Good Intentions (Благие намерения)

Не то, чтобы смотреть, как Гарри покорно отдаётся мне, не было до одури горячо. Но до этого момента мне это нравилось только потому, что подобное нравилось ему. А потом это слово мелькнуло у него в голове, сорвалось с его губ... Папочка. И это превратило меня в человека, которого я едва узнавал. Потому что теперь... Теперь мне хотелось использовать его. Не только потому, что его это заводило, а потому, что он был моей идеальной маленькой секс-игрушкой. И, будучи моей идеальной маленькой игрушкой, он кончил для меня так много и так обильно, что вода буквально побелела. Белёсой жидкости оказалось столько, что мне было даже тяжело увидеть свой член. Впрочем, сейчас это было неважно - всё моё внимание было приковано к его лицу. И перед моими глазами вспыхнуло воспоминание о том, как Луна изобразила это выражение в своем рисунке. Небольшой мазок крови на его губе, затуманенные глаза, губы, жадно ловящие воздух. Шрам над бровью... Я почувствовал, как наша мысленная связь дрогнула, когда мои пальцы наконец замедлились, а Гарри начал понемногу слабеть, но, всё же, ещё не время... Я приподнялся на колени, расплёскивая воду и смешавшуюся с ней сперму. Убрав руку с чужого живота, я запустил пальцы в чужие волосы и крепко сжал их. Гарри посмотрел на меня затуманенными глазами и осоловело моргнул, всё ещё плохо соображая, судорожно хватая ртом воздух. Его щёки пылали, словно в греховном румянце, прекрасные в своей оргазмической раскованности. Мы ещё не закончили, мой маленький питомец. Если тебе понадобится вода, если нужен будет перерыв, если почувствуешь, что дошёл до предела, - назови меня по имени. Но до тех пор... я буду делать с тобой всё, что захочу. Гарри сглотнул, но кивнул. Как скажешь, папочка. Скажи, что мне делать. Его мысли уже не так запинались, и я поймал себя на том, что даже немного скучаю по этому очаровательному "заиканию", которое иногда у него появлялось. Но, конечно, общаться было куда проще, когда ему не приходилось бороться с разговорной речью. Сейчас все, что тебе нужно будет делать - это дышать. Гарри снова кивнул, в голове у него было слишком пусто, когда он посмотрел на меня снизу вверх. Не отпуская его волосы, второй рукой я обхватил Гарри за челюсть и мягко заставил приоткрыть рот. Какой красивый ротик. Ты ведь позволишь мне положить в него всё, что я захочу, правда? Мои пальцы ощутили мягкость чужого языка, когда я засунул их в рот Гарри, который он послушно открыл для меня. Да, папочка. Его дыхание обжигало мои пальцы, пока Гарри постепенно приходил в себя, начиная дышать медленнее. Глубже. Ровнее. И тогда я убрал пальцы, заменив их собственным языком, а свободную руку опустил ему на ключицу. Черт возьми, я чувствовал себя так, словно меня окрестили этим титулом, превращая меня во что-то... а во что именно - я и сам не мог понять. Раньше, когда мы инсценировали нечто подобное, мы оба прекрасно понимали, что это всего лишь своеобразная игра, но сейчас... Я задумался, чувствовал ли Гарри то же самое, когда творил необузданную магию, потому в данный момент мне казалось, что я могу всё. И было много вещей, которые мне хотелось воплотить в жизни. Какая хорошая маленькая шлюшка. Давай, издай для меня ещё один из этих прекрасных стонов. Я провёл своим языком по его, и Гарри послушался. Хороший мальчик. Сделай это еще раз. Я начал осторожно вести Гарри за собой - и рукой, запутавшейся в его волосах, и мягким притяжением нашей связи, пока он тихо всхлипывал мне в губы. Он не отстранялся, не разрывал поцелуй, позволяя мне понемногу отодвигаться назад в воде. Чтобы двигаться было легче - Гарри тоже поднялся на колени. Тогда я выпустил его волосы из своей хватки и обхватил ладонями чужое лицо. Когда я наконец почувствовал за спиной противоположный край ванны, я медленно отстранился, прекратив поцелуй, и снова посмотрел на Гарри сверху вниз. Я собираюсь засунуть свой член в этот блядский рот. Большим пальцем я медленно провёл по чужим губам. Его потрясающие, затуманенные зелёные глаза взглянули на меня, коротко моргнув. Неожиданная волна острого возбуждения заставила Гарри резко вдохнуть, и я довольно улыбнулся. Я знаю, как сильно тебе нравится, когда я трахаю тебя в рот. Но в этот раз я не буду нежным. Пожалуйста… пожалуйста, папочка. Используй меня, как захочешь. Трахай меня так жёстко, как захочешь. Я выдержу. Его слова вырвали из меня глухой стон. Я почувствовал, как Гарри прижался ко мне, и, Господи Иисусе... ощущение того, что ты обладаешь такой абсолютной властью над другим человеком, которого любишь всем сердцем... Всего на мгновение мой взгляд оторвался от его глаз и скользнул к руке, всё ещё державшей его лицо. К тонкому золотому кольцу на безымянном пальце. И в тот же миг я поднялся на ноги. Гарри откинулся назад и сел на пятки, когда вода отпустила меня, расходясь кругами по поверхности. Я не удержался и потянулся к своему члену. Ощущение того, насколько сильно он уже довёл меня до состояния возбуждения, делало меня почти безумно напряжённым, но видеть его таким послушным, таким покорным, сидящим передо мной на коленях лишь усиливало все мои эмоции до предела. Его ярко-зелёный, внимательный взгляд с моего лица скользнул вниз на мой член, который я в этот момент активно ласкал собственной рукой. Красивый, - тихо отозвалось в моей голове, и по моим губам расползлась довольная ухмылка. Словно не в силах больше ждать, Гарри снова поднялся на колени, обхватил мои бедра руками и открыл рот, высунув язык. Он буквально наслаждался видом моей эрекции перед своими глазами. Я сказал, что не буду нежным, - напомнил я, и Гарри снова поднял на меня свой взгляд. Он был безумно соблазнительным - стоя передо мной на коленях и смотря на меня этими невозможными глазами, да еще и с приоткрытым ртом. Я позволил головке своего члена коснуться его ждущего языка, надавил чуть сильнее, касаясь мягкой поверхности уздечкой, и поводил из стороны в сторону. Хочу быть твоим хорошим мальчиком, хочу, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты улыбался, чтобы ты кончил, я сделаю для тебя что угодно, папочка, пожалуйста… Чёрт, если ты просишь об этом - потом не вздумай пожалеть. И после этих слов я, наконец-то, позволил своему члену погрузиться в теплое гнездышко рта Гарри. Свободной рукой я снова схватил его за волосы, когда он вздрогнул от неожиданности в момент моего вторжения в его горло. Но не подавился. Он сел поудобнее, хлопнул ресницами и покорно начал принимать мой член, пока я с большим удовольствием трахал его рот. Снова, и снова, и снова, пока его губы ласкали мой орган, а я двигался все глубже и глубже внутрь. Боже, это было восхитительно. Мой голос вырвался наружу, откликаясь на удовольствия собственного тела. Я краем сознания вслушивался в звуки, издаваемые Гарри, чтобы понять, все ли в порядке, выискивая хоть малейший намёк на то, что ему это не нравится. Любую вспышку сопротивления, любое "не хочу", любой знак отказа. Но он просто стоял на коленях, уперевшись кулаками в мои бедра, и позволял мне трахать его в рот. Так я и делал. - О...Черт возьми... Боже...ахаха.... Моя голова откинулась назад, а глаза в блаженстве закрылись. Все возможные яркие ощущения переполняли меня, пока я использовал одну из его дырок, предназначенных для моего члена. Тебе хорошо? - спросил Гарри, и из меня сквозь зубы вырвался еще один стон. Да, блять. Чёрт… Это так... Господи, мне так хорошо, - выдохнул я, пока он пытался сделать судорожный вдох между толчками. Я знаю. Гарри внезапно крепко обхватил мой член своими губами, сжав его в своеобразных тисках, пока я вгонял свой орган в него снова, и снова, и снова. О, черт, блять... Ты так сильно хочешь, чтобы твой папочка кончил? Да. - Был его простой ответ, когда я медленно, но верно приближался к кульминации. - Да, я чертовски сильно хочу проглотить твою сперму, папочка, пожалуйста... Я хотел. Черт бы меня побрал, как я этого хотел. Мне хотелось извергнуть фонтаны спермы прямо ему в глотку, но она для этого не годилась. Это была не та дырка, в которую я хотел излить свой оргазм. Мне нужно было это сделать... Иначе. Я был буквально на грани экстаза, когда резко отстранил Гарри от себя. Это вырвало из меня сдавленный, практически отчаянный крик, потому что я сам лишил себя удовольствия, но я, чёрт возьми, ещё не закончил. Не сейчас. Гарри резко поднял взгляд на меня, а я наконец собрался с силами и снова опустил голову, чтобы посмотреть на него. Я должен выплеснуть свою любовь в тебя, в твое тело. Осознание происходящего смыло растерянное выражение с лица Гарри, когда я снова опустился на колени, слегка отстранив его, чтобы дать себе возможность опуститься ниже. Я должен трахнуть тебя по-настоящему, потому что ты - мой. Потому что я могу и хочу этого, и ты принадлежишь мне. Тяжело дыша, с приоткрытым ртом, Гарри кивнул. Я принадлежу тебе, папочка, - был его ответ. А я никогда, никогда не хотел причинить ему боль. Я никогда не хотел выбить его из колеи или причинить ему дискомфорт, но это последнее "папочка" буквально встряхнуло мне мозг. Всё перевернулось с ног на голову, и я внезапно стал удивительно спокойным. Несмотря на оргазм, в котором я только что себе отказал, несмотря на то, как я всего мгновение назад довёл Гарри до полного изнеможения, где-то впереди, словно восход солнца, засияла новая цель. Дыши глубже, милый.