Десять причин моей ненависти к Пэнси Паркинсон

Спустя некоторое время Гермиона всё же решилась рассказать обо всем друзьям. Не зная, как они отреагируют, девушка подготовила и даже отрепетировала речь. Она с волнением прохаживалась по гостиной факультета, ожидая встречи со своим уже бывшим парнем. Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь успокоить тревожное сердце. Её мысли метались от одной к другой. Она собрала все свои воспоминания о том времени, которое провела с Роном, и о тех чувствах, что переполняли её. В итоге она решила, что честность — это единственный путь. Она остановилась у окна, глядя на звездное небо. Воспоминания всплывали одно за другим: смех, совместные приключения и, конечно, те трудные моменты, когда они расходились во мнениях. Ей также нужно было объяснить своим друзьям, почему они с Роном приняли такое решение. Гриффиндорка знала, что это будет сложно, но правильно. — Гермиона, ты хотела меня видеть? — Да, Рон, мне нужно сказать тебе нечто важное. — Вот как, и о чём же ты хотела поговорить? — Я должна признаться, что соврала тогда, когда ты спросил, нет ли у меня кого-то на примете… — Так, всё-таки... — сердце Рона рухнуло вниз, он предвидел такой исход событий, но не был морально готов. — Это не то, о чем ты думаешь... Вернее... Это не он, а она. Мне нравятся девушки, Рон. Ну, или конкретно одна. Выражение лица Рона было неописуемым. Парень даже приоткрыл рот, присаживаясь на бордовый мягкий диван. — И кто она? — голос парня стал на пару октав выше, выдавая его нервозность. — Пэнси Паркинсон. Рон выглядел потрясённым. Его глаза расширились, и он явно был не готов к тому, что Гермиона расскажет ему не просто о романтических чувствах к девушке, но и о своей симпатии именно к Пэнси Паркинсон. — Пэнси? — спросил он, искренне недоумевая. — Ты говоришь о той самой Пэнси, что всегда была с Малфоем? Неужели ты не видела, какая она?! Она из Слизерина! Гермиона почувствовала, как её сердце забилось чаще от волнения, но она решила быть твёрдой в своих словах. — Да, всё именно так. Но это не имеет значения. Я больше не могу прятаться от того, что чувствую. Просто послушай меня, Рон. Это не просто каприз или мимолетное увлечение. Я осознала это за последние несколько месяцев и, наконец, поняла, что должна быть честной как с собой, так и с тобой. Рон, всё ещё с недоуменным лицом, медленно начал приходить в себя. Он не знал, что сказать. Он никогда не думал о том, что Гермиона могла бы предпочесть кого-то из их врагов или даже задуматься о романтических чувствах к женщине. — Пэнси, значит... — только и смог вымолвить Рон, сжимая бархатную подушку между рук. — Не знал, что вы близко общаетесь. — Так получилось, что мы сблизились во время дежурств. Ты первый, кому я рассказала, не считая Джинни, но она и так обо всем догадалась. Рыжеволосого парня обуревало море эмоций. Он чувствовал, как будто это всё происходит не с ним. Не зная, что и ответить на такой неожиданный исход, он покачал плечами. — А она в курсе, что нравится тебе? Гермиона слегка улыбнулась, находя реакцию парня весьма забавной. — Ну, думаю, да. Она, вроде как, позвала меня на свидание в эту пятницу. — Оо, — глаза его расширились от удивления. — Мм, Гермиона тебя точно не околдовали или вроде того? Может, стоило бы провериться у Мадам Помфри? — Я не больна, Рон. И, надеюсь, со временем ты сможешь принять мой выбор. — Но... как ты можешь? — начал он, явно не понимая, как это возможно. — Мы с тобой первыми открыли друг другу наши чувства, прошли через столько всего! Это всё путает меня, Гермиона. Я не представляю, как это возможно... — Я понимаю, это шок, – перебила его Гермиона, чувствуя, как её голос дрожит от переживаний. — Но это не отменяет того, что у нас было. Наша дружба для меня навсегда останется важной и особенной. Я хотела, чтобы ты знал это от меня, а не услышал от кого-то другого. Некоторое время между ними воцарилась тишина. Рон, который всегда умел выражать свои эмоции порывисто и открыто, теперь смотрел в пол, пытаясь осознать реальность. — Я всегда думал, что ты полюбишь кого-то вроде меня, — тихо произнёс он. — Зачем тебе кто-то, кто не из «наших»? Мы могли бы быть счастливы, Гермиона… Девушка ощутила, как в её сердце медленно, но верно проникает грусть. Она не хотела, чтобы Рон чувствовал себя брошенным или загнанным в угол. — Я ценю всё, что было между нами, и несмотря на то, что чувства изменились, ты всегда будешь частью моей жизни. Но я не могу, Рон. Не могу снова обманывать тебя. Рон поднял взгляд, и в его глазах отражалась смесь чувства обиды и некогопонимания? — Так что теперь? — спросил он, уже более неуверенно. — Мы... остаёмся друзьями или...? — Да, я надеюсь на это. Давай попробуем заново. Я не хочу терять тебя из-за этого. Это важно для меня. Остаток разговора прошёл более спокойно, и хотя обстановка была напряжённой, они оба понимали, что должны постараться найти выход из этой неожиданной ситуации. Рон напоследок глубоко вздохнул, и, несмотря на ещё сильное волнение, в его голосе прозвучала надежда. — Ладно, Гермиона. Я постараюсь понять. Но тебе стоит знать — у меня много вопросов. Гермиона кивнула, чувствуя, как тяжесть спадает с её плеч. Им предстояло много разговоров впереди, но главное — они были готовы их вести.

***

Justin Bieber — Mistletoe

Первые снежные хлопья, медленно танцуя в воздухе, покрывали территорию сладкого королевства, словно легкое белоснежное одеяло, укрывающее землю от холодного дыхания зимы. Хогсмид, уютная деревушка с её изящными домиками и узкими улочками, был поистине красивым в это время года. Крыши домов, крытые черепицей, ярко контрастировали с белизной снега, а дым, лениво поднимающийся из дымоходов, напоминал о тепле и уюте, царящих внутри. Магические огоньки, украшающие витрины магазинов, эффектно мерцали на фоне зимнего пейзажа, создавая атмосферу сказки и волшебства. Девушки наслаждались зимней сказкой и обществом друг друга. Это было их первое настоящее свидание. — ...Ты первая — Нет, ты... — Пэнси держала Гермиону под руку, улыбаясь чуть менее язвительно чем обычно, ловила снежинки ртом. — Так ведь и заболеть можно, — запричитала Гермиона, нахмурившись и скрестив руки на груди. — Не будь такой букой, — с лёгкой улыбкой ответила Пэнси, подмигнув. Слизеринка кокетливо облизнула губы от прилипших снежинок. Снег продолжал падать, создавая идеальный фон для их разговоров, и вскоре они нашли маленькое кафе с витражами, где через большие окна можно было видеть, как зимний день распускается во всей своей красе. Сидя напротив окна, укрытого мягкими подушками, девушки наслаждались горячим шоколадом, который трепетно согревал руки и сердца, а время вокруг словно остановилось. Пэнси, желая прикоснуться к своей девушке, нежно провела большим пальцем по тыльной стороне руки, которая покоилась на столе, почти неосознанно рисуя круги. Она тихо прошептала, не отводя взгляда от запястий Гермионы: — Ты когда-нибудь представляла, что мы будем на таком свидании? — Мне в целом было тяжело вообразить, что мы будем общаться в этом году. Мы так долго враждовали, что было сложно представить, что ты и я когда-нибудь сможем просто разговаривать, не желая при этом придушить друг друга... Пэнси чуть усмехнулась и продолжила молча рисовать линии на ладони Гермионы, чувствуя тепло её кожи. Она наконец подняла глаза на Грейнджер, слегка изогнув бровь. — Кто же знал, что дела примут такой оборот, — она немного помедлила, прежде чем задать вопрос, который крутился у неё в голове уже несколько дней: — Что ты делаешь в это Рождество? — Вроде ничего, — пожала плечами девушка. — А что, будут какие-то предложения? — Может быть, — лукаво улыбнулась Пэнси, завороженно рассматривая сплетения шоколадных кудрей, спадающих на стол. — Как насчёт того, чтобы отметить его с моей семьей в Йоркшире? — Не уверена, что это хорошая идея. Я ведь «украла» единственную наследницу дома Паркинсон. Ты считаешь, они это одобрят? — Ты вовсе меня не «крала», я сама на всё согласилась, — усмехнулась Паркинсон. — Мама с отцом немного консерваторы, но они не против, чтобы я приглашала друзей на Рождество. И нам ведь не обязательно раскрывать все карты сразу. Я напишу, что в этот раз хочу приехать с подругой. — И ты думаешь, они ничего не поймут? — с волнением в голосе спросила Гермиона. — Мы просто будем наслаждаться прекрасным Рождеством, как две подруги, которые общаются уже несколько месяцев. В поместье Паркинсон всегда слишком много гостей, никому не будет дела до того, что между нами на самом деле происходит... — Мне нужно подумать, — девушка задумчиво уставилась в окно, сфокусировавшись на собственных мыслях. — Разумеется, но не думай, что я буду ждать твоего ответа вечно. Кто знает, может, какая-то гриффиндорка окажется более сговорчивой, — Пэнси ухмыльнулась, произнося это, она прикусила губу. — Думаешь, сможешь меня кем-то заменить? — поддержала её маленькую игру Грейнджер. Паркинсон снова ухмыльнулась и придвинулась ближе к девушке, не отводя от неё своих тёмных карих глаз. — Может быть, даже и не одной... Я очень популярна в школе, знаешь ли. — Кроме меня вряд ли кто-то согласится терпеть твой характер. — О, ты, должно быть, не знаешь, насколько многим нравятся плохие девочки, — игриво ответила ведьма. — Ты же вот купилась. — Конечно, я была всецело очарована тобой, — слегка саркастично произнесла девушка, прекрасно понимая, что это провокация и Пэнси просто напрашивается на комплимент. Слизеринка тихо рассмеялась от ответа Грейнджер, чувствуя, как её переполняют эмоции. Пэнси плавно провела пальцами по тыльной стороне руки девушки, очерчивая контур. — У тебя просто не было других вариантов, кроме как полюбить меня. Гермиона внимательно посмотрела в глаза Пэнси, ощущая, как сердце пропустило удар от того, насколько прекрасной выглядела девушка перед ней. Само совершенство, как будто сама Хатор спустилась на грешную землю. — Какие могут быть тут варианты? — усмехнулась Гермиона,

А тем временем снег всё так же плавно падал на крыши домов, покрывая землю белоснежным одеялом.