Золотая рука

Вынести бар, которым заправлял Барли, напугав до ужаса Амбер и Кольта, по обычаю игравшие там в покер, было чем-то банальным, простым до жути, что желания не было возвращаться в это заведение, даже редко, чтобы вместе с Тарой и Белль унести пару мешков с золотыми монетами, умчавшись в горизонт. Простая добыча, заполучение которой производится в течении минут тридцати, не более. Только надоело однообразие в небольшом городишке, прям до тошноты, даже если это и означало приличное пополнение их сундуков после приезда обратно в штаб-квартиру. Только в этот, единственный раз, что-то было не так. В баре больше не сидел Кольт, Барли со скрежетом не поворачивал винты в себе, чтобы испуганно взглянуть на Тару, как это было обычно. А самое странное, что шериф Гавс, всегда сидевший подле своего штаба - отсутствовал. Маленький городок, население которого можно было будто бы на пальцах пересчитать, либо совсем запрятался по домам, либо просто перестал в страхе скитаться по переулкам и сбежал, стоило банде только заявиться на эти земли. Ранее населённое место, в котором бесконечно происходил какой-то гам, мгновенно умолк, и это, почему-то, заставляло Эдгара напрячься. Даже плакаты розыска банды, напечатанные какой-то странной типографией, на которых невозможно было понять хоть какие-то отличительные черты, сняли. Ничего не оставили, а на доске розыска шерифа остались объявления о пропаже и розыске только пятилетней давности. О банде Золотой руки будто бы забыли. — Что-то не так, - угрюмо сообщает свои опасения Эдгар, глядя на Тару, что оборачивается на него, чтобы задумчиво кивнуть, и также продолжить выносить мешки с монетами из подсобки, чтобы вдальнейшем было проще все закинуть втроём в тележку, а не спотыкаться об лестницу вниз, пока Эдгар стоит на шухере. Даже Барли, раньше действительно паниковавший на этот счет, просто не обращает на них внимания, чистой тряпкой потирая тумблеры за барной стойкой. Поведение робота парень смещает на привычную девиацию, характерную для всех роботов, когда срок службы их системы давно выходил, и требовал перезагрузки. Как минимум, по такому принципу работали роботы в их банде, Сэм их так настраивал убого, и конкретно за Барли он не знал, просто предположил. Хотелось себя убедить в правильности ситуации, а не взволнованно трястись без повода. Эдгар в явном напряжении, кончики пальцев ощутимо покалывают, спина напряжена, а шарф, вместе со своим обладателем, дергается при любом шорохе, даже если этот шорох издает Тара, сбрасывая мешки и оттряхивая свой дорогой костюм от подвальной пыли. Напарница выглядит довольно расслабленной, но и успокаивать Эдгара не спешит, завидев его странное состояние. Расслабленно перетасовывает карты для покера в руках, виртуозно вытворяя трюки в ладонях. Ей, видимо, совсем нечем заняться, ожидая Белль, что она совсем теряет бдительность, в отличии от Эдгара, что разглядывал издалека каждый угол, окна, помещения близлежащих зданий и объектов. — Тебя вообще не волнует это все? - взрывается он, встряхивая руками и оборачиваясь в сторону Тары, которая от неожиданности даже вздрагивает, приостанавливает свою тасовку карт, недовольно, даже разочарованно поднимая на парня свой взгляд, единственный глаз, не закрытый платком на лице. Молчит секунду, прожигая его неудовольственно, и пожав плечами, промычав что-то по обычаю, возвращает свое внимание к картам. Эдгар уже хотел бы сказать вновь что-то, скорее, чтобы себя успокоить с помощью знакомой, раз та не обращала внимания на все протсходящее вокруг, но возможность получить по лицу картами напарницы ему совсем не нравилась. Хоть и почти безболезненно, зато по собственному эго бьёт до того, что он не разговаривает с Тарой какое-то время. До первой критичной ситуации, конечно, когда её помощь просто необходима. С Тарой они никогда не были близкими людьми. Максимум напарники, которые вынужденно работали вместе и помогали друг другу, если что-то было не так. Она не годилась ему на роль старшей сестры, или что-то типа, связывающее их какими-то особенными узами для поддержки доверия и развития дальнейших отношений. Им просто пришлось смириться с обстоятельствами, в которых их время от времени, сажали, и выполнять поручения. Волнуется Эдгар лишь из-за своего небольшого опыта, он ведь, сравнительно недавно попал в банду. И чтобы задание проходило настолько тихо, на его опыте не было. Поэтому, видимо, ищет какую-то подлость, засаду, пока девушка рядом отдыхает, расслабляясь в компании карт и своих мыслей. Приостанавливается на секунду, услышав чёткий грохот и лязг колес где-то за углом улицы, но проморгавшись, даже не убедившись в том, кто конкретно к ним приближается, выносит оставшиеся мешки на крыльцо бара, в чем ей и помогает Эдгар, пыхча, но вынося тяжёлые мешки к выходу, под стон устаревших досок в полу. К ним быстро поспевает Белль, с небольшой повозкой на двух лошадях, набитой уже всяким хламом, который она успела выкрасть. Остановившись, она поднимает клубы пыли, заставляя Молниеносного отвернуться, закашлявшись, а Тару доброжелательно поприветствовать наставницу. — Вот это улов, - удивленно, даже весело говорит ганфайтер, спрыгивая со своего места, скинув винтовку на сиденье кучера. Железки на её берцах трещат, пока она подходит ближе пересчитывая мешки, и с каждым насчитанным мешком становится только счастливее. — Я никого не заметила, даже у старины Гриффа было пусто. Не городишко, а целое перекати-поле. Все побросали, этот жлоб даже деньги не вытащил, вот чудо, - она привычно усмехается, показывая набитые золотом карманы. - Ладно, пакуемся, Сэм уже ждёт в штабе, а тут я задерживаться не хочу. И будто бы в подтверждение своих слов, она обхватывает несколько мешков своей золотой рукой, закидывая их в тележку. Хватает настолько крепко и сильно, что ветхая ткань старых, сальных и запылившихся мешков рвется. Некоторое количество монет рассыпается по небольшой платформе, что-то в принципе выпадает, но незначительные потери никого не волнуют. — Кольта и Эмбер не было, - сообщает Эдгар, и взглянув на полицейский штаб, стоящий почти напротив бара, который казался таким же опустевшим, выдыхает. — И Гавса тоже нет. Вас это вообще не смущает? Я дума... Тара, которая кажется ещё более раздраженной из-за этой темы с волнением, злится, перебивает, разнотонно, но грозно мычит на него, пережимая в руках мешки, а Белль смеётся, по-доброму шикает на её, похлопав напарницу по плечу. — Тише-тише, девочка. Молодняк ещё неопытный просто, - добро говорит Белль Таре, отпуская её дальше заниматься упаковкой мешков в тележку. Доброе расположение старшей внезапно сходит на нет, милостивый тон предназначался совсем не Эдгару. — У тебя молоко на губах ещё не обсохло, шкед, чтобы лезть в чужие дела. Хочется узнать, куда делись все тут, в этом мерзком городишке - оставайся. А я, впервые за треклятые четыре месяца хочу вернуться домой и отдохнуть хоть немного. Лезь в тележку, не смей ничего больше говорить. И Эдгар повинуется. В банде, впрочем, всегда была своя иерархия, от старшин к совсем молодым, негласные законы, которым должен был соответствовать каждый, без исключения. И повиновение к старшим было самым главным, как казалось. Белль, и изредка Сэм, отвечали за всю банду, и занятия самодеятельностью могло просто привести к тому, что либо их всех убьют к чертям, либо кто-то вылетит из банды. И ничего из предложенных вариантов сам Молниеносный не хотел. Ему, впрочем, тоже хотелось уже отдохнуть, раз их задание затянулось на несколько месяцев, из рассчитанных пары недель, пока они все это планировали. Запасы продовольствия уже давно кончились, ещё в первый месяц, поэтому и приходилось заходить на земли глубже, туда, куда банда Золотой руки ещё не вступала. Некоторые драки были неудачными, но в основном все было прекрасно. Им даже раньше всех пришлось отправить Перла и Сэма обратно в штаб, потому что две повозки уже были наглухо набиты краденными товарами, и тащиться с ними дальше просто не было смысла. Эдгар устраивается на мешках, занимая почти все оставшееся место. Тара не была любителем ездить в самой повозке, любила сохранять свой загадочный, даже важный вид, оставаясь где-то подле Белль, слушая ее истории, и иногда наставления. Сам парень был не против, ведь всегда было приятно растянуться в повозке, наконец оказавшись в горизонтальном положении, наслаждаясь попутным ветром, который изредка поднимал одежду, прилипшую к телу из-за пота. Даже шарф, спустя действительно долгое время, стал спокойнее. Но, это скорее из-за того, что и он сам был задействован почти везде без передышки и требовал отдыха. И все шло сравнительно хорошо, ведь истории о юношества Белль всегда вызывали интригу и интерес, и всем, всем возрастам, было интересно слушать о её молодом непокорном характере, стремившимся на различные подвиги, и приключения. Тара, на сколько знал Эдгар, даже иногда выписывала истории наставницы, переводила их на свой язык, не единожды перечитывая их. На выезде из города, пересекая небольшой, местами разбитый, деревянный забор, который они же и разбили давным-давно, он чувствует, как шарф вздрагивает, дергается, заставляя Эдгара перевернуться на живот, скрючившись в комок. Шляпа с лица уже оказывается на голове, и обернувшись, он замечает на крыше дома девушку, платье которой развивается на ветру, а в руках она держит винтовку. — Белль! - вскрикивает Эдгар, обернувшись на ганфайтера, но кажется, что все это было относительно тщетно, лишь потому, что пуля попадает в бедро лошади, которая пугается, пугает вторую кобылу, и они в животном испуге разбегаются в стороны, разламывая деревянные держатели, благодаря которым тележка и тащилась вслед за лошадьми. Тара тщетно пытается успокоить уцелевшую лошадь, хватая её за узды, теряясь, не зная, стоит остановиться или ехать быстрее, но только тележка потеряла равновесие, от чего её начало заносить, а появившаяся пыль, вылетающая из под колёс вместе с песком попадали в глаза, посему Эдгар почти всем лицом зарывается в шарф, с силой продолжая открывать глаза, чтобы оценить обстановку вокруг. Ничего толком не получается, потому что как бы не пытался Эдгар поправить ситуацию, его собственный шарф закрывает ему половину обзора, в попытке прикрыть его голову от пуль девушки на крыше здания. — Блять, останови кобылу! - кричит Белль, отбирая повод у Тары, и видимо, то, что так пыталась объехать Белль, попадает им под колеса. Взрывчатка срабатывает почти мгновенно, переворачивая повозку, выбрасывая Тару и Белль с силой из места кучера. Лошадь почти сразу погибает, предсмертно вскрикнув несколько раз, и в конце-концов просто дергается в припадке, пока наконец её не покидают силы. А самого Эдгара давит повозкой, хоть и какую-то часть увесистой, деревянной конструкции держит шарф, выбраться он не может. Ноги под повозкой придавило, сжало, и выбраться не даёт. И откинуть тележку он не может, учитывая, что выдохся он сам, и шарф тоже. — Черт! - выдыхает он, приподнимаясь настолько, сколько позволяет поднятая стенка тележки над грудью. Обхватывает ногу под коленом, стараясь вытащить её. Тщетно, и со второй такая же ситуация. Пальцами он обхватывает деревянную конструкцию над собой, подпирая её, надеясь, что у него вручную получится перевернуть что-то ещё, но нет. Он ни на дюйм не может сдвинуть её. Голову охватывает паника, ударивший адреналин спадает, и сам он едва ли не задыхается, крутя головой вокруг, выискивая Белль и Тару. И обоих он замечает сравнительно недалеко. Но только одна Белль относительно двигается, оглядывается вокруг, стягивая разбитые очки с головы, в надежде, чтобы ничего в глаза не попало. — Шкед, я сейчас! - говорит женщина, замечая испуганное лицо младшего из них, но даже так она ползёт к Таре, что без движения лежит лицом вниз, даже не откликаясь на прозвища, которые шепчет ганфайтер, стараясь как можно быстрее оказаться рядом с напарницей. На половине пути её откровенно останавливает та же пуля, что прилетела в лошадь чуть раньше. Только в этот раз снайпер явно не целился, только предупреждал. Белль больше не движется в сторону Тары, лишь тяжело поднимается с помощью своей золотой руки, которая благодаря механизмам, облегчает её ношу, трансформируясь в более длинную, чтобы ей было проще встать. Из носа Белль вытекает кровь, и сама она смотрит куда-то за тележку, где Эдгар ничего не видит, совсем. — Сейчас, малой, чего-нибудь придумаем.. И домой доберёмся в сохранности, - тараторит она, совершенно без страха глядя куда-то за тележку. Даже находясь в метрах десяти от неё, он слышит, как тяжело она дышит, как безысходно пытается возобновить свое дыхание, пока резкие, быстрые шаги приближаются к ней. И наконец в поле зрения Эдгара появляется крепко сложенная девушка, с широкой спиной, крепкими руками, которые уверенно обхватывают дробовик. За все придётся платить по счетам. Только сейчас Эдгар улавливает смысл этих слов, глядя, как незнакомка резким выпадом бьёт Белль по лицу, заставляя, и без того обессиленную женщину упасть в пыль, на спину. Крепкая незнакомка обхватывает наставницу за руку, рывком переворачивая её на живот. Белль буквально ни звука не издает, пока сам Эдгар тщетно пытается поднять тележку над собой, дышит тяжело, беспокойно надрываясь, чтобы помочь своей наставнице, и шарфу даже удаётся, на жалкий дюйм, поднять её, пока в глазах от перенапряжения чуть-ли не капиляры лопаются. Только усмешка издалека, и резкое появление крепкого мужчины у повозки заставляют всю надежду покинуть голову Эдгара. Никто не даст ему выбраться из этой ловушки, даже если он захочет. Мужчина наваливается на деревянную поверхность, красуясь своими накачанными руками, поправляя кожаные байкерские перчатки без пальцев на руках, оттряхивая кожанку от осевшей пыли. Сил хватает банально на то, чтобы просто не придавить себя навалившейся грудой хлама на него, не обломать себе все ребра. Руки затекают, от чего и приходится просто отпустить их, беспомощно глядя на то, как незнакомка что-то шепчет Белль некоторое время, заламывая её золотую руку ей за спину, ногами надавив на остальные участки тела, обездвижив её. Молниеносного больше всего пугало то, что девушка не отпускает дробовик, учитывая то, что все противники обезврежены. Как минимум двое точно ничего не сделают, но насчёт Тары Эдгар совсем ничего не знал. Она не меняла положения никак, даже не видно было, осталась ли она жива, и это очень пугало парня. — Отдавай, - приказывает незнакомка, вытягивая золотую руку Белль к себе. Наставница медлит, нехотя поворачивает обтертое о острые камни лицо, глядя сначала на Тару, а после уже на Эдгара. Белль недовольно вздыхает, медленно отстегивая свой золотой протез, чем явно выводит девушку из себя. — Нужна она тебе сильно, - язвит в ответ Белль, дергая рукой, чтобы вытянуть обрубок своей оставшейся руки из протеза, пока устройство испускает пар, оповещая о завершении работы. — Нужна. Как гарантия, что ты приползешь. Видимо оставшаяся часть руки Белль крепко застряла в вакууме внутри протеза, от чего отходила с трудом, и каждая тянущаяся секунда раздражала незнакомую девушку. Чтобы незнакомка вышла из себя потребовалось немного времени, вообще. И разобраться с этой проблемой самым негуманным способом могла только она. Дробовик в руках девушки переворачивается, направляется дулом в сторону места стыка протеза. Эдгар понимает к чему все идёт, завидев пальцы незнакомки на курке дробовика, уместив пушку на плече, чтобы из руки не вылетело. Молниеносный двигается нервно, старается оттолкнуть тележку от себя, встать, помочь наставнице, но единственное, на что его хватает, это крикнуть, беспорядочно стараясь вытянуть затекшие ноги из под мешков с золотом. — Боже, прошу блять, не надо! - вскрикивает он, честно пытаясь поднять тележку над собой, приостанавливая раздраженную незнакомку на некоторое время. Она смотрит злобно, в её глазах нет ничего, кроме злобы и кромешной ненависти. — Булл, - резко начинает она, глядя на мужчину, что придавил хлам над Эдгаром. — Заткни его. Мужчина, налегающий на тележку, имя которого Эдгару теперь было известно, удивленно смотрит на парня, и пожав плечами делает то, что должен. Наваливается на перевернутую тележку всем весом, придавливая Эдгара без остатка. Шарф хоть и пытается до последнего предпринять что-то, но ничего не выходит, и его прижимает вместе с владельцем, заставляя Эдгара делать самые рваные глотки воздуха в его жизни. Едва ли не бороться, чувствуя жгучую боль внутри себя, стоило ему вдохнуть. — Ну мальца то за что? - растроенно спрашивает Белль, поворачивая голову в сторону незнакомки. Сам Эдгар больше не смотрит на наставницу, устало сжал глаза, изнывая от боли, шумно пытаясь вздохнуть. Только в этот раз незнакомка не отвечает Стреляет прямо в стык протеза и оставшейся руки, разрывая ткани руки и раздробив остаток кости. Протез отходит быстро, хоть и остается весь в крови, пока незнакомка стягивает его с тела. Выстрел заставляет Эдгара дернуться, повернуть голову, взглянуть на свою наставницу и увидеть поистине ужасную картину: Белль больше не движется к Таре, охватывает здоровой рукой то безобразное подобие теперь, что раньше было рукой с протезом, заливаясь кровью, пока незнакомка передаёт золотую руку Буллу, подходя к Таре. Она наклоняется к ясновидящей, переворачивая её, чтобы оглядеть её лицо, и вздохнув, вернуться к Буллу, бросив недовольный взгляд на Эдгара. — Значит карты не все предсказать могут, - иронично шепчет она без толики смеха. — Слушай, Шелли, - начинает звучать грубый голос Булла, но Шелли довольно грубо перебивает его, даже будто слушать не желая. — Забираем все ценное, что они тут награбили, небольшую часть верни Барли, совсем расстроился. Остальное оставим нам. И они действительно поднимают повозку, забирают мешки, даже лошадь куда-то пропадает, но искренне игнорируют Эдгара, который все ещё вдохнуть здоровой грудью не может, лишь неоднократно повторяет подобие вздоха, пытаясь не сдаваться окончательно. — Фэнг, че стоишь там? - недовольно бурчит Булл, вытягивая мешки с золотом, оборачиваясь на кого-то. Задорный голос и звонкое "счас" приближается довольно быстро, оказываясь на груде мусора, мешков с монетами и разных тканей, рассматривая двух женщин неподалеку, одна из которых отключилась совсем недавно. Даже не сразу под собой замечает Эдгара, поэтому и запоздало ойкает. — А этот кто? - спрашивает он, по дурости подходя прям вплотную, присаживаясь около Молниеносного, чтобы рассмотреть его лицо. Эдгар уж хотел сделать хоть что-то, ударить в конце-концов, только повернуть голову, запачкав волосы в пыли и грязи, прилипшей к коже из-за пота, уже казалось для него подвигом. – Новый бездарь Золотой руки, пришибло повозкой случайно. Я думала его отправили обратно ещё в первый месяц, а он тут, - бубнит Шелли, проводя тыльной стороной ладони, стирая пот со лба, перекладывая мешки, а также закрепляя некоторые на лошади. — Сдохнет видимо. Я не планировала, но уж как вышло. Фэнг недовольно смотрит на Шелли, поворачивая голову в сторону Белль, поправляя свою странную ковбойскую на голове. — Ты думаешь она придёт за.. Ну, золотой этой штуковиной? - через несколько секунд спрашивает он, перевязывая свои фиолетовые волосы в хвост. Вытянув мешок с золотыми монетами, он также вытягивает ногу Эдгара, которую зажевало среди мешков. Рассматривает, на наличие серьёзных травм и отпускает также резко. — Молодой же ещё. Шелли недовольно вздыхает, скрещивая руки на груди, подходя ближе к Эдгару. — Пиши записку, - раздраженно бубнит она, протягивая Фэнгу лист бумаги и ручку, в которой почти закончились чернила.