Mon coeur

…Баки метался по Краусбергу в поисках Гельмута, но не находил. Пустые комнаты, пустые коридоры, только эхо его собственного голоса и шагов. Он знал, что Земо был где-то там — истекал кровью от двух пуль, кричал, лишённый голоса, пока сыворотка выжигала его изнутри, а Барнс не мог его найти, не мог спасти…

***

— Гельмут! — отчаянный крик Барнса поднял Зимнего на ноги меньше чем за секунду. Он влетел в комнату Джеймса, не успев даже обругать проигнорировшую опасность Пятницу, и застыл. ИИ не предупредил об опасности, потому что её и не было. Барнс метался по кровати, бормоча что-то невнятное. Просто плохой сон. Земо очень пожалел об отсутствии голоса в такой момент. Тяжело вздохнул, убрал нож и легонько потряс Барнса за предплечье. Не помогло. Оперся коленом на кровать и тряхнул уже за плечо. Джеймс рывком сел, дико озираясь. — Хель, — выдохнул он и вцепился в Земо, практически роняя того на себя. Живая и металлическая руки сжимали одинаково сильно. — Прости меня, — повторял он снова и снова, вжимаясь в Зимнего всем телом. — Прости меня… Гельмут расслабился в кольце чужих рук, осторожно провел руками по напряжённым плечам и загривку Джеймса, пригладил непослушные чёрные вихры, повинуясь неясному порыву прижался губами к чужому виску. Тише, невозможный мой человек. Тише, всё хорошо…

***

Спать, когда Барнс сопит ему между лопаток оказалось тепло. И не только телу. Но этот внешний мир… Когда нож воткнулся в дверной косяк у его головы, Сэм Уилсон взвизгнул и отпрыгнул, что-то весомо уронив в гостиной. — Какого хрена? — заорал Уилсон вместо обычного утреннего приветствия. — Какого хрена ты здесь делаешь? — буркнул Барнс, выпуская пригревшегося Земо из рук. — Напомни забрать у тебя ключ. — Ты на телефон не отвечал. Джеймс неохотно поднялся, обернулся на Гельмута, который накрылся одеялом с головой, и пошлепал на кухню. — Что за спешка? — зевнул Баки, наливая себе кофе. — Нашли кое-что по информации Зимнего, Кэп собирает отряд. — Сэм по-хозяйки проверил холодильник, огляделся, сел, убедился, что дверь в комнату закрыта. — Не хочешь объяснить, что это было?! — указал Уилсон на спальню Барнса. — Ничего не было. Сокол, скрестив руки на груди, поерзал на стуле. Баки потёр переносицу. — Да ничего не было. Мне приснился кошмар, а Гельмут меня будил. — Я знаю пару фанфиков, что начинались также. И твой Гельмут на пару дюймов промахнулся мимо моего глаза! — Он не промахнулся. Он выразил недовольство. — С чего ты взял, что он не принял меня за врага? — Потому что нож торчит не из твоего горла. — Баки. — Он и мне недавно нож к горлу приставил. — Баки! — Он так общается. — Баки… Во-первых: это ненормально. Во-вторых: в новой для себя среде Зимний сейчас будет как подросток проверять твои границы… Барнс его перебил. — Да ничего нового. Земо всю жизнь считал, что люди в гневе самые честные, выкладывают всё, что у них на душе, а выбесить человека быстрее и легче, чем напоить. — В-третьих: ответь, самому себе главное ответь — насколько твои действия сейчас продиктованы чувством вины? Баки оставил Земо в Краусберге и простить себя за это не мог. Барнс посмотрел на дверь спальни, подумал о том, каково это: просыпаться с Гельмутом в объятиях. Каково знать, что тот рядом. Видеть его редкую искреннюю улыбку. — Это не чувство вины. Сэм тяжело вздохнул и поднялся на ноги. — Надеюсь ты знаешь, что делаешь. Жду тебя внизу через двадцать минут. Через семнадцать минут Баки подхватил свою походную сумку. — Ты же все слышал? — спросил он Гельмута в дверях спальни. Тот кивнул. — Мне нужно ненадолго съездить прижать Гидру, должен вернуться вечером. Вся квартира в твоём распоряжении, на кухне достаточно еды, а если что-то понадобится сообщи Пятнице. Земо снова молча кивнул. Барнс бросил сумку и подошёл к Зимнему почти вплотную. — Пожалуйста, — тихо попросил он, — не исчезай, пока меня будет… Земо фыркнул. — Гельмут… Зимний коснулся указательным пальцем подбородка, потом накрыл раскрытой ладонью кулак левой руки. «Обещаю».

***

К вечеру Баки не вернулся. До собственной квартиры он добрался только следующей ночью, кое-как пробрался внутрь и сполз по двери, стоило ей захлопнуться. Половину лица он не чувствовал — стесал при неудачном падении, зато слишком хорошо чувствовал левую ногу, в которой кажется что-то сломал. Но она хотя бы не искрила, в отличии от бионической руки. — Здравствуй, — улыбнулся он вышедшему в коридор Земо. — Я немного припозднился. Тот окинул долгим внимательным взглядом сидящего на полу Баки, подошёл ближе и протянул руку. Баки попытался самостоятельно подняться на непослушные ноги, но левая рука, которой он пытался ухватиться за стены, подвела, и он снова оказался на полу. «Не будь ребёнком» показал Гельмут. — Я думал тебе неприятно касаться людей, после всего… «Мне нормально тебя касаться» ответил Зимний и снова протянул руку. На этот раз Баки помощь принял и, опираясь на Земо, доковылял до дивана. «Аптечка?» — В ванной. Гельмут принёс обе: медицинскую и ту, что Баки использовал для бионической руки. Осторожно обработал лицо Барнса. — Спасибо, — тихо сказал Баки. Больше слов у него не было: Зимний лучше всех в мире должен был знать как заживают раны суперсолдат, но обработал ссадину Барнса, будто она не изчезнет бесследно уже к утру. Потом принялся за руку. Баки контролировал процесс с помощью настольного зеркала. «Почему не остался у механиков?» — Они бы задержали меня на целую ночь. Земо хмыкнул, но ничего не сказал. — Ты хотел стать инженером, — не выдержал Барнс через двадцать минут работы в тишине, — до войны… «Я могу собрать бомбу» пожал плечами Зимний. — Уверен, что можешь, — не удержался от улыбки Баки. Гельмут закончил и отложил инструменты. «Что насчет тебя? Чего хотел ты?» — До войны? Ничего конкретного. Хотел повидать мир, заработать достаточно, чтобы семья ни в чем не нуждалась, оставить что-то после себя… «Почему ушёл на войну?» — Ты же был в музее, я потрясающе выгляжу в форме. — расправил плечи Барнс. И получил несерьезный тычок от Зимнего. — Отличный способ побывать в Италии за госсчет. Второй тычок был сильнее. — Я решил, что так будет правильно. Бороться за то, во что веришь и за тех, кто бороться за себя не может. На этот раз обошлось без рукоприкладства. Зимний помог Баки добраться до спальни. Убедился, что дальше Барнс может справиться сам. — Гельмут, — окликнул его Баки уже в дверях, — спасибо, что остался.