Прости меня

28 сентября. Дневник Грейс Беккер, 19 лет. Дата первой записи: 19 августа 1998 День рождения Вэлори. 05:48 «Добро пожаловать в этот мир, моя дорогая доченька! Уже смело могу называть тебя по имени – моя дорогая Вэлори. Вэл… не могу поверить, что держу тебя на руках, спустя мучительные сутки, показавшиеся мне вечностью. Я безумно испугалась, когда начались схватки, ведь ты должна была родиться намного позже, хотя я уже давно ощущаю, как сильно ты рвешься на этот свет. Вэл, ты совсем-совсем крошечная, с бархатной розовой кожицей, маленькими ручками и ножками. Хрупкая настолько, что иногда мне страшно прикасаться к тебе. Ты все время хмуришься, громко сопишь, совсем немножко плачешь – и все это умиляет меня до слез. Это так странно – стать матерью. Не могу объяснить... Наверное, когда-нибудь, ты поймешь меня, испытаешь это же необъяснимое ничем чувство. Я так сильно тебя люблю… Жаль, что тебя не видит твой папа… Вэл, я решила вести этот дневник, чтобы однажды, в нужное время, отдать его тебе. Ты должна узнать обо мне, о нас с тобой, немного больше, но только тогда, когда повзрослеешь. Пока ты маленькая и беззащитная, я буду оберегать тебя, и дарить тебе всю свою любовь. Делать все, ради того, чтобы ты была счастлива, малышка. Мы справимся со всеми трудностями на нашем пути. Обещаю! Люблю тебя больше всего на свете! С Днем Рождения, Вэлори!» Я громко захлопнула мамин дневник, пытаясь удержать в себе слезы. Мне тяжело читать эти строки. Каждое прочитанное мной слово отзывается в голове ее голосом, и я не могу сосредочиться, чувствуя разрывающую боль. - Вэл, тебе надо отдохнуть немного. – Мэтт появился в моей комнате с чашкой горячего чая и куском пиццы. – Я понимаю, что тебе сейчас очень плохо, но сегодня, случился именно тот день, когда мы можем позволить себе съесть немного вредной еды. Мэтт подтолкнул тарелку с пиццей ближе ко мне, но я была не голодна. Желудок не воспринимал никакую еду уже несколько дней. - Прости, кусок в горло не лезет. Хочу, наконец, прочесть ее дневник. - Много прочла? – Мэтт поставил чашку на мою тумбочку и лег рядом со мной на кровать, откусывая кусочек пиццы. - Только первую запись. Это день моего рождения, Мэтт. Она начала вести дневник с этого дня. Мне не хватило сил продолжить чтение, и я решила убрать довольно толстую тетрадь в свою тумбочку. - Почему именно с этого дня? – Мэтт громко чавкал пиццей, думаю, что специально. - Важный период жизни - рождение ребенка. К тому же, мой отец пропал, и маме нужна была хоть какая-то отдушина, чтобы не сойти с ума. – Я повернулась, лежа на подушке к Мэтту. Запах пиццы все же, немного подействовал на мои рецепторы – во рту появилась слюна. – Представь, каково ей было, остаться одной, без дома, денег и любимого человека в 19 лет? Работая на старуху с непростым характером круглые сутки и получая хоть какой-то минимум на смене в кафе у Теда, ко всему прочему, будучи беременной. - Бедная женщина… – Мэтт тяжело вздохнул, задумавшись о чем-то, затем посмотрел на меня виноватым взглядом. Эти глаза как всегда показывали больше, чем он мог бы сказать. – Вэл, мне так жаль ее. Вас обеих. Мой милый, добродушный и так глубоко переживающий все на свете Мэтт. Что бы я делала без тебя в этом мире? Мне хотелось потрепать его за волосы, как раньше, когда они были чуть длиннее, но побоялась, что это нарушит установленные между нами, давным-давно, границы. Мы любим друг друга, но лишь как друзья. Наше знакомство с Мэттом выдалось воистину кинематографичным. Два года назад, еще будучи студенткой факультета журналистики Бостонского университета, я решила привести себя в форму, для того, чтобы стать ближе к осуществлению моего великого плана жизни. Мое тело оставалось дряблым, после резкой потери веса в выпускном классе и, в идеале, я должна была накачать грудные мышцы, избавиться от целлюлита на бедрах, оформить стройную талию и сделать свою задницу выдающейся частью меня. Поэтому, для достижения своих целей, я начала ходить в спортзал нашего университета по три раза в неделю, и еще один раз, в местный бассейн, чтобы выпускать пар и расслабляться с пользой для своей фигуры. Однажды, придя в бассейн в выходной рано утром, я увидела табличку «Закрыто на санитарную обработку до понедельника». Это очень меня расстроило, ведь в единственный свободный день на этой неделе, я хотела немного поплавать, дав мышцам разрядку после жестокой и сильно затянувшейся смене в баре, где я работала уже полгода, практически без выходных. Решив не огорчаться, я направилась в зал, где сегодня были занятия по моему любимому сайклингу. Я пропотела до самых трусов, и с приятным оцепенением мышц после занятия, направилась к беговой дорожке, чтобы немного отдохнуть в режиме спокойной ходьбы. Как только я сделала пару глотков воды и подключила наушники к телефону, выбирая в плейлисте Korn, за спиной послышалось мерзкое хихиканье вперемешку с истеричными полувоплями. Обернувшись, я заметила девушек, которые были со мной на тренировке. Две худощавые стервы в коротких футболках и шортиках, будто гиены из диснеевского мультфильма, ржали над толстячком, который из последних сил пытался сделать жим на плечи на одном из тренажеров. - Он сейчас взорвется! Смотри-смотри! – Пищала одна дрянь, тыкая пальцем в руку другой. - Фу, меня вырвет, если он издаст хоть какой-то звук. Не могу на это смотреть. Убожество! – Высунув язык и скорчив лицо, выдала вторая. Я вижу как обе морщатся, но не перестают хихикать над бедным парнем, который уже не просто покраснел от напряжения, а вот-вот отойдет к праотцам. Последний гиенский смешок заставил меня выключить дорожку и сойти с нее. Я намотала наушники на телефон, промокнула лицо и грудь полотенцем, стянула резинку с волос, чтобы мои длинные светлые волосы красиво упали на плечи, и с улыбкой подошла к толстячку. Он как раз сделал последний тяжелый подход и обратил на меня внимание, когда я остановилась перед ним. В его глазах было удивление и, возможно, небольшой испуг. Кудахтанье за моей спиной прекратилось в тот момент, когда я села к бедному, измученному парню на колени и, взяв его за голову, страстно поцеловала в губы. Он что-то недоуменно булькнул, но я не дала ему возможности хоть что-то сказать, проталкивая свой язык в его рот. Наконец, он ответил мне и положил трясущиеся потные ручонки на мои бедра. Я хотела, чтобы все вокруг запечатлели этот момент в своих тупых черепных коробках: чтобы им было противно, мерзко, чтобы они испытали шок и все остальное, что можно испытать, глядя как стройная симпатичная девушка на глазах у всех целуется с толстым, потным, и абсолютно непривлекательным, по их мнению, парнем. Мы целовались так, будто никого не вокруг и не существовало. Время остановилось на несколько мгновений. Сердца бились на разрыв и, казалось, что между нами вот-вот вспыхнет огонь, который уже трудно будет потушить. Даже сейчас я вспоминаю об этом поцелуе с улыбкой, как о лучшем поцелуе в своей жизни. Почувствовав, что парень немного возбудился, я решила не ставить его в еще более неловкое положение и слезла с него, громко произнеся: - Не переусердствуй, милый, хорошо? – Я откинула с его лба прилипшие пряди чуть длинноватых, неаккуратно постриженных темных волос. – Хочу, чтобы все твои усилия достались мне вечером. Подмигнув ему, я перекинула свое полотенце на шею и прошла в раздевалку, пронзая двух гиен полным снисходительности взглядом. Их лица застыли в ужасе от увиденного, и это заставило меня ухмыльнуться. Я нисколько не пожалела о том, что сделала. Через несколько дней мы встретились с этим парнем вновь: случайно оказались соседями по беговым дорожкам. Я тут же улыбнулась ему, ожидая начала разговора, но он, как и предполагалось скромному и очень неуверенному парню, долго не мог подобрать слов. - Вэлори. – Я протянула ему ладонь для рукопожатия. – Можно просто – Вэл. Раскрасневшийся, напуганный парень посмотрел на мою руку и, сглотнув ком в горле, неуверенно ее пожал. Он очень долго ее пожимал. - М-Мэттью. – Промямлил он. – Ну, то есть, Мэтт. Просто – Мэтт… - Очень приятно, Мэтт. Прости, что набросилась на тебя в прошлую субботу. Наверное, я сильно тебя смутила… Мэтт задумчиво почесал затылок и скромно улыбнулся. Одной улыбки хватило, чтобы понять, какой он добрый парень. - Я в шоке, честно… - Набравшись уверенности, произнес он. – Подумал, парни решили поиздеваться надо мной, прикольнуться. Они часто такое вытворяют, но чтобы вот так… Он не смог договорить и завис с открытым ртом, глядя своими волшебными светло-зелеными с золотистыми радужками глазами, прямо в мои. - Но в этот раз они были не при чем, да? – уточнил Мэтт. - Они точно, не при чем.- Не сдерживая смех, сказала я. - От этого мне еще хуже сейчас… Мэтт заметно вспотел, хотя еще даже не начал тренировку. Все из-за меня. Он жутко нервничает. Думаю, ему тяжело общаться с девушками, скорее всего у него никогда и не было никаких отношений с ними. И я знаю почему… - Вэл, - вдруг решительно произнес он, поднимая на меня слегка виноватый взгляд, – я знаю, что ты хотела сделать. Мне не привыкать к тому, что все тыкают в меня пальцем, ржут надо мной из-за моего веса. В свое время я слишком много времени уделял онлайн-играм с друзьями, учебе и сидячей работе за компом. Совсем не следил за собой, заедал стресс, мало двигался и получил этот жировой скафандр. Я проследила за тем как Мэтт обвел вокруг себя купол. Мне было жаль его: он действительно страдает из-за того, что когда-то запустил себя, а теперь терпит издевательства. Но ведь все это поправимо. - И я не уверен, что тебе действительно нужен такой парень как я… - добавил Мэтт, отворачиваясь от меня. - Вот как? – Наигранно удивилась я, включая дорожку на медленный режим бега. - Кому нужен этот…- Мэтт потрогал свой дряблый живот. - … Этот сгусток жира и проблем? Выключив дорожку, я строго взглянула на Мэтта. Он нервно пожевывал нижнюю губу. - Действительно, кому нужен тот, кто говорит о себе такие слова? Разочарованно цокнув, я достала наушники и перешла на другой тренажер. Мэтт поплелся следом за мной. Я знала, что он не отстанет, да и не хотела, чтобы он отставал, поскольку планировала узнать его поближе. Мы оба встали на эллипс и начали работать ногами. - Вэл! Эй, Вэл! – Мэтт громко кричал мое имя и махал руками, пытаясь привлечь мое внимание, хотя я не успела включить музыку и все прекрасно слышала. - Да, Мэтт? - Прости. Может я не так выразился. Пойми, мне тяжело общаться с людьми. С девушками тем более. Я поставил себе долбанную цель – похудеть! Мне очень-очень это нужно! Стараюсь изо всех сил, чтобы, наконец, почувствовать себя лучше. Стать человеком, от которого никто не захочет отвернуться. - Дело не в том, как ты выглядишь, а в том, как себя преподносишь. – Отвечаю я, наблюдая за его реакцией, но Мэтт оказался непоколебим в своих выводах. - Я просто хочу стать лучше Вэл, прежде всего, для себя самого. Он боится отношений и не хочет их, пока он в таком теле. Мне все понятно и без его дурацких объяснений. Но я так же вижу и кое-что еще – ему очень нужен человек, с которым он может поделиться своими проблемами и чувствами. Ему нужен друг. - Если честно, я тоже хочу стать немного лучше, Мэтт, - признаюсь я, смотря на пульсометр своего фитнес-браслета и повышая сопротивление на эллипсе, - поэтому предлагаю с сегодняшнего дня становиться лучше сообща. Как тебе такая идея? Мэтт уже запыхался и отдыхал, обливаясь потом. Переведя дух, он ответил: - Я в деле. Мы стукнулись кулаками, ознаменовав начало нашего партнерства. - Отлично, Мэтт. Тогда за работу! Более мы не обсуждали наше странное знакомство, но продолжили лучше узнавать друг друга. Мэтт оказался студентом магистратуры по курсу информационных технологий. Однажды он пожаловался, что ему не хватило десяти баллов на вступительных экзаменах в MIT, поэтому пришлось идти на программирование сюда. Он безумно умен, очень трудолюбив и много сидит за компьютером, работая над какими-то важными задачами. Еще Мэтт тактичный, добрый и очень веселый. Я часто слышала, как он дурачился со своими племянниками-близнецами по видеосвязи, которых видит вживую лишь на рождество, специально уезжая в Нью-Йорк к старшему брату. Он любит смотреть фильмы по комиксам и коллекционировать фигурки супергероев из серии Фанко. Он является страшным фанатом Илона Маска. Любит есть лингвини с соусом песто и пармезаном. Обожает усердно и долго рассуждать на тему того, что еще нужно изобрести человечеству для более комфортного существования на планете. У Мэтта приятный бостонский акцент, который заставляет меня улыбаться, даже когда мне грустно. Я узнала о нем так много… Спустя несколько месяцев знакомства, Мэтт предложил мне снимать вместе с ним квартиру: его сосед недавно съехал к своей девушке, а одному Мэтту пока трудно потянуть оплату в связи с нестабильной работой. И пусть это выглядело странным, что парень и девушка живут вместе, хотя и не имеют никаких романтических отношений, нас обоих все вполне устраивало. Тем более, моя соседка по комнате и по совместительству - коллега по работе, Ким, была девушкой с бурной жизнью и частенько, вечеринки, которые она устраивала в нашей общей комнате, не давали мне возможности нормально выспаться перед лекциями или работой. Мэтт же спокойно заканчивал магистратуру, работал из дома, или из кафе на первом этаже нашего дома на одной из старых улочек в Бэк-Бэй. Он никогда не шумел и не приводил пьяные компании домой. Все было лучше, чем можно было представить. Через полтора года и я и Мэтт, в большей степени Мэтт, добились успехов: у меня было шикарное подтянутое тело и идеальная задница, а Мэтт, помимо того, что сбросил вес, стал едва ли не качком. Мы оба соблюдали диету, строго следовали программе тренировок в приложении на телефонах, плавали в бассейне, бегали по улицам города, в парке и на набережной, практически не пили алкоголь. Мы стали идеальными друг для друга, но так и не стали парой. Наша дружба казалась такой удобной, что никто не решился нарушить ее границы. Мэтт начал встречаться с девушками. Все чаще я становилась свидетельницей того, как утром, после ночной смены в баре, я возвращалась домой и заставала девиц, слоняющихся по нашей квартире в нижнем белье. Несколько раз я была свидетельницей громких ночных перепихонов за стенкой своей комнаты. Я могла уснуть только в наушниках, а утром обязательно высказывала Мэтту все то, что о нем думаю. Моя же личная жизнь ограничилась несколькими неудачными свиданиями и одним вполне удачным сексом с мужчиной по имени Энтони - загадочным посетителем нашего бара, которого я больше никогда не видела. Вскоре, я бросила учебу, чтобы у меня было больше свободного времени для поисков информации о Брендоне Ноуэлле. Я как раз нашла важную зацепку, с помощью которой вышла на нескольких человек, которых он обманул так же как и мою мать. Для меня было важным найти все, что могло бы хоть как-то обличить в этом человеке мошенника, продолжающего безнаказанно жить, ежегодно обогащаясь на сделках в своей маркетинговой конторе «Ноуэлл и Хэнсон». Мысли о Ноуэлле вырвали меня из приятных мгновений прошлого. Я тут же изменилась в лице, что сильно взволновало Мэтта. - Вэл? – Позвал он. – Мне не очень нравится этот твой взгляд. - Она могла прожить дольше, если бы не этот урод… Вскочив с кровати, стараясь унять нарастающую ярость, я начала ходить туда-сюда по комнате обняв себя за плечи. - Черт, Вэл… - Мэтт! Он заставлял людей вкладывать последние деньги в пустоту, обещая лучшую жизнь, безмерную выгоду, если акции той или иной фирмы взлетят после торгов на бирже. Но никаких торгов не было! Он просто воровал деньги, оставляя людей ни с чем! – Мой гнев зашкаливал от осознания того, что моя мать – одна из жертв этого подонка. – Ноуэлл заставил мою беременную мать вложить деньги в несуществующую фирму, под предлогом, что они с отцом смогут улучшить свое финансовое положение и купить дом. Что им больше не придется ютиться в маленькой квартирке, которую мама снимала на свое сиротское пособие, лишь бы больше не возвращаться в эти ужасные приемные семьи. - Почему миссис Беккер не обговорила все с твоим отцом? Вэл, это решение, серьезное, его должны принимать обоюдно. Почему он не отговорил ее? Мэтт не знал того, что рассказала мне мама, после моих пьяных расспросов об отце, пять лет назад. - Потому что он бросил нас, Мэтт. – Сквозь стиснутые зубы процедила я. – Он был молодым парнем, который не хотел становиться папашей так рано и сбежал, соврав, что поехал на заработки для нашей семьи. Они даже женаты не были! Все решения, всегда принимала мама. И я понимаю, зачем она вложилась в эти акции. Я опустилась на кровать, хватаясь за голову. Покачиваясь вперед-назад, я пыталась успокоиться и прийти в себя, но злоба жгла изо всех сил. - Она потратила все свое здоровье на меня. Она хотела для меня счастливого будущего и доверилась не тому человеку… Мэтт подсел ко мне и обнял, прижимая мою голову к своему плечу. От него вкусно пахло пиццей и дезодорантом. - Я не знал об этом, Вэл. Это все очень грустно, но я уверен, что сейчас, твоя мама хотела бы, чтобы ты не натворила глупостей. - Так и есть, Мэтт. – Я крепче стиснула друга в объятиях. – Я ни за что не разочарую ее. Нет, Мэтт, никаких глупостей, исключительно обдуманные и решительные действия. Брендон Ноуэлл заплатит за то, что сделал и совсем скоро, я выполню первый пункт своего жестокого плана.