Правильно?..

Мик проснулся после обеда. Ему совершенно несвойственно так долго спать и потому он не понимал, что, где и как. Потерялся в пространстве и времени, лишь пытаясь пошевелиться затёкшим телом. Ощутил тепло, некоторую тяжесть и с ужасом понял — Крис всё ещё обнимал его. А он — обнимал Криса. В голову ворвался ворох мыслей, заставивших пульс сбиться. Они проспали так всю ночь. После этого душераздирающего разговора. После этой дебильной, несдержанной истерики. Тепло любимого пьянило и уговаривало остаться в таком положении подольше. Но брюнет завозился, пытаясь сообразить, что делать дальше. Ну, перво-наперво, встать. Встать и привести себя в порядок, а потом уже и Криса. Скоссер с трудом повернул прижатую к шее любимого голову и ужаснулся — сквозь задёрнутые шторы пробивался яркий солнечный свет, что означало только одно — уже как минимум полдень. — Крис! — хрипло спросонья позвал парня Мик. — Крис, просыпайся, — привычное поглаживание — и тут же одёрнул руку, осознав, что творил. — Укол пропустили, проснись! Шатен еле открыл глаза, хмуро глядя на причину пробуждения. — И что, блять? — недовольно уточнил он. — Сделай сейчас и не паникуй. Парень разжал руки, чувствуя, как затекло тело. Болело буквально всё. Отстранился, перевернулся на спину, зашипев при этом. Противные покалывания пронзали всю половину тела. — Поэтому и бужу тебя, — болезненно зашипел Скоссер, с готовностью выбираясь из объятий и понимая, что телу пиздец. Сначала сидя спал хер пойми сколько, потом в одной, не такой уж и удобной позе. Сел, немного размял спину. Ну, хотя бы голова уже не болела, хотя от пересыпа давала о себе знать при резких движениях. Блядь, двадцать семь лет, неужели уже развалиться начинал? Добрёл до ванной, умылся, окончательно продрал глаза и сделал-таки укол через несколько минут, притащив всё необходимое. А ещё пришло осознание вместе с урчанием голодного желудка — последний раз они ели аж больше суток назад. Все эти выяснения отношений на пользу не пошли. — Крис, поесть надо, — сказал он парню, ставя того перед фактом. Плевать, что тому придётся вновь терпеть заботу ебанутого шефа. Скольту необходимо поправляться. — Надо, — согласился Крис, чувствуя, что лучше бы он ещё поспал, а не вот это вот всё. Продрать глаза — Мик продрал. А вот окончательно прийти в норму пока ещё не представлялось возможным. Сколько он спал за этот день? Наверняка, недельную норму выспал, ебануться можно. О том, что они спали вот так в обнимку после всего произошедшего, да и о самом происшествии старался не думать, сосредоточившись на приготовлении завтрака для любимого. Омлет с зеленью и беконом, несколько тостов, немного овощей и сок — пусть ест, что захочет. Водрузив это всё на поднос, он заботливо притащил его к парню, аккуратно поставив рядом. Нужно ещё убедиться, что шатен сам справится с процессом — после такого-то потрясения как бы не стало хуже. И чтобы хоть как-то оправдать свое нахождение в комнате, Мик залез в шкаф за одеждой. Надо ещё к концерту подготовиться. Хотя, как можно держаться перед Лоти молодцом, когда в отношениях с её братом такой пиздец, Скоссер плохо представлял. Крис успел задремать, пока шеф готовил. Проснулся от вкусного запаха. Пришлось садиться, по устоявшейся традиции глядя на мир недовольно и сонно. Тело болело, не слушалось. Взяв вилку, шатен тут же её уронил. — Блядь, — тяжёлый вздох и попытка понять, что он может съесть без этого прибора. Да и вообще без любых приборов. На звякнувший звук Мик мгновенно обернулся. Вот, чего он и опасался. Не закрыв шкаф подошёл к парню, осторожно сел на край кровати рядом и, взглянув сначала на вилку, а потом в глаза любимого, мягко, но уверенно произнёс: — Давай помогу, Крис. Тебе ведь снова хуже стало, — в голосе нотки вины, потому что он повинен в ухудшимся состоянии парня. Шатен поднял взгляд на Мика, прищурился. Затем всё же медленно кивнул. Хуже, чувствовал. И не ясно, из-за сотрясения это или же из-за неудобной позы и позже пройдёт. Скоссер еле заметно, вымученно улыбнулся. Не стал сопротивляться, а ведь мог бы. И был бы прав. Он присел ближе, перехватил поднос и принялся поочередно нанизывать на вилку немного омлета и кусочек овоща из салата. Осторожно подносил к губам, стараясь не обронить частички пышного омлета. Подавал сок, если нужно было запить. Мик всё равно собирался продолжать так же заботиться о Крисе. Тот ведь не виноват в своём состоянии. Беспокоило только то, что придётся так часто мозолить ему глаза. Шатен послушно открывал рот и забирал то, что ему давали. Ел в тишине, потому что разговаривать сил нет. — Спасибо, вкусно, — отклонившись, произнёс парень, когда наелся. А затем медленно лёг на бок, спиной к шефу. Нужно ещё поспать. Брюнет ничего не ответил на благодарность. Понимал, что накручивал себя, но это выглядело слишком дежурно. Но когда парень лег и отвернулся, Мику пришлось приблизиться ещё раз, даже перегнувшись через него. — Крис, подожди, лекарство, — он протянул шатену капсулы и немного воды, чтобы тот даже не поворачивался обратно. Слишком заботливо, слишком чутко к состоянию. Парень фыркнул, но приподнялся и губами забрал лекарство, слегка коснувшись ладони. Запил и снова лёг. Мик досадливо улыбнулся. Ну придётся потерпеть, Крис… Он не бросит тебя в таком состоянии, как бы ты не брыкался. Скоссер быстро забрал нужные вещи и вышел, закрыв за собой дверь. Ехать совершенно никуда не хотелось. Но он обещал Лоти и девочкам отвезти их на концерт. Медленно поклевав свой завтрак под работающий телек, Мик бесцельно залипал в телефон, наконец-то впервые за долгое время выпустив Пушка из вольера. Тот истосковался до такой степени, что сам залез к хозяину на колени, породив у того очередное подозрение, что этот ящер плод генной инженерии — ну слишком похож на собаку. Ближе к вечеру Скоссер привёл себя в порядок: уложил волосы, оделся как нормальный парень своего возраста. Критично осмотрел свои еле заметные круги под глазами от свалившегося стресса и поехал за девчонками. Три очаровательные блондинки встретили Мика визгами предвкушения. Лиза, состроившая в край задолбавшееся лицо, улыбаясь, с радостью сплавила этот хор в руки мужчины. Она мельком знала, что произошло с Крисом, и вопросов никаких не задавала, тем более что, как брюнет и предполагал, со скромной Шарлоттой проблем не возникало, особенно при наличии таких внушительных выделенных на неё финансов. Концерт проходил на специальной, выделенной для музыкальных выступлений арене. И Лоти, никогда не бывавшая в подобных местах, просто сгорала от нетерпения. По вип-билетам их, как и остальных «привилегированных» запустили внутрь чуть раньше. Девочки сразу же потащили несчастного Мика осматривать пространство. Наверное, на сцену и за кулисы бы залезли, если бы охраны по периметру не было. Визг уже сейчас стоял нешуточный — фанатки от предвкушения совсем не сдерживались, вызывая у Скоссера приступ бессильного раздражения, скрываемого за улыбчивой маской. Наконец, через час ожидания, концерт начался. И брюнета, стоявшего позади девочек монолитной стеной, оглушило от воплей и музыки. Подружки уже совсем не обращали на мужчину внимания, прыгая, подтанцовывая и подпевая кумиру на сцене. В этом хаотичном гвалте Мик чувствовал себя чужеродным и неправильным. Но это было хоть каким-то отвлечением от произошедшего. Окончательно охуевший от более чем двухчасовой музыкальной программы, Скоссер, натянув свою привычную маску живчика, самолично потащил девчонок знакомиться с певцом ближе, продираясь сквозь толпу, при этом умудряясь удерживать всех троих рядом с собой так, чтобы никого из хрупких блондиночек не снесло в сторону. Очередь на автограф-сессию была, как мужчине показалась, миллионная. Но хотя бы разбавлялась тем, что шныряющие менеджеры впихивали всем желающим (и даже нежелающим) фирменную атрибутику. И Скоссер, вообще не думая, расчехлил свои финансы на эти приблуды, на которые дети смотрели с горящими глазами. По три футболки каждой (все разные и такие клёвые!), какие-то непонятные рамочки с портретом, то ли магнитики, то ли голографические карточки, брелоки, ручки, диски (хотя не понятно, на кой хер они сейчас нужны), даже фенечки. Им даже все это добро по пакетам фирменным распихали, отчего девочки вообще от восторга дар речи потеряли. И когда подошла их очередь фотографироваться и получать автограф, Кэти, против своего обыкновения, вдруг неимоверно застеснялась. Настолько, что Мику даже пришлось её успокаивать, пропуская Эшли с Лоти вперед. Но по итогу всё прошло хорошо — девочки получили и свои фотографии, и автографы. Скоссер привёз их обратно только через шесть часов. И несмотря на позднее время и общую усталость, девчушки были на седьмом небе от счастья и перевозбуждены до предела. Наверное, если бы можно было преобразовать их энергию в электричество, то его хватило бы на обеспечение одного небольшого района. Близняшки, стоило им выкатиться из машины со всем накупленным хламом, побежали хвастаться маме, а вот Шарлотта задержалась. Не ожидавшая от концерта такого взрыва эмоций, не ожидавшая вообще попасть на него, она в порыве благодарности горячо и искренне обнимала растроганного Мика. И он ещё сильнее уверился в том, что хотел для этой малышки лучшей жизни. К удивлению Скоссера, в доме Крентонов был ещё и Рой. Попрощавшегося с Лизой брюнета друг отвёл на разговор. Тому показалось странным лицо шефа и при ближайшем рассмотрении Роем выявлена некоторая заёбанность, умело Миком маскируемая. — Что случилось? — в лоб спросил МакДоналл, крайне не любивший свою фамилию из-за схожести с нелюбимой сетью фастфуда. — Рассказывай. Скоссер отвёл взгляд и вздохнул. Стрельнул у друга сигарету и заговорил только после нескольких затяжек. — Я Крису признался, — отсутствующим голосом ответил Мик. — Безрезультатно, так понимаю? — медленно протянул шокированный Рой. — Не, ну почему, — горько усмехнулся брюнет, делая очередную затяжку. — Отрицательный результат — тоже результат. — А на кой хер ты вообще это сделал, бро? — осторожно поинтересовался он. — Что, неужели намёки какие-то были? — Нет, — Мик поморщился и нервно дёрнул плечами. — Я вынужден был… Он догадывался давно уже. Рой только головой покачал, цыкнул и похлопал друга по плечу. А что тут ещё сказать можно? Даже ведь и не подбодришь никак, тем более зная, как Скоссер привязывался к своей любви. Пример с Эллой был всё ещё предельно ярок. — Вы адреса проверяете? — перевёл босс тему. — Проверяем, — кивнул МакДоналл. — Медленно, сам понимаешь. — И осторожнее. У меня нет никаких доказательств пока ещё, но подозреваю кое-что очень нехорошее. — Например? — Деда, — скривившись, ответил Мик. Рой ошарашенно выдохнул, присвистнув, и запустил руку в отсутствующие волосы, пригладив абсолютно лысую макушку. О проблемах в семье Скоссера друзья знали. Не полностью, но знали. И новость о деде Мика была прямо-таки хуёвой, откровенно говоря. — Я пока ещё не уверен, но всё равно будьте внимательнее, — хмуро сказал брюнет, затушив окурок. — Если что — звоните, я приеду. Но лучше пока просто не соваться напрямую. Осторожно, издалека. — Понял, Мик, — серьёзно ответил Рой. — Джефу сам скажешь? — Не, — мотнул головой он, — сам давай. Если что новое узнаю — сообщу. Попрощавшись, Скоссер двинул домой. Он хотел отдохнуть ещё. Эти моральные переживания выбили его из сил, он хотел забиться куда подальше и не отсвечивать. Такое странное, мерзкое, давно забытое состояние.

***

Как только Лоти оказалась в доме, то сразу же решила позвонить брату. Он обычно не спал в это время, и поэтому она не боялась его разбудить. Всего-то десять вечера! Она так хотела поделиться с ним прошедшим концертом, так хотела поговорить с ним, что звонила до упора. — Кри-и-и-ис! — звонкий девчачий голосок мог нехило так резануть по ушам своей громкостью. — Привет! Как у тебя дела? Как командировка? Ты скоро вернёшься? — посыпался на шатена шквал вопросов. — А мы с Миком и девочками на концерте были, только что приехали! Крис, там было так круто! — запищала она чуть ли не ультразвуком. — Такая большая сцена, и мы, — с восторженным придыханием вещала Лоти, — были возле сцены! Мы прямо напротив НЕГО были, а-а-а-а! — захлопала она в ладоши. — Всё так хорошо видно было, он будто на нас смотрел! — восторг. Чистый и неприкрытый. — А потом Мик нас повёл за авто-о-ографо-о-о-о-ом! И мы пока в очереди стояли нам с девочками Мик всякого разного накупил, — не сдерживаясь, хвасталась она футболками и прочей такой важной для неё мелочью, в красках описывая крутость каждой. — Мы с ним сфотографировались, представляешь? Представляешь? Уи-и-и-и! И автограф получили. Кри-и-ис, я в шоке! — заряд энергии Лоти наконец-то немного спал, и она выдохнула. — Как приедешь, я тебе всё покажу! — пообещала она, как-то напрочь забыв, что брату это нафиг не сдалось. Но поделиться так хотелось! Крис вздрогнул от звонка телефона, разлепил глаза. Кое-как вытащив технику, взял трубку, не глядя на экран, и чуть не оглох. Лоти. Счастливая, пищащая от радости и почти не слушавшая ответы на свои вопросы. — Я рад, что ты в порядке, — слегка сонным голосом, с улыбкой произнёс Крис и посмотрел на время. Ладно, спишет на усталость в случае чего. — И рад, что понравилось всё. Скоро увидимся и ты всё-всё мне покажешь. Особенно дневник с оценками, — хмыкнул шатен и нахмурился. — Как мама? Новости есть? — С мамой всё хорошо, она вчера звонила, — радостно сообщила Лоти. — А ещё сказала, это, правда, не точно, что через три недели её могут выписать. Было бы здорово, — с надеждой протянула девочка. — Она вчера по внутреннему двору больницы гуляла. Сама, — с гордостью добавила она. — Я тебе хотела вчера сказать, но с уроками засиделась, так что всё у меня хорошо с оценками! Тётя Лиза у нас всю домашку проверяет, — весело пожаловалась она на великую вселенскую несправедливость. — Это отличная новость, — сказал Крис, облегчённо выдохнув. Скоро мама будет дома и начнётся новый круг пиздеца. А он ещё со старым не разобрался. Херово. Мик приехал к себе через час. Забрал Брута, вымыл лапы и, прихватив всё необходимое, отправился к любимому. Надо впустить к нему пса и сделать очередной укол. Наверное, с такими потрясениями, придётся на пару дней курс продлить. Он застал парня за той же книгой, которая вчера улетела на пол. Сонный, иногда морщащийся, тот поднял на него глаза. — Лоти звонила. Счастливая. Я снова твой должник, выходит? — голос уставший, под глазами круги. Брюнет рад видеть Криса в относительно нормальном состоянии. И мягкая полуулыбка после слов парня сменилась на злую досаду. — Ты когда-нибудь прекратишь нести хуйню? — с усталым раздражением спросил Мик, пройдя в комнату. — Я рад её счастью так же, как и ты. Как же до тебя всё не дойдёт. Я сделал ей приятное из простого желания сделать приятное, а не из желания увеличить твои долги, блядь, — глухо пророкотал он, садясь на край кровати и подготавливая шприц для укола. — Переворачивайся. В серых глазах начала зарождаться буря. — Если тебе хочется ругаться со мной каждый, блядь, разговор — я это устрою. Но хотелось бы всё же дожить эти дни в относительном спокойствии и понимании, — прорычал шатен, откладывая книгу. Мик грозно взглянул на парня, выпрямившись на кровати. — Ты, блядь, серьёзно, да? — как у умалишенного спросил брюнет, чувствуя, как опять сбивался блядский пульс. — А ты даже не представляешь, как я хочу, чтобы ты эти дни провёл в спокойствии, — серьёзно проговорил он, не отводя взгляда от серых глаз. — Поэтому, пожалуйста, прекрати нести хуйню и давить на меня сейчас ещё сильнее. Выскажешь мне всё после выздоровления, ладно? Крис заскрипел зубами, но смолчал. Перевернулся на живот, подставляясь под очередной укол. Который Скоссер молча сделал и ушёл на кухню. Нужно кое-что проверить. Конечно, проще узнать у Криса, но тот совсем не горел желанием разговаривать. Он заглянул в холодильник и осмотрел остатки еды. Нетронуты. Либо у Скольта совсем не было сил встать и поесть, либо он так долго спал. И потому Мик, невзирая на всё недовольство любимого, невзирая на своё моральное подавленное состояние, принялся делать парню ужин. И вместо сока на этот раз — почти несладкое какао, которое купил на днях специально. Они столкнулись почти в дверях комнаты. Взявшегося за книгу Криса бесцеремонно отвлёк заурчавший живот, намекавший, что здоровый сон пора разнообразить здоровой и не очень едой. Минуту он сверлил Мика взглядом, но всё же сел обратно, удобно устроившись на кровати. Мик отвечал парню уставшим, немного забитым взглядом. Честно признаться, он ожидал от Криса сейчас очередного взрыва гнева. Но тот лишь недовольно вернулся обратно. Ладно, хотя бы так. Брюнет аккуратно поставил столик-поднос на ноги любимого и молча отошёл к шкафам. Только лишь для того, чтобы вновь проверить силы парня. Крис взялся за ложку. Дрожала, но он упорно старался ей орудовать. Раз, два…пять и прибор снова упал в тарелку. Шатен зажмурился, сдерживая рвущиеся наружу ругательства. Это, блядь, невыносимо. Мик сел совсем рядом и, не спрашивая, взял ложку из тарелки. — Давай, — тихо, успокаивающе, что совсем не вязалось с подавленным и тяжёлым взглядом. Осторожно набрал еду в ложку так, чтобы даже по тарелке лишний раз не стучать. Он понимал, что вызывал своим поведением и видом лишь раздражение и гнев. И как бы Мик этого не хотел, от помощи любимому он не откажется. Шатен вперил в шефа недовольный взгляд. Сидел так несколько секунд, но все же подался вперёд. Когда с едой и напитком было покончено, Мик немного задумчиво, неспешно произнёс: — Давай тебе хотя бы футболку сменим, вся в крови. Про другую помощь вообще молчу… Но всё же предлагаю, — во взгляде вселенская усталость и… обида. Именно обида. — Дай новую, я справлюсь. Штаны было бы хуже, — согласился Крис и прищурился. — Хватит так обиженно на меня смотреть. Я не виноват в своей ориентации, как и ты в своей. И я, блядь, честно стараюсь сдерживать свой негатив, поэтому завязывай. — Я разве хоть слово за ориентацию сказал? — устало спросил Мик, встав с кровати. — Меня не это волнует. Мне лишь обидно, что после этого я не могу приближаться к тебе без опаски вызвать очередное ухудшение твоего состояния, — брюнет открыл ящик комода и выудил оттуда чистую футболку. — Я всего лишь хочу тебе помочь. Потому что знаю, каково это. Не из очередного блядского приступа эгоизма, Крис, — он протянул одежду парню, глядя с какой-то обречённостью. Крис в шоке смотрел на шефа. Он адекватный вообще, нет? Понятно, что нет, но, блядь, не настолько же! Он взял футболку, тут же схватил шефа за руку и дёрнул, вынуждая сесть рядом. — Стоп, стоп, блядь. Ты серьёзно? Мик, блядь, ты серьёзно верил, что после того, как это всё вскроется, я буду реагировать иначе? — он продолжал держать его руку. Цепко, сильно. — Думал, что смогу принять это так, как оно есть? Мик удивленно выдохнул, но сел рядом, позволяя удерживать себя. — Я, конечно, идиот, но не настолько же! — болезненно поморщился он, взглянув на парня. — Я прекрасно осознавал, какие у тебя будут реакции, поэтому и пытался всё скрывать. Не понятно только, зачем оно тебе надо было? — непонимающе усмехнулся он. — Крис, повторюсь, я не собирался и не собираюсь навязывать тебе свои чувства. Максимум, на что я тогда рассчитывал — дружба. И то, понимал, что это из разряда фантастики. Я знал, что не вызову у тебя ничего, кроме гнева своим признанием. И какого хуя я вообще пошёл у тебя на поводу? — с нескрываемой болью спросил, прищурившись от накатившей горечи. — Тебе легче стало от этого знания? Не стало. И вот нахуя, скажи, тебе надо было узнать это? И нахуя, если знал, что ничего хорошего из этого не выйдет? Тебе не хватало и без этого причин беситься? — опустошённым голосом задавал вопросы Скоссер. — Я сам виноват в своей любви, Крис. Но в твоей агрессии, прости уж, повинен и ты. — Заебало твоё враньё. Особенно после фразы «Я перед тобой всё открыл». Вокруг меня и так дохуя вранья, а ты ещё и добавлять начал. Вот я и сорвался… Видел, что ты не из чистой дружбы всё это делаешь, но молчишь. Упорно молчишь и врёшь, блядь, — рыкнул Крис, сильнее сжимая руку паренька. — Я виновен в том, что привязывал тебя к себе и не смог остановиться, когда должен был. Продолжал тебе, блядь, верить, когда ты врал. Продолжал думать, что у нас реально может получиться дружба. А ты продолжал врать, продолжал выстраивать со мной отношения, уже зная, что всё это рассыплется, стоит мне немного надавить. Вот это меня бесит больше всего. Нехрен было тогда говорить про то, что ты открыт, — шатен отбросил его руку и начал снимать с себя окровавленную одежду. Мик непроизвольно сжался. Ссутулился, опустил взгляд, как виноватая собака. Да, всё это было ложью. Но он лишь не хотел усугублять ситуацию. — Крис, я думал, что так будет лучше для тебя… — тихо произнёс Скоссер, не смотря на любимого. — Я правда думал, что если смогу с тобой дружить, то смогу тебя оберегать. Мне, блядь, важно твоё благополучие! Я знал, что мне ничего не светит в плане отношений, но я был готов просто находиться рядом. И готов сейчас! Я вёл себя неподобающе глупо, Крис. Я, как и ты, впервые оказался в такой ситуации. Сейчас скажу одну крайне ебанутую вещь, но… — он поднял серьёзный, сосредоточенный взгляд. — Ты — моя первая неразделённая любовь. Я как по минному полю возле тебя шагал и шагаю, совершенно не зная, как к тебе подступиться, блядь. Оступался и оступаюсь, совершаю ошибки, просто потому что я не знаю, как с тобой обращаться! Ты ведь закрытый, а ковырять тебя невероятно сложно, — каждый раз эта аналогия с консервой вызывала лёгкую улыбку на губах. — Я действительно думал и продолжаю думать, что я в состоянии удержать себя в руках настолько, чтобы остаться рядом с тобой лишь другом, если ты мне это позволишь. Если дашь шанс на искупление. — Слишком дохуя решаешь за меня и бесишься, когда я делаю тоже самое по отношению к тебе, — шатен выдохнул, устало откинув голову на спинку кровати. Сука, как всё сложно-то. — Я могу сказать наверняка только то, что буду сохранять подобие общения из-за долга. Как материального за всё то, что должен, так и морального — за то, как относишься ко мне. Точнее больше ничего не скажу сейчас. И это, блядь, не одолжение, а констатация факта. Мик выдохнул. Протяжно, болезненно. Как часто у него за эти дни что-то где-то болело. В основном, душа, конечно. Но, хорошо, что они пришли хоть к какому-то решению. Вернее, Крис пришёл. А ещё брюнет был крайне рад, что информацию о первой неразделённой любви шатен воспринял нормально. А то Скоссер был в некоторой уверенности, что он вновь ускачет куда подальше, сыпля ядом и проклятиями. — Хорошо, Крис, как скажешь… — устало прикрыл глаза на секунду. — Пускай будет так. Я правда рад, что это будет не из одолжения. Но позволь мне прояснить несколько моментов, пожалуйста, — взгляд стал спокойнее, пусть и не полностью избавился от той горечи, которой Мик, казалось, пропитался. — До тех пор, пока ты не будешь полностью в состоянии за собой ухаживать, это буду делать я. Извини, но придётся потерпеть, это и в интересах твоего выздоровления тоже. Обещаю, что не буду переходить никаких рамок — типа антистресса и подобного. Так что не брыкайся от моей помощи, хорошо? — даже голос стал мягче. Скоссер действительно рад итогу. Это давало некоторую надежду. — И не пытайся делать что-то самостоятельно из вредности и упрямства, ладно? Я буду рядом, но глаза мозолить не буду. Крис поморщился от этого выдоха. — По правде говоря, из-за меня впервые так кто-то страдает. Обычно как-то либо я не видел, либо там чисто физическое влечение было. Это сложно осознавать, потому что помочь не могу, — признание слетело с губ легко, привычно. Вот что они за долбоёбы? Нахуй опять всё это? — Обещать не буду, но услышал тебя. Постараюсь во всяком случае. Мик мягко усмехнулся, не отводя взгляда. — И не надо мне помогать, Крис. Это только мои проблемы, справлюсь, раз решил. Хорошо, что услышал, — Скоссер встал, нагрузил себя кучей вещей из шкафа и направился на выход. Надо перевезти временно гардероб в другую комнату, чтобы лишний раз не попадаться Крису на глаза. — Сложно, учитывая, сколько ты для меня сделал. И плевать из каких побуждений, — Крис осторожно лёг обратно и взялся за книгу. Оставалось совсем немного до развязки. — Я не делал это с планами на взаимность, Крис. Скажу последнюю ебанутую вещь и уйду. Мне просто нравится делать тебе приятное. Тебе и Лоти, — улыбнулся он. — Просто так. Приятное им? Ладно Лоти, для неё хотелось сделать всё и даже больше, но он… Он слишком ребус, как не так давно сказал Дэн. Блять, Дэн… Ещё предстояло объясниться с ним и желательно вживую. А он, блядь, с кровати не слезал. Скоссер вышел, не закрывая дверь на всякий случай. Сердце снова колотилось. От осознания того, что они не поругались, что пришли к относительному согласию. От того, что Крис, кажется, всё же смирился с его чувствами. Он сгрузил вещи в БДСМ-комнате, переоделся и вышел на кухню. Под негромкое вещание телевизора соорудил себе ужин, поел. Оставив завариваться вторую кружку чая, Мик вернулся в спальню, почти бесшумно пройдя к рабочему столу. Ненадолго скрылся за ним и вынырнул обратно через минуту. С ноутбуком и выуживаемой из ящика мышкой, зацепившейся проводом. С беспроводными у него как-то не сложилось. Как и с самим ноутбуком, который он использовал крайне редко, отдавая предпочтение стационарному компьютеру в плане серьёзной работы. А сейчас просто не хотел маячить у Криса на виду, поэтому собирался на кухне проверять всю накопленную почту и решать все дела, скопившиеся за эти два ебанутых дня. Мик начал копошиться как раз тогда, когда шатен почти дочитал. Ещё пять страниц и… — Ты что делаешь? — шуршание шефа отвлекло его. Прищурившись, парень вздохнул. — Ты что задумал, идиотина? Скоссер выпрямился, глядя на парня, словно нашкодивший кот. И пытался одной рукой отцепить этот чёртов шнур. Да за что он там вообще зацепился?! — Почту проверить надо… И вообще, — наконец-то ему удалось высвободить несчастный провод. — Тебе телевизор не мешает? — тут же переключил с себя внимание Мик. В комнате негромко слышно звук программы, что сейчас шла по новостному каналу. — Так садись и проверяй. В чём проблема? Брюнет словно замялся. Перехватил электронику поудобнее, сделал нерешительный шаг. — Я ведь обещал не мозолить тебе глаза, — выдохнул он. — Ты идиот? — уточнил Крис и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Ты идиот. Мозолил ты мне глаза, когда позвал к своим друзьям, прекрасно зная, что я не собирался. А работать в СВОЕЙ комнате — это работать в СВОЕЙ комнате, — выделяя слова, отчеканил он. — Не страдай хуйнёй и работай спокойно. — Так, стоять, — подозрительно выдал Мик. — Давай-ка сейчас проясним, раз ты заговорил. Я тебя туда не звал. Честное слово, — серьёзно глядя, говорил брюнет. — Я сам немало удивился, когда узнал, что Лоти пригласили. Позвать тебя была чисто их инициатива. Скажу больше — это Лизе приспичило с тобой познакомиться как с родственником подруги её дочерей. Так что я тут не причём! — Кто меня активно звал, привалившись к машине? — ехидно уточнил шатен. — Это было чисто из вежливости, — возмутился Мик. — Там все о барбекю уши прожужжали, было просто неприлично тебя не пригласить. Всё остальное — Крентоны. Все предьявы им, желательно Лизе и в устном виде, — улыбнулся он, представив эту картину. Бойкая русская женщина криминальных кровей и ветеринарных способностей возмущений воробушка не побоится. — Я этой женщине за воспитание Лоти должен, блядь, какие возмущения? А Джефу за согласие и присмотр. Пиздец, долги в геометрической прогрессии растут. — Ну вот и завали возмущалку тогда, — прыснул Мик, а потом серьёзно посмотрел на парня. — Нет никаких долгов, Крис. Их попросил я. Тем более, с Лоти проблем никаких, ты же сам прекрасно знаешь. И Лиза неоднократно говорила, что она очень послушная и скромная. Там близняшки суету за десятерых наводят, ещё один ребенок для них не проблема. Успокойся. — Похуй, я всё равно чувствую себя теперь им обязанным. Да что ты всё стоишь? — фыркнул он, глядя на готового слинять с ноутбуком шефа. — Блядь, Мик, угомонись. Работай спокойно, меня это не напрягает. Теперь только сон, разве что, и то не факт, учитывая вчера. Так что отставь вот это всё. — Ладно, — брюнет поставил ноутбук на стол и капитулирующе поднял руки. Затем постучал легонько, задумчиво пальцами по крышке и вздохнул. — Спасибо. Мик убрал ноут обратно, сходил на кухню, выключил телек, взял чай и вернулся за стол. Через несколько минут из-за компьютера донеслось тихое, еле различимое «ох, блядь». Писем было навалом. Правда, не срочных. Но за выходные нужно разобрать. Видимо, предстояла сегодня бессонная ночь. Особенно, учитывая, сколько он за двое суток проспал. А Крис снова уткнулся в книгу. Пускай работает, ему-то что? Его бесило исключительно поведение Мика, не более. Через полчаса донеслись неясные маты уже с его стороны. Он всё же осилил книгу и теперь был под впечатлением. Скоссер оторвался от монитора и взглянул на парня. Чего это он? А-а-а-а… Книга закончилась. Понятно. — О, смотрю, ты впечатлён, — что там брюнет говорил о том, что не будет мозолить глаза и надоедать? Забудьте. — Ну и как тебе? Скажи, неожиданно вывернуто? — Мик улыбался, с искренним интересом глядя на любимого. Он хотел услышать его мнение, тем более что, эту книгу сам он и посоветовал. Охреневший взгляд упёрся в Мика. Потом снова на лежащую рядом закрытую книгу. — Это пиздец как круто. Их, сука, трое и каждый по-своему замешан! И все такие непримечательные. Точнее, думаешь на каждого, но постепенно откидываешь это, а тут… Охуеть, блядь, — парень глубоко вздохнул. — Охуенно. Мне понравилось. Мик искренне широко улыбнулся, немного проехав на кресле вбок, чтобы лучше видеть парня из-за мешающего монитора. — Я очень рад, что тебе понравилось, — восторженно ответил он. — Я на этого птицевода вообще не думал сначала, и знатно так охуел, когда его так виртуозно вплели. Значит, мы не прогадали с жанром, так? Или с автором. Ну что, хочешь ещё подобный опыт повторить? — Не сегодня и не в ближайшие дни. Мозг кипит, а впечатлений слишком много, чтобы остановиться на чём-то одном. Но это просто охренеть, честно, — Крис улыбнулся, но всё ещё как-то чересчур пришибленно. — Ладно — ладно, я тебя понял, — мягко посмеялся Скоссер. — В любом случае, я рад, что тебе понравилось и это чтение для тебя не стало просто тратой времени. Сладенького не хочешь? — он вернулся обратно на место, заглядывая в монитор. — Ты спать сейчас собираешься? Мне заканчивать или ты сможешь уснуть под щелканье клавиш? — Я и сладенькое? Шутишь, что ли? — хмыкнул Крис и улёгся, сворачиваясь в клубок под одеялом. — Я усну, даже если ты начнёшь материться на родном языке. Громко и на всю комнату. — Ты же сам говорил, что при активной работе мозга не прочь закинуться сладким, — хмыкнул Мик, поглядывая на сворачивающегося под одеялом парня. — Ладно, тогда я ещё поработаю. В принципе, не было ничего удивительного в том, что Крис мог заснуть в любых условиях. После секса в БДСМ-комнате же засыпал. И с ним в обнимку тоже. Шатен спал, обняв подушку. Ему ничего не снилось, но он всё равно хмурился. Будто даже в таком состоянии думал о чём-то. А ещё часто переворачивался, будто не мог устроиться. И всё это время Мик слышал возню спящего парня, на которую каждый раз отвлекался, боясь, что ему стало плохо. Но всё было нормально. Крис спал, только постоянно вертелся, как жучок. Стало интересно — он всегда так спал? Насколько брюнет мог заметить — да. Или же, это последствия сотрясения. Скоссер работал до самого утра. Иногда ходил покурить или заварить себе очередную порцию чая, закидываясь им вместе с орешками в глазури. Он хотел максимально разобрать всё то, что ему там наприсылали. Вроде файлов, ну, на день работы, а при открытии оказалось, что там ещё вложений дофига и больше, так что предполагаемое время нехило так увеличивалось. Ближе к рассвету начало клонить в сон. Но он из упорства решил проверить последний документ. И завис над ним. Огромный, с кучей наименований, приписок и деталей. Блядь, попался же именно сейчас. Но бросать его на половине проверки не хотелось вообще. Когда показалось, что с этим злоебучим документом всё в порядке, выяснилось, что на предпоследней странице закралась такая ошибка, из-за которой придётся перепроверять весь документ, чтобы исправить все погрешности. Да бля-я-я-ядь… Скоссер тяжело выдохнул. Снял очки, потёр переносицу. Надо уже доделать этот документ и идти спать. Но перед этим нужно хоть немного отдохнуть. И чтобы как-то взбодриться, Мик решил выгулять Брута. Оставив компьютер включенным, брюнет увёл за собой пса на улицу. Осенняя прохлада в относительно раннее утро вполне неплохо взбодрила. Особенно с лёгкой разминкой и игрой с овчаркой. Мик даже не заметил, как пролетело больше часа. Даже спать хотелось гораздо меньше. Вот теперь можно возвращаться к этому документу, чтоб его. Вернулся в комнату чуть позже Брута, которого выпустил из ванной. Взъерошенный после пробежек и ветра и относительно довольный. И осмотрел Криса, продолжающего спать и даже не отреагировавшего на любимца, который улёгся рядом, пристроив голову на боку хозяина. Кажется, стресс сказался на нём куда сильнее, чем могло показаться сначала. После прогулки посвежевший Мик с новыми силами вернулся к работе. И даже документ этот бесил меньше. А уж вид таких милых пристроившихся на его кровати Криса с Брутом, вообще поднял настроение. Сразу появлялась призрачная надежда на то, что всё образумится и наладится, что всё будет хорошо.