Linger

Судьба имеет тенденцию отвечать на вопросы, которые мы посылаем во вселенную. Они приходят тонко, молчаливо, иногда мы не осознаём этого, пока момент не ударит слишком существенно. Сан чувствует себя оторванным от реальности, когда его задевает такого рода пробуждением. Он не может поверить, что он получил всё то, о чём он просил у высших сил. Он был готов всю жизнь следовать их правилам, если бы это помогло ему сохранить это сокровище. Он вздыхает, с любовью глядя на сидящего на диване Юнхо, который неподвижен, как статуя, боясь потревожить спящую малышку на его груди. Джи Ан пускает слюни на его футболку, её маленький ротик открыт, а волосы в полном беспорядке. Она отключилась примерно час назад, и Юнхо с тех пор не двигался. Даже аппетитный запах жареной курицы не смог её разбудить, а все восемь взрослых достаточно разумны, чтобы говорить тише. Они не в состоянии делать что-либо ещё, развалившись по всему жилому пространству в разных изнурённых позах. На ковре, у ног Сана, Уён стонет с жалобой на боль уже в десятый раз: — Я знал, что принятие твоей помощи в тот день обернётся для меня неприятностями. Сан толкает его в живот ногой, но Уён не реагирует. — У меня не было и трети от того количества коробок, что было у вас! — Но они всё ещё слишком тяжелые. — Слава богу, нам не пришлось таскать мебель, — говорит Чонхо рядом со своим парнем. Сонхва, положивший руку на сиденье дивана рядом с ногой Юнхо, а другой рукой поглаживающий голову Хонджуна, лежащую у него на коленях, шевелится, чтобы посмотреть на Сана: — Ты не хотел взять с собой ни одного предмета мебели? Сан пожимает плечами и кладёт руку на спинку дивана, чтобы дотянуться до затылка Юнхо. — У нас здесь есть всё, что нужно. — Плюс я сказал ему, что мы можем изменить здесь всё, что ему не понравится, — добавляет Юнхо. Сан щиплет его за шею, пока он не смотрит на него, и они обмениваются скрытными улыбками. — Я не хочу ничего менять. — Пожалуйста, подождите, пока мы уйдём, прежде чем вы начнёте целоваться, — раздаётся голос Минги, развалившегося на пространстве между креслом и диваном. Юнхо прищурился. — Мы и не собирались. — Ты сейчас так говоришь, — усмехается Хонджун. — Но я знаю — вы устроите родео, как только останетесь одни. — В этом нет необходимости. Юнхо живёт здесь уже много лет, — отмечает Сан. Юнхо стратегически осторожно кладёт руку на ухо Джи Ан: — И мы уже занимались сексом в каждом углу и на каждой поверхности этой квартиры, так что… — Юнхо! — Сан хлопает его по затылку в знак выговора, втягивая губы, чтобы скрыть улыбку. Ладно, он не лжёт, но кончики ушей Сана краснеют, когда Юнхо сияет, гордясь собой. — Это… — Ёсан морщится. — Больше информации, чем мне бы хотелось услышать. — Соглашусь, — поддерживает Уён, пристально глядя на них. Сан хихикает, чувствуя себя легче внутри, чем должен чувствовать человек с горящими икрами и слабыми руками. Это был долгий день переноски коробок, набитых вещами Сана: всем тем, что он не хотел оставлять позади, и даже больше. У него не так много вещей, несмотря на комментарии Уёна, но одежда и безделушки, похоже, весят немало. К счастью, это была работа для восьми человек, и даже Джи Ан помогала, морально поддерживая. Она также залезла в несколько коробок Сана, чтобы стащить некоторые предметы одежды, бегая по квартире с одной из его панам, которая была слишком велика для её маленькой головы, и парой носков, закрывающих её руки. Взрослым приходилось маневрировать с коробками и внимательно следить за тем, куда они наступают, чтобы не натолкнуться на неё. Это было похоже на их маленькую камерную вечеринку; группа друзей активно участвовала в этом большом изменении в жизни Сана и Юнхо, в новом типе отношений, который им предстояло пережить. Сан всё ещё думает, что это сон, от которого он может проснуться в любой момент, словно каждый его шаг может с лёгкостью разрушить этот момент и снова вернуть его в реальность, стоит ему быстро моргнуть или широко вздохнуть. Он пытается вспомнить момент, когда они начали всё с нуля. Целый год в безопасности, он любим, и рядом с ним мужчина, которого он всегда хотел. Юнхо ждал своего часа двенадцать чудесных месяцев, каждый раз целуя Сана на минуту дольше, прося его остаться на ночь всякий раз, когда он собирался домой. Юнхо пытался не давить на него, но делал все эти намёки, когда, уходя на работу и возвращаясь прямо в квартиру Сана, оставлял одежду в его шкафу, в котором у него вскоре появилась своя полка, приберегая одну и для Сана в своём собственном шкафу. Он ждал без слов, украшая их отношения действиями, что и заставило Сана влюбиться в него в первую очередь. Но это не значит, что они не разговаривали, потому что теперь они часто это практиковали. На диване после утомительного дня, на кровати перед сном, пока их ноги переплетены, а дыхания смешиваются. И Юнхо наконец решился как раз в тот момент, когда Сан подумал, что его кости сломаются, если ему снова придётся уйти, вернуться в свою квартиру, где не было Юнхо. Они сидели на краю матраса: Сан между раздвинутыми ногами Юнхо. Оба только что приняли душ — Юнхо использовал полотенце, чтобы вытереть лишнюю воду с волос Сана. Не было никакого грандиозного разговора, никакого пролога. Юнхо положил подбородок на плечо Сана, поцеловал его поверх потёртой ткани рубашки. А затем сказал: — Переезжай ко мне. Сану не нужно было думать об этом больше пяти минут. «Да», которое вырвалось у него, было честным, облегчённым и свидетельством всего, через что они прошли. Для сборов потребовалась только компания Юнхо, и вместе они собрали вещи Сана, чтобы отвезти их в более просторное место — квартиру Юнхо. Сан уже был знаком с этим местом, но более того, он заметил, что даже до его постоянного пребывания в доме уже были их совместные следы тут и там. От фотографий, которые Юнхо повесил в рамку на каминную полку, до тех, что были приклеены к холодильнику. Любимая марка пива Сана, которую Юнхо держит в запасе, его любимый плед всегда на подлокотнике дивана. Детали за деталями, которые укрепили решение Сана не просить совершенно новое место или покупать другую мебель. Это то место, где он хочет жить. Именно то место, где он хочет жить. У него было немного, и это, конечно, не было усилием, которое требовало восьми человек, но все предложили свою помощь, и они закончили со всем в рекордное время. Субботнее утро, несколько порций жареной курицы, первое совместное продление аренды, и Сан может представить свой новый мир. Он и Юнхо встают с дивана, когда солнце садится, чтобы проводить своих друзей. Джи Ан всё ещё крепко спит, на этот раз пуская слюни на плечо Хонджуна. — Спасибо вам, ребята, что пришли сегодня, — говорит Сан, опираясь на порог, Юнхо обнимает его сзади. Его крепкая грудь согревает Сана с головы до ног. Все обмениваются шутками, прощаются друг с другом и обещают скоро встретиться на настоящей вечеринке по случаю новоселья, и Сан не указывает им снова на то, что Юнхо жил в этой квартире вечность, и все они были здесь много раз. Он понимает, зачем они это делают, и он благодарен за это. — Итак… — начинает Юнхо, как только дверь закрывается и они оказываются в тишине. — Мы наконец-то одни. Сан извивается в его руках. Вероятно, им следует прибраться перед тем, как они сделают то, что самодовольное выражение лица Юнхо предлагает им сделать. Но Сан не может собраться с духом. Он прижимается ближе, пока они не оказываются на уровне глаз. — Ты имеешь в виду, что мы наконец-то одни, и это здорово, потому что мы можем начать распаковывать вещи? — Да, именно так. — Юнхо касается губами губ Сана. — Я в предвкушении всей этой уборки. Сан спокойно усмехается. — Нам нужно пространство. Чем скорее мы это сделаем, тем больше времени у нас будет, чтобы… Эй! Всякий раз, когда сила Юнхо доминирует, Сан реагирует быстрее, чем его мозг успевает это осознать. Он обхватывает ногами талию Юнхо и сдерживает смех, когда чувствует холодную поверхность кухонной стойки под своей задницей. Он думал, что Юнхо проведёт их в спальню, но у него, похоже, другие планы. Он подсаживает Сана на стойку и целует его глубоко, смакуя его губы, словно самый сладкий десерт. Рука Юнхо на его затылке приводит Сана в возбуждённое состояние. Он цепляется за его плечи, использует ноги вокруг его талии, чтобы притянуть его, желанно стонет, когда Юнхо сжимает боковую часть его бедра. Их совместные вздохи наполняют кухню, сердце Сана колотится как бешеное, раздаются сладострастные стоны. Юнхо не сдаётся, жадно глотая их, покусывая кожу Сана и его губы, тонкую кожу на его горле. Как будто он подавлял это желание весь день, а теперь оно всё выливается одним потоком. — Боже, — хнычет Сан, когда Юнхо особенно сильно кусает на стыке его шеи и плеча. Пальцы его ног сгибаются, пятки впиваются в заднюю часть бёдер Юнхо. — Чёрт, не могу поверить, что ты здесь. Навсегда, — шепчет Юнхо. Его пальцы скользят под подол шорт Сана. — Разве это не намного лучше, чем распаковывать вещи? — Мм... — Сан дёргает волосы на затылке, притягивая его для ещё одного поцелуя. Он сжимает в кулаках рубашку Юнхо, дёргая её, чтобы тот понял намёк. И он понимает, поспешно отбрасывая её и шипя от удовольствия, когда тупые ногти Сана царапают его лопатки. Он хватает Сана за задницу двумя руками и сближает их эрекции, медленно вращая бёдрами. — Похоже, я был не единственным, кто хотел, чтобы они ушли. Сан открывает рот — стон застревает в горле. Искра похоти, которая стреляет в его пах, заставляет его поясницу немного выгнуться. — Ты слишком самоуверен. — Я уверен в том, что люблю тебя, — говорит Юнхо, не задумываясь. Он буквально наклоняется, чтобы прижаться губами к внутренней стороне бедра Сана, где наверняка останется множество засосов. — Ты любовь всей моей жизни, Чхве Сан. Я тебе это говорил? Его бёдра яростно дрожат от первого укуса, его ладонь вспотела и не обеспечивает опоры на гранитной поверхности, поэтому Сан вместо этого хватает Юнхо за волосы. — Может быть раз сто, — он закидывает одну ногу на голое плечо Юнхо. — Ты сегодня очень чувственный. Юнхо поднимает взгляд — на его припухших от поцелуя губах играет улыбка. — Я просто счастлив, что ты наконец-то здесь. Сан смотрит на яркий блеск его зрачков и рефлекторно говорит: — Я здесь всё время. — Нет. Теперь ты здесь навсегда. Со мной. — Юнхо выпрямляется, помогая Сану снять рубашку. — В нашем доме. Понимаешь? — Мне нравится, как это звучит. — Сан крепче сжимает коленями бёдра Юнхо. — И я тоже тебя люблю. Это на самом деле ничем не отличается от того, что они делали годами. Они также занимаются сексом, целуются, разговаривают, но сейчас все эти чувства обостряются и заставляют их хотеть друг друга всеми возможными способами. Теперь стало просто лучше. Юнхо несёт его к их кровати, обходя коробки и ударяя пальцы ног об острые края мебели. Они хихикают в унисон, не разрывая поцелуя, и восторг почти раскалывает сердце Сана надвое. Он просто надеется, что Юнхо всегда будет с ним рядом.

***

— Сан, детка, пожалуйста, ты не мог бы поторопиться? Губы Юнхо растягиваются при виде Сана, выходящего из спальни, волочащего ноги и катящего свою ручную кладь. Он дуется, хмурый взгляд, который не имеет никакого отношения к тому, чтобы выглядеть таким очаровательным, направлен на Юнхо. — Я чистил зубы, чёрт возьми. Почему ты так торопишься? У нас есть, типа, пять часов, чтобы зарегистрироваться. — Да, я знаю, но... — Юнхо протягивает руку, чтобы поправить закатанный капюшон толстовки Сана на молнии. — Я считаю время, которое мы проведём в пробке, и есть большая вероятность, что в этот час аэропорт будет забит. Сан ворчливо вздыхает. — Ладно, ладно. Я понял. — Он отводит руку Юнхо, когда тот собирается поправить воротник рубашки, прищурившись. — Я не знал, что ты такой паникёр, когда дело касается путешествий. — Просто я не люблю опаздывать, — защищается Юнхо извиняющимся тоном. Сану, похоже, очень хочется съязвить ещё раз, но он останавливается и окидывает взглядом тело Юнхо с ног до головы. — Что? — спрашивает он, потому что Сан ничего не говорит. — Ну что? — Ничего, просто... — Он подходит к Юнхо, касается рукава его белой футболки, а затем смотрит на отворот его чёрной бейсболки. — Ты такой сексуальный. Юнхо смотрит на него, смеясь в полном недоумении. — Что... Я? — ухмыляется он, когда понимает, что Сан не двигается с места. — Это из-за кепки? — Может быть, — соглашается Сан, и внезапно руки Юнхо оказываются заняты. Он от души хихикает, сбивая толстовку Сана в объятиях. — Может быть, дело в кепке и футболке. Или в спортивных штанах. А может быть, я просто возбуждён. — Ладно... — протягивает Юнхо. Он пытается найти в своём сознании все причины, по которым он не должен целовать Сана в их фойе, а затем трахнуть его там же. Они делали это много раз, так почему... Ах, да. Их поездка. — Ты можешь возбудиться как-нибудь позже сегодня вечером? Нам нужно успеть на самолёт. — Юнхо, у нас пять часов. Я думаю, мы могли бы заняться сексом три из них и всё равно успеть, — снова надувает губы Сан, и поскольку он — воплощение дьявола, он также прижимается всем своим телом к Юнхо, губами катастрофически близко к тому месту на шее Юнхо, которое делает его бессильным. Это опасно. — Ну-ну, — Юнхо заставляет свой мозг, сердце и член сотрудничать, мягко отталкивая Сана. — У нас есть расписание, Сани. И я не позволю нам пропустить наш рейс. — Уф, ладно! Но ты не сбежишь от меня, когда мы окажемся в воздухе! — говорит Сан с озорной ухмылкой и подмигиванием, и Юнхо не может не содрогнуться. Он не сомневается в способностях своего парня заставить его делать всё, что он захочет. Полтора года свиданий с ним и треть этого времени совместной жизни наверняка подготовили Юнхо в этом вопросе. Они добираются до аэропорта за три с половиной часа до вылета. Юнхо был прав, предположив, что пробки будут ужасными, и если бы не водитель такси, который сделал несколько объездов, у них могли бы возникнуть проблемы. Регистрация, очередь на несколько километров — и да, аэропорт переполнен, — но они проходят её как раз вовремя, чтобы занять два места в зале ожидания. Всё, что остаётся, — ждать, пока номер рейса не появится на экране. — О Боже! — восклицает Сан. Он кладёт голову на плечо Юнхо, просматривая свой телефон. Юнхо смотрит на него, не видя ничего необычного на экране. — Что такое? Сан поворачивает телефон к нему, прокручивая текстовый чат. — Феликс только что прислал мне пятьдесят мемов, в которых просит меня наслаждаться отпуском. — Подожди, серьезно? Потому что Чан сделал то же самое сегодня утром, — вспоминает Юнхо взрыв уведомлений, которые он получил вместе со своим будильником. Его веки были заклеены сном, но Чан, по-видимому, уже полностью проснулся. — Видишь? Вот что мы получаем, когда знакомим их, — усмехается Сан. — Ещё месяц, и я уверен, они окажутся в одной постели. — Думаю, они подходят друг другу, — размышляет Юнхо, думая, что Чан и Феликс на самом деле были бы невероятно милы вместе. — В любом случае я отвечу ему позже, — он убирает телефон в карман, кладёт подбородок на плечо Юнхо, соединяя их руки. — Ты распечатал квитанцию за аренду машины? — Да. — Юнхо мысленно подводит итог. — Распечатал, и копия у меня в телефоне. Как только приземлимся, сядем в машину, а там всего час езды до отеля. — Ты такой организованный, — хвалится Сан, демонстрируя ямочки. Юнхо целует ту, до которой может дотянуться. — Давай ещё выключим телефоны и не будем носить одежду в отеле в течение следующих двух недель? — Я в деле. Чистое небо, самый красивый вид на океан — вот что они увидят через несколько часов. Юнхо проверил прогноз миллиард раз. У него наготове планы б, в, г, д и на случай, если погода решит их подвести, он может вытащить на свет и планы до последней буквы алфавита. Он просто оптимистичен, что до этого не дойдёт. Он следит за Саном, их тела соединены бедром, они заняты разговорами о повседневных вещах и мечтами обо всём, что они будут делать во время поездки. Сердце Юнхо колотится. Он не может успокоиться и тревожится уже три месяца. Хотя он проработал каждую маленькую часть и мелочь, какую только мог. Ему нужно, чтобы это было не только идеально, но и максимально гладко. Для Сана. Для человека, который любил его безусловно, несмотря ни на что, который прощал его и понимал его в моменты, когда Юнхо не мог выносить себя в зеркале. Сан делает это каждый день, когда они вместе, заставляя Юнхо парить над землёй, даёт ему жизнь. Он любит его так сильно, что это даже пугает. И иногда в это не верится, так что есть только одно, к чему он стремится. Последний кусочек его сердца, который лежит в маленькой квадратной коробке на дне его рюкзака. Что-то, что он купил двенадцать недель назад, рассчитывая на эту поездку. И он отговаривал себя открыть её и задать вопрос уже столько раз… Но Юнхо сдержался. Ждал. Потому что, как и всё остальное, это должно быть правильно. Для Сана. Для них. Они этого заслуживают.