La Douleur Exquise

— Что ты имеешь ввиду? - Чимин щёлкнул левой кнопкой мыши на присланное письмо с личной информацией. — Два года назад на Кима напала группа подростков в тёмном переулке. У некоторых были обнаружены небольшие ссадины на теле, что очень странно, - голос Рики был в замешательстве. — Почему? — Потому что один из них слёг в кому от повреждений и чуть не умер. Остальные же отделались лёгким испугом. Только этот парень сильно пострадал. Уголовное дело не было возбуждено, всё замяли. Никто из его родителей не является важной шишкой в руководстве, но не смотря на это ему спустили всё с рук. Подробности данного происшествия неизвестны. — Кто был тем парнем, что слёг в кому? — Кан Ханыль, сын прокурора. Чимин замер в одной позе, просматривая дело. Сын прокурора? И Тэхён так легко отделался? — Что в итоге? — Семья Кима выплатила штраф в размере 1,5 миллиона вон за превышение самообороны. Превышение? Мягко сказано, за такое лишают свободы. — Возможно он тот, кого я давно искал. Странно только то, что его было слишком трудно найти, кто-то всё тщательно скрывал, - мужчина взял в руки старую фотографию двенадцатилетней девочки, где та счастливо улыбалась. Слишком много совпадений, это точно тот мальчик, что дружил с ней. — Разрешаю взламывать сервера, чтобы найти более подробную информацию. — Да, господин. Тусклое освещение, что исходило от монитора компьютера и настольной лампы, не разбавляло кромешную тьму в комнате. Было слышно только тиканье наручных часов. Слишком тихо.                                                       *** Ким вернулся домой только к одиннадцати вечера. Никто не ожидал снегопад в ближайшие дни. Синоптики о таком не предупреждали. Тело покрывалось мурашками от прохлады и попавшего снега за шиворот. Он аккуратно стряхивает снежинки со светлых волос, которые начали завиваться от влажности. Скоро выпускные экзамены, и парень хочет сосредоточиться на подготовке к ним. Так что вечера будут заняты учёбой в библиотеке. Дома подозрительно тихо, даже не слышны крики и хохот Мунхи. Судя по обуви, отчима и сестры нет. Тэхён разулся и уже хотел подняться в свою комнату, как заметил боковым зрением тусклый свет на кухне. Там была только Миён, которая держала что-то в руках, смотря на это нечитаемым взглядом. Она медленно встала, в ее движениях читалось что-то тяжёлое и неподъёмное. Воздух будто искрился от высокого напряжения, парень ощущал это всем своим нутром. Резкий громкий удар, который пришёлся бляшкой ремня над правой бровью. Тэхён дезориентировано откачнулся, ощущая жгучую боль над глазом, что распространялась на всю правую сторону лица. Горячая вишнёвая кровь мелкими брызгами разлетелась на перила и одежду. Рассечённая кожа горела и пульсировала. Капиллярное кровотечение не останавливалось, спускаясь змейками по щеке и подбородку, капая на паркет. Ударь ниже, и парень бы лишился зрения на правый глаз. Рука, что прижималась к ране, вся была запачкана в крови. Такого раньше Миён себе не позволяла. Возможно чужими руками, но не своими. Женщина швырнула фотографии на стол, где Тэхён целует Чонгука на фоне вишнёвой аллеи Итэвона. Значит, Ким Кёнхо видел их и именно тогда узнал об ориентации сына. Решил долго не медлить, предоставив фотографии лично Миён, возможно, получив за это желанные деньги. — Я знала, что ты психически ненормальный, но не думала, что опустишься до такой мерзости, - холодная сталь в голосе вкупе с бессердечностью и злобой. Голос до тошнотворности спокойный. Глядя на своего ребёнка, что истекает кровью, она абсолютно флегматична. Так было и тогда, только отличалось тем, что Миён была взволнована, отчего Киму казалось, что это то самое сопереживание. Пришлось опуститься на землю. Её волновала работоспособность ребёнка, сможет ли он сам о себе позаботиться. «Зачем он мне нужен, если не сможет слышать хоть что-то?! Уже нет сил выносить его существование.» — Ты такой же, как он...- чуть слышно прошептала женщина. В глазах парня начинала плыть видимая картинка. Кровь попала в глаз, окрашивая белок в красный. — Я тебе дала слишком много свободы…. У меня есть все полномочия отправить тебя в психлечебницу. — Прекрати… Ты не посмеешь, нет веской причины. — В твоей биографии есть такие случаи, за которые ты обязан там быть. Уже забыл? У меня есть свои методы, как тебя упрятать туда надолго, - с какой же ненавистью это сказано. Слышал ли хоть один ребёнок такое из уст своей родной матери? Тэхён же слышит это на протяжении всей своей жизни. — Ты меня услышал. В школу пойдёшь через три дня, - это последнее, что сказала его мать, скрываясь за дверью спальни. Мужчина не получил ни одного ответа на свои сообщения за последние пять дней. Парень как будто исчез с радаров. Вы: Тэхён, ты в порядке? Что-то случилось? Звонки не доходят до адресата, словно телефон выключен всё это время. Он заезжал в зал для тренировок тхэквондо, спрашивая местных о нём, но никто его не видел. Проезжая мимо библиотеки, которая находилась недалеко от школы, мужчина заметил мелькнувшую светлую макушку, что скрылась за дверью здания. Чонгук вышел из машины и последовал за ним внутрь библиотеки. Пробежав глазами по читальному залу, мужчина смог найти его, одиноко сидящим за учебниками. Он медленно подошёл к столу и выдвинул стул, садясь напротив. Тэхён заметил чужое присутствие не сразу. Оба молчали, смотря друг другу в глаза. Ни единого упрёка, ни злости в чужих глазах, лишь непонимание. Внимание привлекает лейкопластырь над бровью, побледневшая кожа, уставшие потухшие радужки. Вокруг ногтей ободранная кожа. Он ни разу не видел его таким….Опустошённым. — Пойдём. — Куда? — Надо сменить пластырь, а то долго будет заживать. Чонгук зашёл в рядом расположенную аптеку, купив всё необходимое, пока парень ждал снаружи на лавочке. Мужчина сел рядом, аккуратно снимая старый лейкопластырь, который сильно прилип к повреждённой коже. Ким даже не поморщился. Чон обработал засохшую ранку антисептической салфеткой, после смазывая заживляющей мазью. Много вопросов вертится на языке. — Останется шрам, - тихий голос, - опять подскользнулся и упал. — Догадливый, - бесцветно ответил юноша. — Знаешь, я никогда не спутаю удар от бляшки ремня с чем-то другим. — Скоро выпускные экзамены, надо готовится к ним, - сразу перевёл тему. - Буду похож на зомби в течение этого времени, - ложь, учёба никогда так не выматывала его. В последние дни он плохо спал. Единственное, что отвлекало — это учёба. Телефон был забыт где-то под кроватью с того самого дня. Возможно, игнорирование заставило Чона пересмотреть их общение. Если отступит сейчас, то Тэхён сможет его отпустить. Может это к лучшему. А если нет… То потом его затопит сожаление. — Ты опять позволил ударить себя. — Не надо, - предупреждающий тон. Опять возводит эти высокие стены вокруг себя. Не горит желанием посвящать в свои проблемы других людей, выглядеть жалко в их глазах. Особенно в его. Тэхён давно заметил, что есть человек, следящий за его жизнью словно издалека, вмешиваясь время от времени. Больше он никак не может объяснить некоторые события, ведь его мать не обладает такими связями и властью. Откуда такие деньги у женщины, которая никогда их не зарабатывала в таком количестве. Отчим очень скуп, не выделяя ни единой воны своей жене и пасынку. Об этом Ким узнал ещё в первый год совместного проживания с семьёй Лим. Эта супружеская жизнь, которой совершенно нет, понадобилась лишь для социального статуса. Незнакомцы, что живут вместе. Миён продолжала увядать с каждым годом, становясь всё бесцветнее и мрачнее, несмотря на свою напускную надменность. Движется всё ближе к пропасти, держа своего ненавистного сына на расстоянии руки. Одно неправильное движение, и всё рассыпется, как карточный домик. Тэхён — это ни в чём неповинный ребёнок, из-за которого она всё потеряла: карьеру, возлюбленного и славу. Мать с пограничным расстройством или с нарциссической патологией? Он не хочет этого знать, парень был лишь маленьким мальчиком, хотевшим, чтобы его любили, как и всех других детей. Но судьба распорядилась иначе. — Послушай, - начал Чонгук, - не рассказывай подробности, но ты в любое время можешь обратиться ко мне, и я всегда помогу. — Зачем тебе это? - всё и так ясно, но этот вопрос был крайне необходим. Мужчина взял чужую прохладную руку в свою тёплую ладонь, положив её в свой карман, отогревая застывшую кровь. — Ты и так давно всё понял, что я небезразличен к тебе, и ты в какой-то мере тоже, но не хочешь это признавать из-за каких-то определённых обстоятельств. То позволяешь приблизиться, то снова отталкиваешь. — И ты миришься с этим, - утверждает. — Я терпеливый человек, знаешь ли. Предпочитаю сразу обозначать свою позицию. Люди, умеющие думать — возбуждают, - так открыто и просто, - и ты такой, а глупые вопросы задаёшь только из-за вредности. Молодой, красивый и статный юноша, отлично владеющий своим язвительным языком. Холодный со всеми и снисходительный ко мне. Как тут не соблазниться? Тэхён не ожидал услышать такие откровения. Значит, таким он его видит? — А ещё ранимый внутри. Не хочет делиться своими проблемами, считая это чем-то обременительным. Держит всё в себе и выпускает колючки, когда хочешь стать ближе к нему. — Такой характеристики я ещё не слышал, - у парня внутри необъяснимый коктейль из смешанных эмоций. Хочется отрицать всё, но он продолжает будто молча соглашаться с этим. Приятное тепло, что распространялось от руки Чонгука, словно достигало сердца. Он заставлял верить ему, а может просто хотелось поговорить с кем-нибудь, приоткрыть занавесу своей покалеченной души. Снег мелкими снежинками опускался на землю. Касался чужих ресниц, тая от долгого прикосновения. Совершенно не холодно от такой погоды, а наоборот, жар тела мужчины, распространялся пламенем по уставшему телу, вдыхая в него жизнь. Дом — это не то место, в котором ты провёл всю или часть своей жизни, а люди, которые дорожат тобой и отдают свою любовь безвозмездно. Их любишь ты, дорожишь и ценишь. Возможно, Тэхёну хотелось бы раствориться бесследно вместе с этим снегом под воздействием тепла. Но не бывает всё так просто. — Я проблемный человек, - начал тихо Ким, - и это только вершина айсберга. Пытается оградиться. И причина — особое воздействие Чонгука на него. Это необычно. Кажется, он правда стал ему небезразличен. Мужчина лишь снисходительно наблюдал за чужим лицом, привыкнув, как тот его пытается всеми способами отшить, несмотря на взаимную симпатию. — Скажи… Тэхён непонимающе повернулся в сторону собеседника. У того был серьёзный непривычный вид. — Скажи, что хочешь всё прекратить, глядя мне в глаза, тогда я отступлю. Я не могу заставлять тебя насильно. Сердце пропустило удар. Именно в этот момент парень вспоминает, что оно у него есть. Невидимый красный свет мигает, предупреждая о возможных последствиях. Та самая ловушка. Вероятно, ему место в психлечебнице, ведь становится и правда всё равно, что будет дальше. Он пытался позаботиться о чужом будущем, но раз так, то Ким умывает руки. — А ещё я эгоист, - Тэхён непозволительно близко подобрался к лицу Чона, горячим дыханием обжигая его губы, - и не могу сказать этого в пользу себя. — Ты хотел сказать «нас», - также тихо прошептал мужчина, растворяясь в мутных шоколадных глазах, что очаровали слишком давно. Ким впервые так интимно прикоснулся к чужому лицу своей ладонью, уводя её на затылок. Сжав длинными пальцами смольные волосы, он притянул Чонгука к себе, прильнув к тёплым губам. Рука мужчины расположилась на его бедре с внешней стороны. От него так приятно пахло парфюмом с древесными нотками, что это кружило голову. Горячее дыхание обжигало кожу. Отвечая на ласку, другой рукой Тэхён обнял его со спины, прижимаясь, как к спасательному кругу. Чонгук провёл языком по чужим губам, прикусывая верхнюю. Тихий низкий стон парня заставил пробежать табун мурашек по спине мужчины. Вокруг было безлюдно, ведь они сидели далеко от автомобильной дороги с тыльной стороны здания. Вместе сгорали в вихре вспыхнувших эмоций. Ким жадно целовал в ответ, чувствуя приятное покалывание на чувствительной коже губ. Ощущение возбуждения внизу живота немного отрезвляло. Эта зависимость приятна до дури. Чонгук провёл тёплой ладонью по бледному лицу, неотрывно наблюдая за уставшими глазами. Нежно коснулся подушечками пальцев влажных губ парня, ощущая прерывистое дыхание. Он громко чмокнул в уголок губ, скользящим движением переходя на щёку. Тэхён блаженно прикрыл глаза, чувствуя как тот горячо целует его в мочку уха, поглаживая дрожащую шею. — Тебе надо отдохнуть, - хрипло прошептал мужчина. Ему тоже тяжело держать себя в руках. - Поехали со мной. Ким не стал возражать. Отдых не помешает в данном состоянии. Он себе впервые признается, что хочет его. В голове всё превратилось в кашу под таким высоким градусом. Стоит только чиркнуть спичкой, и всё вспыхнет пламенем, взлетая на воздух. Парень уже и не помнит, как они добрались до дома Чонгука. Пелена перед глазами, и рука в ладони мужчины всю дорогу. Продолжает клонить в сон, а усталость в мышцах даёт о себе знать. Тэхён зашёл в душевую, включая прохладную воду. Упирается лбом в холодную стену, ощущая скольжение струек душа по коже. Возбуждение продолжало стягивать низ живота. Его продлевали глубокие поцелуи в машине, а потом и в лифте. Он провёл ладонью по эрегированному члену, покрываясь мурашками от прикосновений. Пальцы на ногах подгибались, что пришлось помочь себе опереться локтем. Вспоминались чужие руки на своих бёдрах, которые согревались от их жара. Продолжая скользить ладонью, Тэхён издал тихое мычание, кончив только от мыслей о Чонгуке. Чем он вообще занимается? Дрочит на мужчину в его же доме? Самому становится смешно. Но разрядка была крайне необходима. Закончив мыться, Ким заметил комплект чистой одежды. Он поднял свой взгляд на своё отражение, опуская глаза на шрам в правом боку от ножа, который воткнул в него Кан Ханыль, только потом осознавший, что сделал. Тэхён ещё раз бы довёл его до комы, наблюдая за его скорчившейся от боли поганой физиономии. Не за себя. А для неё. Надев любезно предоставленную одежду на влажное тело, Ким направился в комнату Чона, чтобы попросить футболку побольше для комфортного сна. Дверь была приоткрыта, горел слегка приглушённый свет. Мужчина стоял с голым верхом. Благодаря такому освещению были хорошо видны очертания его жилистой спины и перекатывающиеся мышцы. Тот накинул лёгкую рубашку, позже заметив чужое присутствие. У него красивое тело, Тэхён бы назвал его очень сексуальным. И тут он забыл зачем сюда шёл. Они снова поддались моменту, впиваясь в губы друг друга. Жаркие прикосновения сводили с ума. Ким окольцевал его талию, забираясь руками под расстёгнутую рубашку. Позже спустился губами к шее, до боли засасывая кожу до красных пятен, слушая чужое спёртое дыхание. Из-за стресса и усталости ноги еле как держат в вертикальном положении. Юноша вяло кладёт голову на его широкие плечи, чувствуя крепкие объятия в ответ, благодаря которым он продолжает стоять. — Тэхён, - тихо шепчет Чонгук, обдавая обжигающим дыханием мочку уха, - не распаляй меня. Я вижу, что ты не сможешь. Ким полностью перевёл свой вес на мужчину, облокачиваясь тряпичной куклой. Сознание уже слегка мутное. Чон уложил парня на свою кровать, прижимая ближе к себе. Светлые волосы рассыпались по чёрному постельному белью. Тэхён последний раз посмотрел в антрацитовые глаза Чонгука, что томно наблюдали за ним. Веки тяжелели, постепенно закрываясь. По телу разливалось тепло от чужих рук. Он отключился почти сразу, ведь последние пять дней почти не спал. *** В Японии продолжал лить непроглядной стеной сильный дождь, разбиваясь безжалостно об асфальт. Мужчина уже и не замечал, как насквозь промок его чёрный костюм. На столике свежие цветы, вода и благовония, которые спрятаны от бушующей стихии под навесом. На надгробии высечено дорогое сердцу имя «Тамура Ацуко», ниже линиями изображена орхидея. В свои двадцать она считалась самой прекрасной девушкой у них. Первая леди — последняя в сердце. — Ты просила уберечь Кайто, я сделал всё, что смог. Подальше отсюда. Так будет лучше, - совсем тихое признание. Он не смеет задерживаться здесь больше, чем положено. Пора уходить. И так якудза позволяет себе такую вольность прийти сюда раз в год. Больше не имеет права. Так решил он. — Господин Йошида, пора ехать. Мужчина напоследок еще раз посмотрел в её сторону, словно надеясь, что она его опять разыграет, как в старые добрые времена. Лучезарно улыбнётся и назовёт «глупеньким» того, на кого боятся поднять свои глаза подчинённые. Пожалуется, как неудобно ходить в кимоно и как хочет увидеть большой мир, посмотреть Бруклинский мост в Нью-Йорке или Зимний дворец в России. Детское любопытство вкупе с упрямым характером. Если захочет, пойдёт напролом. Если влюбится, то завоюет. Так и произошло, чего не должно было случиться. Рождение ребёнка стоило ей жизни. А ее смерть жизни этому дитя. Но правда ли так, как историю знают все? Только он один хранит этот грех в своей душе, остальные же свидетели были устранены в этот же день. Все должны знать только эту историю, но не истинную. Йошида унесёт правду с собой в могилу. Если же всё вскроется, будет настоящий хаос. Он сразу лишится конечностей, а потом и головы. Но не за себя мужчина беспокоится, только за ее честь. Это то, что якудза сбережёт до конца. *** — Так и будешь дуться, - хрипло проговорила девушка, - вот я здесь, а ты даже не взглянешь. Джихе пытается выглядеть максимально обиженной, но именно с ней это очень тяжело… Рейко тихо подошла к ее спине, наклонившись к чужому уху. — Знаешь, - от спокойного голоса и ощутимого дыхания у Джихе пробежались мурашки по спине, - Ясу и Аки хоть и послушные малыши, но не откажут себе откусить тебе пару пальчиков. — Используешь запрещённые приёмы, - прошептала Джин, почувствовав тёплые поцелуи на шее. — На войне любые средства хороши, - Рейко обвила руками чужую талию, тесно прижимая к себе. Слишком соскучились по друг другу, чтобы быть на расстоянии. — Значит, воюешь со мной? — Мы с тобой всегда как на поле битвы, - улыбнулась Тамура, разворачивая девушку к себе лицом. Её чернильные глаза пленили Джихе ещё с первой встречи. В них непроглядная тьма, что не видно зрачков, но столько любви по отношению к ней. С Рейко всегда есть ощущение безопасности и надёжности. Женщина со стальным стержнем и сильным характером. Но вся сталь пропадает рядом с Джин, только нежность и любовный взгляд. — Не смей так никому улыбаться, - строго проговорила Джихе, - и смотреть на других так тоже. — Конечно, ведь моя госпожа такая собственница, - ухмыльнулась Рейко, затыкая поцелуем девушку, которая хотела еще как-то возразить. Она обмякла в этих руках. Приятный жар на губах. Множественные поцелуи в щёки, лоб и подбородок. Не хочется, чтобы это всё прекращалось. — Как долго ты будешь здесь? — Месяц. Джин обиженно вздохнула, ведь так хотела провести больше время вместе, чем тридцать дней. — Но так как я не могу оставить свою любимую одну, то придётся ее забрать с собой в Италию, - задумчиво проговорила девушка, поглаживая чужие шелковистые волосы. — Чего?! — Не стоит удивляться, устроим небольшой отпуск, - беззаботно улыбнулась Рейко, чмокнув её в висок. — Ты ещё скажи, что завтра вылетаем на Луну, чёрт возьми! У меня скоро отгул по учёбе в университете закончится. — Можем хоть на Марс, дорогая. А насчёт университета не стоит беспокоиться, твои трупы не убегут. Я ведь всегда подкину новых, - засмеялась Тамура, получая удар ладошкой по плечу, - я договорюсь и тебе дадут отдых на три недельки больше. Не стоит переживать. У Джихе нет слов! А кто будет догонять программу и не спать сутками!? Несмотря на первый курс ординатуры по направлению судмедэксперта, спит она редко. Но страсть к этой профессии появилась ещё со школы. Любовь к детективам, вскрытиям и полиции дали свои плоды. Многим не нравилась её одержимость в этой сфере. Но это нисколько не останавливало девушку. — Тебе нужен отпуск, - любовно промурчала Тамура, заправляя выпавшую прядь возлюбленной за ухо, - а мне нужна ты. После таких слов Джихе всегда сдаётся. Опустив голову на чужое плечо, она принимает своё поражение. *** P. Jimin: Тебе нужно прийти по адресу ХХХ. Вторник. 17:00. Для тебя это тоже будет полезно. Не задавай лишних вопросов. Это всё, что написал глава казино Тэхёну ранним утром. Он думал, что больше не будет пересекаться с ним. И откуда у него этот номер? Парень прочитал это только в двенадцать дня, так как сам только встал. Мышцы ноют, но малость бодрости присутствует. Сторона Чонгука уже давно остыла, значит рано проснулся. Произошедшее вчера отчётливо помнилось и нисколько не смущало. Именно тогда Тэхён был предельно честен в своих желаниях, а истинных чувств стесняться нет смысла. На кухонной стойке расположились тарелки с едой, накрытые плёнкой, а сверху был прикреплён оранжевый стикер. «Я ушёл на работу. Поешь и оставайся сколько захочешь. Дом в твоём распоряжении.» Парень слабо улыбнулся и сел завтракать. Чонгук очень вкусно готовил, по-домашнему. Его еда казалась родной, будто из детства. Закончив с трапезой и убрав всю посуду за собой, Тэхён отправился в зал. Ливей точно его прикончит за пропуски. Но показываться в таком разбитом состоянии и с раной на лице не хотелось. А шрам и правда останется. Сейчас следует продолжать держать форму и восстановить тренировки. После обеда Ким встречался с Чанми, снова получая нагоняи за то, что не отвечал на звонки и молча пропал. Причитания от вида повреждения тоже не заставили себя ждать. Чонгуку за весь день было отправлено лаконичное «спасибо» за завтрак, а может и не только за него. Скоро он должен будет увидеться с Паком. Что за срочность, и чем ему это будет полезно? Местом назначения оказался просто огромный особняк со своим внутренним садом. Не успел Тэхён нажать на кнопку звонка, ворота сразу отворились. Один из охранников в чёрном костюме молча проводил его до беседки, где спокойно отдыхал Пак под навесом. Стол ломился от сладостей и всякой другой еды. А чашек было три… — Присаживайся и перекуси. — Я уже завтракал, - настороженно проговорил Ким, всё-таки садясь напротив. К чему такая любезность? Чимин выглядел беззаботно, вполне в простой одежде и чутка растрёпанными волосами, словно обычный человек. Перед ним стоял планшет на подставке, и тот всё время что-то листал. Не успел парень открыть рот для волнующего вопроса, поблизости раздался громкий детский смех. — Па-па!! Папочка! - из дома вихрем выбежала маленькая девочка, сбегая от своей запыхавшейся няни, - мы пойдем вместе гулять? Тэхён почти не моргал. Она...Его дочь? У него есть дети? Да ладно. Хотя, чему удивляться, ведь тому уже давно перевалило за тридцатку. Вполне нормально. Но всё равно удивительно, вспоминая, кем тот работает… Заметив постороннего, девочка затихла, приземлившись на колени отца. Тот заботливо обнял ребёнка, поглаживая по смольным волосам. Лицо Чимина при виде дочери смягчилось и не казалось таким суровым. — Лучик, - знакомое обращение резануло слух парня, - мы обязательно погуляем. Знакомься, это папин друг — Тэхён. Парень улыбнулся и слабо помахал ей рукой. Кажется, девочка немного расслабилась, невинно хлопая большими чёрными глазками в ответ. Она даже чем-то отдалённо напоминала Чонгука… Либо ему везде кажется он. Но кое-кого напоминала больше….Ким не может вспомнить. — Меня зовут Хисон, - смущённо пробормотал ребёнок. Ей явно понравился Тэ. Его внешность всегда располагала к нему детей, особенно, когда тот не ходил мрачным и хмурым себе на уме. От одного упоминания этого имени кольнуло в сердце. Слишком много совпадений для одного дня. Именно его подругу, по имени Хисон, все называли лучиком. Это обращение придумал её старший брат — Убин… А ведь если так присмотреться, они чем-то похожи… Ямочки на щеках, родинка под глазом… Как такое возможно? — Навивает воспоминания? Маленький принц, - Мужчина продолжает беззаботно, накладывать своей дочери оладьи с малиной. Так его называла только Хисон….Хван Хисон. Тэхён почти не дышит, словно парализованный. Он пытается соединить все пазлы воедино. Подсознательно, Ким знает уже ответ, но не хочет в него верить. Это для этого мужчина позвал его? Будет полезно, значит? Знал бы Чимин, как парень хотел посмотреть в лицо ее брата и спросить, зачем тот оставил Хисон одну. Просто исчез, как дымка. Размазать его физиономию и заставить жалеть, что появился на свет. — Хван Убин? - голос Тэхёна за секунду пропитался холодом, убедившись, что девочка убежала играть с псом, так и не доев оладьи. Воздух вокруг потяжелел. Лицо юноши стало мрачным. Кровь кипела в жилах, прося вырваться наружу. Значит, сменил имя, неплохо нажился и даже посмел назвать свою дочь именем сестры, которую просто напросто бросил умирать. Пак оторвал глаза от планшета и безразлично посмотрел в ответ, показывая этим, что вполне ожидал такой реакции. Ему не жарко и не холодно от чужого тона. — Меня не волнует, что ты думаешь обо мне, - Ким напрягся только сильнее, - я позвал тебя не для этого. — И что же ты хочешь? - Тэхён пытался сохранять самообладание, ведь не дурак, охраны в округе достаточно. Мужчина пропустил мимо ушей, что тот перестал говорить вежливо. — Почему ты избил Кан Ханыля два года назад? - этот вопрос казался шуткой. И это Чимин хотел узнать? Даже эту информацию откопал, - а самое интересное, ты слишком просто отделался. Ведь в данный момент должен отбывать немалый срок в тюрьме. Тайный покровитель? Юноша криво усмехнулся от происходящего. Ханыль...Бедный Ханыль, он мог убить его и никогда не раскаяться за содеянное. — Накопал на меня столько информации, а о причине не смог узнать с такими то связями? - глаза Кима наполнены яростью, а вены на руках набухли от сдерживаемого напряжения. Отчаянно смешно. — Я задал вопрос, - предупреждение. — Я тоже его задал, - не проигрывает. Знает, что он ничего не сможет ему сделать. Стал понимать именно сейчас. — Чрезмерное упрямство — дурная черта. — Аналогично. Чимин устало вздохнул, поражаясь от характера этого мальчишки. — В детстве ты был милее. — Поменьше похищений и угроз, жизнь бы не казалась такой дерьмовой. Опять гнетущее молчание. Тэхён много хочет сказать и не только ртом, а чем-нибудь потяжелее. Но вспоминая Хисон, как та любила своего старшего брата, парень сдерживается из-за уважения к умершей. — Благодари свою сестру, что так тобой дорожила. — Я всегда благодарен ей. — Видел. Особенно шесть лет назад, - в глазах обоих только мрак. - Я скажу, почему этот ублюдок пострадал. Тебе будет полезно, - возвращает фразу Пака обратно. Тэхёну тяжело вспоминать события минувших дней. Вставший ком в горле болезненно давит на стенки. Он перевёл взгляд на девочку, что резвилась с псом, и сердце невольно сжималось, испаряя всю ярость. — Тогда я не знал и даже не мог догадаться, что с Хисон творится такое, ведь мы учились в разных школах. Благодаря своим способностям ей удалось попасть в престижную среднюю школу и занять бесплатное льготное место. Билет в светлое будущее, - парень сжал челюсти, сдерживая порыв гнева, - там учились дети судей, бизнесменов, а также прокуроров, - по Чимину было видно, как он напрягся, - они заткнули всем рот. Сказали, несчастный случай. Ведь дети не могут быть такими жестокими, - в глазах адски щипало, - синяки и порезы — это было лишь начало. Потом появились ожоги, символы, вырезанные лезвиями… Тэхён никогда не забудет, как на ее мертвом теле обнаружил буквы, высеченные на бледной коже отвёрткой: «низкородный мусор». И содержимое желудка тогда еще маленького Тэ оказалось на полу. — Они капали ей раскалённый воск под одежду, заставляли ходить голыми ногами по разбитому стеклу и это только малая часть правды, - дальше перечислять не было моральных сил, живот нещадно скручивало в узел. В глазах Чимина бушевала сильнейшая боль, по тому как он не дышал — не знал таких подробностей. — Она не смогла выдержать этого, ведь поддержки от брата так и не дождалась, - Пак молчал, пропуская боль через всё тело, - это уже не важно. Я первый, кто нашёл её на чердаке. Тэхёну стало тяжело дышать, в глотку залили будто раскалённое железо. Худое тело девочки висело на привязанной веревке к старому крюку на потолке. Платье стало ей совершенно большим, а ведь раньше было в пору. Всё это случилось, пока Ким учился, а потом как и всегда приехал на лето к бабушке. И за такой короткий срок произошло необратимое. Рядом с тельцем лежала маленькая скомканная бумажка. «Прости, мой маленький принц.» Парень тогда уже и не помнит, как сильно кричал и лил горячие слёзы. Как скорая силком оттаскивала его с чердака и вкалывала успокоительные. Лучик надежды испарился в тот же день яркой вспышкой. И мир для него померк. — Становясь старше, я стал выяснять, что это было за чудовище, которое сотворило это с ней. Но подробности, естественно, скрыли. И что-то узнать было сложно. Но два года назад я встретил группу старшеклассников, что мило беседовали друг с другом. — Ты хочешь сказать…. — Ханыль хвастался, как заставил наложить на себя руки «жалкую нищенку», еле как вспомнив её имя. Ведь как она посмела отказаться стать его личной подстилкой. В глазах Чимина подкрадывалось что-то страшное, пахло новым мёртвым телом. — Я не собирался оставлять его в живых, - почерневшие глаза Тэхёна говорили истину, - но смерть для такого ублюдка была бы слишком проста. Это мало кому известно, но я сделал его инвалидом, хоть и ненадолго. Целился в сегменты спинного мозга на уровне поясничного утолщения. Но навсегда Ханыль не останется таким. Этого повреждения оказалось недостаточно. Его уже подняли на ноги. Он захочет отомстить, я уверен, и тогда жизнь овоща ему обеспечена. Мужчина всё слушал молча, на подкорке сознания планируя что-то своё. — Почему же тебя не привлекли к ответственности, ведь он ещё и сын прокурора. — Я не знаю, - парень выглядел слегка растерянным, - мой поступок был неосторожным из-за несдержанности, но моё имя нигде так и не всплыло. — Ты больше не будешь в это вмешиваться, об остальном позабочусь я. — Решил сыграть в порядочного старшего брата? — Именно. Этим должен заниматься я. А не ты, совсем зелёный юнец, что пытается угробить себе жизнь. Хисон не оценила бы твой героизм, что навредит её лучшему другу, - мужчина был раздражён, пытаясь отгородить Тэхёна от неосмотрительных решений. — Папа! А оппа пойдёт с нами гулять? - девочка метнулась к отцовской ноге, поглядывая на Тэхёна, словно ожидая вердикта. — У Тэхена дела, и он не сможет составить нам компанию сегодня, - Чимин махнул рукой няне, чтобы та увела дочь одеваться для прогулки. — Зачем мне слушать тебя? — Сделай это ради неё. В следующий раз ты можешь и не выкрутиться. В нашем мире везение является одноразовой акцией. Голос у Чимина твёрд и не на какие уступки идти не намерен. Он проследит, чтобы Ким не совершил глупых поступков. Старается выглядеть взрослым, а на деле дитя неотёсанное. — Убин, - обращение ни к главе казино, ни к Чимину, а к её брату, - где же ты был всё это время...- совсем тихо. Пак свесил голову, опираясь локтями о ноги. Мужчина бы всё отдал, чтобы вернуться в то время, когда еще была возможность помочь сестре. — Меня посадили в тюрьму.