Красные огни

      В этом проклятом городе, где я вырос, нет места благородству и чести. За годы бед и несчастий, что преследовали по пятам, Шан стал достаточно осторожен, чтобы избегать тех, кто может доставить проблемы. И таких людей немало. Но самые могущественные и свирепые – главы мафиозных группировок, таких, как Иньцзян! Впрочем, оказаться в поле зрения праведников из следственного агентства Цанцюн ничем не лучше! Так почему же сейчас я стою здесь, хотя моя спортивная сумка полна купюр, а в кармане – билет на самолёт?       Всему виной... наркотик, которым меня накачал этот ублюдок Мин Юнь! Я так жаждал выследить этих чудовищ из Иньцзян, но сукин сын одурманил меня и... воспользовался беспомощным состоянием! Поясницу ломит, чёрт бы побрал этого ублюдка с его огромным членом! Это же орудие убийства! Но и Шан не так прост! Деньги, что Мин Юнь собирался передать важным шишкам Иньцзян, теперь принадлежат мне! И как только здесь всё закончится, я сбегу прочь из города!       Этот человек... Молчит. Вот уже четверть часа пялится на меня, не сводит глаз. Его лицо кажется благородным и одухотворённым. От такого не ждёшь подвоха. А вот красавчик рядом с ним, без сомнения, смертельно ядовит! Глаза так и сверкают, словно у него шаровая молния в башке! Он точно ошибся адресом! Такому ублюдку самое место в мафиозной группировке! Там много таких, как он! Полные бордели! Бюро наслаждения, пффф, так их называют!       – Господин Шан, вы не могли бы немного задержаться? Боюсь, сейчас вы в беде.       Чё?!       Свирепый взгляд не помогает, как не смотри! Этот добряк не рыба на разделочной доске, с характером!       – О чём это вы говорите?       Вот! Вежливость и благородство! Этому меня ещё дядя учил! Жаль, что его застрелили в пьяной драке. Останься он жив, может, и мне было бы проще...       – Господин Шан, утром мы встретились совершенно случайно. Вы были бледны. Дрожь и бессознательное поведение натолкнуло на мысль, что господин Шан... подвергся воздействию наркотиков. Что вы помните о произошедшем?       Хмыкнув, я нахмурился. Что бы ему ответить? Я ведь ни минуты не забыл, но это не то, что хотелось бы рассказывать другим.       – Прошу простить, это слишком личное.       – Жаль, – огорчился тип напротив.       Закинув ногу на ногу, остаётся лишь досадовать – Шан не отказался бы от сигареты, кофе и бутерброда. Ведь с самого утра, очнувшись в незнакомой комнате, я поспешил сбежать, прихватив и деньги, но едва унёс ноги, как встретил этих двоих...       – Зачем ты возишься с ним, Ци-гэ? – зашипел красавчик. – Нет ничего, что бы агенты Цанцюн не смогли о нём узнать!       А глаза у змеюки и впрямь удивительные. В этой стране черноглазых людей тяжело встретить столь яркий, чистый оттенок лазури. Мин Юнь наверняка много бы отдал за ночку с таким! Талия, как у девицы. И ноги в узких брюках длинные и стройные. Весь такой идеальный, просто совершенство!       Почему при таких данных Иньцзян не пустили его в оборот? Это же золотая жила!       – И что же вы там разузнали? – ну, усмешка часто меня выручала. Кстати, где мои сигареты? Я мог бы обойтись без кофе и бутерброда, но табак – оплот спокойствия и ясной мысли. Но мои карманы пусты. Очевидно, оставил в логове этого ублюдка Мин Юня.       – Не стоит, сяо Цзю, – прервал красавчика второй. Понятия не имею, кто это такие. Но раз речь идёт о Цанцюн, очевидно, кто-то из старших.       – Моё имя Юэ Цинъюань. Глава следственного агентства Цанцюн, – представился «Ци-гэ».       – А? – нелепый вздох и округлившиеся глаза наверняка делают меня похожим на рыбу. Но как иначе реагировать на подобную неприятность?! Я мог бы сбежать от кого угодно, но не от этого человека! Юэ Цинъюань! Твою мать, это же легенда преступного мира! Наверняка сам босс Иньцзян боится его!       Взгляд невольно метнулся к красавчику. Они ведь неразлучны! Если этот – Юэ Цинъюань, то изящный господин – Шэнь Цинцю?! Злейший враг Иньцзян! Шан слышал, за голову этого парня объявлена немалая награда.       Ох, хуже и быть не может!       – Идиот! – презрительно поморщился красавчик, присаживаясь на краешек стола. – Ограбил Мобэй Цзюня и думаешь сбежать? В твоей голове свиные мозги?       Оцепенев, я не сводил с него глаз. Мобэй Цзюнь? Но я ведь точно взял деньги у Мин Юня! А если они были в его руках, есть ли разница, кто настоящий хозяин? Может быть, продав член этого ублюдка, Мобэй Цзюнь и сумеет вернуть деньги.       – Вздор. Это плата за услугу, – бессовестно соврал я, глядя в глаза красавчика. Смотри-ка, лопнет от злости! Даже лицо побагровело!       – Сяо Цзю! – оборвал его добряк.       Юэ Цинъюань, да ты умеешь всё испортить! Хотя... Так бережно сжал запястье... Они ведь наверняка любовники! От взгляда главы Цанцюн дрожь берёт. Кажется, я его разозлил.       – Господин Шан, за дверью офиса Цанцюн вас поджидает банда головорезов. Не надейтесь на пощаду. Им нет дела до вашей жизни. Мобэй Цзюню она ни к чему. Всё ещё спешите уйти? Вы умрёте, стоит покинуть дом. Но если всё же решите остаться в живых, я смогу вам помочь.       Верить человеку, который держит в любовниках эту змеюку с лазурными глазами совсем не хотелось. Цена мне, очевидно, не по карману!       – Помочь? И как же?       – Вы присоединитесь к Цанцюн. Бюро Аньдин требуются такие люди, как вы.       – Ань-дин? Это те, что шпионят за другими? Ах! Так вы... Вы что, решили сунуть меня в логово Иньцзян?! Своих людей губить жаль, так вы чужака решили поймать на крючок?! Откупиться от Иньцзян моей жизнью?!       Вскочив, я было бросился к двери, но красавчик оказался быстрей.       – Куда это ты собрался? Никто не убивает курицу ради яиц. У тебя нет выбора!       Онемев, я на мгновение замешкался. Стоило бы врезать по этой смазливой роже! Синева наверняка к лицу таким ублюдкам! Был бы лишний повод рыдать и жаловаться, пока глава Цанцюн трахает его в собственном кабинете!       – Не твоё дело!       Постыдные мысли принижают собеседника. Понятия не имею, в каких отношениях эти двое, главное, что это работает. Мой презрительный взгляд оскорбил Шэнь Цинцю! Однако его кулак не так быстр! Отскочив, я бросился к окну, собираясь дать дёру, но неожиданно... словно натолкнулся на стену!       – Это бронебойное стекло, – с ноткой сочувствия произнёс глава Цанцюн. – Господин Шан не смог бы его разбить даже с помощью винтовки.       А этот Юэ Цинъюань самоуверен! Однако... Бронебойное стекло?!       – З-зачем вам подобные п-предосторожности?       Страх сковал тело, руки вмиг захолодели, стоило выглянуть – там и здесь виднелись припаркованные автомобили. Может быть, подобное и не вызвало бы подозрений... мало ли в этом городе чёрных заграничных машин! Но... Люди... Их бандитские рожи не способны скрыть тёмные очки!       Гангстеры! Мафиози! Мать твою, они что, и впрямь охотятся за мной?! Да Шан всего-то спёр парочку миллионов! Зачем ради такой мелочи гоняться за мной по всему городу?! Я едва скрывал вскипевшие слёзы!       – Вы! Если бы вы не задержали меня, я бы сумел сбежать!       – Тьфу! Ничтожество! – сплюнул Шэнь Цинцю, подперев спиной дверь и скрестив руки на груди. – Чем он может нам помочь?       – Господин Шан, – вздохнул Юэ Цинъюань, расправляя плечи, – вам не о чем беспокоиться. Вы встретитесь с Мобэй Цзюнем и сумеете спасти свою жизнь. Взамен... Присоединитесь к бюро Аньдин.       – Вы пропустили основную часть своего плана, глава Юэ! – возразил я. – Так и скажите, что Шан должен вам жизнь! Стать шпионом в бездне дракона!       – Шпионом или мертвецом, – ухмыльнулся Шэнь Цинцю. – Как тебе угодно.       Мой взгляд невольно метнулся к сумке с деньгами, полный тоски и боли. Да как же так? За шаг до мечты споткнулся, потерял всё!       – Ну и как же глава Юэ собирается вытащить меня отсюда? – спросил я, с усмешкой глядя в укоризненное лицо Юэ Цинъюаня. – Разве есть способ провести эту свору псов, что столпились под вашими окнами?       И в тот миг, когда глава Цанцюн кивнул, Шэнь Цинцю отпрянул прочь от двери. Не сделай он этого, чудовищный удар вошедшего мог бы отбросить его прочь.       – Осторожней! Врываешься, словно варвар! – вскипел Шэнь Цинцю, сверкая глазами на незнакомца. Высокий, статный, широкоплечий молодой мужчина обладал странной, чуть женственной привлекательностью. Такие часто мелькают в любовных дорамах, сводя с ума разленившихся домохозяек.       – Это детектив Лю Цингэ, – представил вошедшего Юэ Цинъюань. – Он разберётся с маленькой проблемой господина Шана.       – Какого чёрта?! Как этот красавчик сможет сделать это?! Да внизу около трёх десятков вооружённых до зубов гангстеров!       Мой гнев достиг высшей точки. Крик мог бы пронзить небеса. Но такое можно понять! В конце концов, эти люди загнали меня в западню, а теперь раздумывали, как бы подкинуть в виде наживки хищнику!       – Хм? – ответил детектив Лю, чуть склонив голову. – Оставь деньги и ступай. Никто не знает твоего лица.       От столь простого решения моё нутро содрогнулось. Что за чёрт?!       – Да разве они пропустят хотя бы мышь?!       Опустившись на кожаный диван, гость небрежно закинул ногу на ногу, а затем грозно уставился на Шэнь Цинцю. Псы, сцепившиеся в уличной драке, вот кем были эти двое! Свирепые, кровожадные, сверлили друг друга в жажде убить. И не мешай им величественная фигура Юэ Цинъюаня, перегрызли бы друг другу глотки. Впрочем, мне... подобное на руку! Я не чаял, как покинуть это место, не в силах поверить, что не сумею удрать. Тем временем в комнату явился ещё один гость. Протянув мне бумажный пакет с логотипом дорогущего магазина одежды, он произнёс:       – Наденьте это, господин Шан. Негоже ехать на встречу с одним из главарей Иньцзян в неподобающем виде. Мы приготовили для вас новую личность. С этого дня Шан Цинхуа будет играть роль внебрачного сына главы корпорации TXL-motor, Чень Сяна. Юноша пропал пять лет назад. Ходил слух, будто его убили в одном из притонов. На самом деле он бежал в Европу с любовником. Легенда идеальна. Никто не сумеет разоблачить вас. А задание таково: сегодня вечером, в ночном клубе «Чёрный дракон» состоится встреча влиятельных лиц города. Говорят, один из них – новый глава Иньцзян, который подмял под себя восемьдесят процентов преступного мира. Господин Шан должен выяснить, кто он. Если сумеете сделать фотографию – прекрасно, однако, не рискуйте. Ваша жизнь куда важнее.       – Кто это такой? – вопрос сорвался с моих губ невольно, излишне грубый, с лёгкой издёвкой, он, тем не менее, ничуть не смутил неизвестного. Лишь взлетевшая бровь была мне ответом.       – Это действующий глава отдела информационного обеспечения Сяньшу, Ци Цинци.       Изумление было так очевидно, что я уставился на незнакомца, вытаращив глаза, словно глупая рыба. Ци Цинци? Так это женщина?! Кто бы мог подумать! Впрочем, приглядевшись, сумел увидеть и шелковистую белизну тела и мягкие, плавные изгибы.       – Насмотрелся? – строго спросила Ци Цинци. – Поднимайся. Нам пора. Переодеться можешь там.       Изящный палец указал на запертую дверь в дальнем конце комнаты.       – Поспеши, – добавила Ци Цинци, взглянув на красавчика. – Лю Цингэ, тебе предстоит нелёгкая задача. Надеюсь, после того, как ты изобьёшь этих ублюдков, они больше не посмеют так наглеть. Им хватило дерзости окружить главный офис?! Совсем страх потеряли!       – Хм? – равнодушно ответил тот, словно прорваться сквозь толпу головорезов для него не опаснее вечерней прогулки!       Проклятый город! Колыбель подлости и коварства! Я думал, что едва покинув Цанцюн, окажусь в лапах гангстеров, однако, ошибся. Длинный подземный коридор вывел нас на соседнюю улицу. Крысы Цанцюн оказались неплохо подготовленными! Таким образом, через час я нежился в роскошной ванне, попивая игристое вино. Богатый дом, полный слуг, встретил меня радушно и чуть взволновано, словно Шан и впрямь был молодым господином. Имя Чень Сюэ значилось в новом удостоверении личности. Дорогая одежда, что я не мог бы себе позволить даже с украденными деньгами, приятно облегала, подчёркивала подтянутое тугое тело. Жалел я лишь о своём невысоком росте. Но ведь влияние и власть создают лицо! Если бы красотой можно было заработать на жизнь, этот Шан мог купаться в золоте!       Ци Цинци, что сопроводила меня до ночного клуба, вручила приглашение и карту. Скрытая видеокамера и микрофон в булавке сорочки, а также телефон с отменной геолокацией, создавали иллюзию безопасности.       «Чёрный дракон» встречал гостей лёгким презрением. Чень Сюэ прославился своими любовными похождениями, говорили, он одинаково любил мужчин и женщин. Я же мог лишь дивиться тому, как слаженно и чисто сработал отдел Сяньшу. Неужто ни у кого не возникло подозрений о том, что этот Шан и Чень Сюэ – разные люди? Да и существовал ли, в самом деле, внебрачный сын главы TXL-motor? Впрочем, плевать. Дорогое вино, приятно прохладное, радовало мягкими танинами и терпким, дымным послевкусием. Соблазнительный букет, составивший пару ранее выпитому, вскружил голову. Вальяжно развалясь в кресле, я с высокомерием богача осматривал роскошный зал.       И на что, чёрт возьми, рассчитывали эти идиоты? Фотографии Мобэй Цзюня, расплывчатой и приглушённой, недостаточно, чтобы узнать ублюдка среди толпы мужчин. К тому же, заучив наизусть целую вереницу различных наследников, легко запутаться. Юэ Цинъюань сказал встретиться с дочерью главы Хуаньхуа. Красотка, каких поискать, она была весьма популярной особой и могла вывести нас на нужного человека. Однако, говорят, нрав девицы весьма вспыльчив!       Оглядывая зал снова и снова, я всё гадал, кто же из этих людей Мобэй Цзюнь. Может быть, тот мрачный господин с белыми волосами? Похож. Даже очень! Главной особенностью мафиози были яркие глаза, цвета синего льда. Но понять, обладает ли выбранный мной незнакомец подобным сокровищем, не мог. Расстояние слишком велико! Шану не разглядеть лица в полумраке ночи, в густом табачном дыму и ярких лучах неона. Стоило отыскать повод, чтобы подойти ближе. А пока бокалы сменяли друг друга, наполняя меня лёгкостью, затуманивали рассудок, сметали прочь чувство самосохранения! Проклятый рай! Сам воздух этого места, пропитанный сладковатым ароматом вина и наркотиков, горечью табачного дыма, лишал осторожности! Незнакомец, которого я считал Мобэй Цзюнем ни на мгновение не оставался один. Рядом с ним то и дело крутилась девица в откровенном алом наряде и молодой человек с тонкими чертами лица. Юнец безрассудно хохотал и даже постукивал «Мобэй Цзюня» по широкому плечу. Что-то смутно тревожило меня глубоко внутри. Царапалось, рвалось прочь, крича об опасности. Силуэт Мобэй Цзюня казался знакомым, словно совсем недавно я встречал его совсем в других обстоятельствах. Да и этот мальчишка...       Осознание было внезапным. Боги, да это же Ло Бинхэ! Глава Хуаньхуа жаждал выдать за этого щенка свою дочь и даже сделал его одним из директоров! Молодой человек часто мелькал в новостных лентах. Снимался в рекламах и фильмах, был восходящей звездой экрана. Его считали эталоном успеха и красоты! Неудивительно, что все слетелись к нему, словно мухи!       Стоило попробовать и мне! Вспомнить бы всё, что я о нём знал! Или отыскать наследницу Хуаньхуа будет проще? Пока я решал непростую задачу, рядом со мной опустилась пышногрудая красотка. Облегающая одежда из помеси сверкающей кожи и лёгкого полупрозрачного шёлка вызывала немалый интерес.       – Такой душка и один? – спросила девица. Её пухлые губы, алые и манящие, притягивали взгляд. Тонкие пальцы, что сжимали бокал, будоражили фантазии, как и голос с лёгкой хриплинкой. – Выпьешь со мной?       Мог бы я отказать? Смешно! Опасная, словно клинок, улыбка то и дело скользила по её лицу, становясь шире с каждым выпитым глотком. Очнулся я после полуночи. Ло Бинхэ всё ещё веселился, а вот Мобэй Цзюнь растворился в неоновой дымке и табачной горечи «Чёрного дракона». Неужели я облажался, упустил его?! Что, если он уже встретился с таинственным главой Иньцзян?!       Страх вмиг выбросил меня из уютного тепла кожаного дивана. Стискивая в руках бокал с вином, я оглядывался, не в силах совладать с внезапной тошнотой.       – Голова сейчас треснет! – только и сумел простонать я сквозь зубы, прежде чем двинулся в сторону Ло Бинхэ. – Так не пойдёт. Пора действовать!       Отбросив прочь непослушные пряди волос, я решился. Ло Бинхэ так Ло Бинхэ. Этот юнец осмелился вести себя подобным образом, должно быть, они с Мобэй Цзюнем достаточно близки. Если я провалюсь, смогу притвориться мертвецки пьяным придурком!       По-прежнему сжимая в руке бокал с вином, я уверенно шагнул, видя перед собой только цель. Это стало роковой ошибкой! Идиот, кретин! Как можно было не заметить высокую мужскую фигуру на своём пути! Врезавшись в широкую тугую грудь, я с ужасом смотрел, как расплывается пятно красного вина на белом шёлке сорочки. А тем временем моё запястье сковали тиски чужих пальцев. Дрожь, ледяная, чудовищная, спирающая грудь, пронзила каждый позвонок, подняла волосы на голове, едва взгляд упал на лицо мужчины. Моя несчастная задница сжалась от ужаса, а поясницу пронзила адская боль! Как... Как этот человек здесь оказался?! Разве он, мелкая пешка, мог бы попасть на вечеринку боссов и явиться прямо передо мной, сверкая глазами цвета синего льда?!       – Мин Юнь? – рассмеялся я хрипло и глупо. Вся моя маскировка была уничтожена в один миг! – Пришёл встретиться со мной?       – Хм? – ответил тот с очевидной издёвкой.       – Ха-ха-ха, – фальшиво смеялся я, заискивающе глядя в лицо своей смерти. Он наверняка чувствовал, как трясутся мои руки, а Шан готов был рыдать, вспоминая чудовищный член мерзавца, что едва не разорвал меня напополам! – Ты ведь не обижен на то, что я прихватил сумку? Я... взял её по ошибке! Решил... Решил, что это моя, ведь поутру мне нужно было спешить на самолёт... – попытка оправдаться выглядела жалкой. Но рядом с этим громилой, на которого я мог взглянуть только задрав голову, любой бы чувствовал себя ничтожеством. Особенно если твоё запястье вот-вот рассыплется пылью в его руке.       – Господин Мобэй, вы в порядке? – слышалось вокруг. И я, наконец, очнулся, услышал нотки ужаса и раболепства в чужом беспокойстве. Кровь вмиг сбежала с моего лица. Мобэй? Мобэй Цзюнь? Что происходит? Как жалкий ублюдок Мин Юнь, пешка, пёс у ног мафиози, вдруг превратился в главного босса?!       – Господин Мобэй, – всё ещё слышались взволнованные, полные страха и паники голоса вокруг. – Вы не поранились?       Словно в моих руках нож, а не бокал вина! Неужто решили, что я наёмник, явившийся отнять жизнь этого гангстера? К несчастью, дерзкие мысли не спасли меня от нарастающего ужаса:       «Мобэй Цзюнь! Ублюдок, что подмял под себя самых жестоких преступников поднебесной! Он же вне себя от гнева!»       – Мо-гэ? – послышался обеспокоенный голос рядом. Стоило лишь немного скосить глаза, чтобы увидеть Ло Бинхэ. Жестокая ухмылка на его красивом лице пугала не меньше ледяного взгляда. – Хо? Так у нас завелась крыса?       Чё?!       Пальцы Ло Бинхэ ловко сорвали золотую булавку с моей сорочки. Восхитившись тонкой работой, юнец рассмеялся, обнаружив крошечный глаз камеры.       – Цанцюн, – произнёс он, небрежно уронив булавку на пол. Тяжёлый удар ногой отозвался где-то в висках и груди волной чудовищного страха. Сглотнув, я вскинул взгляд на синеглазого ублюдка, словно надеялся, что всё это недоразумение!       – Мин Юнь, – прошептал я, глядя в холодное лицо напротив. – Что, чёрт возьми, происходит? Крыса? Что за хрень?! Ты так зол за то, что утром я оставил тебя одного?       Судорожный вздох Ло Бинхэ и его быстрый взгляд был мне ответом.       – Мо-гэ, а ты не теряешь времени даром! – рассмеялся юнец. – Не стану лишать тебя игрушки.       Услышав подобное, кто угодно бы испугался! Тяжело сглотнув, я ещё надеялся на милость этого подонка! Он ведь трахал меня всю ночь! Ему точно понравилось так, что крышу снесло, я уж думал и не сумею унести оттуда ноги! Так почему сейчас в синих глазах такой холод?       Единственным спасением из этой ситуации казалась смерть. И я не преминул воспользоваться уловкой. Схватившись за лоб, закатил глаза.       – Голова кружится... Так дурно! Я... кажется... перебрал с выпивкой... Мин Юнь, не мог бы ты... Поддержать меня за руку?       Шёпот оборвался и этот Шан бессильно рухнул на руки главы мафиози, словно мешок с рисом! Мать твою, я в полной заднице! Если ублюдок Мин Юнь не убьёт меня, то затрахает до смерти! А я... Я даже не могу швырнуть в его красивое лицо сумку с деньгами, ведь она так и осталась в Цанцюн! Бешеные псы, неужели они продали меня?!       Однако я ведь сыграл безупречно! Неспроста за плечами курсы актерского мастерства! Пусть этот ублюдок Мобэй Цзюнь думает, что я не знаю, кто он такой, будто я и впрямь верю в то, что он всего лишь жалкий пёс Мин Юнь! Может быть, тогда у него не будет причин убивать меня?       Чувствуя, как сильные руки сжались в объятии, я всё же осмелился взглянуть в лицо мафиози сквозь прикрытые веки, однако, от выражения лица, хищного и жестокого, мне стало по-настоящему дурно. Мать твою, если он решил повторить ночной марафон, мне крышка! Уж лучше и впрямь умереть!

***

      – М-м-м, – всё, что удалось выдавить из себя сквозь слипшиеся от жажды губы. Голова трещит, раскалывается. Тошнота то и дело подкатывает к горлу. Но нужно открыть глаза. Вспомнить события вчерашнего дня!       – Когда я успел уснуть? – повисли слова в звенящей тишине вокруг. Голос звучал сипло, неприятно, скрипуче, словно нож по стеклу. Охнув, я вновь повалился на подушку, от которой едва сумел оторвать гудящий котёл головы. Перед глазами всё плыло. Комната казалась совершенно незнакомой. Высокий потолок украшала тяжёлая хрустальная люстра. Сводчатые окна закрывали тяжёлые портьеры приглушённых тонов. Обстановка внушала восхищение, стоила, как сотня жалких нор, в которых жили обычные люди. Ох... Может, это особняк Чэнь Сяна? С трудом превозмогая слабость, я сумел присесть и ещё раз оглядеться, силясь припомнить, как попал сюда. И тут память услужливо подкинула мне события более ранние – встречу с ублюдком Мин Юнем. Я вновь тонул в собственных криках, скача, словно обезумевший, на огромном члене! Стыд и ярость вспыхнули в груди при мысли о том, что если бы этот пёс не накачал меня наркотой, не видать бы ему такой жаркой ночки!       Постой... Постой!       Холодное лицо с глазами цвета синего льда, хищная улыбка, сверкнувшая подвеска серьги в ухе вмиг предстали перед глазами, подбросив тело в дрожи ужаса. Какой ещё Мин Юнь?! Это же сам Мобэй Цзюнь! Батюшки, какой же я идиот! Ведь в ту, первую ночь его лицо покрывали брызги крови! Да этого несчастного Мин Юня наверняка нет в живых! А теперь и я...       Дрожа от страха, я закрыл лицо руками. Что делать, чёрт побери?! Как обмануть этого ублюдка?! Знает ли он, что я работаю на Цанцюн? Если нет, шанс ещё есть! Ничего не помню, твою мать!       Головокружение и тошнота затихли. Пора убираться отсюда, пока Мобэй Цзюнь не вспомнил обо мне! Однако стоило рвануть прочь, неведомая сила дёрнула меня назад.       Это ещё что?! Какого хрена?! Собачий ошейник?! Мать твою, я что, должен сидеть на цепи, словно зверь?!       – Эй! – гневный крик наверняка разнёсся по всему дому. – Похищение человека – преступление!       Но ответом была всё та же звенящая тишина. Она угрожала, давила, подстёгивала фантазию! В голове то и дело звучали обрывки специальных репортажей криминальных новостей:       «Молодой мужчина был найден мёртвым сегодня утром...»       «Лицо жертвы изуродовано, личность установить пока не удалось...»       «Молодой человек 27 лет обнаружен мёртвым. Алкоголь и наркотики в крови...»       «Неизвестный мужчина, очевидно, стал очередной жертвой гангстеров. Десять огнестрельных ран...»       – Шан Цинхуа , ты идиот! – стиснув виски руками, отчитывал я вчерашнего кретина. – Знал, что твоя жизнь под угрозой, но посмел нажраться! А затем и вовсе угодил в руки Мобэй Цзюню!       Имя, произнесённое вслух, казалось взорвавшейся бомбой. Крупная дрожь охватила тело. Я трясся от ужаса, подвывая в бессилии. Наверно, мои прекрасные волосы стали белы от пережитого ужаса. Мобэй Цзюнь! Кровожадный, жестокий, безжалостный убийца! Да ему прибить человека так же легко, как комара! Сколько раз я слышал новости о горах трупов и бессилии полиции перед мафиози! Они же делают, что хотят! Что, если этому ублюдку придёт в голову отрезать мне руку?! Сначала оттрахал так, что я едва мог на ногах стоять, а теперь...       Нужно бежать! Невозможно, чтобы собачий поводок был так крепок, что его не снимешь! Ну же, есть же там... За-замок? Этот сучий сын, Мобэй Цзюнь, стянул ошейник замком?! Но даже так... Я ведь могу разорвать цепь! Да и сам ошейник из кожи, а не из стали!       Но время шло, а сделать я так ничего и не сумел. Страх выбил остатки алкоголя, дал заметить то, что кроме рубашки, очевидно, принадлежащей Мобэй Цзюню, на мне ничего нет! Хоть бы трусы, мать твою, оставил! Никакого уважения!       – Этот пёс... Посмел отыметь меня и в этот раз?! Да чтоб у тебя член отвалился, ублюдок! – прокатился по комнате мой грозный рык.       Тяжёлые горячие руки стиснули плечи так неожиданно, что я невольно вскрикнул. Пот выступил на висках, а губы затряслись от ужаса. Так он что, всё это время был тут?! Он... Всё слышал?!       Решив притвориться полным идиотом, я, вытаращив глаза, уставился на него с нервной улыбкой:       – Вы... Кто вы такой?.. Я... Полагал, что пришёл... Со сво-им любовником! Но вы... Вы не Мин Юнь!       – Хо? – спросил Мобэй Цзюнь с такой откровенной насмешкой, что в голове осталась лишь одна мысль – я труп! А этот ублюдок словно наслаждался страхом! Склонившись, он лизнул покрасневшую раковину уха, прикусил её, прежде чем произнести:       – Вчера господин Чень Сюэ пролил вино на мою одежду. Как я могу простить подобное? Тебе придётся расплатиться.       – Ч-чень Сюэ? – чуть визгливо ответил я. Что, мать твою, происходит?! Ложь не раскрыли?! Неужели Мобэй Цзюнь не помнит и того, как оттрахал меня чуть раньше?! Чёрт, это даже обидно! Я ведь приложил столько усилий, чуть задницу не порвал!       – Хм? – спросил ублюдок, облизывая мочку уха, словно та была лакомством. Это заставило меня отскочить прочь.       – Ты... Что делаешь?! – моё терпение не безгранично! Забыл о том, как провёл со мной время, а теперь устроил здесь... – Да я... Я заявлю на тебя в полицию, извращуга!       Брови ублюдка сошлись на переносице, отчего, казалось, даже в комнате потемнело. Я невольно отполз дальше, стиснув цепь, словно в той было спасение от расправы. Полы халата Мобэй Цзюня разъехались, открыв широкую тугую грудь. От такого вида я невольно сглотнул, вспоминая совместную ночь: сильные руки, что сжимали мою талию, и горячий член, который доставил немало приятных мгновений, заставили меня покраснеть.       – Какой буйный, – процедил Мобэй Цзюнь, схватив меня за грудки и склонившись так близко, что я чувствовал его дыхание. – Всю ночь стонал подо мной, словно шлюха, а теперь смеешь говорить о подобном?       – А?!       В который раз этот Шан стал похож на рыбу. Округлившиеся глаза и рот, что беззвучно открывался и закрывался, наверняка позабавили этого пса! Да он и впрямь выглядел, словно я был для него развлечением, игрушкой!       – Знаешь, почему ты сидишь на цепи? – тем временем спросил Мобэй Цзюнь, стиснув мои обнажённые ягодицы.       – Ты... Ты куда руки тянешь?! – заорал я, пытаясь оттолкнуть его прочь. Но проще было сдвинуть гору! – Что тебе нужно?!       – За тобой должок, – прошептал гангстер, сузив глаза.       В ответ мне оставалось сцепить зубы, проклиная Цанцюн. Ублюдки! Если бы не они, я бы уже нежился под гавайским солнцем! А если нет, мог бы швырнуть в это красивое лицо сумку с деньгами!       – Я... Я...       – М? Сейчас ты был бы рад вернуть всё, что украл? – прошептал Мобэй Цзюнь, осторожно прикусив косточку ключицы. – Я возьму плату телом.       – Нет... Я...       – Собираешься отказаться? – ледяным тоном процедил ганстер, сжав в руке цепь. – На это у тебя нет права!       Случаются дни, когда жизнь человека может рухнуть в одно мгновение. Я полагал, что неплохо устроился. Закончил университет с отличием, занял тёплое местечко журналиста популярной газеты... Сплетни, да, но доход был неплохим. Кто бы мог подумать, что однажды меня обуяет демон алчности. Увидев небезызвестного в городе чиновника, что снимал деньги в банке, я решил, что кто-то его шантажирует. И пусть этот ублюдок был нечист на руку, брал взятки и, поговаривали, водился с мафиози, мог стать жертвой. Усмотрев в этом скандальный сюжет, способный навести шумиху в огромном городе, я, словно тень, следовал за ним по пятам. Шестьдесят миллионов юаней! У кого-то завидный аппетит! Я хотел знать, что за акула собирается проглотить столь жирный кусок. Чиновник был не один. Очевидно, его сопровождал телохранитель. Несколько раз до меня доносились обрывки разговоров, где я и услышал имя «Мин Юнь». Тогда этот Шан решил, что, должно быть, Мин Юнь – босс мафиози средней руки. Сумма велика, но доход с оборота наркоты за день, наверняка, превышал её в разы. Крупный босс не станет тревожиться по мелочам.       За дорогу до огромного особняка этого Мин Юня я сумел сделать десяток фотографий. Но приблизиться не посмел. Слишком много амбалов в строгих костюмах, но с бандитскими рожами, окружали это место.       Чиновник, не скрывая дрожи, шагнул к двери, объясняя, что должен увидеться с Мин Юнем. Вот тогда-то я и попался, решив сделать последний, скандальный кадр! Скрутив руки за спиной, меня провели в дом через чёрный ход. Никто не смел тронуть Шана и пальцем, эта свора свирепых псов послушно ждала хозяина. Подумать страшно, но они были столь любезны, что предложили мне выпить!       Разумеется, Шан отказался! Даже полный кретин сумел бы понять простейшую истину – этот дом полон наркоты!       Сучьи дети! Стиснув подбородок, они влили в меня бутылку виски!       Ах, Шан вмиг стал послушен! Рухнув на пол, я затих, тупо глядя на то, как моя камера летит в руки какого-то юнца.       – А ну глянь, что этот репортёришко там нарыл!       Веки тяжело сомкнулись. Звуки потонули в густой, вязкой тишине, что, спустя время, разбилась от звонкой пощёчины. Я лежал на роскошной кровати совершенно обнажённый. Странное ощущение внутри тела заставило меня очнуться.       – Т-ты... Ты кто такой?! – завопил я, пытаясь отползти. Подумать страшно, но изнутри меня ощупывали чужие пальцы!       Красивое, суровое лицо скрывалось в полумраке. Я мог рассмотреть лишь тугую, широкую обнажённую грудь с уродливым шрамом.       В ответ пальцы продвинулись глубже. Изогнувшись, я ахнул, задрожал.       – Пе-перестань!       – Хм, – произнёс незнакомец. Тогда я решил, что человек передо мной и есть Мин Юнь. Он и впрямь был похож на гангстера. На босса, мрачного и сурового.       – Разве ты не должен был доставить новую партию? – спросил мафиози, покинув моё тело и брезгливо стягивая перчатку. – Может быть, мне проверить твоё брюхо?       Отпрянув, я резво вскочил на ноги.       – Катись к чёрту, сучий сын! – раздался мой грозный рык, хотя нелегко сохранять высокомерие будучи обнажённым. Мой анус всё ещё чувствовал холод. Этот ублюдок оказался достаточно умным, чтобы использовать смазку. – Вы схватили невинного человека!       – Хм? – нахмурился Мин Юнь, сверкнув синевой ледяных глаз. – Невинный человек, отснявший дюжину кадров? Мне придётся изучить тебя глубже.       Вздрогнув, я невольно отступил. Но, поскользнувшись, рухнул на кровать.       – Вон, – велел Мин Юнь своим псам, что окружали его.       – Но босс! – попытался возразить один из них, на что получил гневный взгляд. Поёжившись, телохранители покинули комнату. А Мин Юнь медленно приближался.       – Не подходи! Я ничего не знаю! – завопил я, надеясь сбежать.       Глупец! В мгновение тяжёлое тело гангстерского ублюдка придавило меня к постели!       – Я здесь впервые! Я ничего не снимал! – закрываясь руками, брыкаясь и отталкивая гору мышц прочь, бессовестно солгал я. Но разве подобное возможно! Звонкий шлепок по ягодице оставил алый жгучий след, заставил меня всхлипнуть, застыть в ужасе, осознать опасность близкой смерти!       – Я ничего не знаю! Я оказался рядом случайно! – жалкие оправдания... Но именно они раззадорили извращенца! Словно испытывая удовольствие от умоляющего тона, Мин Юнь медленно расстегнул ширинку, не спеша освободил огромный, твёрдый член, будто демонстрируя некое сокровище. Взвыв, я ринулся прочь, извиваясь, словно угорь. К несчастью, горячие большие ладони крепко стискивали мою талию, а поцелуй, накрывший губы, заставил замолчать.       Та ночь показалась мне бесконечной. С того мгновения, когда ублюдочный член Мин Юня пронзил мою ни в чём неповинную задницу, и до самого рассвета я стонал и рыдал, молил о пощаде и дрожал в оргазме! Он накачал меня под завязку, словно не видел тугой дырки десяток лет! Казалось, я больше никогда не смогу подняться! Живот болел, сперма вытекала из покрасневшего, распухшего отверстия, что никак не могло сомкнуться...       В утренний час, когда солнце заливало комнату, я разглядел в углу сумку с деньгами. Брошенная, словно ненужный хлам, для меня она была сокровищем! Шестьдесят миллионов юаней! Это придало мне сил. Взглянув на безмятежное лицо крепко уснувшего Мин Юня, я осторожно выскользнул из постели.       Он не проснулся.       Наспех одевшись, Шан бросился прочь и даже, казалось, сумел удрать!       Тогда моя жизнь рухнула – Шан повстречался с Цанцюн.       Сейчас, когда длинные пальцы Мобэй Цзюня, что он всё же додумался окунуть в смазку, двигались внутри тесной дырочки, у меня невольно дрожали ноги. Неужели... Неужели я должен пройти через чудовищный секс-марафон ещё раз?! Да кто такое выдержит! Я точно сдохну!       – Гос-господин Мо-бэй, умоляю... А-ах! – первая волна дрожи прокатилась по телу. Мобэй Цзюнь уверенно отыскал узелок простаты в глубине моего тела. – Нет... Нет!       Уткнувшись лицом в подушку, я, изогнувшись, вскинул ягодицы. Испарина покрыла тело пеленой мучительного наслаждения. Так хотелось кончить, чёрт возьми! Но я не смел прикоснуться к собственному окаменевшему члену.       – Пос-постой! Хватит! Пе-рестань! – стонал я, задыхаясь. – Мы ведь можем всё... обсудить! Я всего лишь случайно оказался на той вечеринке! Я же... Я же ничего не сделал, так разве у тебя есть причины злиться?       Волны дрожи катились одна за другой. Отыскав способ свести меня с ума, Мобэй Цзюнь решительно шёл к цели. Мои стоны наверняка слышал целый квартал. Содрогаясь, я невольно насаживался на пальцы этого ублюдка, желая достичь разрядки. И в этот сладостный миг Мобэй Цзюнь бросил рядом бумаги с моей фотографией.       «Шан Цинхуа, 27 лет. Журналист... Информационный агент бюро Аньдин...»       –Это ещё что? – выдохнул я, не понимая. Моё тело содрогалось от наслаждения, разве могла подобная мелочь, как этот отчёт, волновать меня?       – Молодой господин Чень Сюэ пропал несколько лет назад, – склонившись к моему уху, прошептал Мобэй Цзюнь, в то время как его член упирался в мягкое, увлажнённое колечка ануса своей широкой, багровой головкой. – Странно, что он внезапно предстал передо мной, словно призрак, ведь я точно помню, что в нашу последнюю встречу он был мёртв!       – А? А?! – выдохнул я с ужасом.       – А вот Шан Цинхуа... Журналист Шан Цинхуа не единожды ломал мои планы своими статейками! Порой ты был так близок к правде, что я невольно принимался искать крысу среди людей Иньцзян! Кто бы мог подумать, что и это – происки Цанцюн       – Я... Я ничего не знал!       – Хм, – вздохнул Мобэй Цзюнь, безжалостно толкаясь в глубь моего тела. – Надеюсь, наше обсуждение закончено? Твоя дырочка больше не может ждать.       – Ах! – вскрик утонул в глубине подушки, полный наслаждения и отчаяния. Нет, я не хочу! Не хочу опять всю ночь стонать до хрипоты! Волна оргазма накрыла, сотрясая тело. Отвердевший член, дрогнув, пролился семенем, горячо и вязко. Однако мощные толчки, что сопровождались звонкими шлепками и влажным хлюпаньем, стали мощнее и чаще.       – А ты хорош в этом! – прошептал Мобэй Цзюнь, вбиваясь в меня, словно обезумевший демон. – Я ведь давно приметил твоё личико, даже жаль, что не отымел раньше! Но теперь мы будем видеться чаще!       – Нет... Нет! Ни за что! – стонал я, то и дело срываясь на всхлипы. Что за дерьмо?! Как я мог оказаться в подобной ситуации?! Ублюдок, никак не остановится! Глубоко... Слишком глубоко!       – Прекрати! – крик прозвучал хрипло, приглушённо. – Вбиваешься, как псина! Раз уж решил долбить, будь нежнее!       – Хо? – усмехнулся Мобэй Цзюнь. Стиснув в объятиях, он заставил меня выпрямиться, однако, подобная смена позиции вызвала волну боли. Разозлившись всерьёз, я двинул локтём по рёбрам этого говнюка.       – Тц! – цокнул Мобэй Цзюнь, тут же заломив руки за спину.       – Больно! – новый крик перешёл в тихий всхлип. Ах ты, сукин сын! Сейчас я выскажу тебе всё, что думаю! – Прекрати! Нашёл свободную дырку? Тебе же плевать, кого долбить! Затрахал до смерти, блять!       К чёрту эту жизнь! Всё равно этот ублюдок меня убьёт, так хотя бы настроение ему испорчу!       – Больно? – зашипел Мобэй Цзюнь, покинув моё многострадальное тело. Однако не успел я возблагодарить небеса, этот громила перевернул меня на спину, а затем, стиснув бёдра, грубо вошёл, впихнув свой огромный член. – Да ты стонешь так, что весь квартал оглох!       – От боли же! – всхлипнул я, стискивая дрожащими пальцами простыни. На самом деле, всё это было ложью. Вязкая лужа спермы очевидно говорила о том, сколько раз я тонул в наслаждении, но простить этому ничтожному псу подобного унижения не мог!       Мобэй Цзюнь остановился. Нависнув над моим лицом, залитым слезами, он долго всматривался в глубину глаз.       – Так говоришь, затрахал до смерти? – произнёс он медленно, отчего тело вмиг сковала ледяная дрожь.       – Я... Я... Устал... Мне... тяжело! – жалко оправдывался я, отводя взгляд. Однако стоило мне сделать это, длинные пальцы ухватили мой член, принявшись ласкать его с тем же упорством и скоростью.       – Нет! Ах! Ха-а...       Мощные толчки сотрясали тело, пальцы стремительно приближали к наслаждению, заставляя изгибаться в оргазменных спазмах. Мгновение, и брызги спермы выстрелили прямиком в грудь гангстера. Я содрогнулся, мне было необходимо извиниться, однако, этот ублюдок и не думал останавливаться, по-прежнему вколачивался в глубину тела, удерживая напряжённую головку члена.       – Отпусти! Я... Я уже кончил! Это неприятно! Мне больно, пусти! – вцепившись в запястье Мобэй Цзюня, я пытался освободиться. Ещё твёрдый, член чуть припух. Странное чувство наполненности беспокоило меня всё больше.       – Отпусти! Мне... Мне нужно в туалет! – отбросив стыд, заорал я, однако, этот демон, что притворялся человеком, не слушал, продолжая дразнить розовую головку и дырочку уретры.       – Хватит! Хва-хватит! Я сейчас... Сейчас...       Мощный спазм накрыл меня с головой. Крик забился в горле, изогнул меня дугой, сотрясая. Пелена влаги затянула тело, пока в глубине разливалась лужица спермы.       – От-пус-ти! – взвизгнул я за мгновение до того, как тугая прозрачная струя окатила тело склонившегося, содрогающегося в оргазме Мобэй Цзюня.       – Ублюдок! Чтоб ты сдох! Я же говорил, отпусти! – всхлипывал я, сгорая от стыда. Однако, вместо того, чтобы разозлиться, этот гангстер впился в мои губы жадным, глубоким поцелуем.       Это твоя вина, Мобэй Цзюнь! Даже если мне придётся умереть, я отомщу за это мгновение позора!..       Раннее утро встретило меня кошмаром. Вздрогнув, я подскочил, а затем долго приходил в себя, сидя на кровати. Тело отдавалось болью. Следы зубов, лиловые засосы и синие следы чужих рук на коже вызывали ледяную дрожь ужаса. Ублюдок! Если бы этот Шан не додумался притвориться мёртвым, Мобэй-цзюнь трахал бы меня до сих пор! Поясницу ломит. Задница болит! Чувство, будто этот дрын всё ещё внутри меня! Грязно! Отвратительный запах спермы бьёт в нос. Нужно немедленно смыть это с себя!       Усталый выдох был прерывист. Спустив ноги с кровати, я отчего-то застыл. Холодок пробежал по спине, как бывает от пристального взгляда. Обернувшись, я с ужасом уставился на спящего Мобэй Цзюня. Мать твою, неужто можно было не заметить рядом эту гору мышц?! Неужто я совсем свихнулся?! Ведь так уже было. В прошлый раз он тоже спал рядом. Такой доверчивый, словно щенок, а не босс мафиози! Идиот, что, если я решил бы убить тебя?!       А он красив, стоит отметить. Вот такого безмятежного, расслабленного выражения лица я ещё не видел. Глаз не отвести, какой красавчик! Даже гордость берёт, что мы побывали в одной постели! Ой! Блять, да что со мной не так?! Что за чушь собачья?! Гордость?! До него я и не думал о том, что когда-то буду трахаться с мужиком, тем более, даже не я вставлял! Какой... позор!       Но пока я бранил себя последними словами, пальцы сами тянулись к его лицу. Склонившись, я осторожно коснулся губами щеки. Этот гангстер пощадил меня. Две совместные ночи, после которых темнеет в глазах и дрожат ноги, можно считать платой за шестьдесят миллионов. Ни одна шлюха столько не зарабатывала... Подобная мысль заставила меня отпрянуть. Нужно поскорее принять душ и сматываться отсюда! Мне повезло, что этот ублюдок снял чёртов собачий ошейник! Однако попытка подняться на ноги оказалась провальной. Ноги совсем меня не держали, а спина, кажется, была сломана. С оглушительным грохотом я обрушился на колени, едва не разрыдавшись от бессилия и несправедливости.       – Куда это ты собрался? – тут же раздался ледяной голос гангстера за спиной. Я сильный человек. Моя судьба тяжела, но жалеть себя времени нет. И уж тем более, лить слёзы. Но сейчас... Не знаю, что случилось в это солнечное, безмятежное утро. Уткнувшись головой в толстый шерстяной ковёр, я горько разрыдался, ругая Мобэй Цзюня сквозь всхлипы.       – Мудак! Ублюдок! Сдохни уже! Раз решил убить меня, зачем было так... Никогда не прощу! Вот сдохну, и буду преследовать тебя, словно призрак!       – Хм? – ответил тот с раздражением.       – Какие-то жалкие шестьдесят миллионов! Да у тебя карманные расходы в десять раз больше! Неужто такая ничтожная сумма стоит моей жизни?!       – Да что ты несёшь? – не выдержал Мобэй Цзюнь.       – Вторую ночь подряд ты издеваешься надо мной. Разворотил всё нутро своим ублюдским членом! Я даже встать не могу! Иньцзян ведь держит десятки борделей, неужто в них не нашлось ни одной свободной дырки? Чего ты ко мне прицепился? Прибил бы, и дело с концом! Извращуга!       – Издеваюсь? – с гневом переспросил мафиози, а мгновение спустя я услышал собственные стоны, оглушительные, страстные, фразы, которыми умолял этого ублюдка продолжать, где кричал о том, как мне хорошо.       – Это ложь, – дрожа, прошептал я, ползком возвращаясь в постель. – Это не я...       – Нет? – спросил Мобэй Цзюнь насмешливо.       Вырвав телефон из руки гангстера, я с ужасом уставился на собственное тело, содрогающееся в оргазме. Наверное, моё лицо приобрело мертвенный землистый оттенок. Сердце колотилось так, что могло бы выскочить из груди. Дрожащий палец долго не мог попасть по кнопке «удалить», но, наконец, ужасающие, отвратительные звуки стихли.       – Это похоже на то, что я над тобой издевался? – изогнул бровь Мобэй Цзюнь.       Сглотнув, я стискивал в руках чужой телефон, гадая, сколько ещё он наснимал. Могу ли я удалить остальное? Тем временем Мобэй Цзюнь обхватил мою талию своими ручищами.       – Я ведь сказал, за тобой долг. Может быть, хватит пары десятков лет, чтобы его погасить.       – Чё?! – завопил я. – Что ты там ляпнул?! Какая ещё пара десятков, ты убить меня хочешь?!       – У меня встал, – произнёс этот демон, втягивая меня под одеяло.       – Нет! Боги, я же просто дышал!       – Кто же виноват, что твоё тело так сексуально. Я давно собирался вставить тебе, с первой статейки об Иньцзян, когда увидел, как ты переодеваешься и принимаешь душ.       – Ты... Ты что, следил за мной?! – завопил я, пытаясь выбраться, отстраниться от отвердевшего члена, утыкающегося мне в живот.       – Разумеется, – подтвердил Мобэй Цзюнь и тут же прервал разговор жарким, глубоким поцелуем. И лишь спустя время продолжил: – Не мог же я допустить, чтобы такую красотку трахал кто-то другой. Мне пришлось немало постараться, чтобы разогнать всех твоих ухажёров.       – Что? Что за чушь? – спросил я дрожащим голосом. – Я никогда не давал повода сомневаться в своей ориентации! Шан даже ходил на свидания вслепую!       – В самом деле? – подивился Мобэй Цзюнь, целуя шею и плечи. – Неужели я ошибся? Разве твой босс взял тебя репортёром не потому, что собирался завалить при первой же возможности? Он ведь не раз распускал руки.       Честно сказать, услышав такое, я побледнел. Несколько раз шеф и впрямь невзначай касался меня, но всегда извинялся за случайность.       – Чушь!       – М? Трое амбалов из мелкой группировки, верхушку которой арестовали после твоей статьи? Они собирались накачать тебя наркотой и как следует отжарить. Если бы не я, ты бы почувствовал парочку членов в своей тугой дырке, после чего она бы уже никогда не смогла сжимать моего младшего.       – Нет... Этого не может быть, – возразил я, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу. В те дни я бравировал своей отвагой, отправлялся домой один по вечерам и в самом деле часто замечал тени за спиной. А однажды меня выручил случайный попутчик, предложив подвезти. Тогда меня и впрямь преследовали трое амбалов.       От мысли о том, какой опасности я избежал, о том, что этот ублюдок, что оперевшись на ладонь, пристально смотрит на моё перекошенное страхом лицом, в груди поднялось странное тепло. Хотелось прижаться к широкой груди Мобэй Цзюня, спрятаться от чужой жестокости и коварства. Работа журналиста опасна. Мне часто приходилось сталкиваться с преступным миром. И до сих пор я надеялся на удачу. Оказалось, удача лежит рядом, сверля меня жадным взглядом синих глаз.       – Так господин Мобэй... защищал меня всё это время? – прошептал я, вскинув взгляд в ответ. – Тогда я и впрямь в неоплатном...       Не дослушав, гангстер набросился на меня, подмяв, проник в рот влажным, горячим языком. Тело вмиг отозвалось томительной сладострастной дрожью. Но продолжать я и впрямь не мог. Моей многострадальной заднице требовался отдых.       – Пос-постой, – задыхаясь, отстранился я. – Я... Я тебе секс-кукла, что ли? Ты мне даже душ принять не дал!       – М? – отозвался он со странным энтузиазмом. – Ты хочешь сделать это в душе?..