Now I Know In Part

Гарри просыпается из-за непонятного обжигающего ощущения, словно получил солнечный ожог, кожа на спине горячая и покалывает, как будто он задремал в поле без рубашки. Он еще не проснулся до конца, сон сладко манит его к себе, тяжелая рука Драко лежит на его талии. О чем он думает? Это не может быть солнечный ожог. Ему просто слишком жарко. Должно быть, нужно починить охлаждающие чары в коттедже. Они сбросили с себя все одеяла. Он похлопывает Драко по руке. - Драко. Позволь мне встать. Охлаждающие чары сняты. Драко не отвечает. - Драко? Драко не двигается. В один ужасный момент Гарри понимает, что жар исходит от Драко. Он снимает с себя руку Малфоя, но тот никак не реагирует. Гарри следует по направлению руки Драко к его лицу и прикладывает тыльную сторону ладони к чужому лбу. Он кладет ладонь Драко на затылок. Это подтверждает то, что Гарри уже понял по тому обжигающему солнцу - Драко весь горит. В то же мгновение он чувствует жар, исходящий от магии Драко. Это напоминает ему кипящий котел, и не в хорошем смысле. Гарри трясет Драко за плечо. - Драко. Проснись. Ничего. Гарри наклоняется ближе и кончиками пальцев нащупывает пульс Драко. Он есть, но слишком быстрый, слишком слабый, хотя его дыхание ощущается ровным шепотом на щеке Гарри. Драко спит ближе к двери, поэтому Гарри перелезает через него и пробирается в коридор. Оказавшись на пороге, он протягивает руку и думает - моя палочка. Мгновение спустя в его ладонь попадает знакомая палочка из остролиста. Чаша, - думает он. Полотенце. Через несколько секунд миска ударяется о его живот, а полотенце обвивается вокруг его руки. Обычно Гарри не пытается без помощи палочки, без слов вызывать предметы один за другим, но он не удивлен, что это сработало. Его магия кажется сильной, почти неконтролируемой. Это, похоже, происходит под влиянием его страха. Мерлин, черт возьми, так трудно дышать. Как, черт возьми, Драко мог подхватить такую лихорадку? Прошлой ночью он был в порядке. По крайней мере, Гарри был уверен, что с ним все в порядке, когда они ложились спать. В голове Гарри всплывает образ Драко, стоящего лицом к лицу с этим проклятым ожерельем. Он был таким сдержанным в тот день в доме Уозенкрофта, таким собранным. А Гарри должен быть собранным сейчас. Вернувшись к кровати, он произносит заклинание, которому Драко научил его в первый день в коттедже, — то самое, чтобы яйца не расплескивались вокруг, — и с помощью Агуаменти наполняет миску. Он смачивает салфетку, отжимает ее и прикладывает ко лбу Драко. Снова проверяет пульс. Он все еще дышит, его сердце все еще бьется, как у птички. Гарри направляет палочку на дверь и протягивает руку. - Акцио зелье от лихорадки. Ничего не происходит. - Акцио... охлаждающее зелье? По-прежнему ничего. Гарри прижимает ладони к глазам и пытается вспомнить каждое заклинание, которому Драко когда-либо учил его, каждое заклинание, которое он когда-либо использовал в полевых условиях в качестве аврора, каждое заклинание, о котором кто-либо упоминал в Хогвартсе. Да что угодно, ради Мерлина. Он отчаянно хочет, чтобы Драко очнулся, но Гарри не может ему помочь, он... Голос Драко звучит ясно, как все, что ярко выделяется в его памяти. Конечно, ты можешь помочь. У тебя все еще есть магия. Он кладет ладонь прямо на грудь Драко. - Оживи. Драко зашевелился, и Гарри снова встряхнул его. - Драко? Драко. Ответа не последовало. Мерлиновы яйца, если заклинание не сработает… - Нельзя терять надежду, - вслух произносит Гарри. Он произносит заклинание Оживи, на этот раз с помощью волшебной палочки. Драко двигается, но совсем чуть-чуть. Гарри находит смятую простыню и накрывает его, затем накладывает на нее охлаждающие чары. Он знает, что есть более сложные заклинания, которые могут изменить атмосферу в комнате, но Гарри никогда не нуждался в них, чтобы броситься очертя голову навстречу опасности. Боже, как же сильно желание бежать. Ноги Гарри ноют от напряжения. Ему хочется взять Драко на руки и бегать, пока ему не станет лучше, но, похоже, он никогда не сможет избавиться от этой энергии, ведь так? Это бесполезный инстинкт. Гарри всегда так поступал. Он просыпается и идет туда, куда его зовут, то есть всегда навстречу следующей угрозе. Он не может победить лихорадку с помощью заклинаний. Защитные приемы, которым он научился на тренировках авроров, не помогают. Ему просто придется использовать то, что у него есть. Гарри призывает еще ткани и накладывает временные чары, которым его научил Драко. Звонок прозвенит через час. Он тратит каждую минуту, пытаясь сбить температуру Драко прохладной водой. Это не срабатывает. Однажды, когда ему было восемь или девять лет, Гарри провел некоторое время в чулане под лестницей с брошюрой по оказанию первой помощи для воспитателей. В ней предлагалось принимать теплую ванну при детской лихорадке. Может быть, если погрузить Драко целиком в воду… Гарри преодолевает все ступеньки, не обращая внимания на растущую панику. Сначала он наполняет ванну чуть теплой водой. Пол в ванной Драко завален грязными полотенцами, оставшимися после шторма. Он с помощью магии очищает их, сушит и складывает стопкой возле ванны. Затем он идет в спальню за Драко. Магия Гарри соответствует его отчаянию, и он не доверяет себе, чтобы не поднять Драко в воздух через крышу. И, в любом случае, он хочет, чтобы Малфой был рядом. Поэтому он поднимает Драко на руки. Драко выше, весь такой высокий, с прекрасными мускулами и длинными ногами, и Гарри кряхтит под его вялым, бессознательным телом. У Поттера сжимается грудь от того, каким тяжелым кажется Драко, каким отсутствующим, как будто он уже ушел. Нет. Нет. Это не так. Гарри этого не допустит. - И ты тоже, - говорит он Драко. - Было бы невежливо оставить меня здесь одного. Ты ведь так и сказал, верно? - Он старается, чтобы его голос звучал непринужденно, но у него это не получается. - Это то, что ты сказал. Гарри несет Драко к ванне и опускает их обоих в воду, прижимая тело к себе. У него перехватывает дыхание от того, какое из себя ужасное зрелище они создают. В ванне и раньше было сексуально. Когда Гарри перестал плакать, это стало даже забавно. Совсем не так он хотел бы оказаться в ванне с Драко. В то же время он предпочел бы находиться здесь, а не где-либо еще. Гарри даже испытывает благодарность за проклятие, потому что, если бы это случилось, когда Гарри здесь не было… Кто-нибудь бы заметил. Нарцисса, наверное. Тепло Драко распространяется в воду так медленно, что Гарри мог бы закричать. Вместо этого он дышит. Вдох и выдох, вдох и выдох, пока лоб Драко не становится немного прохладнее. - Оживи, - шепчет Гарри. Драко шевелится у него на груди. - Ммм? Это едва слышный голос Драко, и Гарри едва сдерживается, чтобы не разрыдаться. Он не сдается. - Драко, у тебя жар. От этого есть какое-нибудь зелье? Заклинание, которое могло бы помочь? - О, я в порядке, - говорит Драко и резко оседает. Гарри кладет руку ему на грудь в области сердца. - Оживи. Драко вскидывает голову. - Гарри. - У тебя жар. У тебя есть какое-нибудь жаропонижающее зелье? Как оно называется? - Ты пролил Умиротворяющий Бальзам на свою мантию, - говорит Драко, и его голова снова опускается. - Драко, пожалуйста. - Почисти его. Поспи. Гарри наклоняет голову к Драко. Они не могут сидеть в ванне бесконечно долго. В данном случает это недостаточно эффективно. Только не тогда, когда температура Драко лишь немного снизилась, и он бредит. Он мог бы послать Патронуса к Рону и Гермионе. Разговор, который у него был с Драко, всплыл в его памяти с абсолютной ясностью. Кого пропускают защитные чары? Никого. Я имел в виду то, что сказал. Ни одна душа не пройдет. Гарри не хочет, чтобы кто-то вторгся в дом, пытаясь прорваться сквозь защиту. Они связаны с магией Драко, а он уже болен. Гарри понятия не имеет, повредит ли или даже убьет его это, если снять защиту. Он мог бы отвезти Драко в больницу Святого Мунго, но если бы он вышел из камина с Драко на руках, потерявшим сознание, это вызвало бы скандал. Гарри уже чувствует, как его магия выходит из-под контроля. И снова в его памяти звучит голос Драко: Ты пугаешь детей. Ты должен успокоиться. Он мог бы отвезти Драко в Главное Поместье. Это его самый нелюбимый вариант, и как только эта мысль приходит ему в голову, Гарри начинает действовать. Его не волнует, что разговор с Нарциссой будет напряженным и неловким, и это при условии, если Драко сможет им это объяснить. Его не волнует, что Нарцисса, вероятно, будет недовольна тем, что Гарри Поттер врывается в камин с ее единственным сыном в лучшем случае в горячечном бреду, и может настоять на том, чтобы самой отвезти Драко в больницу Святого Мунго. Что Гарри знает наверняка, так это то, что Нарцисса любит Драко больше всего на свете. Он все еще слышит ее голос тогда в Запретном лесу. Жив ли Драко? Он в замке? Гарри закидывает руку Драко себе на плечи. - Мы идем наверх, - говорит он и встает. Он достает их из ванны, вытирает и одевает, а обе палочки кладет к себе в карман. Теперь, когда Драко в полубессознательном состоянии, он уже не так тяжело держит его на руках по дороге в кабинет. Однако его магия все еще кипит, как в лихорадке, и Гарри это не нравится. Гарри бросает немного летучего порошка в камин, шагает в пламя и кричит: “Малфой Мэнор!". Мгновение спустя они приземляются, и у Гарри кружится голова. - Миссис Малфой, - кричит он, выходя из камина. Ему все равно, который час. Драко нужна помощь, и он почти получил ее. Его мать будет здесь с минуты на минуту. - Нарцисса. В Поместье вокруг них царит гробовая тишина. Гарри чувствует, как гудит старая магия оберегов, но других звуков не слышно. - Миссис Малфой, - кричит он, на этот раз громче. Никаких приближающихся шагов. Может быть, поместье просто такое огромное, но охранные системы должны были предупредить ее о том, что кто-то вошел. Он крепче прижал Драко к себе. - Оживи. Драко вздрагивает, его ноги с неожиданной силой помогают ему оттолкнуться от руки Гарри. Тот отпускает его и едва успевает удержать равновесие, как Драко падает в небрежные объятия. Его пылающий лоб утыкается Гарри в шею. - Драко. - Гарри надеется, что его голос звучит спокойно и сдержанно, как у Драко всегда рядом с ним. - Где твоя мама? Гарри чувствует, как Драко хмурится. - Ушла. - Что? - Умерла, - говорит Драко. - Она мертва. Мавзолей пугал ее, поэтому я похоронил ее в ее саду роз. - О Боже. Мне так жаль, Драко. - Ммм. Спасибо. Она не знала, что умирает. Голова Драко снова становится тяжелой, как и все его тело. Гарри опускается на пол, держа Малфоя на руках, охваченный паникой и стыдом. Как он мог не знать? Как он мог не спросить? Он предположил, что у Драко были свои причины жить в коттедже, а не в поместье. Гарри понятия не имел, каково это - быть взрослым, у которого все еще живы родители. Он просто подумал, что Драко не хочет говорить о ней. Он снова использует заклинание и тот хнычет, уткнувшись в шею Гарри, как будто ему больно просыпаться. - Прекрати, - говорит он. - Не надо. - Прости, Драко, я... как зовут одного из твоих домашних эльфов? - Бибси. Гарри не слышит, как появляется Бибси. Он чувствует, как по комнате прокатывается волна магии, и качает Малфоя, слегка встряхивая его. - Драко, не засыпай. Бибси? Драко болен. У него высокая температура, и я не могу ее сбить. Такое случалось раньше? Драко хихикает, и это самое страшное, что Гарри когда-либо слышал в своей жизни. - Она говорит, что это у меня летняя лихорадка. - Что, черт возьми, такое летняя лихорадка? Драко зарывается лицом в шею Гарри, затем резко отстраняется, чтобы объяснить. - Лихорадка, которая бывает летом. - Он снова хихикает. - Волшебная лихорадка, - шепчет он, словно рассказывает историю о привидениях. - Это из-за моей магии. - Бибси. - Гарри хочется плакать, или кричать, или злиться, а может, и того и другого сразу. - У миссис Малфой есть какое-нибудь снадобье от лихорадки Драко, которое она могла сохранить? Есть кто-нибудь, кто знает, что делать? - Нет, - шепчет Драко. - Это секрет. Представляешь, если бы люди узнали? - Драко... - Бибси говорит, что ты не можешь отвезти меня в больницу Святого Мунго. Они не смогут помочь. О, она очень расстроена. - Я обещаю, Бибси. - Гарри сосредоточился на том, чтобы сохранить свою магию там, где она будет в безопасности, где она никому не причинит вреда, и в первую очередь Драко. - Я не поведу его в больницу Святого Мунго. Просто... что мне делать? Драко обвивает руками шею Гарри и прижимается к нему, чтобы говорить прямо ему в ухо. - Ничего не остается, как ждать. Гарри не может дышать, но он должен. Другого выбора нет. Он встает и накладывает на Драко как можно более мягкое заклинание левитации. - Бибси, я ничего не вижу. Мне нужно, чтобы ты отвела меня в сад. Он берет себя в руки, стараясь не думать ни о чем. Это один из домашних эльфов Драко, вот и все. Он попросил ее помочь. Это не незнакомец, не враг. С ним все в порядке. С ним все хорошо. Кто-то - Бибси - дергает его за пояс, и они идут. Сады находятся в задней части поместья. Их шаги эхом отдаются в тихих, бесконечных залах. Дом кажется тяжелым и пустым, но Гарри думает о следующем шаге, потом о следующем. Он не думает о том, когда был здесь в последний раз, о том, как его лицо искажалось от боли, а глаза Драко смотрели на него. Он не думает о мучительных криках Гермионы. Он ни о чем не думает. Гарри считает вдохи Драко. Как долго ему придется ждать? Голос василиска шепчет, будет ли это продолжаться всю оставшуюся жизнь Драко? Свежий воздух овевает его лицо, и Гарри выходит на улицу. Ему нужно подышать. Драко поворачивает голову. - Бибси хочет знать, куда ты меня ведешь. - Я отвезу тебя домой. Я забираю его обратно в коттедж, Бибси. - Гарри протягивает руку и делает движение палочкой пальцем. - Экспекто Перкормеум. На этот раз у него перехватывает дыхание. Гарри начинает двигаться в том направлении, куда указывает заклинание Драко. - Розы, - говорит Драко. В воздухе витает их аромат. Они окружены цветами Нарциссы, но ее здесь нет. - Я не слышал о похоронах твоей мамы. - Это не самая легкая тема для разговора, но Гарри не может поверить, что он ничего не знал. - Я никому не говорил. - Почему? - Не хотел, чтобы это попало в газеты. У Гарри ноет в груди. Он может это понять. Газеты после войны были ужасными. Ужасными для всех. - Когда она умерла? - Я скоро умру. Его желудок сжимается. - Нет. Нет, это не так. - Он надеется, что новые вопросы заставят Драко заговорить. - У тебя каждый год бывает летняя лихорадка? - С тех пор как мне исполнилось... - Гарри чувствует, что тот начинает ускользать из сознания, поэтому беззвучно применяет заклинание. - Десять, - заканчивает Драко. - Потом все прекратилось. Но затем все началось снова. - Когда? - На шестом курсе. Гарри спотыкается о свою ногу, но приходит в себя. - Ты имеешь в виду лето после шестого курса? - До. И после. Так близко друг к другу. Мама думала, что это из-за Метки. - Голос Драко становится мягким, едва слышным. - Метка похожа на проклятие. А потом тебя ожидает лихорадка. О, Боже. О, нет. - Сектумсемпра - это проклятие. - Лихорадка началась в мой день рождения. Через месяц после того, как он чуть не убил Драко этим ужасным проклиятием. Гарри хочет поджечь мир, нарочно, потому что, если эта лихорадка от того проклятого фонаря, он не спас Драко ни от чего. - Драко, я думаю, на этот раз мы оба были прокляты, - говорит ему Гарри. Действие домашнего заклинания становится все более настойчивым, почти ощутимым, а это значит, что они уже близко к коттеджу. - Мне так жаль. - Не волнуйся, - поет Драко. - Я почти ничего не чувствую. Затем он снова отключается. Гарри уносит его наверх, обратно в постель, и раздевает их обоих до трусов и майки. Он устанавливает временные чары на час, собирает свою миску и полотенце и снова накладывает охлаждающие чары на простыни. Жар проходит. Гарри только что наложил еще одно временное заклинание, когда Драко дернулся. Поттер протягивает руку и обнаруживает, что Драко сидит, двигая руками. Он слышит, как Малфой шарит по простыням. - Ее розовый сад, - говорит он в отчаянии. - Я оставил ее там в этом саду. - Драко, все в порядке. - Гарри сжимает плечо Драко, и тот, вздрогнув, царапает его. - Все в порядке. Это всего лишь я. - Моя мама в саду, - говорит Драко отрывисто и резко, а потом его рвет прямо на простыни. Гарри меняет их и усиливает охлаждающее заклинание. Он уговаривает Драко лечь, чтобы он мог положить влажное полотенце ему на лоб. Безмолвие Малфоя и раньше пугало Гарри до чертиков. Сейчас все стало еще хуже. Драко ворочается с боку на бок, и все, что он говорит, отзывается болью в сердце Гарри. Пожалуйста. Я забыл о ее защите. Я потерял ее. Я потерял ее. О, Цирцея, помоги мне, я больше не могу. Спустя два часа руки Драко вцепились в футболку Гарри, и он притянул его к себе, умоляя. - Пожалуйста. Пожалуйста, Гарри. Прекрати это. Пожалуйста, это больно. Заставь их остановиться. Я не хочу ставить Метку, я не хочу... - Драко крепко сжимает кулаки, и сердце Гарри замирает от оборванного, незаконченного предложения, от внезапно наступившей тишины. - Драко, я здесь, рядом. - Он кладет руку Драко на плечо и нежно проводит ладонью по его лицу. Тот крепко сжимает челюсти, скрежещет зубами, и все его тело так напряжено, что он дрожит, его магия бурлит. Кажется, что это длится целую вечность, пока все наконец не заканчивается. К тому времени, как наступает третий приступ, Гарри уже почти уверен, что все это припадки, и он никогда ничего так не ненавидел, как эту ужасающую тишину. Он говорит сквозь них, просит Драко проснуться, просит его остаться, хотя и знает, что это ничего не изменит. Паника нарастает, пока не охватывает его целиком. Гарри не может ни справиться с ней, ни избавиться от нее. Все, что он может сделать, это ждать. Налить воды в миску. Положить полотенце Драко на лоб. Надеяться. Гарри оказывается на кровати, прислонившись спиной к изголовью, с Драко на руках. Он накладывает несколько слоев охлаждающих чар на простыни и одеяла. Голос Драко затихает, но он продолжает умолять хриплым шепотом. Он обнимает Драко обеими руками и думает о запахе прохладной воды, исходящем от его кожи. Гарри пытается вложить в это свою магию, в то, как Драко танцует во дворе, в голос Драко в темноте. Он окутывает этой магией их обоих, проникает сквозь них обоих и представляет прохладные июньские утра и нежно-серебристый холодок в глазах Драко. Гарри устал и напуган, но он не может уснуть, он не оставит Драко. Он прекрасно осознает каждый вздох Драко, каждое слово, слетающее с его губ, каждый отрезок напряженной, дрожащей тишины, и это всё. Сейчас это весь его мир. В какой-то момент Драко поворачивается в его объятиях и кладет голову Гарри на плечо. - Я только хотел, чтобы ты нуждался во мне, - думает Гарри, что говорит так. - Ты действительно нужен мне, - в реальности выговаривает он, но Драко снова молчит, мелко дрожа в его руках. Ничего не остается - только ждать. - Ты правда нужен мне. Драко. Пожалуйста. Вернись ко мне.