В горячем месте

В глубине души Грейвс знает, что это наказание Пиквери за то, что он позволил выдать себя за Гриндельвальда. Будучи лучшим мракоборцев он вынужден присматривать за новым консультантом. Подумать только, он поймал крупнейших криминальных авторитетов Нью-Йорка… И все же его нынешнее задание — полная шутка: лагерь в Центральном парке. О’Брайен едва мог сдержать радость, когда вручал Грейвсу материалы дела. — Хотел бы я быть там в этот раз, босс, — сказал он. То, как он шевелил бровями, подразумевало иное. — Но я бы не хотел вмешиваться в твою, ах, дикую ночь с Ньютом. Хотя мне бы хотелось услышать грязные подробности, когда ты вернёшься. — он замолчал только тогда, когда Грейвс начал угрожать, что запретит курить в лобби.

•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•.¸¸.•*

Грейвс вытаскивает спальный мешок и одним взмахом палочки раскладывает его на земле. — Ты уверен, что это существо не твоё? — Вы бы знали, мистер Грейвс. В конце концов, вы конфисковали мой чемодан. — в тоне Ньюта слышится редкий намек на раздражение, пока он занят ползанием по грязи, вероятно, пытаясь использовать какой-то странный метод слежения. Грейвс многозначительно отводит взгляд, напоминая себе, что он не извращенец и ему вообще не должно быть интересно наблюдать за Саламандром на четвереньках. — Вы сами сказали, что все мои звери были учтены. Кроме того, ни одно из них не относится к тем животным, которые темные волшебники находят интересными. — Вопрос в том, выпустили ли они зверя на волю или пытаются его поймать. И если второе, то кто вообще выпустил его здесь на волю? — свидетели-маглы оказались ненадежными, сообщив лишь о желтых глазах и клыках, а их тела были украшены порезами длиной в фут. Однако внезапный всплеск преступной деятельности волшебников в парке привлек внимание МАКУСА. За последние несколько дней знакомые лица на плакатах о розыске стали появляться с тревожной частотой. Сегодня вечером Ньют мог бы поймать всех монстров, которых хотел, но Грейвсу на это было наплевать. Его больше интересует охота на людей. — Мы определенно ищем что-то с когтями. Судя по углу царапин, это наземное существо, скорее всего, млекопитающее. — Есть какие-нибудь предположения относительно того, что конкретно это может быть? Улыбка Ньюта скрытна. — Немного. — естественно, он не говорит никакой информации, кроме этой, поэтому Грейвс вздыхает и готовится устроиться в спальном мешке. Именно тогда он замечает, что Ньют перестал кататься по грязи и теперь стоит на месте, с тревогой глядя на него. — Ты утомишься, если будешь дежурить всю ночь, Ньют. У нас есть защита не просто так. Тебе нужно немного поспать. — Я, э-э, забыл свой… — он замолкает, бормоча. — Что? — Забыл свой спальный мешок, — повторяет Ньют, краснея. — Обычно я сплю в своем чемодане, поэтому не беру его с собой, но я только что вспомнил, что оставил свой чемодан дома. — Ах, — говорит Грейвс, моргая. По крайней мере, на этот раз О’Брайен не имеет к этому никакого отношения. А это значит, что он ничего об этом не узнает. — Ну, ложись. Ньют вздрагивает. — Прошу прощения? — Он рассчитан на двоих, Ньют. Думаешь, МАКУСА может позволить себе дать каждому мракоборцу собственный спальный мешок? Обычно мы делимся с нашим партнером. О’Брайен курит во сне, если хочешь знать. Не спрашивай, как. — Делить с вами? — цвет лица Ньюта начинает соответствовать огненно-красному цвету его волос. Реакция совершенно сбивает с толку Грейвса, поскольку Ньют даже не моргнул при мысли о необходимости сидеть у него на коленях (этот инцидент он всё ещё пытался забыть, несмотря на ежедневные напоминания О’Брайена). Видимо, совместное спальное место — это совсем другое дело для магозоолога. — Да. Ты мне уже не доверяешь? Ньют некоторое время топчется на месте, его взгляд в панике перемещается между Грейвсом и мешком. — Конечно, я… Доверяю. После этого он больше не разговаривал, залезая в мешок со стороны, противоположной Грейвсу. Там просторно. На самом деле, не имеет большого значения, что их двое; черт, между ними есть место и для третьего человека. Ньют переворачивается на бок, спиной к Грейвсу. Мракоборец не может не восхищаться тем, как на ветру развеваются пара выбившихся прядей. Синий цвет пальто Ньюта был заметен даже в темноте. Грейвс закрывает глаза и засыпает. Его глаза распахиваются в тот момент, когда он слышит, как срабатывают защитные чары, и тишину нарушает тихий свист. Он с дрожью осознает, что одеяла больше нет. Прежде чем он успевает принять сидячее положение, чья-то рука оказывается на его груди. — Мистер Грейвс, заберитесь на меня сверху. — настойчиво шепчет Ньют, дыхание струится над ухом Грейвса. Адреналин, проходящий через тело, усиливается в десять раз. — Что? — шипит он. И тут он слышит это: низкое рычание где-то за пределами их голов. Он поворачивается и смотрит на Ньюта, который выглядит совершенно раздраженным его протестом. — Просто сделайте это. Перевернитесь сейчас же! Грейвс ругается и делает то, что ему говорят, беспечно и грубо наваливаясь на Ньюта. Парень под ним резко вздыхает, и Грейвс стряхивает с себя оставшуюся слабость и тут же понимает, что нависает над Ньютом. Что за херня происходит? Но Ньюта, похоже, не особенно беспокоит то, что Грейвс прижимает его к земле, положив руки на плечи, а их нижние конечности сильно трутся друг о друга так, что пульс зашкаливает. Ньют сжимает его руку, но его взгляд направлен вверх, когда он пытается мельком увидеть существо. Грейвс чувствует, как поднимается и опускается его грудь, время от времени прижимаясь к его. — Как я и думал, — шепчет Ньют и ухмыляется Грейвсу. — Кошка вампус. — Это не объясняет, почему мы находимся в таком положении, — огрызается он, потому что, помимо того факта, что это действительно неуместно, ему также совершенно некомфортно, поскольку он переносит большую часть своего веса на руки, чтобы не раздавить Саламандра. В глазах Ньюта горит огонек, и если бы не присутствие большого опасного зверя, Грейвс задался бы вопросом, действительно ли он наслаждается этим. — Он занимался спариванием. Я знаю, почему его привлекло это место: кто-то специально распылил выделения самки вампуса, надеясь привлечь его сюда. Кошки вампуса чуют запах на большом расстоянии. Грейвс поднимает голову. Это занимает мгновение, но он видит это мерцающее движение в темноте: большая кошка с черными и коричневыми пятнами, размером с автомобиль, обнажает челюсти, только что найдя ужин. Он издает ещё одно низкое рычание, свирепо наблюдая за ними желтыми глазами. — Перейдём к той части, почему я должен быть над тобой. — Соприкоснувшись с почвой своим телом, я окунулся в запах. Кот вампус видит во мне потенциального партнера. Но мы должны показать ему, что я, э-э… захвачен. — Было бы полезно, если бы ты рассказал мне всё это намного раньше, — шипит Грейвс. Ему не нравится чувствовать себя неподготовленным, потому что, на самом деле, он ожидал провести ночь не так. А теперь он практически лежит на своём привлекательном коллеге, но по очень несексуальному сценарию, когда они оба на грани того, чтобы быть сожранными. — Извините, — застенчиво говорит Ньют, а затем вытягивает голову, пытаясь как следует осмотреться. При этом его тело выгибается к телу Грейвса. Грейвсу приходится подавить стон, и внезапно ему становится очень трудно не смотреть на обнаженную часть чужого горла. Если он опустится всего на несколько дюймов, его губы коснутся шеи Ньюта, а сейчас вообще не время думать об этом, чёрт возьми. Нужно думать, как профессиональный мракоборец. — Что он сейчас делает? С зубов вампуса капает слюна, когда он неуклюже продвигается вперед на гигантских лапах. Его когти уже обнажены и выглядят как изогнутые ножи на концах лап. — Всё ещё выглядишь так, будто он собирается разорвать нас на куски. — Это объясняет рычание, — говорит Ньют, моргая. Он покраснел, тяжело дышит, его волосы взъерошились. Грейвс отмечает, что для Ньюта выглядеть только что оттраханным должно быть преступлением, особенно в такой опасной ситуации. — Вы должны быть более убедительными, мистер Грейвс. Хотя было бы полезно, если бы я мог видеть его под другим углом. Не могли бы вы немного приподняться, чтобы я мог перевернуться? Он кивает и задерживает дыхание, подтягиваясь вверх в неуклюжем отжимании. Его суставы горят от боли, когда он это делает, и он молча клянётся уйти с работы завтра утром. Ньют быстро разворачивается и приседает под ним. Растрепанные волосы щекочут его губы, а его взгляд перекрывает затылок Ньюта. — Ладно, теперь прикройте меня. Сделайте вид, будто мы занимаемся спариванием. — Грейвс сгибает колени, обхватив ногами Ньюта, и склоняется над ним. Теперь он обратил внимание на то, что уже второй раз за несколько недель его член прижимается к заднице Ньюта. Он также обратил внимание на то, что если бы тёмный волшебник, или его коллега-мракоборец, или бродяга наткнулся бы на них прямо сейчас, их встретил бы чудесный облик мракоборца, садящегося на магозоолога сзади. Он ненадолго закрывает глаза и желает, чтобы вампу убили их как можно быстрее. Когда он открывает глаза, вампус оказывается всего в нескольких футах от него и рычит так громко, что у него звенит в ушах. — Это не работает! Ньют дрожит под ним. — Было бы полезнее, если бы вы озвучили своё удовольствие. Сделайте наше совокупление более правдоподобным. — Я не собираюсь издавать сексуальных звуков, Ньют. На этот раз ты требуешь от меня слишком многого. — Тогда вам следует… — Ньют не заканчивает предложение, вместо этого протягивая назад одну руку. Внезапно его рука касается паха, быстро сводя на нет все усилия, которые он приложил, чтобы не выпрямиться, прижавшись таким образом к Ньюту. Грейвс дёргается и хватает Ньюта за воротник пальто. — Что ты делаешь? — рычит он Ньюту на ухо, от чего тот замирает. — Он чувствует запах возбуждения, — шепчет в ответ Ньют. Он подвигается, и Грейвс понимает, что то, что задница плотно прижимается к его паху, ни в коем случае не является ошибкой, не в этот раз. — Просто скажи мне, как нам поймать эту штуку! — Мы должны сдержать его. Если вы отметите вокруг него свою территорию, он не сможет выбраться. Мне нужно, чтобы вы нарисовали круг в грязи вот той веткой. Не овал, а круг. — Я знаю, что такое круг, — нетерпеливо говорит он. Махнув рукой, он поднимает ветку в воздух, наклоняя её так, что один конец упирается в землю. Медленно её тянет за собой беспалочковая магия Грейвса, вырисовывая кривую. Когда он сдавал квалификационные тесты на звание мракоборца, ему пришлось сдать ряд сложных экзаменов по решению проблем. Они предназначались для проверки его решимости, дисциплины и остроумия, но какими бы творческими они ни были, испытания были далеки от «совокупления» с магозоологом посреди Центрального парка под угрозой разъяренного зверя. В придачу он рисовал по грязи чёртов круг. Пот начинает стекать по его бровям, когда Грейвс доходит до половины, на земле образовалась царапина в виде полумесяца, но кот вампус уже на них, фыркает и пускает слюни на волосы Ньюта. Как всегда, молодой зоолог на удивление спокоен. — Я не хочу вас тревожить, — говорит Ньют. — Но если вы не сможете поддерживать эрекцию ещё целую минуту, он откусит мне голову и оседлает мой труп. — Боже… — в момент настоящей паники Грейвс делает единственное, о чем может подумать: обхватывает Ньюта за талию и яростно толкает его. Ньют задыхается, выгибая спину, но Грейвс ещё не закончил. Он заставляет гибкое тело Ньюта (как и своё собственное) стоять на коленях и демонстрирует, как сжимает челюсть Ньюта, чтобы обнажить его горло. — Вон! Он мой! — он практически кричит, стараясь всё время поддерживать зрительный контакт с неповоротливым зверем. Вампус останавливается, на мгновение глядя на него, прежде чем сердито зашипеть. — Мой! — он кричит снова, громче, и на всякий случай кусает Ньюта за горло, чтобы доказать свою правоту. Рыжий тут же напрягается и визжит от удивления, но не сопротивляется. Грейвс убеждается, что это не более чем укус, продолжая пристально смотреть на вампуса. В худшем случае Ньюту придется носить шарфы в течение недели. Кажется, это возымело желаемый эффект, поскольку животное из семейства кошачьих делает несколько шагов назад и сердито рычит из-за того, что его опередили. Теперь нет смысла скрывать свой пульсирующий член, поэтому он заканчивает своё выступление, резко дёрнув бедрами в задницу Ньюта. — Достаточно сложно для тебя? — шепчет он, наслаждаясь хныканьем, которое получает в ответ. — К-как только вы закончите круг, мы сможем трансгрессировать из него, — говорит Ньют. Они наблюдают, как вампус сужает глаза в щелки, рычит на них, но отказывается подойти ближе. Грейвс кивает, и наконец два конца круга встречаются. Ветка падает, и он и Ньют вместе исчезают, только чтобы снова появиться за пределами отмеченной почвы. Вампус поворачивается к ним мордой на новом месте, но всё, что он может сделать, это расхаживать по своему импровизированному загону. Несмотря на серию гневных ревов, он отказывается переступить черту. Грейвс качает головой, жалея глупое существо. — Шшш, с тобой всё будет в порядке, — успокаивающе говорит Ньют. Но он держит дистанцию, к счастью, не настолько глуп, чтобы вернуться и попытаться погладить его или что-то в этом роде. — Мы найдем тебе новый дом, безопасный дом. Верно, мистер Грейвс? Они переглядываются, взгляд Ньюта пытается найти сочувствие в ожесточенном лице Грейвса. Наконец он вздыхает. — Хорошо. Но никто не должен услышать о том, что произошло сегодня вечером. Никогда. — не обращая внимания на бесконечную череду благодарностей Ньюта, Грейвс просто наблюдает за ним, чтобы запечатлеть в памяти прекрасный румянец на его лице. Естественно, несколько дней спустя О’Брайен врывается в его офис с таким видом, будто это один из лучших его дней в жизни. Он смотрит на Грейвса дьявольским взглядом, а затем кричит во всё горло. — Ты чуть не трахнул его перед вампусом?!