Ну как же хорошо...

       Ладонь скользит по бедру, оставляя после себя жар и заставляя уставшее и расслабленное тело наполняться приятной истомой. Под лёгким одеялом тепло и приятно, шевелиться не хочется совсем. Чужие пальцы слегка сжимают ягодицу, после оглаживая и поднимаясь на поясницу.        Эти незамысловатые движения заставляют вытянуться в струнку и, нежась, перекатиться на живот, довольно потягиваясь.        Наглая ладонь, будто этого и ждала, поднялась до плеча, чуть надавила, поглаживая, помяла шею и снова скользнула по позвоночнику вниз.        Довольный вздох вырвался сам собой, и Влад заспанно открыл глаза, всего на мгновение. В плечо прилетел скромный поцелуй, а ладонь под одеялом оглаживала уже второе бедро и щекотала чувствительную кожу под коленкой.        Недовольное мычание и дерганье ногой заставили руку подняться и остановиться на другой ягодице. Поцелуи теперь касались не только плеча, но и щеки, а к боку прижалось горячее и такое же обнаженное тело.        Довольный полустон сопровождал поворот на бок и попытка обнять ставшего ещё более мускулистым и горячим Юру.        Тот целует нежно, будто первый раз пробуя на вкус, поглаживает по спине, осторожно касаясь и запуская приятное возбуждение по телу. Нежный и любящий — так сразу и не скажешь, что этот широкоплечий спортсмен может быть таким.        Языки сплетаются в поцелуе, поддразнивая, и первоначальная невинность тает, как утренние сумерки за окном. Судорожный выдох срывается с губ Юры, когда Влад, не открывая глаз, но улыбаясь, как довольный кот, рукой скользит по животу до гнезда жёстких волос в паху. Член в ладони почти полностью затвердел, и головка уже стала влажной.        Вчера утром он тоже мог бы похвастаться такой реакцией, но не сегодня. После ночного марафона тело было тяжёлым и сытым.        Остатки смазки из тюбика на пальцах ощущаются скользким холодом, который, впрочем, быстро теряется, и тонким слоем влаги распределяется по члену.        Влад моргает медленно, оставляя глаза больше закрытыми, и чувствует, как всё чаще и резче становится дыхание напротив, как сжимаются пальцы на его заднице, как бедра Юры притираются ближе. Ритм не быстрый, но комфортный, и тяжесть горячей плоти будоражит воображение.        Вторую руку тоже приходится пускать в ход: пальцы осторожно обхватывают яички и легонько тянут вниз. Дополнительная стимуляция заставляет Юру сипло стонать. Любопытство берет верх, и Влад всё же подсматривает одним глазом, как любовник хмурится и приоткрывает рот пытаясь поймать наконец оргазм.       — А-ах.       Теплые капли пачкают руку и немного постельное белье. Влад довольно прикрывает глаза.        Дыхание, сбитое и горячее, оседает на плечах и шее. Юра роняет голову на подушку, пока Влад отпускает опадающий член и пытается сообразить сонным мозгом, где салфетки. Думать долго не приходится — Юра сам вытирает его руку, отбрасывает использованную бумажку на тумбочку рядом и снова гладит своими горячими широкими ладонями.        — Какой же ты у меня красивый…        Шёпот щекочет шею, и лёгкое одеяло поправляют, укрывая обнаженное плечо и прижимая ближе к всё ещё горячей груди.        «Ну, как же хорошо…» — мелькает в голове, пока Влад забрасывает свою подмерзшую ногу на бедро любимому. — «А теперь ещё лучше…».