Зной, который прокрался в храм

      Нейт пригладила пояс перевешенной через плечо холщовой сумки, пересчитывая тонкими пальцами узелки цветочной вышивки и, хмыкнув, неторопливо направилась к столу наставника, не сводя с него снисходительного взгляда. — Ты с ними слишком суров.       Старший отвел глаза в сторону отказываясь слушать очевидный, как ему казалось, вздор. Свесив голову в сторону, вернул гостье готовое перелиться через край недовольство во взгляде. Синяки под янтарными глазами, усиливались рефлексом темной краски, что пролегла на подрагивающих веках длинными острыми линиями, и подчеркивали усталость от разговора, что толком не успел начаться. — Да ладно тебе, посмотри как они утомлены, — не унималась женщина не глядя указывая рукой на притихших учеников.       Нейт же либо не замечала, либо делала вид, что не замечает как быстро увеличивалось количество складок на лбу наставника и тягуче мрачным становилось его лицо. — Ах, бедняжки! Можешь принести им молока и хлеба, пора кормить птенцов, — ядовито ответил Реммао выпуская из пальцев калам. — И принесу, — мягко промолвила Нейт и посмотрела через плечо на Рэймсса, тепло улыбнулась. Он, как ей показалось, слегка выпрямил спину. Ответил лишь веселыми искорками в глазах и поднятыми в легком приветственном жесте пальцы, рот открывать не торопился.       Женщина еще раз усмехнулась и в два шага добралась до стола наставника, оперлась рукой на нагретую солнцем столешницу, провела пальцем вдоль хитрого каменного узора. Находясь выше, вынудила Реммао поднять голову. Он отклонился на спинку кресла и попытался скрестить руки на груди — одной зацепился за край широкого рукава, высвободился и повторно зацепившись за оборку, обреченно хлопнул ладонями по подлокотникам. — Нейт, ты для чего пришла, занятию мешать?       От высокого тона глаза женщины округлились, она открыла и закрыла рот в поиске подходящего приличного слова, молча достала из сумки небольшой свиток и гневно бросила на стол: — Ты же сам просил!       Реммао резким движением руки остановил покатившийся по гладкой поверхности сверток, аккуратно поднял и, не разворачивая задержал взгляд на папирусе. Вспомнил. Проскользил руками вперед и, зарывшись лицом в ткань рукавов, постучал себя тонкой трубочкой по голове. Под его нечленораздельное мычание Нейт осторожно разогнула его пальцы и вытянула свиток.       Наблюдая за тихой и малопонятной сценой, Эва цыкнула привлекая внимание некроманта. Рэймсс, воспользовавшись моментом, переливал из крупной бутыли чернил в более мелкую, удобную для письма. Услышав повторное «цыканье», скривился — тонкая струйка чернил дрогнула, оставляя потек на горлышке. Парень раздраженно вздохнул, и удерживая бутылочку на весу, развернулся к девушке, вопросительно выгнув бровь.       Эвтида нервно кивнула головой в сторону наставника в поисках объяснений. Рэймсс проследил за ее взглядом словно в первый раз видит участников спора и, повернувшись обратно, показал лицом эмоцию, что можно было прочитать как: «ничего не происходит, что прицепилась то». — Не нравится мне это, — прошептала Эва и нервно улыбнулась краешком губ поднявшей голову Дие. — Забыл? — спросила Нейт, рассматривая тонкие золотые ленты в волосах старшего. — Мг, — вместо извинений за повышенный тон ответил Реммао.       А ей они были и не нужны: — Ну, где мне расположиться? — Да… садись за мой стол. Я принесу еще стул. Спохватившись, старший поднялся и, обведя зал глазами, громко бросил в сторону: — Рэймсс! Принеси стул!       Младший черномаг вздрогнул и перестал задумчиво вытирать чернильное пятно со стола краем схенти: — Так нет здесь больше стульев.       В зале повисла тишина. Варясь в собственной раздражительности, Реммао пытался понять — почему Рэйм не может выполнить такую простую просьбу прямо сейчас. Начиная закипать, он почувствовал легкое прикосновение стоявшей рядом женщины: — Мы можем просто занять стол Рэймсса.       Наставник прикрыл глаза, ругая себя, что не нашел такого явного решения: — Да, конечно.       Младшему повторять не пришлось. Пробубнив себе под нос, что только вот чернила себе обновил, он сгреб свои вещи и, осмотрев заваленный папирусами стол брата, направился к Эвтиде. — Кто тебя сюда звал? — зашипела девушка, но заметив на его лице саркастичную ухмылку и явное намерение развернуться, почувствовала опасение — воспринял шутку как отказ и быстро, как ей показалось слишком быстро, подвинулась. Толкнув пальцами его руку, указала на скамью. Рэйм хмыкнул и, подобрав полы одеяния, шумно шелестя тканью опустился рядом. Эву окутало легкое облако ягодного масла, которое перышком всколыхнуло в ней смущение от желания втянуть сладкий аромат.       Реммао занявший стол младшего брата, подпер голову рукой и склонился над развернутым Нейт свитком. Они тихо переговаривались. До учеников доносились лишь обрывки ничего не значащих фраз — в них крылась беспечная легкость давнего знакомства. Что-то об усталости, что-то о быте, что-то о несменяемой погоде… — А что нам делать? — голосом заговорщика спросила Эвтида, склоняясь ближе к некроманту. Рэймсс резко повернулся мазнув девушку плечом по носу. Хохотнул от того как быстро она втянула шею и пробежался взглядом по лицу: — Ты чего под руку лезешь? Не ушиб?       Эва смущенно потерла нос и, проигнорировав заботу, повторила: — А что нам делать? Рем не дал указаний. — Тссс, — шикнул в ответ парень, — ты еще подойди вмешайся и попроси задание. — А ты знаешь почему пришла Нейт?       Рэймсс выглянул из-за силуэта Дии, которая будто статуя, старалась не привлекать внимание наставника укрывшись копной волос. Оценив общую картину, жестом поманил девушку ближе. Оперевшись рукой о скамью, Эва подвинулась. Он еле слышно заговорил: — Насколько я понимаю, она принесла расчетный лист. Мы делаем… — Что?!       Девушка не расслышала практически ни слова, придвинулась еще немного и чуть не вздрогнула, когда коснулась кончиками пальцев кисти некроманта. Он не подал виду и не опустил насмешливого взгляда на скамью, лишь опередил ее стремительное решение отстраниться и накрыл тонкую руку. Будто на клавиши, поставил подушечки своих пальцев на ее костяшки, в только ему понятном порядке. Необъяснимое желание, чтобы он задержал прикосновение проскользнуло между ударами ее сердца, прокатилось горячей тягучей нежностью по всему телу. Скрывая изо всех сил стремление глубоко вздохнуть, Эва бросила украдкой взгляд в зал и, отчаянно хватаясь за разум, робко переплела его пальцы со своими. В голове звучал лишь один вопрос: «Что я делаю?». Еле заметно Рэймсс улыбнулся и вернулся к разговору, четко проговаривая каждое слово: — Мы делаем у Нейт заказы. Она плату не берет сразу, через некоторое время брат с ней рассчитывается. Так мы привлекаем меньше внимания и ей не задают лишних вопросов рабочие. Расслышала теперь?       Эвтида медленно высвободила руку, напоследок пытаясь запомнить свои ощущения. — Удобно. — Согласен.       Убедившись еще раз, что не привлекает внимание брата, Рэймсс поднял со скамьи конец тонкой полоски, что служила поясом юбки Эвтиды. Пристально рассматривая в руках золотистую тесьму, дунул на пушистую кисточку и, не отвлекаясь от столь увлекательного занятия, неожиданно спросил: — А почему ты меня усадила на скамью, когда заплетала, если в зале был добротный стул?       Эва медленно повернула голову и вскинула руку в недоумевающем жесте: — Он тяжелый! — Ты могла бы меня попросить принести. Просто признайся — ты хотела, чтобы я мучился? — Мне бы пришлось тогда стоять, чтобы прочесать твои волосы. — Отговорки. — Что ты… — Подожди, — резко оборвал спор Рэймсс. Сдвинув голову вбок, прислушался к разговору Нейт и Реммао, который вдруг стал ощутимо громче. «Откуда эта сумма? Это наше?» «Ваше-ваше» «Это за какой срок?» «Это за один заказ»       Младший скривился, точно зная о чем идет речь. Он совершенно забыл о своем нехитром плане, в котором он перед очередным расчетом договаривается с ткачихой вычеркнуть эту сумму подальше от глаз старшего брата. — Что-то серьезное? — считала его тревогу Эва. — Я думаю, что я умру очень молодым, возможно, даже сегодня… — Рэймсс! — громкий окрик отразился на лице младшего глубокой печалью и вырвал из задумчивости Дию, изрядно перепугав.       Некромант глубоко вздохнул и развернулся на встречу требовательному голосу. — Подойди сюда.       Повторять не пришлось и Рэймсс, чуть сутулясь, поплелся обратно к своему столу провожаемый встревоженными взглядами девушек. — Мальчик мой, расскажи нам про свой последний заказ, — его встретила торопливая просьба Нейт, не давая Реммао сорваться. — Я попросил отрез крашеного льна, новый. С нитью. С серебряной.       Надавливая пальцем на строчку с суммой заказа, старший еще раз взглянул на цифры и, сощурив глаза, обратил лицо к брату: — Тебе не кажется, что это дорого для одной тряпки? Ты куда наряжаться собрался, — добавил яростным шепотом, — к покойникам или перед подружками красоваться? Чтобы потом Дия тебе рассказывала как ты хорош собой?!       Услышав свое имя, глаза девушки распахнулись и, надеясь на защиту богов, она стала перебирать в голове весь пантеон, включая Анубиса. — Рем, я заплачу сам с заказа. — А кто тебе даст заказ? — ехидно парировал Реммао ища ответ в насупленном взгляде младшего брата. Достав из широкого потайного кармана, в который не попадет ни одна ловкая рука гермопольских рыночных воришек, тяжелый мешочек с монетами, высыпал их на стол.       Устало наблюдая за перебранкой братьев Нейт перевела внимание в угол зала, где покоилась та самая накидка ставшая объектом спора. В голове возникло воспоминание в котором она отговаривала Рэймсса от покупки и, нацепив самую добрую улыбку на которую была способна, поинтересовалась: — Рэймсси, а что же ты не носишь свой нарамник? Из самооого прекрасного черного льна? — Жарко сегодня, — мгновенно выдал заготовленный ответ младший.        Аккуратно подобрав искрящуюся на солнце тонкими серебряными нитями ткань, Нейт разложила ее перед ним на столе. С горьким вздохом оценила помятости дорогого материала, не выдержала и попыталась разгладить рукой складки: — Жарко здесь каждый день. А помнишь ли ты как долго я тебе рассказывала, что эта ткань не подойдет для верха в летний зной? — Помню. — И что же? — Все хорошо, просто сегодня действительно слишком жарко.       Рэйм сгреб ткань и потянул на себя, но обнаружил, что Нейт со своей стороны крепко сжимает край. — Так ты же говоришь, что все хорошо, но носить почему-то не хочешь. Давай помогу тебе повязать обратно. — Нейт, не надо, — Рэйм сделал более настойчивую попытку забрать ткань, но встретил еще более сильное сопротивление.       Потеряв интерес к пересчету денег, папирусам и молитвам богам, остальные были невольными зрителями. Реммао развалился на столешнице и, подперев голову, с нескрываемым любопытством переводил взгляд от одного участника действа к другой, поочередно удивленно поднимая брови.       Воспользовавшись коротким замешательством, Нейт выдернула ткань: — Подойди ближе, Рэймсс.       Молодой некромант издал нервный смешок, пятясь на пару шагов назад, попутно оглядываясь, чтобы не споткнуться о длинные полы одеяния. — Что-то шепчет мне внутри, что лучше этого не делать.       Женщина поднялась. Не спуская пристального взгляда с парня заговорила коварным голосом, смакуя и растягивая каждое слово: — Я всего лишь тебе помогу красиво сделать драпировку. Подойди.       Рэйм, ощущая близость к постыдному разоблачению, поискал глазами убежище в фигуре Эвтиды — она ответила ему широкой улыбкой и равнодушно пожала плечиками. «Смешно ей!» Он осуждающе сощурился и сдался, качнулся навстречу ткачихе.       Нейт не сомневалась в своей победе, немного подтянувшись на цыпочках, она перекинула через плечо, так быстро выросшего парня, плотную тяжелую ткань. Женщина с усилием потянула край льна через его спину. Оборачивая его фигуру, она не без улыбки заметила его искаженное раздражением лицо. Разглаживая руками ткань, она укладывала ее в крупные складки на плечо Рэймсса. — Мой хороший, — заговорила Нейт выловив полный смущения взгляд, — в твоем возрасте тебе должны помогать с драпировкой молоденькие красивые девушки, а не такие, забытые Хатхор, женщины как я.       Некромант стойко смолчал, лишь закатил глаза в надежде, что ему хватит терпения не протянуть руку в попытке почесаться. Под нескрываемое хихиканье потенциальных драпировщиц, женщина лукаво взглянула на Реммао и, получив немое согласие, продолжила. Нейт похлопала по спине парня, чтобы ткань максимально легла ближе к коже и с удовольствием наблюдала как тот начинает ерзать в попытке незаметно ее сдвинуть. — И не потрать ты все свои деньги на этот дорогой отрез, мог бы взять себе отдельную комнату, чтобы как взрослый…       Рэймсс дернул рукой и встретил заинтересованный улыбчивый взгляд женщины: — Что такое? Неужто ткань колется? — Не колется, — некромант нахмурился и, обреченно вздохнув, отвел руку обратно. — Что же, тогда продолжу, — усмехнулась ткачиха перебрасывая часть ткань поверх синдона. — Нет! Хватит! — взмолился Рэймсс укладывая ладони на запястья женщины. — Так что же? Ткань по-прежнему не колется? — Колется, Нейт! Колется словно меня сам Себек раздирает живьем! Да провались в Дуат тот мастер, что ткал это отрез! Гори в пламени все его станки и он сам провались в пропасть! — Ты! — высоко вскрикнула Нейт делая шаг вперед и угрожающе уперлась пальцем в грудь Рэйма. — Отвратительный мальчишка! Такой же по-ослиному упрямый, как и старший братец!       Не обратив внимание на возмущенное фырканье со стороны и радостный смех девушек, продолжила: — Тебя стоит выпороть! Столько времени я тебя убеждала, что такая ткань не подходит для синдона, что от нее будет чесаться кожа, но нет же!       Нейт вздрогнула от касания к предплечью и заметила как, хитро ухмыляясь, Реммао протягивает ей тонкий упругий прут, что порой служил ему указкой. Не задумываясь, женщина схватила его и угрожающе повернулась к удивленному и покрасневшему Рэймссу, парень не выдержал и ожесточенно чесал бок. — Помочь? — спросила Нейт угрожающе хлопнув прутом по ладони.       Рэймсс протестующе выставил руки и отскочил в сторону, чуть не споткнувшись.       Эвтида не скрывала удовольствия от происходящего. Накручивая локон волос на палец, она с неподдельным интересом следила за неожиданным действом. Она впервые видела такое общение между братьями — то ли дело было в их общей знакомой, чье поведение отличалось от привычного напряженного, что витало часто в воздухе, то ли жара всех сегодня окончательно доконала. Без стеснения она разглядывала Рэйма, что был до восторга милым в своей уязвимости. Рассматривала его лицо, что утратило надменную маску перед хрупкой, чуть достающей ему до плеча, женщиной, которой он не решался открыто перечить. Уж больно она много делала для них. Девушка рассматривала и наставника, чей профиль сейчас был еще более выразительным и необычайно красивым в обрамлении черных волос и солнечного света. Он расслабленно опирался на локти и не упускал возможности подначивать младшего в перепалке. Отогнав от себя смутившую до румянца неожиданную мысль о привлекательности Реммао, Эва еще раз пробежалась по его лицу — в уголках глазах собрались морщинки и привычный хищный взгляд сейчас казался мягким и еще более выразительным. Губы, что так часто были сомкнуты в слепом усталом молчании, были подернуты улыбкой. В бархатном, но звонком смехе, он скрыл привычку упираться длинными пальцами в подбородок и опускать длинные ресницы вниз. И сейчас, открывая себя настоящего, в хохоте от неуклюжего побега Рэймсса из пытки колючей тканью и позорного наказания прутом, он был совершенно иным — открытым и новым. «Смеющийся Реммао, надо же!» — Смеющийся Реммао…— прошептала вслух Эвтида, — ох, Исфет!       Девушка обреченно закрыла глаза и замычала, раскачивая головой из стороны в сторону, отрицая осознание проигрыша в споре. — Поможешь?       Вопрос, возникший прямиком над ухом, заставил ее сердце учащенно биться. Она испуганно дернулась и увидела перед собой высокую фигуру Рэймсса. Удовольствие от победы ослепительными искрами сверкало в его глазах, он выпрямился и повторил: — Поможешь? Хочу снять эту ненавистную тряпку, — сказал шепотом оглядываясь, — а то Нейт слишком плотно завязала узел на спине. — Не помогу! Ехидничать пришел и про победу сообщить?       Рэймсс, скрестив руки на груди, склонился ближе всем телом и нежно проговорил: — Приятно, что ты это заметила. Эва коротко рыкнула и под звуки его веселья вновь закрыла глаза ища утешение в собственных руках.

***

      Продолжать занятие было бессмысленно. Напомнив еще раз о том как отвратительно ученики заполнили свитки и, что завтра он обязательно спросит вдвое больше, Реммао отпустил их, но напоследок подозвал к себе младшего брата для семейных наставлений. Воспользовавшись случаем, Эва нерешительно обратилась к сидящей на краю стола женщине.       Нейт заметила, что девушка направляется в ее сторону и встретила ее заинтересованным, но мягким взглядом. — Простите, я не поприветствовала вас, когда вы… — Оставь это, милая, — остановила извинения ткачиха. — Ты что-то хотела?       Девушка задумалась на мгновение, ей стало неловко от собственной просьбы, что пока плескалась в голове, звучала не так нелепо. Но еще глупее было сделать шаг назад. —Я…хотела попросить вас починить мне бисерную вышивку, испортила случайно.       Нейт слегка вздернула удивленно бровями, но расцепила сложенные на груди руки и требовательным жестом указала на ткань: — Эту? Покажи.       Не ожидавшая столь быстрого ответа, Эвтида замешкалась и, опустившись вниз, разложила на полу широкую полосу вышитого узора. Пробежав пальцами, нашла злосчастный разрыв тонкого венка из незабудок. Лишь когда Нейт присела рядом с ней, она ойкнула и поняла, что вышло невежливо. Вот так, практически по-детски, вынудила усесться на корточки. Ту, что еще несколько минут назад угрожающе возвышалась над черномагом, что играючи держал в руках смерть. Но женщина не подала виду, с готовностью осматривала новую для себя задачу. — Бисер не сохранила?       Эва вспомнила как разлетелись яркие крошечные камушки, как пару из них накрыла широкая ладонь Рэймсса и следом вклинилось воспоминание о таком непонятном для нее касании. Словно испугавшись, что ее мысли могут быть услышаны, виновато посмотрела на мастерицу. Та лишь понимающе хмыкнула в ответ и поднялась: — Можно исправить, только снимай сегодня аккуратно, но предупреждаю — цвет я скорее всего не найду похожий. Передай потом через нашего друга.       Эвтида на секунду растерянно захлопала глазами и проследила за взглядом Нейт, что служил подсказкой. Рэймсс заметил их внимание к себе и, удивленно изогнув бровь, сощурился в немом вопросе: «Вы чего удумали?». — Спасибо, Нейт. Давайте я оплачу сразу работу, — суетливая попытка потянуться за мешочком с монетами была остановлена легким касанием к запястью.       Женщина хитро улыбнулась ей и, еще раз взглянув на еще больше нахмурившегося молодого некроманта, прошептала: — Запишем в его расходы.       Эва замерла, но через миг заговорщицки усмехнулась прошептав тихое «спасибо». Закончив разговор, Реммао позвал Нейт в надежде успеть провести ее до темноты и торопливо вернуться домой, избежав любопытных взглядов охотничьих псов, что не уступали хвори, расползаясь по улицам раскаленного усталостью города.

***

      Застыв на пороге храма, Эвтида прикрывала лицо ладошкой. Осмотрела уже опустевший двор. Лишь рыжая собака, что часто крутилась вокруг учеников выпрашивая кусок лепешки, устав от палящего солнца, спала под тенью лениво отгоняя мух куцым хвостом. Приоткрыв один глаз, животное оценило, что угощения у девушки с собой нет и оставила ту наедине со своими мыслями. — Почему не идешь домой? — Дию жду, она хочет проверить не задержался ли Исман и поздороваться с ним. — Ясно.       Эва искоса взглянула на некроманта и не сдержала улыбку. — От чего веселишься, лучшая ученица?       Девушка пожала плечами, вспомнив его растерянный вид перед вооруженной тонким прутом Нейт, закусила губу, пытаясь сдержать смешок. — Понравилось бичевание? — Немного. Пожалеть? — Давай, как жалеть будешь? — неожиданно быстро ответил Рэймсс.       Эва повернулась к нему прокручивая в голове: «Ну кто меня за язык тянет вечно?» Продолжая ругать себя, она растерянно смотрела и пыталась придумать оправдание своему предложению. Обреченно выдохнув, девушка неловким жестом обняла некроманта за плечи как только смогла дотянуться. Рэйм на мгновение отстранился, но лишь для того, чтобы сдвинуть сумку и притянуть девушку чуть ближе к себе. Нерешительно укладывая руку на тонкую талию, что была обернута невесомой тканью, погладил большим пальцем. Ощутив горячую ладонь на своей коже, Эва медленно завела руки за спину некроманта, уложив голову ему на грудь. Рэймсс занервничал — услышит же как ускорилось биение его сердца. Уткнувшись подбородком в ее макушку, нежно провел по гладким волосам, путаясь пальцами в тонких золотых лентах. Продержав ее еще немного в объятиях, облизал пересохшие губы и тихо спросил: — Эва, ты так пытаешься смягчить наказание в споре?       Девушка зарычала и стала высвобождаться из объятий, он не стал удерживать. — Какой же ты отвратительный, жаль, что Нейт тебя не выпорола!       Одарив некроманта негодующим взглядом, пошла прочь от храма. — Куда ты? Ты же Дию ждала! — крикнул ей Рэймсс громко смеясь и неспешно направился к выходу.