От венчания до тризны.

Понимая, что он все-таки старался, и что она могла его обидеть, Алла, окончательно выспавшись, захотела перед ним извиниться. Она подошла к нему, когда бывший муж готовил что-то на кухне, и тихо произнесла: - Ты там утром завтрак принес... В общем, я немного переборщила. - Я твой завтрак съел, когда понял, что ты не будешь, не обижайся. А тебе сейчас новый приготовлю. Тебе смузи клубника-банан или апельсин-банан? Или, может, другой? У нас еще есть ананас и яблоко, - совершенно спокойным тоном, с приветливой улыбкой предложил Киркоров. - Эм-м... - Алла не совсем поняла его реакцию. Раньше он бы обиделся, начались бы разговоры на повышенных тонах, постепенно переливающиеся в ссору, а сейчас... - А утром ты какой приносил? Можно такой же? - Конечно, мышонок. Ты на кухне будешь завтракать или тебе в спальню принести? - На кухне... Раз уж пришла... - молча наблюдая за тем, как он суетится, заново готовя ей завтрак, Алла все-таки не выдержала, - Филь, ты на меня не обижаешься?.. - За что, Аллусь? Я сам виноват, только разбудил тебя. Это ты меня прости, я не подумал, что ты хочешь выспаться. Как себя чувствуешь? - Это потому, что ты только о себе думаешь! - ее штормило - то так, то эдак. Задача Филиппа была не столько проглотить обиду, сколько научиться не реагировать на ее слова - мало ли, что можно на эмоциях сказать. Тем более, спустя мгновение, ее вновь переклинило, и чувство стыда заполняло душу, заставляя краснеть. Тон снова стал притихшим, и она поспешила выйти в гостиную, чтобы не сказать ничего лишнего, - Я нормально себя чувствую, не волнуйся. - Хорошо, - ответил Фил. - Побуду пока в гостиной. - ласково проведя рукой по его плечу, Алла ушла. Это один из самых мелких, бытовых эпизодов. А до крупных попросту не доходило. Прекрасно помня о том, что у нее обострилось обоняние, Киркоров даже не думал о том, что бы сбавлять стресс курением или алкоголем. Вместо этого он каждый день уходил в свою квартиру, в основном в те промежутки, когда Алла дремала, и на протяжении часа со всей дури дубасил боксерскую грушу, которую купил. Таким незамысловатым, примитивным образом Филипп снимал накопившийся за день стресс. Но вскоре этот метод начал давать сбои и уже не помогал так, как изначально. И тогда Фил понял, что проще научиться не впускать в себя негатив, чем потом от него избавляться, отчаянно дубасив грушу. Какой-то знакомый подсказал ему, что, для того, чтобы не накапливать нежелательные эмоции, их попросту надо конвертировать в позитив, а еще лучше, абстрагироваться. Они бы запросто могли пойти к психологу, чтобы решить свои семейные проблемы, только вот основная проблема как раз заключалась в Алле - находясь в положении, она не смогла бы четко сформулировать перечень претензий, с которыми надо работать, они каждый день менялись бы - то это бесит, то другое раздражает. Поход к психологу был бы разумен, когда Алла бы разрешилась от бремени, а пока без помощи специалиста отлично научился обходиться Филипп, следуя совету знакомого и периодически практикуя дыхательную технику для быстрого расслабления. - Спасибо, Филь, - поблагодарила Пугачева, когда он принес ей завтрак в гостиную и поставил на журнальный столик, - сядь со мной рядом. Я хочу с тобой поговорить.