Прости меня

Дневник Грейс Беккер 28 августа 1999 Я совсем забросила дневник. Последние полгода выдались слишком тяжелыми, чтобы оставалась хоть минутка свободного времени и наконец… Отпу-у-уск!!! Не верю, что он наступил. Тед больше не мог терпеть моих убеждений, будто бы я совсем не устала и могу работать как ломовая лошадь. И ведь все было в порядке, до вчерашнего дня, когда я почувствовала, как мое сердце вот-вот выскочит из груди, и рухнула на глазах нескольких посетителей прямо в проходе между столиками, разбивая гору посуды на подносе. От скорой я отказалась. Просто попросила дать мне успокоительное и немного посидеть на стуле, хотя знала, что, скорее всего, случившееся со мной, не очень хороший знак. Что-то похожее произошло, когда я узнала, что **имя сильно замазано ручкой**бросил нас с тобой, Вэл. Надеюсь, это со мной из-за стресса и усталости. Мне, впрямь, нужно отдохнуть. А теперь о хорошем. Вэл, ты носишься по всему дому как маленький и очень любопытный котенок, который умудряется залезть туда, откуда самостоятельно можно и не выбраться. Иногда мы с Лэйн не успеваем тебя ловить. Вчера, например, пока я развешивала белье на сушилке, ты все-таки свалилась с лестницы, пытаясь самостоятельно спуститься на первый этаж. Благо, ты ничего себе не сломала. Услышав грохот я тут же бросилась на звук и увидела, как ты сидишь между пролетами, не понимая что произошло, и к моему удивлению, не проронив ни одной слезинки. Подняв тебя, я крепко-прекрепко обняла и поцеловала тебя. Ты тут же рассмеялась и тоже поцеловала меня в щеку, прошептав «прости мам». Хорошо, что ты не видела мои слезы в этот момент. Это я должна просить у тебя прощения… Удивительным образом на тебя влияют соседские собаки семьи Фуллер. Два огромных сенбернара стали твоими лучшими друзьями. Ты в полном восторге, когда они валят тебя на землю и вылизывают большими розовыми языками с головы до ног. Ты любишь бросать им теннисный мячик, пусть и не сильно далеко, но пока как получается, и с открытым ртом наблюдаешь, как два гиганта несутся за ним наперегонки, взрыхляя идеальный газон Фуллеров своими лапами. Еще, ты очень любишь наблюдать за тем, как работает кафе. Мне приходится сажать тебя в детский стульчик в зале, давать раскраски и книжки с большими яркими картинками, чтобы ты не отвлекалась постоянно на меня, а я на тебя. В кафе часто приходят другие дети, но ты, почему-то никогда с ними не играешь. Наверное, это моя вина. Мы редко выбираемся на площадки и длительные прогулки, поэтому ты практически не общаешься с ровесниками. Мои ноги в мозолях и мне тяжело ходить подолгу. Но, детка, не волнуйся, мы обязательно наверстаем все в мой отпуск, к тому же… Мы наконец можем купить машину, Вэл! Ура! Тед позвонил сегодня утром и сказал, что нашел подходящий для нас вариант. Не терпится увидеть нашу красотку! 6 сентября 1999 Мы весь день катались на нашей, пусть и далеко не новенькой, «Вольво». Погода была невероятно солнечной и теплой, поэтому я решила, что хорошей идеей будет съездить на побережье в Чатхэм - помочить ноги в заливе и посмотреть на яхты и корабли. Наверное, это был один из лучших дней в моей жизни: я купила машину на свои честно заработанные деньги и теперь мчусь по трассе вместе со своей любимой дочкой к океану, с сумкой-холодильником, забитым едой и соками, чтобы немного отдохнуть. Мы бегали по пляжу, дурачась и играя в большой надувной мячик, потом я едва успела поймать тебя, Вэл, прежде чем ты нырнула в океан, и волны унесли бы твое крохотное тельце ко дну. Я очень испугалась. Так сильно, что разревелась сидя на берегу в мокрой одежде и прижимая тебя к своей груди. Я чуть не потеряла тебя, но тебе, кажется, совсем не было страшно. Вечером мы пожарили зефир у костра, и ты попросила рассказать историю про зайчика, который плохо себя вел. Я рассказываю ее уже в тысячный раз, но тебе так сильно она нравится. Боже, Вэл, надеюсь, что ты хоть немного понимаешь смысл этих историй и сделаешь выводы. На обратном пути, мы ехали медленнее: уже стемнело, и я не хотела рисковать. Знаешь, полтора года назад, мы с твоим отцом ехали этой дорогой в отель на берегу и он предложил мне сесть за руль его машины. Тогда он не знал, что я любитель быстрой езды и вжался в кресло, хватаясь то за дверную ручку, то за приборную панель. Его Додж Чарджер рычал как тигр, и я ликовала от восторга. Это была лучшая поездка в моей жизни, как и то свидание, которое было зимой на берегу. Мы провели вместе два прекрасных выходных, и я не могла поверить, что наконец-то я буду счастлива с тем единственным мужчиной, которого так сильно полюбила. Спустя несколько недель я узнала о тебе, Вэл… И, к сожалению, о тебе уже не смог узнать твой отец… 19 октября 1999 Миссис Лэйн в больнице и мне страшно за нее. Тремор усиливается, она постоянно уставшая и ей трудно ходить. В тайне от меня глотает обезболивающие пачками. Я и не думала, что она прячет их под матрасом! Она постоянно твердит мне, чтобы я позаботилась о тебе, Вэл. Не о ней. Но я так ей обязана! Если бы не она… что было бы с нами обеими? Боже, не хочу думать о плохом. Я смогу помочь ей. Медсестры уже обучили меня как правильно ставить уколы. Все будет хорошо. 14 июля 2000 Я сижу в комнате для персонала, пытаясь прийти в себя от пережитого шока. Только что, в кафе зашел он… Его трудно не узнать, но сейчас, он выглядит еще лучше, чем раньше. Не такой тощий, по-прежнему очень высокий, одет в брендовую темно-синюю футболку поло и белые джинсы, светлые волосы стильно уложены. Он гладко выбрит, так что четкие скулы стали еще более выраженными. Его красота, как и в прошлый раз, ослепила меня. Сердце затрепетало в груди, как маленькая птичка в клетке. Щеки пылали адским пламенем. Я могла подойти к столику и принять у него заказ, и когда бы он узнал меня, устроить скандал континентального масштаба, обвинив его в том, что он бросил меня с ребенком, в долгах и без крыши над головой. Мне хотелось вцепиться ему в волосы и оттаскать как следует, ударить его по яйцам, плюнуть в лицо, но когда я увидела, что вслед за ним в кафе вошла тощая как скелет длинноногая брюнетка с идеально ровным каре, боевая Грейс моментально испарилась. Развернувшись, я вылетела вон из зала, попросив Мию обслужить столик, за который усядется парочка. Из кухни я наблюдала и подслушивала, как они обсуждают помолвку и кого хотят видеть среди гостей. Вэл, ты не представляешь как сильно я была зла на него. Ведь еще не так давно мы тоже обсуждали помолвку, жилье и детей. А теперь…он объявляется здесь с какой-то другой девушкой и говорит ей то же, что и мне. Разница лишь в том, что на ее безымянном пальце уже болтается кольцо с огромным бриллиантом… Наглый, наглый врун! Он даже не представляет, сколько мы с тобой пережили из-за его предательства! Он и не в курсе, что у него есть ребенок – маленькая, самая чудесная на свете малышка, которой к счастью достались все мои черты. По крайней мере сейчас, ты больше похожа на меня, Вэл. Мне так хотелось разрушить их идиллию, но я же не такая как он, Вэл. Я – не чудовище. Почувствовав новый приступ аритмии, я ушла в комнату для персонала, выпила две успокоительные таблетки и прислонилась головой к стене, прикрыв глаза. Постепенно я пришла в себя. Через пятнадцать минут за мной пришел обеспокоенный Тед. Наверное, испугался, что меня снова придется откачивать. На этот раз он точно вызвал бы скорую. Я объяснила ему, что мне просто потребовалась передышка. … Знаешь, когда я зашла в туалет, чтобы умыть лицо, из кабинки вышла его новая девушка. Красивая, статная, с бледной как у вампирши кожей. На ней белый короткий сарафан, с голой спиной подчеркивающий все выпирающие из нее кости. Кажется, она немного моложе меня. Девушка смерила меня таким жалостливым взглядом, словно мысленно произнесла «Боже, девочка, ну у тебя и видок», но потом, спросила – не нужна ли мне какая-то помощь. Я тут же отказалась, поблагодарив ее и она, натянуто улыбнувшись, стуча каблуками, вышла из комнаты. Ее с **…*** уже не было, когда я осторожно и не спеша вышла в зал. Надеюсь, что больше никогда его не увижу. Он больше ничего не значит для нас с тобой. 10 марта 2001 Сегодня ты, Вэл, впервые меня расстроила… Миссис Стайн, твоя воспитательница, сказала, что ты сильно толкнула девочку, которая пыталась с тобой поиграть. Возможно, у тебя не было настроения, возможно что-то болело, беспокоило… ох, Вэл. Я ищу всевозможные отговорки, но зная тебя, скорее всего ты просто хотела побыть одна. Общение с другими детьми изначально далось тебе тяжело. Ты долго не хотела отпускать меня, затем сидела одна на стульчике в обнимку с плюшевым Скуби-Ду, ожидая, пока я не заберу тебя после работы. Ты не капризничала, но была настолько тихой и незаметной, что воспитатели били тревогу. Со временем, ты привыкла, что тебя окружают другие дети, но при этом, всегда дистанцировалась от них. Ты говорила, что они играют в «дурацкие» игры, не в такие веселые в какие играем мы с тобой. Поэтому, ты с нетерпением ждешь мой выходной. Малышка, как же сильно я люблю тебя… Возможно, садик был не такой уж хорошей идеей, но у меня не было выбора. 6 июня 2001 Всегда умиляюсь, когда ты зовешь Миссис Лэйн «бабушкой». Сегодня вечером она вновь читала тебе сказки. Ты держала книжку, чтобы она не тряслась в руках бедной измученной болезнью старушки, а та, надев большие очки, читала, ни разу не сбившись. Потом ты спросил:, "Поедешь ли ты, бабушка, с нами к морю?". Миссис Лэйн поцеловала тебя в лоб, посмотрела на тебя с улыбкой, какую я никогда у нее не видела, и сказала, что она уже слишком стара, чтобы куда-то ехать. Потом ты спросила, видела ли она когда-нибудь море и она ответила, что лишь однажды, в далеком-далеком прошлом и это было - великолепно. На следующий день, я складывала инвалидную коляску миссис Лэйн в багажник нашей машины. Мы поехали к заливу Мэн все вместе. Когда мы прибыли на дикий пляж, я оборудовала старушке место под широким зонтиком практически возле воды. Пока мы с тобой играли в бадминтон, я краем глаза посматривала в ее сторону. Лэйн наблюдала за поднявшимися в заливе волнами, через солнечные очки. Ее, как обычно, немного потрясывало, но это не мешало ей наслаждаться свежим морским воздухом и завораживающим зрелищем начинающегося шторма. Она улыбалась, а из-под очков, по впалым морщинистым щекам, текли слезы. Из маминого дневника выпало фото: маленькая я и мама, на песочном пляже, в ярко-розовых одинаковых купальниках кривляемся на камеру. На заднем плане в инвалидном кресле жест «мир тебе» показывает Лэйн. На оборотной стороне фотографии подпись – «С любимой бабушкой Лэйн». Миссис Лэйн действительно, стала нам самым близким родственником, как и наоборот. Жаль, что я знала ее так мало. Убрав фото в сумку, я достала телефон, чтобы просветить фонариком, текст, который мама так отчаянно старалась замазать черной ручкой. Очевидно - это было имя моего отца. Она зачеркнула его раз десять, наверняка, будучи в порыве страшной ненависти. Как бы я ни старалась, ничего не вышло. Мама тщательно все скрыла. Как скрыла от меня и то, что отец вовсе не знает о том, что у него есть я. Да. Спустя двадцать три года, я тоже не знаю кто он. Мать отказывалась хоть как-то говорить о нем. Однажды, чтобы отвертеться, она назвала мне имя – Шон Бэйли, но выяснилось, что он не мой отец, а лишь один из маминых любовников, с которым, я знакома. Он мог бы стать моим отцом, но они с мамой расстались, потому что у Шона уже была семья… Интересно, готов ли Брендон оставить семью ради Кайли Джеймс? Я смотрела в запотевшее окно автобуса, на людей, перебегающих пешеходный переход, думая о сегодняшней встрече с Ноуэллом. Как я и предполагала, он очень нетерпеливый, поэтому встреча произошла раньше, чем я планировала, но оно того стоило. Когда я увидела его в кафе, внутри заклокотала ярость, но я сдержалась, выдавливая из себя самую лучезарную на свете улыбку. Он был слегка взбешен, собирался уйти думая, что я хочу наколоть его, но хамелеон, на то и хамелеон, чтобы менять цвет чешуи в зависимости от условий. Брендон расцвел в ту же секунду, стоило нам сесть друг напротив друга. Более того, мое фото из спортзала явно разбудило в его мозгу много грязных мыслишек, именно поэтому он все время разглядывал мое тело. Признаться, я думала он сорвется еще в машине, ведь он практически не смотрел на дорогу, исключительно на меня. «Ну и на мои ножки». Я не ожидала его признаний о бывшей жене и ребенке. Похоже, он впервые говорит правду незнакомому человеку. О нет, он говорит правду девушке, которая ему нравится, чтобы выглядеть хоть чуточку порядочным человеком. Какая же это глупость – стараться выглядеть порядочным и осознанно идти на измену своей жене… Брендон лжец. Профессиональный лжец. Он вполне оценивает риски, поэтому так осторожно говорит о миссис Картофельной голове. Но, он даже не представляет, во что в скором времени вляпается. Я набрала в поисковике на телефоне «Осенний бал, Бостон». Оказалось, что это ежегодное мероприятие для бизнесменов, где каждый хвастается своим детищем и ищет спонсоров, заинтересованных в продвижении новых проектов. Прочитав статью, я наткнулась на галерею с прошлогоднего бала внизу страницы и бегло просмотрела фотографии. На нескольких я обнаружила Брендона в компании жены и его партнера по бизнесу, вместе с его женой, чьи светящиеся от белизны зубы смотрелись в кадре еще ужаснее, чем золотое платье Дженнифер. - Брендон Ноуэлл и Крис Хэнсон – владельцы маркетингового агенства «Хэнсон и Ноуэлл». – Одиозно прочитала я вслух, чем привлекла ненужное внимание своей соседки по месту – тучной недовольной женщины среднего возраста. Чуть не забыла о милашке – Крисе. Крис Хэнсон. Хм. Наверное, его фамилия должна быть Хефнер, ведь он не просто обаятельный бизнесмен с подвешенным языком, но и любитель красивых молодых женщин. Он изменяет своей жене по нескольку раз в неделю, в основном с секретаршей Брендона – Джун. Потом он возвращается домой и строит из себя замечательно семьянина – любящего отца и чудесного мужа. Для Криса я тоже подготовила небольшой сюрприз. Надеюсь, ему понравится. Но всему свое время. Когда я приехала домой (пришлось долго добираться обратно из-за липовой легенды), я почувствовала запах специй. Оказалось, что Мэтт запекал в духовке целую курицу с овощами. - Ты почти вовремя! – Раздалось за моей спиной и я вздрогнула. Мэтт вышел из ванной с полотенцем на бедрах и прошел мимо меня, чтобы проверить ужин. – Минут пять и можем есть. Вдруг он выпрямился и удивленно на меня посмотрел: - Вау! Ты, на свидание ходила? - Нет. – Ответила я, стягивая неудобные, раздавившие в кровь пальцы ног, сапоги на каблуках и надевая домашние угги. – Это была дружеская встреча. - С мужчиной? – Уточнил Мэтт, скрестив на груди руки. Его коварная улыбка мне не понравилась. - Да, и он вдвое старше меня. Я толкнула Мэтта бедром, чтобы он отошел от раковины, и я смогла вымыть руки. - Старичок, значит. Я в шоке, Вэл! - Этот старичок, Мэттью, выглядит моложе нас двоих. Мне кажется он вполне ничего. Я знала о чем говорю, ведь Брендон как и я, ходит в спортзал по воскресеньям и вечером во вторник и четверг. Ну и то хоумвидео с ним и его женой… он способен на многое. Мэтт закашлялся от смеха и снова пошел проверять курицу, усевшись на корточки перед духовкой. - Ставлю пятьдесят баксов на то, что история закончится так же, как и с мистером Форчером. Ну, с тем твоим преподом по литературе. Помнишь? Я снова толкнула Мэтта бедром, но уже в плечо и он возмущенно развел руками. - Я уже сто раз говорила, что не спала с ним! Он просто читал мне стихи после занятий. Хорошие, кстати, стихи. - Да-да. – Продолжил подначивать Мэтт, разговаривая уже с курицей. – А как ты объяснишь то, что среди всего потока, лишь у тебя одной оказалась оценка – «превосходно»? - Я единственная кто слушал его стихи. Вот и все. - Открытки, цветы, письма в надушенных розовой водой конвертах… - не мог угомониться друг. - О, перестань! Хватит! Ты похож на вредного старшего брата! Ничего у нас с ним не было и точка! Я даже просила его прекратить уделять мне столько внимания, чтобы слухи не гуляли по кампусу. Я доставала посуду и обернувшись, поймала взгляд Мэтта на своих ногах. - Снизу вид лучше, да? – Дерзко спросила я, конечно же, заставив Мэтта вернуться к своему делу. Позапрошлым летом, мы поехали на пляж и Мэтт впервые увидел меня в раздельном купальнике. И больше всего, его внимание привлекла моя татуировка выглядывающая из-под бикини. Когда я в очередной раз застала его с поличным, то решила напрямую узнать, хочет ли он увидеть – что там, уже собираясь развязать узелок на трусах, но Мэтт с горящими от стыда щеками, в панике от меня отстранился, да так быстро, что свалился спиной на песок. Тогда я каталась со смеху. Наверное, нужно было просто объяснить ему на словах, но я предпочла подразнить его воображение. - Да и сверху - ничего. – Плоско отшутился он, осторожно доставая противень. Мы оба вдохнули вкуснейших запах, и Мэтт немедленно принялся разрезать курицу. - Оденься. – Посоветовала я Мэтту, который все еще стоял рядом со мной в одном полотенце. – Я справлюсь здесь сама. - Боишься не устоять перед голым мужчиной с ножом? Мэтт развернулся ко мне, смеясь над собственной шуткой. Я медленно скользнула взглядом по его красивому атлетичному телу с рельефными мускулами и наигранно тяжело вздохнула. - Да, и если ты не уйдешь сейчас же, я трахну тебя прямо здесь, в кухне. - Во-о-о-от это да! – Одобрительно и очень громко воскликнул Мэтт. – Ну и какой, по-твоему, придурок от этого откажется? - Иди уже! Очень хочу есть! Я забрала нож из рук Мэтта, чтобы продолжить разрезать курицу и накладывать ужин в тарелки. Мы оба все еще очень громко смеялись. Я обожаю Мэтта. Не знаю, какой была бы моя жизнь, не встреть я его. У меня никогда не было настоящих друзей, с самого детства, и это беспокоило маму. Наверное, потому что подсознательно в детстве уже знала, на что способны люди, которые слишком много о тебе знают. Они могут погубить твои сердце и душу. Забрать все самое светлое и погрузить тебя во тьму. Я боялась открыться им, поэтому всегда держала дистанцию. Со всеми, кроме тех олухов из средней школы. К глубокому сожалению, стараясь отгородиться ото всех, я попала в очень плохую компанию… Но Мэтт... Наверное, нас объединяет нечто большее, чем просто дружба. То самое, в чем мы оба боимся друг другу признаться. Да и сейчас, вероятно, не самое подходящее время. В моем плане появился новый пункт – «Осенний бал».