Невозможное произошло

      "Похоже, что Анастасия, дочь Николая II, последнего Царя из династии Романовых, и Царицы Александры Федоровны, осталась жива после казни вместе со своей семьей в 1918 году благодаря рассказам тех, кто якобы видел её живой. Прошло уже 105 лет со дня её смерти, и, как ни странно, её жизнь стала более интересной, как и подобает человеку, имя которого означает "воскрешение". Но, несмотря на бесконечное количество историй эгоцентричных женщин, которые утверждали, что они и есть Анастасия, чтобы таким образом претендовать на наследство, оставленное ее бабушкой, эта информация была опровергнута последними открытиями, которым удалось устранить любые сомнения. В 2007 году были найдены останки двух сыновей Царя, митохондриальная ДНК которых совпадала с ДНК царицы и трех дочерей, найденных в 1991 году. Чтобы убедиться, что эти останки принадлежат Российской Императорской семье, исследователи сопоставили митохондриальную ДНК Царицы и ее детей с ДНК Герцога Эдинбургского, супруга Королевы Англии Елизаветы, поскольку он был внуком сестры Царицы. Со всеми этими расследованиями миф о том, что Великая Княгиня Анастасия выжила, был развеян, как считалось в популярной культуре."       "Несмотря ни на что, я верю, что Анастасия всегда будет самой любимой принцессой России." — выключив планшет, который Алек держал в руках, чтобы снова приступить к поиску книги в обширной библиотеке. "Анастасия, потерянная принцесса" американского журналиста Джеймса Блэра Ловелла." — вытирая обложку от пыли, покрывавшей отпечатанное лицо нежной девушки. "Я пойду спрошу, могу ли я прочитать эту книгу." — он вышел из большой библиотеки в сторону главной комнаты, держа в обеих руках эту старую книгу. Открывая дверь без разрешения или предварительного уведомления, он с безмятежным видом поднял взгляд вперед. * * * — Не... рви рубашку, она... она новая..., — Ли Вон покраснел, расстегивая брюки мужа. — Ммм... Мне не хочется думать, только действовать. — разрывая все пуговицы на рубашке одним движением руки, в то время как адвокат стоял перед ними и смотрел, как пуговицы падают на пол. — Ммм.. Цезарь, я люблю тебя.. — остановившись, как вкопанный, он взглянул в сторону двери и понял, что стоит полуголым в объятиях мужа. Его лицо изменилось от покрасневшего до бледного менее чем за секунду. Издав громкий крик от стыда и смущения, он, в свою очередь, чуть не швырнул через комнату опьянённого Цезаря. — СЫНОК! — прикрывая свое тело, насколько это возможно, скудными обрывками одежды, оставшимися на нем. — ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! — Папочка, можно я прочитаю эту книгу? — Алек поднял свои маленькие ручки, в которых крепко держал старую книгу, забытую ее владельцем. И хотя сцена была немного озорной, в глазах Алека это было чем-то, что он не замечал из-за своей невинности или, может быть, из-за своего скрытого интеллекта. Цезарь, понимая, что на этот раз их страстный момент прервал всего лишь его маленький сын, решил не напрягаться и просто поправил штаны. Прочистив горло, он спокойно направился к Алеку. — Ммм... Давайте посмотрим, что у нас тут? — взяв Алека на руки и беря книгу, чтобы прочитать ее обложку. "Анастасия, пропавшая принцесса..."       Пытаясь проигнорировать неловкую ситуацию, он выходит из комнаты и дает Ли Вону возможность найти что-нибудь надеть. "Боже мой, этот ребёнок однажды доведет меня до сердечного приступа..." —вздохнув, он принялся искать в шкафу новую рубашку. "Как он может делать все это в нежном трехлетнем возрасте?" — застегивая одежду. "Я знаю, что он, вероятно, один из тех одаренных детей, но... я не знаю, смогу ли я справиться с тем, как быстро он развивается." — идя в библиотеку, так как это был не первый раз, когда Алек прерывал их из-за чего-то подобного.       Его игровой площадкой стала обширная библиотека отца, поскольку он научился читать в возрасте двух лет. Цезарь, казалось, был вполне доволен сложившейся ситуацией, поскольку именно он просвещал своего любознательного сына по всем вопросам, которые у того возникали. Теоретически считается нормальным, если в возрасте трех лет у детей развиваются когнитивные и сенсорные способности, они учатся определять свой язык, а также писать первые буквы. Но Алек уже в возрасте двух лет освоил все это, и хотя поначалу это удивило Ли Вона, Цезарь воспринял это спокойно, так как для него было нормой, что его сын такой особенный. Обучая его самостоятельно и с помощью частных репетиторов тому, что будет лучше для ребенка. Однако для его врача это было чем-то замечательным и заслуживающим изучения, поскольку, по словам доктора Антонелли, у Алека в возрасте трех лет, вероятно, уже был IQ выше среднего. — Давай посмотрим, почему ты хочешь прочитать эту книгу, Алек? — Цезарь сидел в своем огромном кожаном кресле, пока Алек отдыхал на ногах отца. — Папа, я уже прочитал книгу про Романовых, теперь хочу узнать про саму Анастасию. — с любопытством открывая книгу. — В этой книге больше фантазий, чем реальности. — Я знаю. — Правда? — лаская его шелковистые волосы. —Но даже если это фантазии, мне бы хотелось знать. В этот момент Ли Вон с некоторым любопытством заходит в помещение. — Хочет ли мой маленький книжный червь почитать что-нибудь новенькое?       Малыш, услышав тихий голос папы, не может сдержать улыбки и кивает головой. — Разве не лучше нам пойти в парк и поиграть? Или что, если... ммм.. —подходя к сыну. — Давай порисуем вместе? — читая название на обложке книги. "Анастасия." — Папа, я не хочу выходить... Мне здесь хорошо. — Я не против, чтобы ты это прочитал, это не что-то жесткое или неуместное. Что вы думаете? Но Ли Вон погрузился в свои мысли, и это имя снова и снова звучало в его голове. "Анастасия." Пока, наконец, нежный голос сына не вывел его из транса. — А?... Ох... да, да, конечно. — отводя взгляд, Ли Вон треплет волосы своему малышу и уходит. —Только не читайте это до поздна, иначе будете плохо спать. И только при хорошем освещении. — Да, папочка. — радостно улыбаясь, потому что оба дали ему свое одобрение. Алек был очень умным, но почтительным ребенком, поэтому он всегда старался поступать в соответствии с родительскими правилами, хотя иногда он принимал собственные решения, что также указывало на его особое и необычное поведение для его возраста. — Давай поговорим о том, что ты открываешь двери без предупреждения... Отнесись к этому серьезно. Алек, посмотрев на отца, уже понял, за что его ругают, поэтому он просто улыбнулся и посмотрел в книгу. — Я же говорил тебе не открывать дверь ни в одну комнату без стука. Это правило вежливости. — Мне жаль, папа. — Надеюсь, это больше не повторится. Да, Алек? — Этого я не избегу, но попробую. — поднимаясь с колен отца и уходя читать в свою комнату. "Он более проницателен, чем я себе представлял..." — Цезарь посмотрел ему вслед.

***

Несколько недель пролетели невероятно быстро для семьи Сергеевых, наслаждавшихся мирной жизнью. Но что-то не давало покоя адвокату, словно нежный голос, который время от времени не давал ему уснуть. И это была одна из таких ночей. "Анастасия" — открывая глаза. "Опять это имя." — повернувшись на бок, он увидел, как его муж крепко спит. "И подумать только, теперь ты спишь так спокойно. Ты никогда не смыкал глаз. А когда я тебя потревожил тебя, ты направил на меня пистолет.." — накрыв его одеялом теплее. "Лучше выпью чая." — осторожно встав, чтобы не разбудить Цезаря, он надел халат и тапочки и тихо вышел из комнаты, закрыв за собой деревянную дверь. Весь главный коридор был темным, но в ту самую ночь прекрасные витражные окна были освещены вспышками величественной полной Луны, украшая этот путь особой загадочной магией. "Интересно, спит ли Алек?" — проходя через его комнату, он осторожно открыл дверь и увидел своего малыша, который крепко спал. "Наконец я перестал читать до самой ночи." — он мягко улыбнулся и осторожно закрыл дверь. Когда Ли Вон спустился на кухню, чтобы приготовить себе валериановый чай, он взглянула на угол кухонного стола, где лежали ее лекарства. И с этими словами он задумчиво посмотрел на одну из коробок. "Время идет." — подходит к ней, чтобы взять ее в руки. "Алек с каждым днем ​​становится все больше и больше." — вспоминая то, что он принял противозачаточную таблетку в тот день, когда открыл коробку. "Никогда в жизни я не думал, что мне придется терпеть что-то подобное всю жизнь." —улыбаясь с некоторой грустью. "Действительно ли я снова забеременею, если перестану их принимать?" — опуская руку на живот. "Алек был чудом. Но не могу отрицать, что его появление было для меня очень сильным потрясением." — глубоко вздохнув. "Что станет с Алеком, когда нас не станет? Этот мир жесток. Найдет ли он того, кто его полюбит?" — качая головой. "Нам еще многое предстоит сделать, Ли Вон." — глядя на таблетки. "Я бы не был таким одиноким, если бы у меня был брат или сестра." — улыбаясь с некоторым смущением, он закрыл коробочку с противозачаточными таблетками. "Анастасия — неплохое имя для девочки. Поэтому я думаю... Повторная беременность сопряжена с большим риском, и Алек заслуживает того, чтобы его воспитывали наилучшим образом оба родителя. Мы бы не могли сразу справиться с двумя детьми одновременно. А также... Цезарь..." — немного покраснев и откидывая волосы назад, ему на ум пришло приятное воспоминание об их свадьбе, где Цезарь подтвердил, что не против завести в будущем еще одного ребенка. "Ха-ха... Что ж, он был бы первым, кто осмелился делать его с таким рвением." — качая головой от стыда и открывая мусорное ведро, чтобы выбросить туда таблетки. "Я уже долгое время думаю о тебе, Анастасия. И если это то, что удерживает тебя от появления в нашей семье, то я больше не буду их принимать. Приходи к нам, когда почувствуешь, что готова. Но это ведь будет секретом, да? Мы не скажем твоему отцу." — радостно улыбаясь обещанию, которое он только что дал. "Но если ты хочешь быть мальчиком, как Алек, я не буду беспокоиться, ладно?Вы будете хорошими братьями." — глубоко дыша, чтобы успокоить свое беспокойное сердце, которое внезапно начало сильно биться от волнения, вызванного одной лишь мыслью о том, что он может быть снова беременен от Цезаря. "Раньше я боялся, но теперь буду наслаждаться этим с большой любовью." — допивая чай с валерианой, чтобы наконец расслабиться и спокойно заснуть.

***

Шли дни, и беспокойство, вызванное поиском близости с Цезарем, заполонило разум Ли Вона. Осознание того, что он больше не защищен таблетками, вызвало у него выброс адреналина, и в то же время он почувствовал, как меняется его тело. Это было нормально, так как он иногда страдал от определенных побочных эффектов из-за гормональной нагрузки, которую он принимал. Вставая со своего удобного кресла, он одновременно закрыл несколько папок с текущими делами, над которыми работал и немного ослабил узел галстука. "Думаю, сегодня хороший день, чтобы попробовать. Мы не могли быть вместе уже несколько недель." — слегка покраснев, он потерял дар речи из-за прекрасного пейзажа, который открывался ей через огромное окно его кабинета. "Может быть, если я приготовлю что-то особенное... Я позвонил врачу, и он сказал, что на этой неделе у меня должна быть легкая овуляция. Я пока не знаком с этой темой. Ах..." — Ли Вон тяжело вздохнул. "А что, если этого не произойдет? А что, если я в итоге не смогу родить еще одного ребенка? Вот почему мне лучше не говорить Цезарю... Я не хочу давать ему лишних надежд..." — смотря в свой телефон. "Ну что ж, что сделано, то сделано. Лучше продолжить."

***

В тот же вечер, выходя из своего кабинета, Цезарь получил от своего помощника необычное приглашение вместе с прекрасным букетом белых роз. Элегантный джентльмен не мог быть более впечатлен столь неожиданным событием. Вытащив письмо, лежавшее среди роз, он ясно прочитал официальное приглашение в прекрасный отель, который Цезарю очень понравился. Подпись в конце письма: «Твой муж». Взяв розы, чтобы понюхать их и насладиться их сладким ароматом, он до сих пор не мог поверить, что Ли Вон по собственной воле подарил ему цветы, не говоря уже о том, чтобы пойти в такое показное место. "А вдруг случилось что-то плохое?" — сомневаясь в ситуации из-за того, насколько она неожиданна и нереальна. "Или я сплю?" — улыбаясь с некоторой невинностью. "Если так, то, пожалуйста, Боже, не буди меня." — подняв глаза, он увидел своего секретаря Людмилу. — Не волнуйтесь, Царь, ​​София сегодня вечером позаботится об Алеке. — Ха... Теперь ты читаешь мои мысли? — идя к своей машине, чтобы отправиться прямиком на долгожданное свидание. По прибытии в величественный пятизвездочный отель, элегантный и утонченный Царь был тепло встречен персоналом заведения. Достаточно было просто показать ему свое изящное пригласительное письмо, чтобы сотрудники поняли, куда его следует направить, проходя по красивому и широкому коридору, украшенному бесконечными цветочными букетами, которые гармонировали с огромными хрустальными люстрами на потолках. Цезарь особенно любил этот отель за его изысканность, тонко расписанные архитектурные детали с гипсовыми и мраморными украшениями, которые радовали его одним лишь взглядом. А также величественные фрески на каждой стене, со вкусом украшавшие каждую комнату этого места. Двери из закаленного стекла автоматически открылись, когда мимо проходили гид и новый гость, вежливо поклонившись ему и протянув руку, чтобы открыть VIP-зал ресторана. Где его ждал кто-то очень особенный. — Добро пожаловать. Ли Вон встал со стула. На нем был аккуратный, сшитый на заказ костюм светло-серого тона, который сочетался с его металлическим темно-синим галстуком. Цезарь, сняв пальто и оставив его у своего проводника, аккуратно поправил костюм, подтянув рукава, чтобы выглядеть как можно опрятнее для этого случая, идя уверенным шагом, но не стерев прекрасную улыбку, которую породил такой момент. Вплоть до того, что он протянул руку своему возлюбленному и нежно взял его за руку, чтобы поцеловать. — Должен признать, вы меня впечатлили. — Это хорошо. В этом и была идея. —смотря на Цезаря внимательно. —Ты забронировал весь зал только для нас двоих? — стоя позади него, он отодвинула стул, чтобы Ли Вон мог удобно сесть, пока он не сможет снова подвести его ближе к столу. — Иногда мне приходится приспосабливаться к твоей исключительности, чтобы подарить тебе хорошее настроение. — устраиваясь удобнее на стуле за столом. — Это очень необычно с твоей стороны. Что-то случилось? — Должно произойти что-то, что бы преподнести тебе сюрприз? — Ты будешь держаться от меня подальше? — Хахаха... Думаешь, я бы сейчас от тебя ушёл? — Я думаю, если бы не Алек, ты бы смог это сделать. — слегка улыбаясь. — Может быть. — И что? — Не забывай, кто подарил тебе ручку, Цезарь. — Хахаха... Я этого не забуду. — наблюдая, как официант подает им прекрасное красное вино Каберне Совиньон из погребов Шредера. Только позволив себе быть услышанным, как хрустальный бокал наполнился темным напитком. — Даже без Алека ты знаешь, что я всегда буду рядом с тобой. — беря стакан своей сильной, но нежной рукой. Цезарь, увидев, как красиво сияет обручальное кольцо на руке его мужа, не мог не почувствовать радости от того, как ему повезло. — То есть праздновать нечего? — поднимая свой бокал, чтобы произнести тост вместе с мужем. — Некоторое время назад я пригласил тебя в одно место, где мы пообедали в довольно неловкой обстановке. Я просто хочу... Заменить этот момент лучшим воспоминанием. — Ммм... Как давно это было? — отпивая вина вслед за ли Воном, анализируя свои воспоминания. — Оставь это, лучше даже не думайте об этом. Но блестящая память Цезаря не могла забыть такие подробности, и в памяти тут же всплыл тот маленький ресторанчик, который так нравился Ли Вону, но который был для него очень дурным тоном, и из-за которого у Ли Вона проявились первые признаки беременности. — Как я мог забыть об этом. Для тебя все сложилось крайне неудачно, хотя ты и говорил, что еда там была просто невероятной. — Не смейтесь надо мной, еда там действительно вкусная. — Да, да... настолько, что даже Алеку она не понравилась. — зловещее улыбаясь. — Алеку? Но... он тогда даже не был ещё сформирован! — Что уж тут говорить, если у моего сына хороший вкус в еде. Слава богу, он заставил тебя изменить свои вкусовые пристрастия и неправильный способ питания. — К сожалению. — тонко засмеявшись. — Ты сегодня прекрасен, мой тигр. — гладя его руку, которая нежно лежала на одной стороне стола. — Спасибо за такую ​​приятную деталь. — оценивая, как заблестели глаза его любимого мужа от комплимента. — Мы не должны позволить магии исчезнуть. — переплетая свои пальцы с пальцами Цезаря, смотря ему прямо в глаза. "Ты этого пока не знаешь, но отныне мы будем праздновать все наши вечера вместе, пока она не захочет появиться на свет." — Ли Вон слегка покраснел при этой мысли. — Магия... — взявшись за ножку стула Ли Вона, с силой потянув его и таким образом приблизив к себе, застигнув врасплох неподготовленного Ли Вона. — Ого, но... что ты делаешь? — Ты слишком далеко. — нежно наклонившись к нему, Цезаь страстно поцеловал его полные, мягкие губы. На что адвокат согласился без всякого сопротивления, поскольку он уже давно хотел поцеловать его таким же образом. Закрыв глаза, он наслаждался тем, как его губы были горько-сладко пропитаны сильным ароматом его мужа. — Ммм... — медленно лаская его лицо, пока его губы не оторвались от чужих губ. — Десерт перед ужином не допускается. На серьезном лице Цезаря появилась озорная улыбка. — Ты пахнешь божественно. — целуя Ли Вона в шею. — Нмм... — прикрывая правый глаз и слегка наклоняя лицо в сторону. — Это всего лишь духи. — Я давно не чувствовал твоего запаха. — глядя вверх. — Ты тоже очень приятно пахнешь. — он покраснел и поджал губы. — Я хочу тебя. — бросив на мужа взгляд одновременно эротичный и соблазнительный. Цезарь, видя все скрытые послания, которые посылает ему тело Ли Вона, не мог не позволить времени пройти еще немного. Либидо его мужа достигло пика, и он чувствовал это кожей, и, возможно, это и было причиной его приглашения. Взяв его за руку, он тут же встал со стула. — А? Куда ты идёшь? — Давай уйдем отсюда... Я не могу здраво мыслить, когда ты так на меня смотришь. — заставив Ли Вона вслед встать со стула. — Но... А как насчет ужина? — Ты будешь моим ужином, а я буду твоим. — прижимаю его к себе и крепко целуя в губы. — Ммм... — позволяя мужу увлечь себя, Ли Вон, не говоря ни слова, был очень счастлив, что он его понял и быстро повёл Цезаря в свой номер в отеле, извиняясь перед администраторами ресторана. Хотя извиняться было не за что, так как все было оплачено с лихвой. И словно двое молодожёнов, они радостно побежали к лифту, где, как только двери закрылись, он не удержались и отчаянно впились поцелуями друг в друга. — Ааах... — подняв ногу на бедро Цезаря, он крепко обхватывает его. — Ммм ...комната 223... — поспешно снимая галстук, кусая свои губы. — Нмммм.. Хорошо. — Цезарь держал его на руках, выходя из лифта и направился в указанную комнату. Поцелуи звучали так страстно, их вздохи были такими интенсивными, что они эхом разносились по всему коридору, пока наконец не исчезли, когда они вошли в свою комнату. Осторожно спуская Ли Вона с рук, он поспешно снимал с него одежду. — Ааах... Не порви ничего... — наблюдая, как он энергично раздевает его, снимая одежду. Цезарь ласкал губами каждую часть подтянутого тела Ли Вона, которую он оставил обнаженной, начиная с шеи и заканчивая грудью, наслаждаясь тонким, но опьяняющим вкусом, который он ощущал от своего мужа. — Нмм... — облизывая его голую кожу, он медленно спускал с его крепких ног последнюю часть одежды. — Дай-ка я тебя тоже раздену. Несправедливо, что я здесь единственный без одежды. — лаская затылок, он одновременно почувствовал, как вздыбившийся член сквозь ткань брюк мужа ласкает его промежность. — Дай мне удовольствие попробовать каждый уголок твоего тела. — резко разворачивая его, слегка ударяя об дверь и прижимая к ней лицом. — Ааах! —он озорно улыбнулся и слегка раздвинул ноги, наслаждаясь тем, как взгляд его мужа был рассеян, созерцая наготу. — Ты такой эротичный. — сжимая ягодицы, одновременно покусывая затылок. — Давай, Цезарь... покажи мне все, что ты от меня хочешь. — потянув его за волосы, он наклонил его лицо ближе к своей шее и прикусил красноватые губы.