Лифт

На этаже 6 живут белые земляне, так они сами себя называют. Хотя, на мой взгляд, они скорее желтоватые. Когда они злятся — они красные, когда им холодно — они синие, а когда плохо — зелёные. Моя смена едва началась, когда в дом вошёл знакомый мне мальчик (так они называют молодого самца) по имени Крис. И, наверно, мне его имя правильно произнести так же сложно, как и ему моё. Он двигался медленно, взгляд его был опущен, в руках он держал какой-то свёрток. Я поздоровался, он не ответил. Знаю, у всех бывают неудачные дни, но если есть, кому тебя подбодрить, то надо непременно это сделать. — Эй, Курусу, чего такой кислый? Белый землянин оглянулся с таким выражением, будто только что осознал, что я здесь и вполне реален. — Крис. Моё имя Крис. — Ку-ри-су… — Крис. — Неважно. Чего такой кислый-то? — Поймёшь ли ты? Это из-за девушки. Насколько я знаю землян, этот мальчик уже достиг половой зрелости и потому начал участвовать в брачных ритуалах... Я ведь кажусь вам умнее, когда говорю подобным образом, правда? Ладно, ухаживание за самкой не чуждо и гурианам, поэтому буду называть это проще. Он хотел подарить ей подарок, а она отказалась. — Отчего же не понять? У нас брачные ритуалы тоже есть. Говорят, что гурианское зрение позволяет нашим самкам сразу определять, подходит ли самец для... — Я так и знал. Ты не поймёшь. Крис махнул на меня рукой, отвернулся и пошёл к лифту. — Эй, ну, я же пошутил. Кирсу. Курсу. Землянин! Я думал, это поднимет ему настроение. Обычно земляне понимали мой юмор, и их забавляло моё непонимание вполне очевидных для них вещей. И тогда меня выручил лифт. Он по какой-то причине не открывался. Крис со злостью хлопнул по дверям ладонью и воскликнул: — Да что такое?! Урук, что с ним не так? Я не знал. Я раньше не видел такого поведения ни у лифта, ни у Криса. Продолжалось это недолго, пока в дом не зашёл меллонец с этажа 2. Я тут же придумал, как можно использовать его. — Вот, смотри. Гаэл. — Добрый день, Урук, — Гаэл слегка поклонился мне. — Привет, — я кивнул в сторону Криса, который уже начал бить непослушный лифт кулаком. — Этого землянина бросила девушка. Гаэл подошёл к нему, внимательно осмотрел и пощупал за плечи, а потом изумлённо воскликнул: — Но он ведь ещё жив! — Вот-вот. И я о чём. — Она избила тебя? — Нет, — ответил ошарашенный Крис. Он-то не знал особенностей жёсткого меллонского матриархата. Гаэл побледнел и попятился к лифту. Лифт открылся для Гаэла как ни в чём не бывало. — Изгнанник! Если хочешь, я могу принести тебе сутрамид — это смертельный яд. Правда я слышал, что у землян это не принято. Я понял, что ситуация приобрела неожиданный поворот, и поспешил вернуть контроль над ней в свои руки. А то ещё, не дай Даг, Крис согласится на такое предложение. — Гаэл, его примет другая госпожа. — Да, действительно. Такое возможно... — тут он увидел часы надо мной. — Ох, Хала, я опаздываю! Прости, землянин, но я должен спешить, иначе меня ждёт наказание плетьми. Лифт закрыл свою металлическую пасть и унёс Гаэла на этаж 2. И Крис засмеялся. — Это тебе ещё повезло, что ты не встретил х'элиоса, — прокомментировал я. Их половозрелые самцы вообще были лишены воли. — Теперь, когда ты немного взбодрился, может, скажешь мне, что случилось. Крис вернулся ко мне и положил предмет, который держал в руках, на стойку. Мне удалось разглядеть его лучше, это было нечто формы прямоугольного параллелепипеда, завёрнутое в бумагу с аппликацией и обвязанное розовой ленточкой. Крис вздохнул. — Я хотел подарить это Гвен. У неё сегодня день рождения. Гвен. Я её знал. Она тоже жила в этом доме. Молодая чёрная землянка с этажа 7. Опять же, на мой взгляд, она скорее светло-коричневая, чем чёрная. Особенно, если встанет рядом с вортоном. Как я уже говорил, межрасовые связи не редкость среди землян. Что ж, она была подходящим для Криса... Или как говорят земляне: "Они идеально подходили друг другу". — Я думал, у вас не в почёте отказываться от даров. Что же случилось? — Она вышла из школы с другим чернокожим мальчиком. — Ты считаешь, что у неё уже есть партнёр? По потухшему взгляду Криса я понял, что выбрал неправильное слово. — В смысле... другой мужчина... Нет. Не так. Я не знаю, как это правильно называется у землян. — Так и называется, — вздохнул Крис. — Ладно, вот как мы поступим. Оставь подарок здесь. В конце концов, это моя обязанность — осуществлять передачи между жильцами. — Нет! — ответил он так резко, будто я сказал что-то оскорбительное. — Тогда весь смысл потеряется. Я должен передать его сам. Ах, да. Это же элемент брачного ритуала, не правда ли? — Кирус, послушай опытного гурианина, нет ничего плохого в том, чтобы передать подарок через меня. Все так делают. Я воспользуюсь предлогом и попробую разузнать, с кем она была. Он посмотрел на меня умоляющим взглядом. — Урук, что мне делать? — Ты слышал меня? Оставь подарок на стойке. — Ты сможешь... ну, спросить её... Только так, чтобы она не догадалась! И не упоминай про меня... Нет, спроси про меня... Нет, лучше не спрашивай... — Курси, иди домой, я всё улажу. — Спасибо, Урук! Я твой должник. Я помахал руками. — Нет-нет! Это бесплатно. — Я не об этом. Ты помогаешь мне, и когда-нибудь в ответ я помогу тебе. Это мой долг. Я кивнул. Видимо, перепутал земные обычаи с обычаями лордэргонцев. Стоило Крису исчезнуть за дверьми лифта, как в дом вернулась Гвен. — Гвен. Доброго вечера. — Добрый вечер, Урук. — А тебя только что спрашивал Кирас. — Кто? — Керус. — Круз? — Кииурс. — Крис? Крис! Боже, я совсем забыла... Я же обещала ему. Как не вовремя появился мой брат. Так это был её брат. — Урук, ты не знаешь, в какой квартире он живёт? — 6–3. Но, подожди, ты ведь... Тут двери лифта открылись, и из них появилась леди Айен'Дера в сопровождении двух трутней. Редкое событие, но, впрочем, даже матка х'элиосов не могла сидеть всё время дома. Гвен проскользнула мимо них в кабину лифта, и я не мог её остановить. Ни один самец ни одной расы не имел права говорить в присутствии матки х'элиосов без разрешения — это считалось грубым нарушением этикета. Хотя Фейеменское соглашение о межвидовых контактах содержало некоторые послабления касательно несоблюдения ритуалов чужих рас, то, как косился на меня ближайший трутень, явно не предвещало ничего хорошего, если я проигнорирую леди Айен'Деру. Я натянул на своё лицо искусственную улыбку и молча провожал их взглядом. Леди Айен'Дера удостоила меня своей улыбкой и поприветствовала: — Добрый вечер, Урук. "Отвечай!" — можно было прочитать на лице трутней, и для этого не надо было быть таржиманином. — Добрый вечер, леди Айен'Дера, — выдавил я из себя. Матка х'элиосов обладала фантастическим обаянием. Не знаю, с чем это было больше связано, с формой или расцветкой. Говорят, что она казалась привлекательной для самцов с любой планеты. Более того, любого из них при желании она могла сделать своим безвольным рабом, обрызгав феромонами. Этого я боялся даже больше, чем быть побитым её трутнями за нарушение этикета. Что было, конечно, уголовно наказуемо... если жертва сможет пожаловаться. После того, как входная дверь за х'элиосами захлопнулась, я выдохнул. Гвен, за это время успевшая подняться и спуститься на лифте, по меньшей мере, три раза, с опечаленным видом вернулась ко мне. — Урук, я не могу попасть на этаж 6! — Прости. Ты же знаешь правила. Нельзя попасть на чужой этаж. — Но он же землянин! Мы в одну школу ходим. Я решил, что надо поговорить о чём-нибудь отвлечённом, чтобы её успокоить. — Да! Он что-то упомянул... как это называется у землян? День выхода из материнской утробы. — День рождения. — Точно. Мне интересно, он имеет какое-то особое значение для землян, не так ли? — В этот день мы становимся старше на год. — На год. Это ведь период обращения вашей планеты вокруг звезды. То есть конкретное положение космического тела относительно светила для вас имеет какое-то религиозное значение? Гвен задумалась. Когда земляне думают, они смотрят вверх. — Никогда не думала об этом в таком ключе. Наверно, нет. Это просто единица времени. Мы считаем, что в этот день мы становимся старше, и соответственно, мудрее. — Но вы же не окукливаетесь, как, например, х'элиосы. И потом, в один день нельзя стать мудрее, мудрость приходит постепенно. — Мы отмечаем, что в этот день мы мудрее, чем ровно год назад. — А. Вот в этом есть логика. Земляне, вы удивительны! Находите позитив даже в таких, казалось бы, мелочах. — Этот день принято проводить с семьёй или друзьями и дарить подарки. — Подарки! У меня совсем вылетело из головы. Ксир просил передать тебе это. Я подвинул к ней лежавший на стойке свёрток. Она медленно потянулось к нему, так, словно это было что-то живое и могло укусить. А может у землян принято дарить подобные подарки? На всякий случай я отодвинулся подальше. — Я могу открыть его? — спросила у меня Гвен. Хороший вопрос. Почему бы тебе не сделать это в своей квартире? А с другой стороны — вдруг там торт? — Открывай, — сказал я. Гвен грубо разорвала обёрточную бумагу, хорошо, что рифиан поблизости не было, и вытащила книгу. Я слышал у землян такую поговорку: "Не суди о книге по её обложке". Это очень правильные слова, но Гвен, похоже, их никогда не слышала. Она крутила книгу в руках, внимательно рассматривая и ощупывая её обложку, и я даже задумался, не требуется ли объяснить ей, как этим предметом пользуются. Но затем она открыла книгу, пролистала страницы, и с широкой улыбкой на лице и блестящими глазами прошептала: — Спасибо, Крис. Что, прочитала уже?! — Раз уж я влез в это дело. У гуриан есть такой обычай, когда один гурианин знакомит другого гурианина с раггой, с самкой. Он, таким образом, становится варахом. Наиболее подходящее слово для этого на земном языке, думаю, "поручитель". Правда, для этого они должны быть уррики и сделать друг с другом... Но я воздержался рассказывать Гвен такие подробности. — Хотя это работает в другую сторону, для тебя можно сделать исключение. Согласна ли ты, Гвен, чтобы я стал твоим варахом? — Я ни слова не поняла из того, что ты мне сейчас наговорил, но, кажется, ты пытаешься устроить нам с Крисом свидание. — Я так и сказал. — Что ж... я не против, — после недолгого раздумья сказала Гвен. — Хорошо. Тогда, держи, — и я протянул ей трубку. Именно такое выражение на её лице я и ожидал увидеть. Земляне очень забавно выглядят, когда удивляются. На самом деле, перед тем как х'элиосы появились на первом этаже, я хотел сказать Гвен, что у меня есть телефон, и можно вызвать Криса сюда. Всё остальное я наговорил, чтобы она немного успокоилась. — Крис? Привет, это Гвен. Да. Спасибо. Мне очень понравился твой подарок. Слушай, я освободилась. Да. Я жду тебя. У лифта.