Холод

Раняя весна в Нью-Йорке. Вишни окрасили все парки в розовый - нежностью и предвестником лета. Птицы высоко-высоко, прохожие не сутулятся, не закутываются, переоделись в бордо и белое. Джентльмены и дамы покидают Метрополитен музей - совсем скоро закроют, вспыхнут рекламы театры. Последние яркие лучи солнца перед теплым вечером. Маргарет Браун оплачивает такси. Таймс-сквер. Здание «Таймс Нью-Йорк» (1) - основательность и кокетство французской готики. На циферблате над входом «вовремя». Ёе ждут. Револьверные двери прокручивают поток входящих и выходящих. Парень-охранник в форме улыбается ей. - Миссис Браун, там самая с того самого корабля?! Проходит толпа. «Переход к ночным сменам у печатников?». Людей слишком много. Нью-Йорк и у каждого свои мысли и цели. Парень снимает кепку в почтительности: - Ваши фотографии часто в газете! Вы лихо всех спасли! Маргарет Браун улавливает свободной рукой, как у неё шарф ползет вниз с шеи. - Только помогла кому смогла. Поможете мне, Томас? - бежит взглядом по бейджику, расстегивает саквояж и протягивает визитку. - Рокар. Начальник отдела «новостей современной механики». Знаю-знаю! Многие путаются… переехали недавно в это здание… я помню 14 апреля прошлого года, суету в новостном отделе… а потом… под дождем наши репортеры встречали «Карпатию»… Как забыть? Это правда, мадам Браун, что мисс Рокар была там же? Маргарет Браун кивнула. - Мисс Рокар не было в газетах. Она, как и вы, миссис Браун, поворачивала лодку назад? Гул печатных машинок и гомон от разговоров заглушил слова молодого охранника. Светло-рыжие волосы, открытый взгляд. Слишком много слов в поле новостной редакции третьего этажа, не различишь даже целых фраз, как шифровки. - Моя жена отправляла совсем немного в ваш фонд. Сколько могли. Мы прибыли четыре года назад третьим классом в Нью-Йорк из Ирландии, - договаривает охранник Томас, - мои знакомые… - парень идет уверенно вперед, уворачиваясь между спешащими, еще один переход, стало тише, - Выжившие, миссис Браун… сейчас с ними все в порядке? Моя жена считает, что такое не слишком просто пережить, даже если пережил. - Не просто, Томас. - Правый холл. Как только пройдете до конца, увидите секретаря мисс Рокар мадам Жакоб. Ее сложно не увидеть. Я так рад вам помочь, миссис Браун! Я так рад с вами познакомиться! Вы что-то значимое для общества! Вы - надежда, миссис Браун, что мы можем помогать, как люди, уважать друг друга, а не только… - Томас вновь снимает форменную кепку и улыбается искренне и широко, по-мальчишески. Маргарет Браун смотрит в след охраннику. «Она спасла не всех, кого могла…. слишком много потеряла времени на споры в Хиченсом и он не был единственный, который не хотел возвращаться… А каждая секунда-минута… чей-то живой вздох на поле мертвых…». Отдел механики - ундервуды, перья, переговоры. Перегородка. За ней фигура мадам Жакоб - невозмутимая седая женщина, больше в объеме, чем предназначенный ей стул. Очень большая женщина. - Мисс Рокар назначила на это время мне встречу, - Маргарет Браун ставит свой тяжелый саквояж на пустой стул перед секретарем. Маргарет Браун огибает стол с непонятным агрегатом. Подходит к окну - машины вечернего города, повозки, прохожие, театральные афиши. Нью-Йорк в запахах цветущей вишни. Маргарет Браун давно не видела мисс Рокар, ей нужно собраться, чтобы пройти по всем пунктам беседы. С глазу на глаз совсем не то, что по шуршащей телефонной связи и в письмах. Маргарет Браун забирает саквояж и толкает дверь. - Мисс Рокар… - Мадам Браун, - сосредоточенность мисс Рокар рассыпается в тот момент, когда они соприкасаются взглядами. Отодвигается стул со скрипом. Невысокая брюнетка соскакивает со своего места, приветственно улыбается, даже более открыто, чем Маргарет Браун запомнила её в те дни на корабле, до катастрофы, более… в мисс Рокар нет серой тени, которая во многих выживших. Маргарет Браун ставит тяжелый саквояж на стул. - Мистер Кроу? - уточняет Маргарет Браун. - Мчится на всей скорости. Это лучшее место для разговора… офис мистера Кроу… шумное производство. Дверь распахивается на полную. - Не опоздал?! - восклицает высокий мужчина в шлеме авиатора. - Вы на биплане? - спрашивает Маргарет Браун. - Припарковал его на Таймс-сквер, - стягивает шлем, оставляет на пустой полке вместе с очками. Маргарет Браун скользит взглядом по полкам начальника отдела новостей современной механики - вместо привычных наград - скульптуры кошек из Египта и книги - Осчастливите меня, миссис Браун тем, что вы любите кофе! Вы любите кофе? - Да. - Отлично! - Бенджамин Кроу скрывается за дверь. Маргарет Браун ведет бровью. Резкий гул доносится из приемной, как автомобильный или корабельный двигатель, за ним скрежет. Вновь гул. - Не пугайтесь, миссис Браун. Мистер Кроу готовит нам кофе. Мадам Жакоб, мой секретарь, так и не освоилась с машиной для приготовления кофе мистера Кроу. Простой и изящный механизм, со звуком стоит поработать. Сначала зерна проходят дробление ножами, потом отправляют в емкость, после этого включается следующий электрический двигатель, который производит нагрев воды и пар проходит… - Мистер Кроу шутил про биплан? - Мотоцикл, миссис Браун. - А… - Шлем для мотоцикла не отличается от авиационного. Ничем, миссис Браун, - Джоанн Рокар рассмеялась и вышла в приемную. Египетские кошки внимательно посмотрели на Маргарет Браун, оставляя ее в одиночестве в освещенном кабинете. За окнами Нью-Йорк, самое его сердце и здания, как большие корабли навсегда причалившие. Закат стелет розовый свет. Электрическое освещение неспящей газетной редакции. Маргарет Браун расстегивает немодный саквояж и достает пухлую стопку отпечатанных листов. Джоанн Рокар и Бенджамин Кроу возвращаются вместе с запахом кофе. На подносе эклеры и маленькие шоколадные пирожные. - Мадам Жакоб готовила специально для вас, миссис Браун, когда узнала, что вы у меня в планах посетителей. Традиционно бельгийские. Маргарет Браун вздыхает, смотря на два довольных и прямых взгляда. Мистер Кроу совсем другой от того, каким его запомнила миссис Браун в то путешествие - ни сомнения, ни разочарованности и прикрытия этой разочарованности первоклассным снобизмом лакированных туфель и белоснежно-твердых манжет. - За мной по пятам идет слава, а я только делают то, что должна. Меня узнают, как… актрису Пирл Уайт (2) - говорит миссис Браун, ухватывая бельгийское пирожное. - Пирл Уайт из фильма «Новая Магдалина»? - уточняет мистер Кроу, - Мы видели. Те, кого печатают в газетах обретают славу. Я считаю, миссис Браун, что вы должны чаще печататься в газетах и иметь славу, вы её заслужили и то, что вы делаете для живых и мертвых, не оставляете их живых в беде. - Чем больше внимания, миссис Браун, к трагедии, тем… - мисс Рокар ухватывает бельгийскую пирожную, - я сделала статью о том, как трагедия и деятельность вашего комитета повлияла на новые сертификации безопасности водного транспорта такого типа. Вы читали? - Я вам благодарна, мисс Рокар, что «Таймс Нью-Йорк» публикует бесплатно наши объявления. Эдна их печатает со всей внимательностью. У нас много тех, кто все еще не может найти своих близких, смириться, выйти из алкогольной тоски… - Эдна Брэдфорд?! - мистер Кроу переглянулся с мисс Рокар. - Пользуется ундервудом?! - Джоанн Рокар подняла заинтересованно бровь. - Нельзя никому отказывать в поддержке! Эдна была одна из тех, по началу немногих, кто на нашей лодке выступал за то, чтобы возвращаться за потерпевшими и та, кто брал весла в руки - Маргарет Браун сделала глоток кофе, насыщенный аромат, отодвинула от себя кружку, - у меня к вам несколько вопросов. Первый, - придвинула к себе пачку бумаг, - это переведенные воспоминания, которые будут использованы для суда. В том числе воспоминания тех, кто был с вами в шлюпке, греческие и итальянские эмигранты. Я прошу особенно вас, мистер Кроу, внимательно ознакомится. В воспоминаниях явно сказано как и почему вы оказались в спасательной шлюпке. Бенджамин Кроу переглянулся с Джоанн Рокар. Маргарет Браун продолжила: - Это копии, конечно. Для полной картины и для суда мне необходимо, чтобы вы оба оставили свои подробные воспоминания. Вы покидали корабль в числе последних. Вы видели действия офицеров. Джоанн Рокар открыла портсигар. Лицо женщины изменилось, в нем появилась отстраненная холодность. Мужчина тоже прикурил сигарету и ушел окну. - Я понимаю насколько вам тяжело поднимать темы, которые необходимо поднять, - произнесла Маргарет Браун самым дружественным тоном, - Среди прочих воспоминаний есть те, которое принадлежит мистеру Уиллборроу. - Я его не знаю… Джоанн? Я хотел сказать мисс Рокар… - Бен?! О нас знает весь «Таймс», какой смысл играть роли перед миссис Браун? Я тоже не знаю мистера Уиллборроу. - Лондонский художник из третьего класса, мистер Кроу, который был заинтересован в мисс Брэдфорд, вашей невесте до катастрофы и до того, как вы потеряли общественную репутацию. Стивен Уиллборроу сообщил, что вы вместе с ним и сотрудником «гарантийной группы Эндрюса» помогали третьему классу при эвакуации и теперь, мистер Кроу… Ваша репутация должна быть вам публично возвращена, вместе с извинениями за обвинения вас в «трусости»! - Для суда я еще подумаю, чтобы дать показания в письменном виде. Присутствовать на суде в Старом Свете не буду. Думать не хочу о пересечении океана! Для прессы я не готов давать показания и мне бы не хотелось, чтобы моя репутация возвращалась ко мне, это сделает меня вновь… Завидным женихом? - усмехнулся, - Имидж «труса Кроу» помог нам с мисс Брэдфорд разорвать помолвку. Плохая репутация, миссис Браун, иногда играет на руку. - Большинство выживших из первого и второго класса, мистер Кроу и мисс Рокар, составили воспоминания. Вы среди единиц, которые отказываются это сделать. Ваши действия можно реконструировать из воспоминаний других. Эдна Брэдфорд самым внимательным образом изучила ваше поведение, мистер Кроу, по воспоминаниям… Бенджамин Кроу рассмеялся: - Разбогатею, вышлю ей статую для гостиной! Попытки миссис Брэдфорд тщетны, я сделал свой выбор, ее дочь сделала свой. На сколько мне известно, каждый доволен. Именно так, миссис Браун, должна выглядеть хорошая жизнь, в которой хочется быть каждый день, идти своей дорогой со своим человеком бок о бок, со своим производством и со своими грязными рубашками, засучив рукава. Я счастлив и не намерен отвечать ни на чей интерес ко мне или моей прошлой репутации! - Миссис Брэдфорд разорена, родовые земли ушли с торгов, - миссис Браун посмотрела на Джоанн Рокар, потом в спину Бенджамина Кроу в облаке сигаретного дыма, - Мистер Кроу, это вы помогли Эмме Брэдфорд устроится в Нью-Йорке, вопреки воле её матери? - Я не намерен помогать миссис Эдне Брэдфорд, даже с восстановлением моей репутации. Особенно с ней. Я теперь знаю, что для меня имеет ценность, а что нет. - Миссис Брэдфорд нашла покровителя и работу в нашем комитете. У Эдны много работы, которая так же важна, как и моя. Не думаю, что теперь ей требуется помощь. - Не думаю, что у нас с Джоанн найдутся лишние деньги на благодетельность для миссис Брэдфорд. - Бен… - Джоанн Рокар встала со своего места, провела рукой по спине мужчины, - твои реакции…ты сделал все, что мог и я даже не знаю какой силе быть благодарной что ты выжил… Оставим эти воспоминания? - Оставим, Джо, оставим… Забудем ли мы когда-нибудь гул из голосов, холодную тишину кладбища, на которым болтаемся, как… - забрал женскую руку в свою, поцеловал в ладонь, - Миссис Браун, я напишу воспоминания для суда, заверю и отправлю вам на почтовый адрес! - Я тоже, обещаю вам мисс Браун, … облеку прошлое в печатные слова - Вы среди тех, мистер Кроу и мисс Рокар, кто глубоко прячет… Я видела жилеты, я видела иней на лицах, когда возвращались… Сколько ночей мне было страшно и столько раз проснувшись я не могла поверить, что я в своей постели на твердой земле. Если бы вы не были среди последних, покинувших корабль, а были как я, как те, что уходил раньше, я бы не смела вас настоятельно просить составить ваши воспоминания. У них высокая значимость для суда. Суд должен быть справедливым! Вам тяжело, а в нашем комитете есть те, кому можно выговориться… - Попрошу у мадам Жакоб сделать чай, - Джоанн Рокар вышла из кабинета. Маргарет Браун встала со своего места. Посмотрела на профиль бледного брюнета. Поджал губы. - Я не должна была поднимать тему Эммы Брэдфорд перед вашей мисс Рокар? - У меня нет секретов от Джоанн, у нее тоже. Эмма Брэдфорд продала брильянт, который я подарил ей, и смогла устроится в Нью-Йорке. На этом моя помощь ей закончилась, она в свою очередь осветила в прессе наш разрыв. Это было взвешенное решение, сначала моё, потом его нашла разумным Джоанн, а Эмма сделала свою публичную часть. Мне нужно было выпутаться из обязательств, которые меня тяготили. - Вы сознательно потеряли всё наследство, мистер Кроу? - Осталось то, что мне завещала мать. Джоанн Рокар поставила пухлый чайник на стол. - На наследство матери у меня работал маленький цех в пригороде Нью-Йорка, он и сейчас работает, но теперь я только им и занимаюсь. Наши мотоциклы… они для людей, которые стремятся к свободе, имеют выбор, едут в свою сторону. В этом есть философия и новые двигатели. Ревет так… - Как твоя машина для приготовления кофе, - улыбнулась Джоанн Рокар, - мне нравится этот звук. Отличные двигатели. Но мы вряд ли, Бен, продадим мотоцикл «Джо и Кроу» миссис Браун. У вас остались еще вопросы в повестке этой встречи, миссис Браун? Маргарет Браун вновь открыла саквояж. Достала две чека и положила перед собой. Джоанн Рокар села напротив, выбрав место посетителя за круглым столом. - Меня посещал один человек, который взял с меня обещание поговорить с вами двоими лично. Этот чек, - указала взглядом, пойдет в фонд для обучения сирот, чьи отцы так и не доехали в Новый Свет со своей семьей. Этот чек мне выдал тот человек, который связался со мной только за то, что я подниму этот вопрос. Второй чек, - показала взглядом, - предназначен для вас, мисс Рокар. Джоанн Рокар подняла бровь. Бенджамин Кроу развернулся от окна и переглянутся с ней. У обоих на лице появилась усмешка. - Я думаю, что мой вопрос к вам может быть озвучен, если за один вопрос я могу пополнить фонд выживших… Нашему фонду нужны любые средства. - Миссис Браун, прошу вас не оправдывайтесь… - Джоанн Рокар рассмеялась в голос, - мы знаем, кто этот человек… - Чарльз Кроу просил сказать вам, что если вы не идете на компромисс и не готовы взять деньги за то, чтобы оставить его сына, мисс Рокар, то он готов рассмотреть вариант того, чтобы вы узаконили отношения с его сыном и он готов за это платить. Бенджамин Кроу посмотрел на сумму, написанную на чеке, через плечо Маргарет Браун. - Джо, в твой фантастический гараж мой отец добавляет еще четыре хорошие модели от «Роллса и Ройса» или пять «Паккартов» или семь «Фордов». Ты сможешь открыть таксопарк в Нью-Йорке, - рассмеялся. - Я не могу принять предложение Чарльза Кроу, - Джоанн Рокар посмотрела на чек, усмехнулась, - Бен, какого цветы ты бы выбрал машины для моего фантастического таксопарка? - Черные и красные. - Вы поговорили с нами, миссис Браун, вы можете отправить чек Чарльза Кроу за разговор с нами в ваш фонд и возвращать второй, очень щедрый. Бен, будем в этот раз передавать твоему отцу ироничное письмо? Миссис Браун, вы не первый переговорщик с нами и у меня есть причины, чтобы отвергать предложения Чарльза Кроу. - Для чувств и доверия, миссис Браун, не требуется официального подтверждения, а руководство отделом в «Таймс Нью-Йорк» требует от Джоанны того, чтобы она была не была связана узами брака. Я вынужден смирится с этим. Джо, ты уверена, что отвергаешь щедрый подкуп моего отца? - Да, Бен. Ни у кого нет такой суммы… но если вдруг мне наскучат новости технологий, я переключусь только на мотоциклы, то можно и рассмотреть это предложение… - Такое вряд ли случиться, - сел рядом с миссис Браун, посмотрел на чайник и на Джоанн Рокар, повернул голову к Маргарет Браун - Мы хотели сделать вклад от себя для вашего фонда, миссис Браун. - С моего счета, Бен? - С моего, у меня были продажи, - открыл чековую книжку, - Миссис Браун, мы с Джо достаточно скромны, но то, что есть. Пухлый чайник на три кружки. Повисло молчание. За стенами город - множество человеческих переплетений. Колониальная архитектура, ар-нуво, готика со взлетающими статуями на фасадах, скромные частные типовые дома и величественные небоскребы с храмовыми холлами. Даже самый темный вечер освещен и прогресс неумолим в ярком свечении реклам и ламп Эдисона. Прогресс прекрасен, чтобы быть созданным на основе прошлого в будущем. В смещении всех наций на разных языках мира говорит архитектура, вплетаясь в единый шарм просторных проспектов, скоромных улиц и фабрик с трубами. Дирижабли с людьми в гондолах плывут по небу, бипланы и монопланы. - И… - Джоанн Рокар прошла по кабинету, - мисс Веллингтон выслала мне два пригласительных на свое осенние выступление на Бродвее. Уже сейчас билеты достать сложно, - писательница положила конверт перед миссис Браун, - я помню, какое впечатление на вас произвело выступление Фанни Веллингтон. - Когда я оказалась с певицей в одной лодке…переосмыслила отношение к ней самой… Присмотрелась… - Разочаровались? - удивленно спросила Джоанн Рокар. - Наоборот, мисс Рокар! Быть может, талант имеет связь с добродетелью? Вечер над городом. Фары автомобилей. Электрическим фонарям больше фонарщики не требуются. Джоанн Рокар провожает глазами такси, уносящее Маргарет Браун. Бенджамин Кроу, склоняясь над женщиной поправляет ей шарф. Мотоцикл припаркован за машиной. - Твой личный кортеж, Джо, сопроводит твою машину до дома… - говорит мужчина с теплотой в голосе, указывая на мотоцикл. Женщина ему не отвечает, вытаскивает из портсигара сигарету. Прикуривает. За спиной крутится револьверная дверь. Освещенные окна. Яркие и ничтожные судьбы спрятаны под угрюмыми, уставшими, счастливыми лицами. Джоанн Рокар придвигается ближе, прижимает лицо плечу: - Прогуляемся, Бен? Гудзон полон лодок… - Хочешь отогнать воспоминания, Джо? В той трагедии для нас… Вернемся домой, займемся любовью? - Да… но, устав от удовольствия, все равно не заснем до утра, вспоминая… лица знакомых, беспристрастные звезды, всплески весел, эхо криков… стихия уничтожает, а ты, Бен… твои руки… твоя рубашка и брюки на моем теле… - В мое стальное сердце, Джо, заходит чувство, твоё тепло согревает… Джо, ты все настоящее и стоящее… - Полоса света вдалеке стелится по воде над холодом и над всем ужасом… Бен, ты для меня невероятное чувство счастья… ты сам, здесь, теплота твоих рук, Бен. Там голос Маргарет Браун среди поля мертвых, как призыв жизни… Полоса света, рука неизвестного, держащая фонарь… Кто это был, Бен? Певица Веллингтон? (1) 229 West 43rd Street (2) Pearl White (3) The New Magdalene, 1910