Холод

Бенджамин Кроу вышел на палубу. Поднял голову вверх - точки звезд. Писательница разговаривает с Томасом Эндрюсом. Беседа женщине интересна. Послышалась суета офицеров. Побежал в сторону звуков. Эмма Брэдфорд, его невеста в обьятьях парня из третьего класса. Путанные объяснения. Карандашный рисунок. «Позировала или пыталась кинуться? Не на столько глупа Эмма Брэдфорд, чтобы всерьез в океан, - подумал Бенджамин Кроу, - скорее порывиста и своенравна». Бенджамин Кроу прижал к себе Эмму Брэдфорд так сильно, как мог - ничего не почувствовал, никаких движений внутри собственного сердца. Скорее всего звезды и морские Сирены всех людей оценивают с высоты или глубины океана маленькими точками. Джоан Рокар пожала плечами: «Глупое занятие позировать художнику в холод на палубе. Хотела кинуться в океан от ужасного красавчика-брюнета?» - Джоанн Рокар усмехнулась от этой мысли, - Вряд ли поверхностные девицы, ничем не интересующиеся серьезно, как Брэдфорд, способны на это… На показательные сцены сколько угодно. Женские слезы. Требовательные возмущения. Кривить губы. Хамить матери. Доказывать собственную значимость на пустом основании. Этого в них много…». Из ресторана первые ноты мисс Веллингтон, слияние волн и света звезд - от холодности до пронзительности. Бенджамин Кроу открыл перед Эммой Бредфорд дверь ее каюты и вошел следом. - Что вы делали на палубе, Эмма? - Проветривала голову. - Что делал там парень из третьего класса? - Рисовал. Он учитель рисования. Я не обязана перед вами оправдываться! - Все совпало и он нарисовал вас. Хорошо, - вздохнул Бенджамин Кроу, - Я вам поверю. Примите, Эмма, мои извинения за то, что иронизировал за столом и был несколько груб к вам. Эмма Бредфорд сняла пиджак жениха. Протянула ему обратно. Села на кровать, положила руки на колени, как прилежная ученица, как дочь священника, как любая дева. Бенедикт Кроу сел рядом. - Я готова! - произнесла с напускной решительность Эмма Брэдфорд, - Берите то, что хотите! Сейчас и здесь! - Эмма, вы этого от меня хотите? Сейчас? - Целуйте меня, Кроу! Не медлите! Бенджамин Кроу вздохнул. Пересел на стул. Эмма Брэдфорд насупилась, как птица в февральском Мене. - Я сегодня подумал о том, что миссис Браун не далека от правды. Чтобы иметь устойчивый брак, нужно иметь схождение интересов и договоренностей, Эмма. - Все общество знает о том, что ее бросил «золотой Браун»! Скажите мне… - Эмма Бредфорд улыбнулась краем губ, - мистер Кроу, я нравлюсь вам? Я хочу правды! - Вы красивы, Эмма и вы подходите мне… - начал спокойным тоном Бенджамин Кроу. - Хватит! Я скажу вам правду, что думаю о вас, мистер Кроу! Вы покрыты холодной сталью! Вы ужасны! - Иные женщины, Эмма, находят меня привлекательным, достойным и даже интересным в беседе. - Врут! Будете раздеваться, мистер Кроу?! Я готова принести себя в жертву! Бенджамин Кроу вздохнул. Положил открытый портсигар на кровать перед Эммой Брэдфорд. Сам прикурил сигарету. - Вы можете выкурить сигарету, Эмма, но в тот момент, когда мы будем планировать с вами наших наследников, мне не хотелось бы, чтобы вы этого делали и я надеюсь на то, что вы прислушаетесь к моему мнению. - Приказу! - Мнению. Вы правы в том, что я обладаю стальной выдержкой и мою выдержку не потрясет ваше поведение. У нас с вами договоренности и пути назад нет. Все газеты сообщили о нашей помолвке. - Газеты! Мнения! Вам нужно выбрать мою матушку, она будет соответствовать вашим представлениям! - Вы готовы прислушаться к моим словам, Эмма, и пойти по пути компромисса? Бенджамин Кроу улыбнулся, достал коробочку из пиджака - Пересядьте к зеркалу, Эмма. Прошу вас. Я хотел подарить свое сердце вам в океане… Но так как вы попытались кинуться в него раньше… Эмма Брэдфорд села перед зеркалом. На шею опустился холодный большой бриллиант. - Символ глубины моей преданности вам, Эмма и моей отвественности перед вами. - Вы считаете меня красивой, мистер Кроу? - Да. Бенджамин Кроу посмотрел в зеркало на свою невесту, убрал завиток волос за ухо, провел рукой по плечам. Наклонился и слегка притронулся губами к шеи: - Я даю вам время свыкнуться с мыслью, Эмма, что мы будем вместе. - Вы даете мне время на то, чтобы я прожила этот путь до Америке ощущая себя легкой, как раньше и свободной? - Да, Эмма. У меня было время, чтобы пройти юность и понять… Ваш путь от детства до того, как вы стали моей невестой короче. - Вы испытываете ко мне настоящие чувства? У вас были женщины, мистер Кроу, к которым вы испытывали такие же чувства? Бенджамин Кроу улыбнулся в зеркало: «Ответить, что у него было много женщин с которым он делил кровать с ночи до утра? Ответить, что он никогда никого не любил и не любит эту девушку так же, как не любил других? Был к ним уважителен, внимателен, хорошим любовником, но чтобы хоть одна его тронула. Это невозможно. Он стальной Кроу и больше никто. Внутреннее Одиночество его удел». Бенджамин Кроу провел рукой по плечам Эммы Брэдфорд, сжал ее руки в своей руке. Закрыл плотно глаза и прислушался - тишина и плеск волны. Открыл глаза - камень сияет под электрическим светом, а руки девушки просто холодные, тонкие, губы изогнуты в полуулыбке. У него нет порыва притронуться губами к ее губам, разрушить полуулыбку и выдохнуть жар страсти, у него нет порыва. Он как всегда стальной Кроу. - У вас есть музыкальный талант, мистер Кроу? - Брамс или Моцарт. Сыграть для вас в музыкальном салоне? - Нет… мне достаточно знать, что вы это умеете. В ваших глазах… Мистер Кроу, скажите мне, что я ошибаюсь, ощущая, что вы смотрите на меня с ледяным сердцем и ледяными мыслями? Вы не хотите спасти меня? - Эмма… - Мне кажется, что вы убедили себя, мистер Кроу, что выгодный брак заменит вам счастье… - Эмма… - Вы и моя мать убеждаете меня в этом. Как будто ее жизнь была такой, в которой хочется находиться, а не покрыта коркой взаимной ненависти к отцу и ко мне, когда я требовала от нее чуть-чуть теплоты. Я требую от вас теплоты, мистер Кроу! - Я дам вам теплоту. Эмма Брэдфорд рассмеялась: - Этот лайнер бездушный, он обмазан лживой патокой, как вы! Вы не найдете ни грамма теплоты внутри себя даже для себя самого! Мне не нужно от вас спасения, мне хочется вырваться вместе с этой дверью в эту каюту и умчаться прочь от вас и вашего стального взгляда, как ваши трубчатые шасси на гонках между Парижем и Руаном. Вы не цените не только другие жизни, вы не знаете содержание собственной, Кроу! Вы гоняетесь за содержанием и не находите! Я вам не жертвенная овца для спасения! - Вы ошибаетесь, Эмма! - В чем? - От трубчатых автомобильных шасси отказались, ненадежны. Я не думаю, что вы мой приз на гонках! Я никогда не брал кубков и мне не доставалось все просто, я никогда не был… У меня есть своя роль и я в ней заперт так же, как вы! А мой выбор вас вызван тем, что вы красивая и разумная девушка, способная быть матерью и способная быть со мной в обществе… - В вашей клетке! - В нашей общей, Эмма! Я буду ответственен за вас. Я просчитал выгодность нашего будущего и путь по которому мы пойдем. Вы правы, что я расчетлив, но это не отменяет того, что я буду держать вас за руку. - Как только получите все права на меня, укажите мне на угол! Так было с моей матерью! Именно так она делала с моим отцом и с самой собой! А теперь вымещает на меня злость не оправданных надежд на жизнь! Она никогда не думала ни о чувствах, ни об искренности, ни о порывах, ни о цвете заката, который льет солнцем… - На счет своей матери, мисс Брэдфорд, вы ошибаетесь, она способна смотреть огненным металлом, утопающим в ледяной воде… я думал, Эмма, я слышал в детстве голоса Сирен и быть может если бы у моя мать не умерла так рано, то она смогла бы меня научить тому, как вам сказать… - Это не наука! Скажите из самого сердца о своей симпатии ко мне так, чтобы я поверила вам! Вы правы в том, мистер Кроу, что я от вас никуда не денусь. Ваше сердце прекрасно, - провела рукой по камню, - оно уже согрелось на моей груди, - улыбнулась, - Если вы не хотите сейчас и здесь остаться со мной, то уходите. - Сейчас и здесь, Эмма, будет не правильно. - Вы отлично разбираетесь в правилах, мистер Кроу… - грустно улыбнулась, - В каютах третьего класса такие же люди, как мы, но они могут выбирать свои роли… - Встретимся за завтраком, Эмма? - наклонился, поцеловал руку. - Встретимся за завтраком, Бен. Я буду надеяться, что когда-нибудь увижу утреннее солнце в ваших глазах, - произнесла более теплым голосом. Бенджамин Кроу вышел на вечерний воздух. Певица Фанни Веллингтон выдавала приятные ноты, а оркестр подхватывал. Пустая курительная комната. Плотно закрыл дверь от всех звуков. Облокотился на камин, прислонил голову к картине с океаном и попросил всех Сирен, который были когда с ним рядом капельку того самого ощущения волшебного странствия. Он вырос, но он ведь все еще заслуживает пару граммов волнения в сердце, пару слов нежности и пару призывных аккордов, специально для него… Томас Эндрюс вошел в салон, сел на стул, поправил пиджак. - Мистер Кроу, как вы поступаете в минуты сомнения? Бенджамин Кроу повернулся. - Я задал вам вопрос, как вы поступаете в минуты сомнения, мистер Кроу? - Сверяю бухгалтерские ведомости и направляю человека, который разведывает бухгалтерские ведомости моих конкурентов. Зачастую поднимаю почасовую оплату для тех, кто приносит пользу больше других или обладает талантом.