Прости меня

Ранний подъем немного выбил меня из колеи, и я чуть не забыла написать Мэтту о том, что вернусь домой в воскресенье днем. Черт, было бы лучше, если бы мы вообще никуда не ехали, и совесть не сжирала бы меня так сильно, потому что уготовленное мной для Брендона было очень жестоким. Я давно продумала этот план, но не ожидала, что смогу почувствовать к этому человеку что-то, помимо ненависти и теперь думаю лишь о том, смогу ли я осуществить затеянное до самого конца? Я привела себя в порядок перед зеркалом в огромной ванной комнате Брендона, завершив легкий макияж и надев черное платье-футляр, поверх невероятного кружевного комплекта белья, на который я потратила последние собственные деньги. Пришлось немного повозиться с поясом для чулок, и Брендон уже постучал в дверь ванной, намекая на то, что мы опаздываем. Когда же я вышла и одарила его виноватым взглядом, он предложил мне завтрак и велел не торопиться, оценивая мой идеальный внешний вид, хотя чувствовала я себя страшно некомфортно. Через двадцать минут он ушел вниз, чтобы положить наши вещи в машину, а я, воспользовавшись его отсутствием, написала сообщение одному важному человеку с телефона «Вэл». «Фото должны быть завтра к 15:00» Ответ в виде галочки пришел моментально, и я отключила телефон на ближайшее время. Теперь дело за мной. … - Погода отличная. Переживал, что нас заметет снегом на выходных. Мы уже были в Лоуэлле, когда я поняла, что Брендон свернул на дорогу, ведущую на побережье. Этот путь я знала с детства, ведь именно так мы с мамой ездили к океану. - Мы едем в Чатхэм? – Спросила я, провожая взглядом указатель на мой родной городок. Сердце как-то странно щемило в груди. - Ну… да. – Неохотно признался Брендон. – Надеялся, что это будет сюрприз. Ты уже бывала там? - Да, с мамой. - Черт… - вдруг сквозь зубы выдавил Брендон. - …Прости, малышка. Я не хотел, чтобы ты расстроилась. Может, тогда, вернемся домой? Я действительно немнго расстроилась, и он понял это по моей зажатости, но у меня была определенная цель и мы не могли просто повернуть назад. - Прекрати. Я очень хочу поехать туда с тобой и здорово провести время. В подтверждение своим словам, я улыбнулась и нежно погладила его по руке. От меня не укрылось то, как он вздрогнул. - Эм м...не хочешь сесть за руль? – Вдруг с легкой ухмылкой предложил он, надевая солнечные очки. Солнце слепило нас обоих нещадно. Я хотела согласиться, но в последний момент вспомнила о том, что в моих правах указано Вэлори Беккер, а вовсе не Кайли Джеймс, и останови нас коп, вся моя легенда обрушится в один миг. - Не-е-т. Тачка дорогая. Не стоит. К тому же, я на каблуках. Брендон посмеялся над моей отговоркой. - Любишь погонять? – Спросил он, и я заметила, как кисти его рук покрылись мурашками, а сам он с улыбкой смотрел на дорогу. "О чем, интересно, подумал?" - Да, вообще-то. - Так и знал. По-другому не могло и быть. – Ответил он, снова улыбнувшись, будто бы каким-то собственным воспоминаниям. – Но если передумаешь, то я готов рискнуть. - Давай лучше сделаем погромче музыку. Обожаю эту песню… Я потянулась к приборной панели, чтобы прибавить громкости для песни Wicked Game в исполнении Slipknot, на чьем концерте, однажды, нас с Мэттом с ног до головы облили пивом, хотя в остальном все было просто замечательно. Я слегка хмыкнула, вспомнив об этом, но Брендон не слышал ничего, кроме песни, и как мне казалось, практически не следил за дорогой. Он был где-то далеко в своих мыслях и едва заметно улыбался. Когда мы прибыли в небольшую гостиницу на побережье, я перепугалась, что Брендону понадобятся мои документы и уже судорожно перебирала возможные варианты того, почему я не могу их предоставить. Все обошлось, когда Брендон назвал номер брони и представил свои документы девушке на ресепшн для подтверждения личности. Все это время я стояла рядом с ним, обнимая под руку и просто надеялась, что от меня ничего не потребуется. У меня был план на случай экстренной ситуации, и он предполагал, что Брендон просто заплатит чуть больше стоимости номера. - Малышка, - тихо произнес Брендон, и, обняв меня за талию, достал из кармана ключи от машины, - забыл очки в подлокотнике. Забери их, пожалуйста. После того, как он передал мне ключи, я неуверенно прошлась до его машины, а когда вернулась с очками, заметила, что Брендон уже освободился и изучал брошюру отеля. Девушка за стойкой улыбнулась мне сдержанной улыбкой, а в глазах так и читалось – «я все про вас знаю, дорогуша». А Брендон и вправду, мастерски уламывает людей! Вернее, обманывает. - Дал ей денег, чтобы никто не узнал, что ты был здесь не один? – Спросила я, когда мы вместе оказались в лифте. Брендон, сдерживая ухмылку, нажал кнопку 4 этажа. - Да, прости. Но так будет лучше для нас обоих. Он обнял меня и легко чмокнул в губы. - Чем займемся сегодня? – Я обняла Брендона, пряча ладони под его пальто. - Погуляем на побережье, поужинаем в одном неплохом ресторане, а потом, если хочешь, будем лежать в горячей ванной и пить шампанское. «Да, Брендон, планы у нас с тобой грандиозные, но есть еще кое-что, о чем ты еще не знаешь и даже не догадываешься». - Звучит великолепно! Брендон нес наши сумки, а я осматривала просторный коридор, довольно милой по обстановке гостинице. Вдоль коридора, на выкрашенных в нежно-голубой цвет стенах, висели картины, изображающие разные времена года, что придавало какой-то особенный уют. Эта гостиница пережила ни одну реставрацию и ни один ребрендинг. Она небольшая – всего 5 этажей, на каждом из которых - 6 номеров. Мы с мамой часто наблюдали за ее посетителями с дикого пляжа, совсем недалеко отсюда, и гадали, красивый ли вид открывается с балкона на океан. Думаю, ответ очевиден. - А вот и наш. Я вставила ключ-карту в замок, и он щелкнул, давая возможность надавить на ручку и открыть дверь. Мы оказались внутри очень большого помещения с гостиной все в тех же, пастельных голубых тонах, минималистично, но довольно современно обставленной. Дверь из нее вела в более скромную по своим размерам спальню в более темных оттенках синего. На белоснежных простынях лежало переливающееся бирюзой покрывало. Сразу напротив кровати, у темно-синих штор блэкаутов, я заприметила декоративный столик с подставкой для книг и журналов, и сине-фиолетовые фиалки, которые очень густо покрывали собой горшок. «А вот и подходящий ракурс». - Не успели приехать, уже идем в спальню? Брендон напугал меня, подкравшись сзади и сцепив руки на моем животе. Прошептав «прости», он поцеловал меня за ухом и выпустил из объятий, помогая мне снять пальто. - Сейчас нам принесут белое вино и закуски. – Уведомил он, убирая наши сумки в шкаф. – Если ты не против, я быстро приму душ. Не успел с утра, потому что кое-кто очень долго торчал в ванной. Я сделала вид, что недовольна этим обвинением, хотя на самом деле, была рада тому, что Брендон оставит меня одну на несколько минут. Когда он забрал из сумки какие-то вещи и закрыл дверь в ванной, я немедля схватила свою спортивную сумку и выпотрошила ее на кровать. Внутри моей футболки была завернута экшн-камера, которую я включила и ожидала когда мигнет огонек. После включения я начала ее установку в горшок с фиалками так, чтобы в объектив полностью попадала кровать. Я вздрогнула и смачно выругалась, когда в дверь постучали. Руки чуть не уронили горшок, просыпав немного земли на белый столик, и теперь я уже спешила открыть дверь. Судя по шуму воды, Брендон все еще принимал душ, но у меня было совсем мало времени. Не дав официанту провезти внутрь поднос с едой, я быстро схватила холодную бутылку, два бокала и огромную тарелку, убеждая ошеломленного от моей спешки парня, что я справлюсь сама после чего, закрыла дверь ногой перед его носом. Шум воды в ванной прекратился и я, кое-как оставив мешавшие мне предметы на столе в гостиной, ринулась прибираться в спальне, прежде всего – убрать следы передвижения цветочного горшка. Смахнув землю в одноразовый платок, им же я на всякий случай протерла и сам столик. В последний раз убедившись, что камера стоит на месте, а запись включена, я быстро покидала вещи обратно в сумку и забросила ее в шкаф в тот момент, когда Брендон вошел в комнату в полотенце. Он выглядел очень бодрым, ни на секунду ничего не заподозрил. Мое же сердце выскакивало из груди, а кончики ушей и щеки горели, будто бы меня поймали с поличным. - Забыл оставить им чаевые. Ладно, в следующий раз. Когда он прошел мимо меня, я почувствовала изумительный аромат свежести, апельсина и ментола. Внутри появилось очень не вовремя возникшее возбуждение. Я знала, что камера может писать почти сутки без перерыва, но побоялась долгого ожидания и какой-нибудь непредвиденной ситуации, поэтому решила не упускать появившейся возможности. Пока Брендон разбирался с вещами, я медленно подкралась к нему и медленно обняла со спины, проводя ногтями линии по его телу. Мои прикосновения заставили его покрыться мурашками. Живот несколько раз содрогнулся от смеха. Он развернулся ко мне, приподнимая мое лицо за подбородок и заглядывая в мои глаза. - Планы немного поменяются? – Спросил он, проводя большим пальцем по моим губам. Я кивнула, не отрывая от него взгляд, и поцеловала его палец, постепенно прихватывая его ртом. Зрачки Брендона расширились от увиденного, и он прижал меня к себе, крепко и жадно целуя в губы. Свободной рукой он пытался нащупать молнию на моем платье, которой там не было. Я укусила его, для того, чтобы он умерил свой пыл, и в момент недоумения оттолкнула на кровать. Лежа, оперевшись на локти, он наблюдал, как я снимаю платье. Мне было очень неуютно от того, что все это сейчас писалось на камеру, поэтому некоторые мои движения выглядели неуклюже. Собраться было очень трудно: живот скручивало, лицо горело, а учитывая, что я хотела с ним делать, мысли вызывали еще и приступы тошноты. «Только вот этого сейчас не хватало» Брендон присел, чтобы получше рассмотреть меня и, конечно же, пощупать. Кажется, ему нравилось то, в чем я была, особенно вид спереди. Я прикрыла глаза и гладила его волосы, когда он целовал мой живот. Его пальцы быстро расправлялись с застежками на поясе и от щекотки я постоянно дергалась, но все же дала ему возможность меня раздеть. Это было похоже на разворачивание рождественского подарка, упаковка которого понравилась так, что ты боишься ее повредить. Теперь была моя очередь разворачивать подарки. Я толкнула Брендона ногой в живот, чтобы он лег, а сама дернула хлипкий узел на его полотенце и отшвырнула его в сторону балкона, чудом не попав в фиалки. Живот скручивало сильнее. Мне казалось, будто бы меня снимают в прямом эфире, после чего распространят запись по всему миру и моя жизнь превратится в сущий ад, но когда Брендон пытается подняться, беру себя в руки и ложусь на него, целуя в губы, но потом, быстро прерываю поцелуй, чтобы опуститься ниже. Его сердце пульсирует во всем его теле, и он издает довольный вздох, когда мои губы надолго задерживаются чуть ниже его живота. Мне с трудом удается побороть рвотный рефлекс, и я считаю секунды, чтобы вот-вот это прекратить. Больше не выдержав, я остановилась и снова легла на Брендона, которому, кажется даже понравилось, то, что я с ним вытворяла. Мы снова целовались, и я острожно направила его в себя, заставляя испытать новый прилив эндорфина. Его тяжелое дыхание превращается в стоны, в то время как я все еще пытаюсь получить удовольствие, не думая о ведущейся съемке. Приходится подыгрывать ему, даже когда он больно впивается ногтями в мои бедра. Как только он начинает напрягаться всем телом и изгибается вперед, я быстро слезаю с него, и падаю к нему на грудь, в последний момент все же получая приятное сокращение мышц и чувствуя, как он извергается в мое бедро. В моих ушах вразнобой стучат два сердца – его сильнее, как будто вот-вот пробьет мне череп. Этот стук начинает сводить с ума, и я закрываю глаза, пытаясь заглушить его мыслями. Мы лежим молча несколько минут. Брендон наконец приходит в себя и обнимает меня, целуя в макушку. Другая рука легко поглаживает мою спину. - Было очень здорово, малышка. – К нему все же вернулся дар речи. – Очень. Я потерлась щекой о его грудь и поудобнее устроила голову, крепко зажмурив глаза. Я не могла говорить. Почему-то, мне хотелось зареветь. Надеюсь, мама, наверху, не видит, что я вытворяю. Это отвратительно, мерзко и не поддается здравому смыслу. Чем дальше я иду, тем сильнее хочется повернуться назад и мне все тяжелее и тяжелее принимать решения. - Мне нужно… Я целую Брендона в шею, перед тем, как уйти, а не убежать в ванную, подавляя подступившую к гландам рвоту. Быстро открываю все краны и падаю на колени перед унитазом, стараясь не издавать никаких звуков. После этого слезы текут на автомате, даже когда я стою под душем, устремив лицо вверх, под мощный напор воды. Дело практически выполнено, Вэл, и тебе нужно собрать последние силы в кулак. Раз уж ты начала – должна закончить начатое. Иначе ради чего все это? Вспомни о том, что этот человек погубил жизнь твоей матери и еще стольких людей, которые надеются на тебя и доверяют тебе. Ты их единственная надежда на справедливость, Вэл, и не должна отступать назад. Даже если все идет, не так как ты этого хочешь… … Мы ходим в обнимку по вечернему пляжу и наблюдаем, как волны шумно вылетают на берег. Я останавливаюсь перед кромкой и жду, когда волна доползет к моим ботинкам, а потом с громким шипением вернется назад. - Не хочу тебя отвлекать, - Брендон встал рядом со мной, смотря на горизонт, - но однажды, я уже спас человека, который пытался здесь окунуться зимой. - О, однажды я уже пыталась здесь утонуть. Брендон вытаращился на меня, в ожидании объяснений. - В детстве, совсем крохой, меня чуть не унесло волнами. – Я тяжело вздохнула, плотнее укутываясь в пальто, чувствуя неприятный холодок. – Мама спасла меня. - Тебе очень повезло. – Подметил Брендон. – Я спас свою девушку, до того как он прыгнула в воду. В сердце нехорошо кольнуло. В глазах потемнело и мне даже пришлось, опереться на плечо Брендона. - Ты в порядке? – Обеспокоился он. - Да. Немного странно себя чувствую здесь. Слишком много воспоминаний. Брендон обнял меня, и мы вместе зашагали прочь от холодных вод. Несколько раз он обернулся, словно что-то услышал и уже настойчивее тащил меня прочь. Кажется, это место действует странно не только на меня. После ужина мы возвращаемся в номер и снова занимаемся любовью, пока не выдыхаемся, потом нежимся в большой ванной с пеной, где меня вырубает у Брендона на плече и нам приходится вернуться в постель. Я крепко спала до момента, пока не услышала голос мамы. Это было так близко, будто бы она наклонилась, чтобы прошептать эти слова мне на ухо. «Прости меня, Вэл…» Выбравшись из-под Брендона, я села на кровати и оглянулась по сторонам. За окном, кажется, поднялся ветер, и я решила выйти на балкон почти голая. Действительно, Откуда ни возьмись налетел порывистый ветер, который тут же поднял волны, бившиеся друг о друга с такой силой, что невольно вздрагиваешь. Я долго всматривалась в темноту и опустевший пляж, пока не заметила у воды фигуру. Мне пришлось подойти ближе к перилам, чтобы рассмотреть ее. Холод уже пробрал меня до костей. Фигурой оказалась девушка: блондинка с длинными волосами, в свитере, свисавшем с одного плеча и в рваных на коленках джинсах стояла у кромки воды и смотрела на волны. Сердце остановилось от испуга, когда девушка обернулась точно на меня и улыбнулась той улыбкой, которую я не перепутаю ни с одной другой в мире. - Мама! – Вырвалось у меня с замиранием сердца. Я пошатнулась, в ужасе от увиденного. Голова закружилась, я споткнулась и упала на спину, запутываясь в шторах. Я закричала от испуга. - Кайли! Что произошло!? Брендон втащил меня в комнату, закрывая балкон. Я же не могла прийти в себя, после случившегося. Галлюцинации? Призрак? Что это было черт подери!? Я сжалась в комок, обхватив себя за ноги и тряслась. - Как ты там оказалась? – Спросил Брендон усаживаясь рядом со мной. Кажется, он был напуган еще больше меня. - Мне приснилась мама. А потом я вышла на балкон и увидела… как будто её. Это было так страшно! - Там никого не было, только что смотрел. Его слова никак мне не помогли, и я уткнулась лицом в свои колени, чтобы подавить слезы. Но вдруг, Брендон осторожно взял меня на руки и мы вместе легли обратно в постель. Он обнял меня, прижимая мою голову к своей груди и начал успокаивающе гладить меня по голове. Так делала мама, когда мне снились кошмары. После нескольких бемпокоиных минут, мне удалось закрыть глаза. - Я с тобой, малышка. Все хорошо. – Говорил Брендон и продолжал водить ладонью по моим волосам. Его тепло заставило меня успокоиться, и я уснула, думая о том, что не хочу делать больно этому человеку. ... После непростой для меня ночи, я была немного разбитой и практически не разговаривала с Брендоном по дороге домой. Помимо того, что произошло, мне не давало покоя записанное на камеру видео. Сегодня я должна буду решить, как поступить с ним. Не знаю, как трактовать вчерашнее происшествие с мамой, но такое чувство, что я сделала, что то очень нехорошее и она предупреждает меня. «Прости, Вэл…» За что она просит прощения? Боже… мне нужно как можно скорее дочитать ее дневник. Что-то не так. А может, мне нужно просто идти до конца? Ведь когда-то давно, я дала ей обещание, что Ноуэлл поплатится за то, что сделал. Я говорила ей это в нашу последнюю встречу. Давала обещание. Но она не хотела ничего слышать о нем. Я посмотрела на довольное лицо Брендона, он снова думал о чем-то своем, но заметив мой пристальный взгляд, вернулся в реальность. Машина вильнула на дороге и в салоне раздался писк. - Только что чуть не угробил нас. – Съязвила я. - Да ну. Я хороший водитель. К тому же, в этой машине есть датчик контроля полосы. Ты только что его слышала. - В нашей машине даже парктроника не было. Да еще и механическая коробка... - Как и в моей первой тачке, малышка. - Что за тачка? – С большим интересом спросила я, наблюдая, как улыбка Брендона становится все шире. - Оу, самая потрясающая на свете – блестящий черный Чарджер 1970 года! «Чарджер 1970 года…» Его слова эхом отзываются в моей голове и вызывают волну панического сердцебиения. Он продолжает что-то рассказывать, но я не слышу ничего кроме оглушающего стука. «…Полтора года назад, мы с твоим отцом ехали этой дорогой в отель на берегу… Его Додж Чарджер рычал как тигр, и я ликовала от восторга… Мы провели вместе два прекрасных выходных…. я не могла поверить, что наконец-то я буду счастлива с тем единственным мужчиной… которого так сильно полюбила…». Я почувствовала неприятный спазм в животе, в груди. Ладони сжались в кулаки. Салон машины на мгновение расплылся. Я ощутила себя растерянной как никогда. «Этого не может быть, Вэл. Нет. Простое и очень дурацкое совпадение…» - Малышка, с тобой все хорошо? – Голос Брендона заставил меня вздрогнуть, и я вылетела из раздумий. – Ты побледнела. Может нам притормозить на минуту? Брендон начал сбавлять скорость, но я выдавила улыбку и отрицательно покачала головой. - Нет, не нужно. Просто задумалась немного. Едем домой. – Мой голос выдавал определенное волнение, и я не могла это контролировать. Внутри только что произошел эмоциональный взрыв. - Ну ладно… - Брендон все еще недоверчиво на меня поглядывал. – Но в любом случае, мне нужно заправить машину, поэтому остановку мы, все-таки, сделаем. Можем выпить по стаканчику кофе. - Хорошо. Как скажешь. Его рука коснулась моего колена, и я дернулась в сторону, что было глупо с моей стороны. Мое неадекватное поведение только вызовет подозрение и вопросы и, кажется, Брендон уже напрягся. На заправке я так и не вышла из машины, чтобы размять ноги. Тело казалось слишком тяжелым, голова шла кругом от множества странных мыслей и, в конце концов, я просто не смогла бы стоять на ногах уверенно. Все это время я наблюдала за Брендоном, пытаясь взглянуть на него как-то по-новому и найти какие-то общие у нас с ним черты. И не находила ничего…совсем ничего! При этом мой организм никак не мог выйти из непонятного состояния тревоги. «И не найдешь, Вэл. Потому что этого не может быть. Не может!» Уже в Бостоне я попросила Брендона привезти меня в Бек-Бей, ссылаясь на то, что мне нужно забрать у подруги конспекты, и попрощавшись с ним долгим и очень противным для меня поцелуем, чуть ли не вывалилась из машины и побежала в начало улицы, чтобы не опоздать на важную встречу, после которой я собираюсь покончить с маминым дневником. Я должна узнать всю правду и молиться, чтобы эта правда не разнесла мою душу в клочья…