Хворост

Прошло всего две недели, а Игорь просто с каждым днём становится всё более и более серым, теряет можно сказать самого себя, весь свой оптимизм и становится ещё более невыносим, особенно для сотрудников, особенно тем, что больше на них не ругается, только кивает невпопад и в телефон смотрит. Будто жизнь из него вытекает по капле. Будто каждое движение, каждый вздох даются с трудом. И это несмотря на то, что он был абсолютно прав - Дзюба просто живёт в его телефоне, постоянно звонит, а если не звонит, то пишет, а если не пишет, значит вот-вот позвонит. И вот очередной вечерний звонок по вотсапу. Судя по кадрам на фоне, Артём куда-то едет по своему сраному Монако... В Ниццу какую-нибудь, ух, и довелось же связаться с таким мажором махровым. - Приветик, моё солнце! - Привет! - устало выдыхает Акинфеев, потуже заправляет махровый халат, а то с этого провокатора станется. Как будто ему кажется что это и то, что между ними в реальности - на самом деле одно и тоже. Бесчувственный чурбан! - Ты без настроения? - поджимает губы и бровки у него становятся "домиком" от сопереживания. - Просто немного не устал... - врёт Игорь и даже отводит взгляд. - Ясненько... Как день прошёл? - снова бодр и весел. - День как день. Рабочий день, как бы... Ну, хотел посмотреть дело Комличенко, но так и не получил от твоих гениев материалы по нему. - Да? Странно. Сказали, что отправили. Я завтра спрошу. Спасибо, что сказал. - Артём так солнечно улыбается, что Игорю слепит глаза и смотреть на него просто совсем невозможно. - Если бы отправили, я бы получил, а я не получил. - он трёт переносицу, вообще перестаёт смотреть в камеру, потому что ну, совсем пиздец. От этих видео-звонков только хуже становится, когда видишь, слышишь, но он не обнимет, не поцелует, а сам не проведёшь ладонью по небритой щеке, не укроешься его рукой от всего окружающего мира, не прижмёшься. - Ну, может что-то с серверами. - Дзюба довольно равнодушно пожимает плечами. Судя по картинке, он уже куда-то приехал или подъезжает как раз - Ладно, у меня тут делишки кое-какие! Спокойной ночи! Скучаю, детка моя! Скоро увидимся! Чао! - сбрасывает вызов не дождавшись ответа, а Игорь бубнит себе под нос, отправляясь в ванную перед сном: - Скоро увидимся... Скоро? Скоро - это через два с половиной месяца вообще-то!!! Или он имел ввиду по видеосвязи? Не думает же он, что буду я дожидаться пока он доделает свои дела? Не буду! Я спать хочу, и так не высыпаюсь из-за него... Скоро сам пущу контору под откос, без посторонней помощи, блять... А этот ещё издевается? Бездушная скотина!!! Следующим утром Катя забирает из его кабинета документы, когда Игорь просит: - И Кать, закажи мне обед, ладно? - Стейк? - она даже не смотрит на него, уточняет чисто для проформы, точно уверенная, что он подтвердит. - Не, давай рыбу с пюре. - Акинфеев задумывается на секунду и добавляет - Салат тоже. И хворост... - Хворост? - брови девушки взлетают вверх. Это что-то новенькое... Раньше как-то обходилось без десертов. Хотя сейчас ожидать от шефа чего-то такого, может, и стоило бы... - Двойную порцию. - Игорь впервые за этот день проявляет малейшую эмоцию - он улыбается её реакции. Девушка закатывает глаза и кривит рот: - Вам виднее, конечно. Спустя примерно час она ставит перед ним бумажный пакет с обедом: - Хвороста не было. - сообщает самым строгим своим тоном. - Как не было? - Акинфеев отрывается от документа, который читал, переводит на Катю недоумевающий взгляд. - Сказали, закончился... - она разводит руки в стороны. - Ты шутишь? Они не смогли для нас приготовить хворост? Это сложно? Это сколько в днях? - и так его это расстраивает, что даже для него самого неожиданно. - Ой, я не знаю. Разбирайтесь, если Вам так хочется... - машет на шефа рукой и выходит из кабинета. Он ест свой обед совсем без энтузиазма и даже жалеет, что заказал так много... Куда теперь это деть? Не на ужин же себе брать. Не ест он гретое, не вкусно ему. Игорь тяжело и очень-очень устало вздыхает, отвечая на очередной видео-звонок: - Деткаа, приветик? - Привет. - оправляет в рот очередные овощи из салата. - Приятного аппетита. У тебя уже обед? - сам отхлёбывает кофе или чай из картонного стаканчика. И лучше бы это был кофе, потому что выглядит Артём будто всю ночь не спал - слишком отросшая щетина, тени под глазами, всклокоченные волосы на макушке. - Да. Дай поесть спокойно... У тебя что-то случилось? - Акинфеев тоже не выспался, он, вообще-то, до половины второго ждал когда этот мудень закончит все свои мудацкие дела и ему перезвонит, а он взял, да и не перезвонил, да и вообще ему похеру, мудаку. - Нет. Нормально всё. Десертик заказал? - но он трёт глаза, поэтому Игорь догадывается, что что-то всё же случилось и ночь была бессонная. - Не дали... Представляешь? - пробует продолжить разговор, чтобы попытаться выяснить чем же Тёма занимался всю ночь, хоть намёком. - Как это? - Катька заказывала... Не заказала, думаю, специально. Понимаешь? Считает, что ты плохо на меня влияешь, видимо... - пожимает плечами, ждёт реакцию, но её так и не последовало. - Не правда. Она... кхм... рада была... - снова отпивает из своего стаканчика. - Ты трепло! Кому ещё ты растрепал? - Акинфеев кричит сразу и даже вскакивает с кресла. - Ой... Да, никому...- Артём машет рукой в камеру, игнорирует вопросы и эмоции Игоря - Забыл спросить, ты получил документы? - вымученно улыбается. - А ты их отправил, чтобы я их получил? - бурчит обиженно, усаживаясь обратно в кресло, злобно протыкает кусок рыбы вилкой. - Отправил. Ладно, потерпи, ты получишь их обязательно. - Ты издеваешься просто, да? - это звучит так устало, что Дзюба снова всматривается в его глаза, пытаясь там что-то такое рассмотреть, при этом отвечает: - Нет, я отправил. Жди. - посылает воздушный поцелуй - Ты хотя бы поешь, что ли... - Игорю совсем не нравится та легкомысленность с которой Артём относится к себе же. Явно же ему надо поспать и поесть. - Ага. Чмоки, заюнь! - на этих словах он отключается. Меньше чем через час Артём вваливается в приёмную как к себе домой: - Катюш, салют! Я без предупреждения, ладно? - и пока девушка только ещё привстаёт со своего кресла и делает слабую попытку задержать его, он уже распахивает дверь в кабинет Акинфеева, тот дёргается, смотрит на него каким-то абсолютно затравленным взглядом, да и весь его вид не внушает Артёму оптимизма. Значит не показалось. Значит всё верно он почувствовал. Игорь откладывает недочитанный договор, всё ещё таращится на посетителя, тянется к папке с документами на подпись - Бздынь! Вам письмо! В нём стратегия по делу Комличенко о невыплате зарплаты в Чехии... - произносит весело, но выжидающе смотрит и не подходит близко к столу, что оказывается верным решением, в его сторону, как большущий сюрикен, летит папка с документами: - В папку положи! - Игорь сцепляет зубы, откидывается на спинку кресла, складывает руки на груди, изображая вид крайней степени обиды. Рассматривает Дзюбу, будто видит в первый раз, тот хорош до умопомрачения - своей светло-серой футболке и светло-голубых джинсах, но вот выглядит всё равно не фонтан... Видимо, ночью поспать ему не удалось. Интересно, сколько пересадок он сделал? Не предупредил даже... Игорь бы совещание перенес на другой... век, а так теперь будет сидеть тут у него, смущать народ и самого Акинфеева. - Вот, кладу. - поднимает с пола грохнувшуюся папку, вкладывает в неё конверт с документами, мнётся, потому что ожидал совершенно другого приёма, ожидал уже целовать Игорька, обвившего его руками и ногами, а он вон сидит и недовольный такой, что Артёму даже не по себе... - Если согласуешь, передам Миранчукам. Или доработаем. - А сам как считаешь? - буркает злобно и смотрит исподлобья. - Я что, прислал бы неготовый материал? Обижаешь. Да, ни ради чего бы не прислал... - кладёт папку на край стола. - Хорошо. - у Игоря уже горят уши и дышать становится всё сложнее. Пока этот выебонистый месье поблизости ни о каком спокойном и размеренном дыхании не может быть и речи. - И вот ещё. Решил захватить для... тебя... хворост... вот... Забрал последний... - как-то ёжится, потому что чувствует, что его сюрприз не удался и так это его расстраивает и злит... Ну, ведь приручил, вроде... Ну, ведь приучил к себе тоже, вроде... Ан, нет. Опять цоп и полруки нет, только зазеваешься... Да, надеялся, что такой сюрприз Игоря обрадует, он сам обрадует, но протягивает в сторону Акинфеева бумажный пакет с прозрачным контейнером внутри, и, поскольку Игорь не реагирует, ставит его прямо на папку с документами. - Спасибо, но не стоило. - Ну, это мне виднее стоило или не стоило... - начинает злиться. - Сколько я должен? - Игорь безэмоционально добивает его. Просто добивает. - Ой, ну тебя, Игорюш. Просто даже тьфу на тебя... - разворачивается и направляется к выходу из кабинета совершенно точно поверженный и переигранный. Только вот не надо думать, что он бы ушёл. Он чё, зря с двумя пересадками летел? Он бы просто запер дверь изнутри, ну, и показал этому гордяку что тут командует вообще-то. Но даже этого не потребовалось. Игорь серьёзно так пугается, что перегнул палку, что Артём сейчас свалит насовсем: - Я тебя не отпускал, вообще-то! - произносит довольно тихо, выходя из-за своего стола, голос его вибрирует то ли от ярости, то ли от едва сдерживаемых рыданий - Директор я или где? - Дзюба в изумлении останавливается, но не поворачивает даже голову. Акинфеев присаживается на край стола для посетителей - Сюда иди, блять, чё встал там? К ковру прирос? Артём моментально разворачивается и подскакивает к нему с необычной для своих габаритов скоростью и грацией: - Злюка! Напугал меня! - встаёт между его бёдер, прихватывает челюсть Игоря двумя пальцами, нажимает на щёки, заставляя разжать зубы, что Акинфеев с готовностью и делает. Артём целует дразнясь, не давая прихватить и уж тем более всосать свой язык, всё время ускользая. Игорь гладит его по спине под пиджаком, едва удерживаясь, чтобы не вытащить из-за ремня его рубашку и не залезть под неё - Я готовил тебе сюрприз, а ты не оценил, как я понимаю. - Запомни на будущее, что я терпеть не могу сюрпризы. - прижимается виском и ухом к груди, слушает как бешено стучит его сердце, - Ты и меня терпеть не можешь, а вон как скучал... - Что ты о себе возомнил? - Игорь тянется за поцелуем, но Артём уворачивается. - Просто скажи. Два слога всего. Ску-чал. - прижимает к себе, заставляя до этого момента напряжённую спину расслабиться, а лёгкие - выпустить воздух, который помогал хоть как-то держаться более-менее прямо. Больше не надо. Теперь его удержат. Удержат же? - Ты меня бе-сишь. Пойдёт? - снова тянется за поцелуем, обнимает за шею, склоняя к себе эту буйную головушку, не давая отстраниться или уклониться. - Ску-чал. - шепчет Артём ему прямо в губы. - Бе-сишь. - не сдаётся Акинфеев. - Ничего не случится если ты скажешь... - крепко сжимает бока, чувствуя как вокруг его ног наконец-то обвиваются чужие ноги, будто стреноживая его, лишая возможности даже просто отвернуться. - Знаю. Просто не хочу. - торопливо расстёгивает подрагивающими пальцами верхние пуговицы его рубашки, чтобы получить доступ к шее и ключицам - И вообще, я не скучал, мне всегда было чем заняться! - упорствует Игорь. - Ты можешь просто сказать? - не переставая целует, просто не может насытиться. - Я скучал. Очень. - сглатывает, всматривается в глаза напротив. Артём улыбается и целует его в висок. - Сказал и не умер, смотри! - Пойдём домой! Пойдём! - отпихивает от себя, разворачивает лицом к двери, легонько подталкивает в спину. Удивительно, но им удаётся дотерпеть до Игоревой квартиры, хотя по пути Артём не раз склонялся к Игорю и шептал, что машину надо затонировать, а то как в аквариуме, даже не потрогать его. Пока Игорь торопливо отпирает дверь Дзюба нависает над ним сзади угрожающе-громко дыша: - Да, не торопи ты меня, Боже... - сам при этом переступает с ноги на ногу, его аж ведёт от предвкушения. И вот когда дверь поддаётся, он делает шаг внутрь, разворачивается и втаскивает на секунду замешкавшегося Дзюбу в прихожую - Ну, наконец-то! - обнимает, прижимается весь, Артём приподнимает его над полом, позволяя обвить руками свою шею, потом поцеловать его. На пол Игорь становится проезжая своим пАхом по Артёму, останавливаясь на его бедре, облокачивается на стену, тянет Дзюбу на себя, снова впивается в его губы, буквально виснет на его шее: - Скучал, мой Игорёчек... Так скучал... - Щас пойдёшь нахер, понял? Или ты болтать прилетел? - в ответ с громким свистом его ремень покидает шлёвки брюк и улетает куда-то в сторону гостиной, сам же Игорь торопливо стягивает с ног ботинки, безжалостно наступая на пятки, тут же тянет Тёмину футболку вверх, чтоб не мешалась. Они причудливо недораздеты, на Игоре рубашка и пиджак, на Артёме расстёгнутые джинсы и кроссовки, но они просто не могут ждать, не могут терпеть как бы ни уговаривали сами себя, что душ, там, подготовка, постель... Не-а. Не сегодня, не сейчас, когда, кажется, они что-то иначе они могут опоздать куда-то или им больше не разрешат, он разворачивает Игоря к себе спиной, прижимает его грудью к стене, проводит облизывает палец, проводит им между половинок - Смазка... На... - Хуясе, подготовка... Или ты всегда смазку в кармане носишь? - Идиот, блять... - Нет, а что я должен думать? - размазывает между пальцами скользкий гель, прикусывает мочку уха, заставляя дёрнуться и немного отклячить задницу, чего Артём и ждал, чтобы толкнуться первым пальцем - Неее, ты такой тугой, что просто... Ноль сомнений... - горячо дышит в шею, целует её. - Я тебя уебу, понял? - палец проникает глубже, Акинфеев задыхается, не может больше терпеть, подаётся назад, насаживается до упора. Артём снова выдавливает смазку на свою руку: - Два? - Да...аааа...ааа... - два входят сразу на всю длину, без сантиментов, нащупывают тот самый комочек нервов, задевают его снова и снова. Игоря трясёт. Натурально просто трясёт. Как этот лягушатник добивается такого эффекта не понятно совсем, но добивается - Ещё... - Я больше не могу. Прости... - вынимает дрожащие пальцы, судорожно размазывает смазку по своему члену - Просто не могу. Просто... Я потом... - входит резко, напористо, силой раздвигая нежные зажатые стеночки. Игорь ловит ртом воздух, вцепляется в обнимающую его руку, охуевает от происходящего, от того, что его можно настолько сильно хотеть. Первичная боль проходит, он чувствует натяжение кожи и просит: - Двигайся, Тём... Или это всё? Ошеломлённый и силой своего желания, и глупостью своих действий Дзюба сыпет десятки лёгких поцелуев на Игореву шею, уши, затылок, ключицы, двигается назад, почти выходит и возвращается обратно уже более аккуратно: - Ты мой... Мой... - Мог бы уже и не миндальничать... - тихо посмеивается Игорь, когда Артём снова двигается на небольшой амплитуде, потом оказывается полностью внутри, но будто старается залезть ещё поглубже. Игорь стонет правильно, так как надо, сладко, хрипло, прекрасно. Дзюба тянет его на себя: - Я держу тебя... Держу, моё солнце... И всегда буду! - в ответ Игорь выгибается назад, до почти идеального полукруга спины, до хруста позвонков - Ты охуенный! Я просто без ума от тебя! - Да, Тём... Ещё! Сильнее можешь? Пожалуйста, Тём... Тёмочка, лю... - Артём перехватывает его за горло, пригибает к себе, продолжая двигаться внутри резкими и сильными толчками, заставляет повернуть к себе голову, целует, одновременно свободной рукой прищипывает по очереди соски через ткань рубашки, потом резко отпускает, сам утыкается лбом ему в холку, стонет, тянется рукой к его члену, стараясь совпасть в скорости и силе со своими движениями внутри, проводит несколько раз по нему, да головку поглаживает, размазывая выступившую смазку и у Игоря начинают дрожать ноги, он зажимает Артёма внутри себя, прерывисто выдыхает и совершенно точно упал бы на пол, если бы Тёма не удержал, как и обещал. Сам же Дзюба догоняет его чуть позже, дёргается всем телом, наваливается, сжимает Акинфеева в руках, обмякает, дышит тяжело во взмокший затылок: - Ну, как вот я без тебя? Ну... Игорь выходит из душа первым, расстилает постель, потому что Тёме на самом деле надо отдохнуть после всех этих перелётов, ложится и внезапно ему становится очень грустно и как-то тревожно что ли. Или он злится на себя. Мысли тяжелые одолевают. Этот месье только приехал, а Игорь тут же сразу ноги раздвинул, жопу приподнял и дал всё, что он захотел и как захотел, даже не пискнул ничего о неопределённости их отношений, о невозможности сохранить такую страсть на расстоянии, о том, что никуда не поедет из своего дома, от своего дела. Теперь снова Артём уедет и ещё хрен знает когда появится... И появится ли вообще... Как-то тупо все это получается... Но сильно долго загоняться у него не получается, потому что Артём выходит из душа, заваливается на кровать: - Слушай, я чё сказать хотел... - располагается по-хозяйски, тянет Игоря на себя совершенно бесцеремонно - Мы там решили в Италии открыть филиал... Нам надо пару-тройку человек. Лёху, например... М? - Что? Ты уедешь в Италию? - сначала выпаливает, и только потом до него доходит смысл второй части сказанного. - Почему я? Не я, а Ден... - довольно жмурится и снова притягивает Игоря к себе, в попытке пресечь возмущения, целует, попадая в скулу - Дэнчик там теперь за главного, я немного поменяю направление своей работы! - Да, что ж это такое? Народ больше негде брать, я не понимаю... Учишь их учишь, а потом бац... - но на удивление Дзюбы совсем не шевелится удобно устроившись в его руках - Вот Ты гад, конечно... Сам-то, значит, чилишь в качестве большого начальника уже. И пИздишь у меня ребят... Санёк... И Лёха теперь... И опять всё на Дениса свалить пытаешься... - Ну, и он говорит, что уже и к Арсену присматриваются... - У меня нет слов! Вернее есть, но они все матом! Я вам тут инкубатор что ли? - вопреки этой возмущённой тираде он поворачивается к Артёму лицом, гладит его по щеке кончиками пальцев, тот перехватывает его руку, целует в центр ладони: - Ладошка моя любимая! - целует пальцы, приговаривая - Пальчики тоже любимые, пяточка... - Это запястье... - Любимое запястье - обеими ладонями обхватывает лицо Игоря - Всего тебя люблю! - целует в губы, нежно-нежно прикасается, потом обхватывает поперек лопаток, придерживает за затылок - Люблю! И это... - Что ещё? - Акинфееву очень тяжело даются слова, в горле пересохло от услышанного и он очень благодарен Тёме, что тот сам решил соскочить с темы, что не заставил его отвечать. - Я переведу к тебе одного сотрудника. Договоримся? - Нахера мне твой тупиздень нужен? - трётся носом о его подбородок. - Это я сам, вообще-то. - И что я не так сказал? - поднимает на него полные неверия глаза, рассматривает недоверчиво, стараясь разглядеть на его лице признаки того, что его обманывают. Не находит таких: - И ты хочешь остаться в Москве? - Не хочу... - прикрывает Игорю рот рукой, предупреждая возможные возмущения - ...а останусь. С тобой. - Это совсем не обязательно... Отвали. - упирается ладонями Дзюбе в грудь, стараясь отодвинуться, потом резко прижимается обратно, пряча лицо в изгибе его шеи. Не совсем понятно как Артём умудряется расслышать или просто ощутить движения губ на шее, но он отвечает: - И я тебя. - обнимает крепче поперёк лопаток, звонко чмокает в ухо. - Ты меня сейчас задушишь... Пусти... - Дзюба смещает правую руку выше, на его шею, левую убирает совсем, закрывает её своё лицо и хохочет. Игорь возмущённо пытается отстраниться, но понимает почему Артём так реагирует, сам фыркает, а потом и смеётся в его плечо. Им будет очень не скучно.