we only had a couple days

— Все в порядке? — спрашивает Мальте, когда их с Омаром чуть встряхивает в машине, которая везет их в такой уже знакомый и родной отель. Дорога неровная, поэтому так и трясет, но Омар не может ответить, что «все ок» не по этой причине. — Давай сделаем фотку? — сложно признаться, что дикомфорт ему доставляет только новость, что в этот раз он идет на показ Hermes, а не Loewe. И вроде нужно радоваться — этот бренд еще круче. По крайней мере так говорят в соцсетях. Но Омар не должен быть там — он приехал сюда только для того, чтобы встретиться с… — прости, Мальте — кое-кем неуловимым. Только здесь это получается. В этот момент Мальте вытягивает свою бесконечно длинную руку вперед, и они делают селфи, которое Омар постит с надеждой, что оно отобьет нескончаемый поток вопросов фанатов из твиттера: будет он на Парижской неделе моды или нет. Не для того, чтобы тот самый неуловимый парень, который никогда не выпускает из руки телефон, увидел. Нет нет нет нет нет нет нет. Хотя после Испании они и перешли в IMessage, каждый раз, когда Омар видел, что Ману смотрит его сторис, на лице проявлялась ужасно приторная улыбка, и он чувствовал себя клоуном. Каждый чертов раз. — Ты так и не ответил, — будучи до чертиков эмпатичным человеком, Мальте чувствует, что Омар ведет себя по-другому. Он многое скрывает в себе, но обычно всегда отвечает честно и открыто. Когда он веселый, все об этом знают. Когда грустный — тоже. А сейчас Омар выглядит замкнутым и не называет причин, хотя Мальте входит в круг людей, которым он доверяет. — Но если ты не хочешь об этом говорить… — Просто странно, что в этот раз мы идем не на показ Loewe, — перед глазами мелькают воспоминания, как это было в прошлый раз, и Мальте отчетливо видит его мечтательный взгляд. — А что там? — Ну, — Омар подбирает слова неуверенно, хотя и так должно быть понятно, почему Loewe круче. — Как сказать… Он катастрофически лажает. — Или кто там? — Мальте смотрит на Омара с хитростью, но по-доброму. Он не хочет его раскусить, ему просто жутко интересно, потому что если Омару кто-то нравится — это серьезно. Особенно если это заставляет его смущаться. Омар пытается сделать вид, что не слышит, непроизвольно поднимает взгляд на довольного друга и понимает, что он только что спалился еще больше. С кем не бывает. Но представив, что придется рассказать о Ману кому-то еще — его потряхивает. Почему он ведет себя, как какой-то подросток? — Ммм? — взгляд Мальте исподлобья вместе с фирменной дурашливой улыбкой. Этот задира может убеждать. — Окей, ты выиграл, — Омар поворачивается к другу и делает вид, что его вынудили все рассказать. Но на самом деле — он уже столько месяцев мечтает поделиться историей хоть с кем-то, но не может. Они вот-вот подъедут к отелю, и водитель им об этом говорит, но Омар все-таки успевает сказать главное: — Знаешь Ману? Из Элиты? Машина резко останавливается у входа в Бристоль, и Омар и Мальте чуть не впечатываются в кресла напротив. — Это тот горячий… — начинает Мальте, и у него ноль гомо мыслей, но пару раз с Фелицией он смотрел какой-то из сезонов, и жарко стало даже ему. — Маль-те, — отчетливо по слогам проговаривает Омар имя друга, закатывая глаза, и у него не получается скрыть улыбку. Да, Ману — тот самый горячий парень, который уже несколько раз был с ним, но все равно вряд ли будет когда-нибудь его. — И вот он стоит на входе? — Мальте указывает через окно на Ману, который действительно как ни в чем не бывало курит на крыльце и кого-то ждет. Господи, кого?! — Блять, — вырывается у Омара, но он почти готов обыграть эту встречу настолько круто, чтобы ни у кого не было даже сомнений, что внутри себя он орет чайкой. — Я типа третий лишний, — нервно смеется Мальте, но Омар его останавливает, крепко взяв за локоть. — Никаких третьих лишних, друзья превыше всего, — это правда, и всегда так было, и надо продолжать следовать этому принципу, иначе эти горячие парни сведут его в могилу. — Просто пройдем мимо, я поздороваюсь и все. Мальте не остается ничего, кроме как согласиться, хотя даже так он чувствует скованность. Они быстро выходят из машины, швейцар забирает их вещи и парни делают несколько шагов ко входу. Омар специально не поднимает взгляд, чтобы сыграть удивление, когда Ману его окликнет — ведь окликнет же? — Привет! — вдруг слышится голос Мальте, и Омар ошеломленно смотрит на него. — Привет, — Ману затягивается в последний раз и с любопытством смотрит то на Мальте (хотя даже не представляет, почему он с ним поздоровался), а затем на Омара. Почему-то он совершенно не удивлен его появлению. — Hola, — в сообщениях Ману он всегда так пишет, и если не произнести это вслух и сейчас, то зачем вообще все? Омар останавливает поток сознания, выпрямившись и встав в более уверенную позу. Он писал Ману такие дурацкие смс, но все равно пытается выглядеть круто. Как же он на самом деле слаб. — Hola, — здоровается Ману еще раз, и теперь точно только с ним. Его голос — до мурашек, и Омар с трудом сдерживает дрожь и не выгибает тело, как от ломки. Хуже только то, что рубашка Ману полурасстегнута, и Омар не может поднять взгляд с медленно поднимающейся и опускающейся груди, и, конечно же, именно Мальте замечает это первым. — Ну я пойду. — Не не не не, — тараторит Омар, пытаясь не быть паршивым другом, и почти хватает его за плечо, но в этот момент наталкивается на Ману. Он действительно совершенно не удивлен их встрече — еще стоит и кого-то ждет, смотрит тем самым томным взглядом и чуть ли не заставляет Омара вновь забыться. Это нечестно. — Ну, пока, — что-то внутри все же одерживает верх, и Омару удается сделать шаг в сторону. Секунду назад они были так близко — любимые парижские моменты — а сейчас они вновь порознь, и оба знают, что так и должно быть. Правда? — Пока… — слышит Омар в ответ и не оборачивается, и только оказавшись в своем номере, он наконец достает телефон и видит там сообщения от Ману, которые были посланы еще до сих встречи: 17.00. Ману: Увидел твою сторис 17.00. Ману: Надеюсь, ты тоже останавливаешься в Бристоле? 17.01. Ману: Захотелось подышать свежим воздухом 17.01. Ману: Я около входа 17.01. Ману: Поболтаем?