь. Апельсиновые глаза смотрели на тебя и ты удивленно выгнула бровь, более внимательно наблюдая за происходящим. Отстранив от своего рта излизанное сердце, он проделал в нем дырочку, прокручивая пальцем внутрь, проталкивая плоть. Твое тело сжимается, когда ты видишь, как его язык жадно лезет внутрь сердца, проталкиваясь внутрь него и вылизывая кровь там. Сжимается от напряженного чувства внизу живота и ноющего, назревающего чувства. До тебя дошло с отличием, что он пытался изобразить этим. Твое лицо краснеет, а губы приоткрываются, когда ты понимаешь, что тебе нравится наблюдать за этим. Его губы сладостно причмокивают, когда он вжимает их в поврежденные мускулы сердца, проникая в дырку, которую проделал своим острым когтем. Смежая кровь качала и текла по его губам, рту, щекам.. Парень отстранялся, благоговейно закрывая глаза и страстно вылизывая отверстие. Твои руки сжимаются в окровавленную ткань штанов, когда ты чувствуешь возбуждение, следующее от твоего пульсирующего и ноющего живота до твоего клитора и вагины. Твой бугорок начинает пульсировать, когда твое дыхание замедляется и твои пальцы до побеления сжимаются в джинсовую поверхность штанов. А парень все не останавливался, наблюдая апельсиновыми глазами, как ты краснеешь и прекрасно понимая, о чем ты думаешь. Твои мысли начинают смешиваться и ты краснеешь гуще, яростнее, страстнее. Твои глаза не могут оторваться от зрелища, хотя ты пытаешься не смотреть, чтобы не возбуждаться от своих же мыслей. Один только вид движения его языка вызывает в тебе бурю эмоций и желания. Твои руки дрожат, стараясь не спустится к ширинке своих джинс. Пальцы нервно теребят и царапают джинсовую ткань. Но они только сильнее подначивают тебя дотронуться до себя. Твой правильный мозг воспринимает это как вызов, как повод для воображений. Хотя, в глубине души тебе было известно, что он просто наслаждался вкусом свежего и недавнедобытого сердца. Другая часть тебя - большая, наоборот, шептала тебе о провокации. Шептала о том, что он желает тебя, что он специально делает это. Другая часть тебя хотела взять его прямо здесь, в кладовке, в этой саже, крови. И в компании расчлененного трупа. Тебе было бы плевать ка все это, если бы он только согласился на один отлиз или хотя бы позволил подрочить. Твои руки дрожали от желания. Ты чувствовала, как жар внутри тебя поднялся невероятно высоко, как сильно ты намокаешь и течешь от желания. Твое воображение рисовало отличные позы и его нежный язык, играющий с своими складками и клитором. Эта мысль упорно застряла у тебя в голове, не давая тебе успокоиться. Новая волна возбуждения поднялась внутри тебя, когда его язык вновь проник внутрь дырочки в сердце. Твое собственное сердце внутри тебя подпрыгивает от удовольствия, когда ты видишь это, чувствуя как новая и теплая жидкость мажет твои трусы. Пальцы до немоготы сжимают джинсы и ты издаешь довольный стон, просто наблюдая за его действиями и не чувствуя того, что он делал с сердцем на своих стенках. Ты сразу же прикусываешь губу, чтобы он не замечал твоего накала эмоций и чувств. Пальцы судорожно вжимаются в замок от ширинки, когда ты ведешь собачку вниз, расстегивая свои джинсы. Легкое, быстрое и слегка металлическое шуршание по ткани позволяет парню понять, что ты собираешься сделать. Расстегивая пуговицу, ты не волнуешься о том, что он сейчас подумает или о том, что он скажет. Ты не делаешь ничего плохого. Твоя рука сползает за резинку трусов и ты нащупываешь свои мокрые половые губы, желанно проводя пальцем между ними и зажимая набухший клитор между двумя пальцами, поглаживая его. Твои глаза не отрываются от его языка. Ты не замечаешь, как он удивляется и шокированно глядит на твои действия. Твоя рука двигается, поднимая в тебе жар и возбуждение. Ты вожделебно вздыхаешь, снова не теряя своих воображений о минете. Сейчас ты стимулируешь пальцами свою вагину, растягивая ее и нежно высовывая и вытаскивая пальцы оттуда, представляя, как его мокрый и длинный язык проникает вглубь твоей дырочки, поддразнивая ее и сводя тебя с ума от ощущений. Ты ускоряешься, поддаваясь бедрами вперед и тяжело дыша, поднимая жар в себе. Ты не понимаешь, как твою руку грубо отпихивает заставляя тебя прекратить свое действие, которое так сильно подымало в тебе жар, а после остановило бы его. Это был Рен. Его апельсиновые глаза глядели на тебя с неодобрением, когда он скривил губы и глянул тебе в глаза. Его хвост завилял сзади его спины. -Почему ты делаешь это без моего разрешения? Укоряюще спросил он, вопрошающе глядя тебе в глаза. Он был возмущен и возможно даже оскорблен твоей выходкой. Ты сглатываешь и краснеешь, не зная, что ответить. -Молчишь, значит.. Я научу тебя отвечать за твои действия. Ты сжимает руку в кулак, когда понимаешь, что он достает пульт из кармана. Зажмуриваешь, готовясь к удару током. И вот он: сильный и как всегда, ошеломляющий. Ты падаешь на пол, извиваясь от жгучей и мерзотно-горячей боли, распространяющейся по всему твоему телу. Но тебя это даже ещё сильнее возбуждает, хотя ты извиваешься и бьешься, извращенно крича и визжа ка полу. Твоё тело все в чужой крови и вся твоя одежда такая же. Ты дергаешься и изводишь свои силы, ты понимаешь, что он не отпускает кнопку.