Идеальное алиби

      — Не может так быть, — бормочет Клоуз себе под нос, пиная камни по дороге. — Не могли же Берч и Гибсон сговориться… А если могли, то ради чего? С какой целью?       Переодевшись в обычную одежду, в которой будет проще смешаться с толпой, Уилл Клоуз притаился за углом дома, который располагался по соседству с домом Элфордов.       Он опёрся спиной на шершавую стену и стал ждать, затаив дыхание. Ему показалось, что прошло около пятнадцати минут, прежде чем он услышал скрип калитки. Осторожно подсмотрев, следователь под прикрытием увидел, как Виктор вышел за пределы своего участка на улицу. Проследив, как Элфорд шагает по тротуару вниз, и подождав, пока Виктор пропадёт из его поля зрения, куда-нибудь свернёт или сильно отдалится, он, пригнувшись и согнув колени, подбежал к низенькому заборчику Элфордов и обежал дом. Если бы Уилл выпрямился, ограждение было бы ему примерно по пояс.       Встав напротив задней части дома и отыскав взглядом зашторенное окно комнаты Виктора, Уилл быстро перемахнул через забор и, снова пригнувшись, подошёл к нужному окну; на нём не было москитных сеток, как и решёток. Чуть надавив на створку, Уилл понял, что окно не было закрыто.       «Это всё упрощает. В разы упрощает…» — подумал он с облегчением. Открыв окно настежь и привстав на носки, Уилл влез в окно и проник в комнату.       Было очень темно, ему приходилось щуриться, чтобы хоть что-то да разглядеть. Немного подумав, Уилл прикрыл окно, возвращая створку в то же положение, в котором она и была.       Он как можно бесшумнее подошёл к двери комнаты и нажал на выключатель. Дома никого не было, но он всё равно старался не издавать ни звука; Виола, к счастью, ушла на работу ещё рано утром.       Уилл огляделся.       Комната выглядела совершенно обычной: кровать с продавленным матрасом, рабочий стол с кипой бумаг, деревянный стул возле него. Никаких кровавых разводов Уилл пока не видел. На полу, правда, валялись железные инструменты вроде отвёрток и молотков. А ещё на двух стенах друг напротив друга висели два больших зеркала. Они были очень широкие и высокие. Уилл встал возле одного из них. Его отражение полностью было видно даже тогда, когда он встал почти вплотную к зеркалу.       Послышался шорох.       Следователь обернулся и увидел выходящего из-за плотной шторы Виктора.       Уилл от огорчения пропустил воздух через зубы.       — Привет, — спокойно поздоровался Виктор, скрестив руки на груди.       — Ты же ушёл. Я видел, как ты идёшь вниз по улице от дома, — как-то возмущённо произнёс Уилл. Но он всё ещё старался сохранять спокойствие.       — Тот «я» ушёл. А этот «я» — здесь, — объяснил Виктор, обведя руками свою комнату.       — Что это значит? — напрягся Уилл.       За окном показалась голова ещё одного Виктора.       Уилл встревоженно перевёл взгляд к окну, и его зрачки расширились, а рот приоткрылся, выпуская воздух. Недолго думая, Виктор за окном пробрался в комнату и закрыл окно, повернув ручку. Виктор возле Уилла усмехнулся, наблюдая за реакцией следователя.       — И штору задёрни, — небрежно бросил этот Виктор, кивнув второму себе.       — Сам и задерни, почему я должен всё делать? — чуть раздражённо откликнулся Второй Виктор, но окно зашторил.       — Ты знаешь, — коротко сказал Первый.       Второй встал рядом с ним и тоже скрестил руки на груди, полностью повторяя позицию Первого. Он даже улыбнулся так же. Уилла передёрнуло, и он отступил.       — Это шутка какая-то? — негромко и хрипло поинтересовался он.       — Нет, — пожал плечами Первый. Второй повторил за ним.       — Почему вас двое? — с каждой секундой всё больше паникуя, спросил Уилл. Викторы ему не ответили. — Почему? — ответа вновь не последовало. — Так вот как ты умудряешься бывать сразу в двух местах одновременно, — сглатывая и унимая дрожь, говорит Уилл. — Чёртов Элфорд… — уже тише произносит он. Оба Виктора кивают, и их улыбка становится жуткой. — Так как у тебя это получается? — снова пытается Уилл. — Не поделишься секретом? А то мне кажется, что я сошёл с ума.       — Могу поделиться, — безразлично отвечает Первый.       Уилл медленно кивает головой и поражённо разглядывает обоих Викторов, пытаясь найти отличия, но они совершенно идентичны друг другу. Они даже в одинаковой одежде.       — Смотри, видишь два зеркала? — Первый указывает пальцем на них.       — Вижу, — откликается Уилл, покрывшись мурашками уже заранее.       — Я создал зеркальный коридор, с помощью которого можно вытащить из зазеркального мира свою точную копию, своего двойника.       — Так не бывает, — не выдерживает Уилл. — Это магия.       — Никакой магии, — снова пожимает плечами Первый Виктор.       — Это физика, — вступает в разговор Второй.       — В физике нет такого, — возражает Уилл.       — В обычной физике — нет. Конечно, на уроках физики в школе такому не научат, — смеётся Первый. — Это естественно.       — И это даже не квантовая физика, — добавляет Второй.       — Что же это такое? — шумно выдыхает Уилл.       — О… — протягивает Первый. — Я могу тебе объяснить, но это займёт много времени. Ты готов слушать?       — Готов, — покорно соглашается Уилл.       — А в физике-то ты разбираешься? — вклинивается Второй.       — Нет, — честно признаётся следователь.       — А… — разочарованно тянет Второй. — Тогда нет смысла объяснять.       — Всё равно не поймешь, — машет рукой Первый.       — Ты меня за дурака держишь? — взрывается Уилл. — Так не может быть! Физика ещё не умеет такого!       — Думаешь, я за пять минут это сделал? — спокойно спрашивает Первый. — На это ушло несколько лет, нужно было высчитывать формулы, строить графики, подбирать правильные градусы, выстраивать преломление света. Мне приходилось не спать неделями, чтобы поймать ракурс и положение солнца, с помощью которого должно было получиться. Я знал Барбару. Она была в составе жюри одного конкурса для физиков в Лондоне. И это именно она сразу забраковала этот мой проект с зеркальным коридором. Даже слушать меня не стала, — со вздохом пояснил он.       — Все физики думают как ты, Клоуз, — поддакивает Второй.       — И как Барбара, — добавляет Первый. — Из-за этого у них ничего не получается. Говорю, я бы тебе всё рассказал, но ты же ни черта не поймёшь. К тому же я не хочу тратить время на неблагодарных.       — А зачем ты создавал это? Ради мести? — растерянно спрашивает Уилл.       — Нет, изначально. Потом — да.       — И что ты будешь делать теперь?       — Он заберёт тебя с собой, — беспристрастно отвечает ему Первый, кивая на Второго.       — Да, — подтверждает Второй. — Заберу.       У Уилла был порыв броситься к окну и сбежать, но что-то его остановило.       — А ты? Что будет с тобой? — допытывается следователь.       — Я вскоре последую за вами. Не могу жить в мире, где мои знакомые и мама однажды могут обнаружить то, что это я убил тех людей. Не хочу быть убийцей, — мотает головой Первый.       — Журналисты всё это подадут в выгодном для себя свете. Как всегда, впрочем… И никто даже не узнает о том, что я мстил, а не просто так убивал, — сетует Второй.       — А зачем ты мстил тогда, если теперь не хочешь жить в этом мире? — не понимает Уилл.       — Это решение пришло ко мне уже потом, после того как я убил Барбару, — объясняет Первый. — Мне жаль маму, я не хочу позорить её. Лучше пусть я исчезну для неё, чем потом когда-нибудь станет известно, что я убийца. Моя мама не заслуживает такого сына. Я очень люблю её. Не хочу, чтобы она страдала, — улыбка Первого Виктора становится печальной, Второй повторяет за ним.       — Но ты мог бы заявить о себе, мог бы рассказать учёным, чего ты достиг. Тебе вручили бы Нобелевку, ты стал бы известен на весь мир, — продолжает Уилл.       — Мне не нужно это, — отрицает Первый. Он переводит взгляд на круглые настенные часы. — Открой окно. Пора, — командует он, и Второй спешит к окну. Он отдёргивает штору и возвращается на место.       Солнечные лучи скользят по незаправленной постели и на несколько мгновений освещают комнату. Потом они плывут к одному из зеркал, и тогда блестящая поверхность начинает неестественно сиять. Второе зеркало тоже озаряется светом.       — Пора, — снова говорит Первый, и Второй хватает Уиллa зa обe руки, следователь даже не сопротивляется. — Тащи его, — приказывает Первый.       Второй подтаскивает ослабшего и потерявшего от шока связь с реальностью Уилла к одному из зеркал.       — А ты? — снова спрашивает Уилл, удивлённо всматриваясь в глаза Первому Виктору, но обжигается, когда встречается с ним взглядом.       — Я сразу же за вами. Можешь ждать меня на той стороне, я не задержусь здесь надолго, — обещает он, ободряюще улыбнувшись.       Уилл медленно кивает головой.       Второй Виктор сначала касается пальцем зеркальной поверхности: то покрывается рябью, словно вода. Хмыкнув, он быстро входит в зеркало и утягивает за собой Уилла в мерцающий зеркальный коридор.       Первый подходит к зеркалу и внимательно вглядывается в него. Зеркальная поверхность дрожит и блестит, будто приглашая войти.       — Черта с два я здесь всё брошу, — проговаривает он и спешит к окну. Виктор задёргивает штору, и комната больше не освещается солнцем. Он снова подходит к зеркалу, которое теперь выглядит как и все нормальные зеркала, не рябит и не дрожит, а зеркальный коридор тоже ничем не отличается от других зеркальных коридоров в магазинах с зеркалами. Парень трогает поверхность зеркала, и она приятно холодит пальцы.       Он бросает взгляд на что-то объёмное в углу своей комнаты, завешанное разноцветными тряпками.       — Зачем же мне исчезать, если теперь осталось совсем немного… Закончив свой новый проект, в итоге я создам уникальное изобретение, которое поможет мне не просто создать ничтожного двойника, а подчинить себе весь мир… — бормочет Виктор, его глаза полны безумия. — Мне осталось совсем немного.