Боль меняет людей

      – Чимин? Что ты тут делаешь? А... Мин мне как раз шлюху заказал, неужели это ты? – Джей-Хоуп начал медленно подходить к Чимми, довольно ухмыляясь своей "добыче".       Пак от шока поднял глаза, глядя на мужчину. Он не понимал, какие чувства преобладают над ним прямо сейчас. Радоваться тому, что тот парень, который вошёл в кабинет, не будет трахаться с Юнги. Или злиться и ненавидеть Хоби, который в очередной раз решил воспользоваться Чимином, как шлюхой. От мысли, что парень вот-вот бы отдался этому мужику прямо в зале, становилось очень противно и тошно.       Поднявшись с колен, Пак посмотрел прямо в глаза Хосока, улыбаясь и медленно подходя всё ближе и ближе, пока не встал впритык так, чтобы их тела соприкасались.       – Замучил недотрах, Чон Хосок? – почти касаясь губами губ Хоби, шептал Чимми, продолжая смотреть прямо в глаза.       – Да. – сообщил Чон, стараясь поймать пухлые губки парня и увести в глубокий поцелуй.       – Но есть одно... – лёгкое касание пухлых губ отдало жаром по всему телу, но вот только вместо поцелуя, Хоби получил отличный удар по яйцам. – Я тебе не шлюха, гандон! – Пак отошёл от Хосока и вытер остатки слёз с глаз.       Мужчина же свернулся от боли пополам и заскулил, хватаясь за стену, чтобы позорно не упасть.       – Хороший удар, Чимми! – прозвучал в эту же секунду радостный голос и хлопки за спиной.       Чимин повернул голову вбок и увидел Юнги, который улыбался не только в тридцать два зуба, но и своими красивыми чёрными глазами.       – Шлюха была для него? – также злобно спрашивал парень, повернувшись лицом к Шуге.       – Да, для него. Когда я увидел, что он потирается около тебя в зале, пришёл к выводу, что пора ему искать того, кто не занят. Пойдём. – Мин пошёл в сторону своего кабинета, оставляя скромного парня на едине с Хосоком, который продолжал скручиваться от боли.       – Хуй тебе, Мин Юнги! – Пак показал фак и отправился в сторону лифта, стараясь не оглядываться назад.       Столько непонятных мыслей в голове... Хочется плакать и смеяться, вот только не понятно от чего. Может это уже истерическое?       Войдя в лифт, Чимин нажал на кнопку первого этажа и кнопку закрытия дверей, кто-то сзади него звал, но он не обращал внимания. Надо всё обдумать и прийти к общему выводу... Но, блять, так много мыслей и так мало ответов. Пак хочет быть с Юнги, хочет его нежности и любви, которых, наверное, никогда и не было... Но радовало, что Мин помнит про него. А если это только секс?... Ладно он, но почему Чимин решил, что готов переспать с насильником и извращенцем? Хосок в прошлый раз дал понять, что в отношениях парень будет закрыт и просто подавлен. Но, Пак же не виноват, что иногда очень хочется той самой нежности и страсти, которую он так давно не получал... Двери лифта распахнулись, а перед парнем открылся вид на милую парочку... Чонгук и Тэхен – самая красивая пара компании "BigHit"... Красный и чёрный слишком идеально сочетаются, но они на самом деле такие разные... Ким аристократ с манерами, а вот Чон больше брутальный и накаченный альфа-самец. Только многие и не подозревают, что этот альфа-самец на самом деле принимает член аристократа-извращенца в совершенно разных местах, громко стоная и выгибаясь кошкой, когда его тянут за волосы или цепь.       – Чимин? – растерянно спросил Гуки, но парень пошёл дальше, игнорируя бывшего лучшего друга и его парня. – Чимин, стой! Нам нужно поговорить!       Чон впервые оттолкнул за всё это время Тэ и побежал за блондином, который шёл слишком быстрым шагом.       Сейчас в голове Чимми был всего один вопрос: "Что вообще происходит?" Было непонятно, причём тут Шуга и зачем он вернулся именно сегодня в компанию. Так ещё и к Чонгуку вернулись мозги и он решил поговорить. Но ни этого ли ждал блондин на протяжении пяти месяцев? Этих разговоров и внимания? Да, ждал, но не всё же сразу?       – Чимин, подожди, пожалуйста! Нам нужно поговорить! – бежал Чон за своим другом, не обращая внимания на косые взгляды. – Пожалуйста!       – Одумался? Снова нужна моя помощь? – резко остановился Пак и повернулся к Чонгуку, который сразу же обнял его. – Гуки?       – Прости меня, пожалуйста... – казалось, или Чон реально плачет?...       – Чимин! Чимин? – из-за поворота появился Юнги, который остановился на повороте и замолчал, наблюдая за объятиями бывших друзей.       А Пак... А Пак ничего не понимал, он просто стоял, как в тумане, пытаясь понять, сон это или реальность. Хотелось провалиться сквозь землю, ведь на них все смотрели и снимали...       – Нам надо поговорить, пожалуйста, – Чон перестал обнимать блондина и посмотрел ему прямо в глаза, – Я понял свою ошибку, правда... Я понял...       – Давай поговорим чуть позже? Когда я поговорю с Юнги. – Чимми отошёл и посмотрел на Шугу, который без лишних вопросов пошёл за парнем в сторону общежития.       – Хорошо... – грустно прозвучало где-то вдали, ведь Пак уже убежал, не желая разбираться в своей жизни у всех на глазах.       Очередной лифт, только парень уже не входит один, а со своим сопровождающим, который не сводил с него взгляда. Ехали они также молча, так как Чимми постоянно смотрел куда-то в пол, боясь поднять взгляд на мужчину, чувства к которому, видимо, так и не прошли.       Выйдя на нужном этаже и пройдя в самый дальний и тёмный коридор, Пак чувствовал панику, которая огромной тучей повисла где-то на душе... Так волнительно, что он останется в своей комнате с этим мужчиной. Но резкое движение в сторону заставило прийти Чимина в себя, ведь его прижали к стене, не жалея силы. Сколько удивления и некого страха застыло в глазах... Но не этого ли ждал Пак?       – Чимми, малыш... Ты готов со мной поговорить? Или ты сказал Чонгуку внизу это специально, чтобы он тебя не трогал? – шёпотом проговорил Юнги, поглаживая парня по волосам.       – Я хочу поговорить нормально, без всяких лишних касаний. – отталкивая от себя чужую, но такую родную руку, сухо ответил Чимин.       – Хорошо, пойдём. – Шуга отошёл от Чимми и подошёл к нужной двери, ожидая, когда её откроют.       Пак посмотрел на мужчину и выдохнул, открывая дверь в его квартирку... Вот только, когда он в неё вошёл, то увидел чужие кроссовки и куртку. В глазах заиграл некий огонёк, а точнее надежда. Быстро разувшись, парень забежал в спальню, где увидел вещи Чонгука.       – Нет, нет, нет... – усаживаясь на свою кровать, схватился за голову Чимин. – Он вернулся?...       – Вернулся? А он уходил? – проходя в спальню и рассматривая её, спросил Мин.       – Вернулся?! Да, блять, вернулся! – заплакал Пак. – Что это за хуйня, блять?! Почему вы оба, мой лучший друг и мужчина, с которым я хотел быть, решили вернуться в один день?! Всё это время я был один, а тут вы решили превратить мою хуевую жизнь в прекрасный сон?! – Чимин устал, очень устал... И сейчас все накопленные эмоции выходили наружу. – Я ненавижу вас обоих! Вы, два конченных идиота! Я вас ненавижу!       Парень упал на пол и закричал, царапая себя. Почему они снова все вернулись? Зачем? Снова обмануть и использовать? Пак не хочет наступать на те же грабли... Но, сука, видимо, придётся. Ум твердил, что пора всех бросить и идти в новую жизнь... Но сердце... Сердце этого не хотело. Хотелось любви и вернуть то, что возможно, обговорить и прийти к общему выводу. Хотелось тех тёплых моментов, как осенью: прекрасных прогулок, разговоров и ночей. Хотелось просто вернуться в Пусан и жить прошлой жизнью... Чимин никогда бы не подумал, что из-за работы возможно потерять абсолютно всё своё окружение. Но обязан ли он всех удерживать? Конечно же нет. Он устал всех спасать, протягивая руку помощи и в ответ получая плевок... Так больно и жалко. Если он сейчас вернёт всё так, как было? Будет ли это очередной ошибкой? Но на ошибках ведь учатся... Если Чимми выберет этот путь снова, послушая сердце, повторится ли ситуация с любовью и дружбой?... Сердце и душа так и просят, чтобы их хозяин согласился. Но все поступки и достижения в жизни начинаются через риски. Мы рискуем, делаем первые шаги и сталкиваемся с трудностями и ошибками. Это больно, но это ведь жизненный путь, который проходит каждый человек. Мы учимся на ошибках, запоминаем их, анализируем, чтобы в будущем снова с этим не столкнуться и не делать себе больно... Но, не каждый человек это понимает и будет сталкиваться с этим снова и снова, пока не усвоит важный урок в жизни. Так, почему бы не попробовать ещё раз? Да, это, возможно, будет очередная ошибка жизни, но очень ценный урок, который Чимин обязательно усвоит. На ошибках учатся все и это нормально в нашей жизни.       Немного успокоившись, Чимин поднял взгляд на Юнги, который сидел на коленях напротив. Всё это время он ждал, когда блондинчик выпустит то, что у него накопилось за этот период и наконец-то поднимет на него свои прекрасные лисьи глазки. Шуга просто смотрел и ничего не говорил, чтобы лишний раз не тревожить парня.       – Мне легче... Немного. – Пак слабо улыбнулся и взял бутылку воды из рук Юнги, из которой тут же начал жадно пить.       – Это главное... Я могу заблокировать дверь, чтобы Тэхен и Чонгук не могли зайти. Обещаю, что трогать я тебя не буду...       – Не стоит, думаю, Чонгук поймёт, что я не готов к нашему разговору. Я хочу разобраться со всем поочерёдно.       – Хорошо, это правильный выбор. Расскажешь, что тебя беспокоило всё это время? – Мин забрал пустую бутылку от воды и сел на кровать Гуки, ожидая рассказа.       – Родители не интересуются моей жизнью. Всё эти месяцы я жил один в этой комнате... Множество людей хотели со мной дружить из-за популярности. И не только дружить, кто-то хотел переспать или даже встречаться за деньги. От одиночества я начал сходить с ума. Я просто устал морально. Чтобы не оставаться наедине со своими мыслями, я старался нагружать себя работой. У меня есть черновики песен для альбома, хореографии... Я даже думал уволиться из BigHit, когда услышал, что ты хочешь меня присоединить в какую-то группу. – разочаровано усмехнулся блондин. – Я до сих пор думаю об этом... Может после выпуска альбома я это и сделаю.       – Ох, малыш... Прости, Чимми, я был зол и ляпнул лишнего, когда увидел тебя вместе с Хоби в зале. Я видел, как он тёрся о тебя и целовал шею. Эта картина явно вывела меня из себя... Мне Намджун рассказал, что ты очень много работал, и, в тот момент, на ревности, я решил тоже ударить тебя по больному. Поэтому решил сказать, что ты теперь в группе...       – Ревность? Ты свою игрушку ревновал к другому мужику?       – Почему сразу игрушку? – нахмурился мужчину, смотря на парня, который так и сидел на полу, перебирая в своих милых пальчиках край своей кожанки.       – А это разве не так? Ты использовал меня только в тех случаях, когда тебе хотелось секса? Ты даже мне деньги заплатил, будто я шлюха...       На это заявление Шуга только рассмеялся и, взяв парня за руку, усадил к себе на кровать.       – Чимин, не знаю, рассказывал ли тебе Чонгук, но шлюхи у меня на одну ночь. А ты и так тянешь к себе своей вредностью, задумчивостью. С тобой интересно, с тобой я узнал, что такое любовь.       – А да этого ты не знал? – вопросительно посмотрел на мужчину парень.       – Нет. Фанаты хотят меня в основном из-за популярности и денег, а ты показал мне характер, даже деньги хотел вернуть... В тот день я понял, что нужно к тебе приглядываться и смотреть, что будет дальше. Многие, кто приходят в эту компанию, зачастую меняются в худшую сторону, так как деньги показывают истинную сущность человека. Не знаю, что у вас произошло с Чонгуком, но думаю, что мозги ему вскружили не деньги, а любовь к Тэхену. – задумался мужчина. – Тэхен ещё тот ловелас, но он никогда не относился так к кому-то, как к Чону. Сам подумай, сколько девушек и парней было вокруг Чонгука. Но испытывал ли он во время секса хоть немного удовольствия?       – Думаю, что нет. Он трахался, что расслабиться после тяжёлого дня. Но буквально сегодня он рассказал, что жизнь стала прекраснее, после секса с Тэхеном. – сказал Пак, складывая некий пазл в своей голове.       – Видишь, в твоих прекрасных глазах уже есть просвет. – улыбнулся Мин. – Думаю, он ушёл от тебя, променяв на член, а точнее, на любовь, в которой он так нуждался. Я знаю, что ты в ней тоже нуждаешься, и готов...       – Нет, не говори это. Я не готов. Мне было больно, что ты не приходишь ко мне холодными ночами и не греешь меня...       – Да, я поступил ужасно, как последняя мразь. Я поменял любовь на работу и деньги, не скрываю этого. С самого детства отец и мать утверждали, что я со своей ориентацией никогда не найду настоящую любовь... Эти слова были каждые недели, начиная с тринадцати лет. Честно, после этого я перестал верить в любовь и смерился, что действительно буду всю жизнь один. Я играл на пианино и рояле в нашем особняке. Нравилось ли мне это? Думаю, что да. Когда я играл и бил по клавишам, то представлял жизнь, которой у меня никогда не будет. В те минуты, я действительно задумывался о работе с музыкой, написанием шикарных песен. У меня появилась мечта. – Юнги остановился и посмотреть в пол.       В голове появлялись ужасные отрывки из его жизни... Наказания, крики, битая посуда, реанимация...       – Что случилось? Юнги? – Чимин заволновался и начал немного трясти Шугу за плечо. – Юнги, что такое?...       Пак посмотрел в глаза мужчины и увидел слёзы, которые потекли по щекам большими каплями. Парень тут же протянул руку и начал их вытирать, стараясь тоже не заплакать. Ведь сейчас тот самый холодный и чёрствый человек раскрывал своё настоящее сердце, показывая, что он не холодная бесчувственная глыба льда, а самый настоящий человек, способный чувствовать и любить.       – Когда я сказал отцу о том, что собираюсь заниматься музыкой, а не продолжением его бизнеса, он очень сильно разозлился... Он бил меня кнутом из конюшни, бил об меня всю посуду, говоря, что я самый ужасный ребёнок на свете. Я говорил, что устал от этой жизни аристократов и хочу заниматься тем, что желает моё сердце. Избиения были... Шрамы были... А потом, меня просто выгнали из дома, сказав, что я самое ужасное существо на этом свете. – Мин закрыл лицо руками и заплакал, показывая истинное Я Чимину, хватаясь за его маленькую ручку. А Пак и не хотел оставлять Юнги в таком состоянии одного. Крепко обняв мужчину, он начал его гладить. – Было очень тяжело с жильём и деньгами. Свои гениальные песни я продавал за копейки, чтобы хоть как-то заплатить за проживание в подвале. Я выбирал между едой и жильём, всегда останавливаясь на втором. Потом я начал подрабатывать в доставке. У меня был только велосипед, на котором в итоге меня сбила машина. Весело, правда? – нервный смешок послышался из уст мужчины, но он не собирался останавливаться. – Было больно, очень... Но я не придавал этому значения, ведь денег на лечение на тот момент не было. Тем более, не так давно я лежал уже в больнице с передозировкой таблеток. Меня так заебала эта жизнь, что я хотел покончить с ней. Казалось, что на тот момент это был лучший вариант. Я нашёл таблетки в сумке у какой-то старушки в кафе и украл их... Было много разных упаковок, но так похуй для чего были эти все лекарства, ведь я не думал... пил их и надеялся покинуть этот свет. Но кто-то всё-таки вызвал мне скорую, которая увезла меня в больницу, где мне сразу же сделали промывание. Честно, я тогда пожалел, что хочу умереть, понимая, что впереди меня ждёт только лучшее.       Повисла тишина, только изредка были слышны всхлипы Чимина, который только сильнее вжимался в Юнги, не в силах сказать ни одного слова.       – В восемнадцать лет, когда наконец-то попёрли деньги от моего творчества, я сделал операцию на плечо. А школу я закончил благодаря хозяину того подвала. Если бы не он, я бы до сих пор ходил без образования... Операция на плечо прошла успешно, я смог снова нормально двигать рукой и жить спокойной жизнью.       – А родители?...       – Родители?... Когда я уже имел приличные суммы денег, я узнал, что у матери будет операция на сердце, а у папы была серьёзная болезнь раком... Я отправил столько денег, сколько смог. Но они, наверное, до сих пор не знают, откуда тогда появились те деньги... Я слышал, что они ходят на мои концерты, но мы так и не общались, да, начиная с тринадцати лет, да и мне как-то не хочется, ведь они всегда говорили, что такой человек, как я, не достоин любви...       Чимин закусил на нервах губу и крепе обнял Юнги, теперь он понимает, почему этому человеку так трудно выражать свои чувства...       – Прости, что завалил лишней информацией, но мне стало легче. Никто об этой истории не знает, кроме тебя. – доставая сигареты, сказал мужчина. – Ты вдохновил меня на открытие своей души...       – Каким образом? Я же просто был как дурачок, который вертится вокруг тебя в надежде получить хоть чуточку твоего внимания.       – Чимин, ты как солнышко, которое согревает меня в холодные времена. Ты для этого мира слишком добрый и открытый... Ты похож на маленького милого цыплёнка, которого хочется поцеловать в лобик и спрятать в кармашек. Твоя доброта и любовь, твоя улыбка вдохновили меня на этот альбом.       – Как это вообще работает, мы с тобой были знакомы буквально месяц... – разволновался Пак и открыл окно, ведь Мин закурил сигарету... Это выглядит красиво, но запах... Чимин его никогда не любил.       – Ты открыл во мне чувства любви.       Без всяких лишних слов сказал Юнги и затянулся сигаретным дымом, ожидая реакции парня. Но Чимми так и остался стоять у открытого окна, размышляя над сказанными словами мужчины, которые так грели сердце. Кажется, но слова тут были излишни... Ведь оба понимали, что это признание в любви.       – Я не выходил на связь, потому что не хотел отвлекаться от работы. Её было очень много. Хотелось сделать что-то новое и необычное, открытое и философское. Для этого я погрузился полностью в музыку и не писал тебе, хотя стоило. Я работал над песней под названием "Амуgdala"... Из-за неё я плакал и даже впадал в депрессию, но надеюсь, что ты, после моего рассказа, теперь меня понимаешь... Но в любом случае, я сделаю всё, чтобы ты меня простил. И надеюсь, что в дальнейшем, мы будем вместе писать музыку, потому что ты для меня не просто коллега по работе или ученик. – вставая с нагретого местечка, сказал Мин, подходя к парню сзади и обнимая за талию. Окурок он потушил и выкинул в пепельницу, продолжая говорить. – Я надеюсь, что ты меня простишь и дашь шанс... А если нет, то я готов хотя бы дружить с тобой и работать.       Чимин прослезился и повернулся к мужчине, крепко обнимая его за шею и целуя в холодные губы, которые тут же ответили взаимностью. Противный привкус табака уже не казался таким противными, наоборот, он пьянил парня, заставляя раствориться в нежном и мокром поцелуе. Сколько он этого ждал?... Хотя, это не так уж и важно, ведь сейчас есть чувство, что он сделал правильный выбор, что выслушал Юнги и узнал о нём всю правду.