Не молчи

Да, сегодня солнце светило ярко и особенно жарко. Очереди в магазинах и на лавках мороженного были настолько огромными, что казалось все люди города там стояли. Пока дождешься своей очереди, уже успеешь потерять сознание от жары (в принципе, некоторые успевали так сделать). Бен и Джек сидели рядом с пляжем, в лёгкой летней одежде, под неловкой тишиной. Ну как неловкой тишиной, Джека всё устраивало, он мечтательно смотрел на небо, задумавшись кое о чём. Скорее всего, неловко было только Лауману. Наконец, шумно выдохнув, первым разговор начинает Бенджамин: – Нам серьёзно стоит поговорить о наших отношениях, – сказал Лауман, немного прикусив губы от волнений. – У нас не свободные отношения, если ты не забыл. Бен слегка нахмурился, вспомнив, как его партнёр тупо целовался с одной из своих фанаток прямо у него на глазах. Да, фанаток. Джек был популярным гитаристом одной рок-группы, поэтому можно было рассчитывать на то, что у него будет много поклонниц. Но Бен не думал, что тот окажется таким козлом. Как можно быть настолько ахуевшим мудаком, чтобы так нагло поступать?! – По крайней мере, ты не предупреждал меня об этом. Ответ Джека совсем ухудшил и так ужасную ситуацию: – Да брось, только не говори, что испытываешь ко мне реальную любовь, а не обычную симпатию. Блондин шумно вздохнул от недовольства, посмотрев на того со всей злостью. Он сжал свои кулаки, дабы хоть как-то сдерживаться, хоть в голове и были одни маты. – Не отвечай за меня! Ты хочешь сказать, что встречаешься со мной не из-за любви?! – Имхо, так и есть. У тебя мордашка симпатичная. Джек хотел было ещё что-то добавить, но его перебили звонкой пощёчиной. Его ударили так сильно, что на щеках остался красный след, а его солнцезащитные очки упали на песок. Найрас недовольно зашипел и поморщился, прикоснувшись пальцами к месту удара. – Отлично, тогда мы расстаёмся. – Ха-ха, хорошая шу... Погоди, что?! – его как будто резко отрезвило. Джек посмотрел вслед за уходящим парнем. Бен гордо подняв подбородок и стиснув зубы, уходил в сторону города. Он не желал больше видеть Джека, как минимум ближайшую бесконечность, ибо парень оказался реально самовлюблённым индюком, без каких-либо хороших сторон. – Стой же ты, Бен! – Найрас почти сразу же побежал за ним следом и схватил того за плечи, развернув к себе. – Скажи что пошутил. – Я не шучу. Мне надоело, что ты не воспринимаешь наши отношения не всерьёз, – когда Найрас неловко отвёл взгляд, Бену показалось, что ему воткнули нож в спину. Так больно?.. Но вместе с обидой он чувствовал и злость. Все обиды вышли наружу: – Надоели твои пустые обещания, что это последний раз, когда ты обжимаешься с какой-то молодой студенткой. Надоели твои лживые слова о любви, надоели жалкие попытки извиниться! Это я твой парень! Почему ты относишься к какой-то рандомной девушке лучше, чем ко мне?! Мы даже не держимся за руки! Скажи честно, ты стыдишься меня?! – Оу, – всё, что смог выдавить из себя брюнет. После неловкой паузы, Бенджамин ожидал услышать чего угодно, но только не грёбаный смех. Он смеётся над ним?! Почему ты смеёшься, Джек?! Неужели ты такой ублюдок? Наконец, перестав смеяться, Найрас стряхнул с себя маленькую слезинку. Он взял Бена за подбородок, чтобы тот смотрел прямо на него. – Тебя это так обижает, Бен? – Ещё бы, – он закатил глаза, оттолкнув от себя парня. – Я покажу тебе всю свою любовь, и тогда ты хрен оспоришь. – Ну-ну. Ещё посмотрим. – Пошли. – Э, блять! Джек схватил Бена за руки и начал настырно идти в сторону ближайшего отеля, совсем не обращая внимания на сопротивления Лаумана. Когда они пришли, он заказал одну комнату и прошептал что-то на ухо служанке. Та сначала покраснела, чуть поморгав, но затем кивнула, со словами: «Ясно! За пять минут принесу!» Она была совсем юной и это был её первый день на работе, поэтому девушка всё ещё смущалась даже тогда, когда принесла «заказ» – Спасибо... – Джек прочитал её имя на бейджике. – Лесли Джонсон. – Не за что! Надеюсь, вы хорошо проведёте эту ночь!.. – Лесли вновь покрылась румянцем и, наконец, оставила их наедине. – А... Оу... Хм, – Бен заметил презерватив и тюбик смазки на руках Джека. Не маленький, понимал к чему всё идёт.

***

Под страстными поцелуями, Найрас повалил Бена на кровать, торопливо снимая с того всю верхнюю одежду. Когда тот остался полу-голым, брюнет решил немного растянуть процесс интима. Вентелятор в комнате был как нельзя кстати. Медленно оставляя на шее блондина алые засосы и много укусов, вылизывая и слегка прикусывая его кожу, вызывая этим приятные мурашки и немного щекотки, Джек внимательно следил за его реакцией. Слыша тихие мычания и еле слышные стоны со стороны Бена и видя его смущённое лицо, Джек пожалел о том, что никогда раньше не делал этого с ним. Найрас также небрежно стянул с себя футболку, не отрываясь от Бенджамина. Хотелось всё и сразу. Потрогать и пощупать каждый сантиметр чужого тела, обвести поцелуями контур живота, но было невозможно сделать всё одновременно, поэтому Джек недолго оставался в одной части тела, сразу переходя к другой. Джек торопливо начал открывать тюбик смазки и громко выругался, когда уронил его от неосторожности. Возбуждение было настолько сильной, что хотелось тупо забить на растяжку, но тогда Бену будет очень, очень, и снова повторюсь, очень несладко. Найрас обмазал смазкой сразу три пальца и вошёл в чужое анальное отверстие одним пальцем, растягивая его. Никакой реакции от Бена не преследовало, было видно, что тому было некомфортно. Вот только, когда второй палец проник в него, из него невольно вырвался громкий стон удовольствия. Поняв, куда нужно прогибать пальцы, Джек умело делал разные круги и движения. – Ч-чёрт... – блондин кое-как нащупал мягкую подушку и прижал её к себе, сжимая. – Джек... Зайди уже блять в меня!.. Найрас самодовольно ухмыльнулся и убрал свои пальцы, не став вставлять третий палец, а Бен недовольно выдохнул, не желая с ними прощаться. Но пустоты вместо пальцев заменило что-то другое, более крупное. Найрас надел на свой вставший член презерватив. Повернув того на живот и поставив раком, Джек начал медленно заходить в него, чтобы Бен смог привыкнуть. Войдя во всю длину, он начал двигаться назад вперёд, со временем ускоряясь и выбивая с блондина всё больше громких стонов. Внутренние стенки приятно сжимали член, а смазка хорошо помогала легко проникать в анальное отверстие Лаумана. Чаще попадая в нужную точку, Джек приносил удовольствие не только себе, но и партнёру. – Ах... – Бен изгибался от удовольствия под ним, не стыдясь стонать "как хочется". Через восемь минут Джек обильно кончил и вышел, перед этим грубо укусив того за плечи, понимая, что был на пределе. Бен слегка дрогнул и почувствовал, как его тело ослабло и, можно сказать, что размякло. Бенджамин перевернулся на спину, шумно выдохнув. Найрас же снял с себя презерватив, завязал и пошёл выкидывать его в мусорку на кухне. – Это было ахуенно, – блаженно протянул блондин. – Не расстаёмся? – спросил из кухни Найрас. В его голосе слышался явный подъёб. – Ни в коем случае. Когда Джек вернулся, он заметил, что член Бена всё ещё упёрто стояла. – Кажется, мы останемся здесь ещё на какое-то время, – сказал он, хитро ухмыльнувшись.