История Луны'

      Это случилось не так уж и давно. Пусть и не вспомню всех событий.       Моя жизнь не отличалась от обычных уличных котов и кошек. Питалась тем, что найду, воду пила из протекающих труб. Иногда меня подкармливали, но в основном прогоняли. Пусть белые животные здесь почитались, но меня не любили. Спала, где попадётся. Очень часто вступала в драки с другими котами. Возможно, из-за шрамов и выдранных клоков шерсти меня и не любят.       Так и тянулась моя жизнь. Каждый день. Единственное, что я поняла за всё время: «Чтобы выжить, хороши все средства». Нужно драться? Буду драться. Нужно потереться щекой о лапу Двуного? С радостью! Только забери меня с улицы…       И вот я вновь сижу в подворотне с поломанной лапой. Небольшая группа уличных котов, к которой я присоединилась, оставила меня один на один с собакой. И теперь я расплачиваюсь за свою же ошибку. И никто никогда меня не заберёт, и это уже надо было давно понять. Двуногим не нужны старые коты. Они хотят маленьких котят, чтобы умиляться им.       С такими мыслями я улеглась, пытаясь ровно поставить лапу, чтобы она не болела. Кажется, пора смириться, что скоро конец.       Пару капель упали на нос, из-за чего я поморщилась. Дождь — самое нелюбимое время. Пока у Двуногих и домашних кисок есть куда деться, уличные коты должны ещё и искать место, где пережить эту атаку падающей воды. Но сил не осталось совсем. Поэтому я продолжила лежать.       Не знаю, сколько прошло времени. Дождь нещадно барабанил по земле и по мне. Но я пыталась не обращать внимания. Всё же не первый раз переживаю его.       Еле как я смогла услышать сквозь этот шум лёгкую поступь. Это не мог быть кот. Мы ходим еле слышно, даже по грязи. Запах было невозможно услышать. Всё тот же дождь. Какой-то Двуногий забрёл. Но кто будет выходить в такой ливень? Очевидно, тоже какой-нибудь бездомный.       Однако, когда этот Двуногий остановился рядом, я подняла голову. И нет, по внешности она не напоминала бездомную. Наоборот, аристократку. Такие в особенности не любили таких блохастых, как я. Она держала что-то, что защищало от дождя. Что-то говорит, но я не понимаю. Никто не понимает Двуногих…       Двуногая опускает предмет прямо надо мной. Дождь больше не бил по мне, что непременно меня обрадовало. Но дальше она сняла белую шкуру с одной лапы и… Прокусила! Из маленькой раны вытекала не красная жидкость, а розовая… Эта Двуногая отличается ото всех. По крайней мере, цветом своей крови.       А пока я думала об этом, она присела рядом и поднесла эту лапу ко мне. Насильно открыла рот и влила пару капелек розовой крови. Я хотела вывернуться, но мою морду крепко держала другая лапа. Жидкость не была на вкус никакой. И это было ещё страннее.       — …Терпи, — я услышала, как говорит эта Двуногая. — Ты не сможешь просто так откинуться. Я слишком долго копила силу…       Стоп. Я её понимаю? Я не очень разобрала смысл того, что она сказала. Но звучало так, словно она, наконец, смогла научиться говорить на кошачьем.       Лапа защипала, и я зашипела от этого. Взглянув на неё, я округлила глаза: малые ранки стали затягиваться, а лапа сама выпрямилась. Боли больше не было.       — «Вы понимаете меня?» — единственное, что я решилась спросить.       — Поправка, — Двуногая изначально слегка удивилась, но потом взяла себя в руки, — это ты теперь меня понимаешь.       — «Что? Это я вас понимаю? Ничего подобного! Все Двуногие только и издают нелепые звуки. Ничего разобрать не могу!» — возмущаюсь я.       — Странно, — Двуногая склонила голову и глянула в сторону. — От котов я слышу лишь «мяу-мяу». Ни одного целого предложения или ясного слова.       — «Да это брехня!..»       — Просто перестань выделываться, — прерывает её Двуногая. — Ты понимаешь теперь всех людей, но говорить можешь лишь со мной.       — «Это из-за той жидкости, что я выпила?»       — Да. Она восстановила твои раны и не позволит получать новые. А также… Я получила контроль.       — «Контроль?»       — Я не первый день наблюдаю за тобой. Мне нужен посредник. Посредник, которым я могу управлять и который будет незаметным. Кошки отлично подходят.       — «Я всё ещё не поняла часть про контроль…»       — Всё просто: та жидкость. Если она покинет твоё тело, ты умрёшь. Сделаешь что-то не то, я сожму её внутри твоего организма и ты вновь умрёшь.       — «Ты не оставила мне выбора!»       — Иначе бы ты умерла. Поверь, я знаю, сколько тебе оставалось. И эта цифра ничтожно мала. Уж лучше выжить на чьих-то условиях, чем умереть возле мусора.       — «Все средства хороши…»       — Не слышу, что ты там бубнишь, — Двуногая встала, натягивая ту белую шкуру на лапу. — Я даю тебе день на решение: останешься на улице или же пойдешь со мной.       — «А иначе?»       — Ты уже слышала, что будет, — она выставила перед собой лапу с широко расставленными пальцами и тут же их сжала. — Я не смогу оставить живого посредника, не подчиняющегося моей воле.       Двуногая пошла прочь.       — «Постойте! — я вскочила на лапы и выбежала из-под навеса. — Как хоть вас зовут?»       Двуногая остановилась, через время обернулась через плечо и смерила меня пустым взглядом:       — Завтра и узнаешь. Если выживешь.       И ушла под ливень без того навеса. Я же вернулась под него, улеглась, положив морду на лапы.       Это что получается? Мне дали шанс жить. Я могу жить в тепле и уюте. Она не похожа на Двуного, что живёт в обычном доме. Вероятней у неё одна из тех огромных построек. Наверняка там и кормят вкусно. Но она также сказала о посредниках… Что это значит? Что-то страшное и сложное. Кажется, расплачиваться за вкусную еду и уютное место для сна я буду своей тушей. Но я могу и отказаться, ведь так?       Нет… Она же сказала, что в таком случае меня ждёт смерть. Выбора словно и нет… Смерть или смерть?       От этого выбора будет зависеть, увижу ли я завтрашний день…

* * *

      — Я Хэ… Майонака Казуэ, — представилась Двуногая. — Ты?       — «А? У меня нет имени», — я перевела взгляд на свои лапки, словно я в чём-то провинилась.       — Мать не дала или ты отказалась от него?       — «Я её не помню. Я не знаю, есть ли у меня братья или сёстры. Я не знаю, как выглядит моя мама или как звучит её голос.»       — Ясно. В таком случае я могу дать тебе имя, — я навострила уши. Кивнула, давая понять, что готова слушать. Казуэ же откинулась на кресле, придумывая варианты. — Бэлла?       — «Что это вообще такое?»       — Имя. Не нравится? Что ж, идём дальше. Ангелок? Персик? Снежинка. Снежка… Лу’на…       — «Луна’?»       — Хм, ну можно и Луна’. Понравилось?       — «Луна мне всегда нравилась. И имя тоже».       — Что ж, Луна’, ты принята, раз пришла. Позволь прояснить обстановку. Ты должна помнить, что несколько месяцев… лун назад произошёл большущий пожар в столице.       — «Вы знаете что-то об этом?»       — Кхм, скажем так, я приняла в этом косвенное участие, но не по своей прихоти. Так вот, в тот день правительство сменилось. И я, — она указала на себя, — нахожусь в такой же ситуации, что и ты, — потом указала на меня. — Я не могу свободно совершать какие-либо действия, иначе те ублюдки просто убьют меня. Поэтому мне нужна ты.       — «Но что я могу делать? Я поняла, что просто от ран не умру. Но это дело, скорее всего, очень сложное».       — Не волнуйся. Твоя работа, как котопосредника заключается лишь в наблюдении и передаче информации мне. Коты привлекают внимание меньше, чем люди. Потом я уже буду решать, каких людей отправлять и отправлять ли…       — «А вы из какой-то преступной группировки?»       — Я та, кто лишает тех самых преступников свободы, а иногда и жизни. Не надо меня причислять к червям. Хотя раньше меня выставляли злодейкой много раз. Поэтому думай как хочешь.       — «Если я спрошу «почему», вы расскажете?»       — История слишком длинна. Но когда-нибудь ты её услышишь. Ты свободна, — я хотела уже выйти из комнаты, но Казуэ меня остановила. — Тебя не должен никто из дворца видеть. Можешь тренировать навык скрытности здесь. Миссий для тебя пока что нет.       — «Хорошо. До свидания».       Я удалилась изучать дворец, в котором я, оказывается, буду жить тайком. Оказалось, как раз эти «ублюдки», что устроили пожар, и живут здесь. И не любят таких, как я. Надо постараться, чтобы не попасться им на глаза. И на глаза стражи.       Я не могу подвести Казуэ.

* * *

      С того дня прошло уже несколько лет, а я так и не была поймана кем-то из нынешних правителей. Как объяснила Казуэ, они почти не выходят, за исключением одного. И то он ходит лишь по одному маршруту, который я заучила. От стражи прятаться было не так легко. Они стояли по всему периметру, и было сложно не попасться им на глаза. Но выходило бегать по верху колонн. Так даже тень не отражалась.       После освоения во дворце Казуэ стала давать задания, которые надо было выполнять. Из-за частой смены местожительства я знала столицу почти наизусть. Поэтому ориентироваться в картах не составило особого труда. Правда, пришлось изначально понять саму суть этих карт…       Как и говорила Казуэ, мне надо было лишь следить за людьми и передавать сведения ей. Изредка же нужно было сообщать другим людям. Я познакомилась с ними спонтанно. А точнее, Казуэ организовала эту встречу спонтанно. Теперь же я была знакома с главнокомандующей стражи — Као Осорэ. Казуэ сказала в экстренных ситуациях обращаться к ней.       Видимо, они хорошо знакомы, раз Казуэ рассказала Осорэ прямо обо всём. Но меня это не касается. Я просто могу обращаться теперь к двум людям. Пусть и понимает меня только одна.       Гуляя по замку, задумавшись, я совсем не замечаю одну особу, ранее идущую в мою сторону. Она остановилась и закричала, приведя меня в чувства.       — Что эта дворняга делает здесь?! — закричала Двуногая. На вид она была похожа на кикимору с болота, разве что с вычурной причёской и нарядом.       На её крик сбежалась стража с этажа, пока я от страха не могла пошевелиться. Шерсть начала вставать дыбом, и я чуть было не зашипела. Мало того, почти что не кинулась ей на лицо. Всё же на миссиях я иногда продолжаю воевать с другими котами, чтобы спокойно находиться на их территории.       — Госпожа, — один из стражников склонился перед ней, пока другой подошёл ко мне и взял за шкирку, — мы сейчас же исправим это. Никакая дворняга не смеет здесь находиться.       — Да? — она скривила своё лицо в неверии. — И как же это, — брезгливо указала на меня, — пробралось во дворец?! Где вы слоняетесь каждый день? Кто знает, сколько оно здесь уже живёт.       — Будьте уверены, Госпожа, это создание не могло пробраться сюда раньше, — будь я человеком, я бы сейчас не смогла бы сдержаться от смеха. Эти Двуногие такие глупые. Я здесь живу как три года, если не больше. А заметили меня только сейчас.       Но моё весёлое настроение тут же ушло, стоило мне почувствовать приближающуюся ауру Казуэ. Она источала злость и раздражение. Я так же уловила нотки страха. Она боится? Ах да, она говорила, что в такой же ситуации, что и я.       — Хэй, ты, — Двуногая окликает подходящую Казуэ. — Ты не замечала, сколько здесь бродит это блохастое… — она не знала, как назвать меня, поэтому продолжала махать лапой и кривить морду.       Казуэ переводит взгляд на меня. Я тут же ощущаю, как моя шерсть начинает гореть. Правда, огня не было. Возможно, это так действует аура Казуэ.       — Она моя, — спокойно выдаёт Казуэ. Пусть она и не показывает своё недовольство прямо, я прекрасно знаю, что она ощущает на самом деле.       — Что?! Ты же прекрасно знаешь, что я не потереплю никаких животных у меня дома!       — «Но ты же здесь находишься», — никто не понял, что я сказала. Но я тут же резко была выдернута из лап стражи и потом ещё и получила по голове.       — Извините, — я слышу эту нотку почти ничем не прикрытого недовольства. — Я не думала, что она сбежит с моей комнаты.       — Чтобы сейчас же избавилась от этого, и я умолчу о ситуации, — Двуногая задирает голову.       — Эм… Что, простите? — Казуэ измученно закрывает глаза и склоняет голову. На моей же голове хватка усилилась. Мне кажется, или она хочет, чтобы моя голова взорвалась.       — Что тут не понятного? Выбрось на улицу, что подобрала. Уличное зверьё — рассадник блох. Не могу позволить, чтобы они появились и у меня.       — Иначе?       — Иначе вылетишь отсюда.       — Хорошо, я подумаю.       И, не дожидаясь ответа от кикиморы, Казуэ разворачивается на одних пятках и идёт в свою комнату.       Она никак не реагировала на мои извинения. Просто принесла в свою комнату, отпустила и легла спать. Я больше не чувствовала никаких эмоций. Лишь пустота.       Я решила не допытываться до Казуэ, иначе всё может быть ещё хуже. Но…       Казуэ ведь говорила, что если я попадусь, она избавиться от меня. Даже если сделает вид, что выпустила на улицу, она убьёт. Ей не нужны живые посредники, над которыми не имеет контроля…       Завтра я или не проснусь, или же умру после пробуждения.       Однако я проснулась от того, что Казуэ тормошила меня. Всё так же ничего не выражая. Она молча указала на широкую коробку и продолжила заниматься своими делами. Я же, потянувшись, запрыгнула на неё.       Через время Казуэ взяла коробку за ручки, поднимая над землёй и выходя из комнаты. Хотелось спросить: «Что происходит? Куда мы идём?». Но я ничего не могла выдавить.       Уже у выхода Казуэ останавливается, достаёт из кармана металлическую палку, кладёт на стол рядом и тянется к двери.       — Ты куда собралась? — я вновь слышу голос той Двуногой. Из-за того, что сейчас раннее утро, её голос был заспанным, но не менее раздражённым, чем вчера.       — Вчера ты… вы сказали выбросить кошку или выбросите меня. Так вот, я решила уйти сама. Всё равно отсюда до суда добираться, как за тридевять земель.       — Ты! Ты не имеешь права уходить!       — Это ещё почему? — впервые за всё время я увидела настоящую личность Казуэ. Именно в этот момент она ухмыльнулась, склонила голову, в голосе больше не слышалась та осторожность. Словно она разговаривает с существом ниже себя по статусу. — По контракту я не обязана жить здесь. Я всё так же буду выполнять свои обязанности до тех пор, пока вам не наскучит. Моя жизнь всё ещё находится у вас в руках, и вы вольны делать с ней всё, что захотите. А наличие меня под боком вам ничего не делает. К тому же к моей кошечке я привязалась, и бросать не хочу. Так что пока.       Не дожидаясь реакции кикиморы, Казуэ выходит, ни разу не обернувшись. После этого я чувствовала напряжение. Странно это. Оказавшись в карете, напряжение стало пропадать, но до конца так и не ушло.       — «Зачем вы это сделали?» — всё же решаюсь задать вопрос я.       — Что именно? — Казуэ не смотрит на меня. Её голова отвёрнута в сторону окошка.       — «Ушли… Я же попалась. Вы говорили, что убьёте меня… Да и у вас теперь могут быть проблемы».       — Я давно уже хотела свалить оттуда. Там живут ублюдки, которых я не хочу видеть каждый день. Ну, а теперь я просто ушла, — Казуэ откинулась на сиденье, шумно выдохнув. — По правде говоря, я хотела убить тебя на её глазах, — я вздрогнула, вспоминая, как её пальцы сжимали мою голову. — Но посчитала это отличным шансом на побег. Да и ты неплохо справляешься со своей работой.       — «Но в этот раз меня поймали…»       — Тебя поймали как дворовую кошку, а не как секретного агента. Ты не подаёшь признаков разумности, позволяя проникать в любые разговоры. Но при этом ты имеешь свой разум.       — «Что вы хотите сказать?»       — Ты не как обычные животные. Ими движут инстинкты. А ты полагаешься на разум.       — «Вы хотите сказать, что другие коты не умеют думать?! Нет, ну такого вздора я никогда не слышала! Как бы я тогда с ними общалась».       — Общаться то они могут, но мыслят как животные. Я же наблюдала за тобой. И не только за тобой. До тебя было много других городских котов. Но они все подчинялись лишь одному инстинкту. Выжить любой ценой.       — «Н-но! Я тоже так жила! Я ничем не отличалась от других… Я, как и другие коты и кошки, хотела, чтобы меня забрали в дом Двуногие, чтобы любили меня, чтобы кормили. Чтобы я больше не знала, каково жить на улице…»       Не знаю, чего я хотела достичь, говоря это всё. По-хорошему Казуэ сейчас может лишь взять меня за шкирку и выбросить прямо во время поездки.       — «Двуногие очень глупые», — наконец выдыхаю я. А вот это уже точно должно быть финальной точкой. Казуэ просто избавится от меня.       Однако я услышала лишь короткий смешок, и на мою голову легла рука, легко поглаживая:       — Да уж, Двуногие самые глупые существа, что я когда-либо встречала.       Так продолжалось некоторое время. Карета постоянно подпрыгивала на мелких камушках, не позволяя хоть как-то расслабиться. Но равномерные поглаживания уморили меня. Я провалилась в лёгкую дрёму.       — Ты мне напомнила кое-кого в тот день, — я навострила уши. — Такая же разбитая, потерянная… Преданная, — Казуэ замолчала, опустив голову. — Как и я в день пожара.       — «Вы хотите сказать…»       — Во время этих событий я потеряла близких мне существ по моей же вине. Интересно, если бы Кииро была жива, вы бы подружились?..       Прошлое Казуэ было темнее, чем я думала. Она не рассказала полностью, но… Вещи, что произошли, действительно ужасны… Кииро? Подружились? Значит, это тоже кошка. Неужели обычной кошки не стало по вине Казуэ? Но я не чувствую ничего, кроме всепоглощающего сожаления, печали и…       Кап!       На меня упала капля. Тут же, взглянув на лицо Казуэ, я вижу, как с её глаз течёт жидкость. Слёзы? Кажется, так их называют Двуногие. Но почему?..       — Ничего не говори, — тихо проговаривает Казуэ. Кажется, если бы она говорила как обычно, то начала бы заикаться. — Просто пообещай мне одну вещь, — я навострила уши. — Если ты когда-нибудь встретишь похожую на меня девушку, но с чёрными волосами и жёлтыми глазами… Приведи её к Осорэ. Это всё…       Двуногую что, похожа на Казуэ? А такие есть? Никогда не встречала. И почему к Осорэ? Эта Двуногая какой-то преступник? Это чтобы Осорэ её арестовала? Видимо, так.       Я лишь кивнула. Не стоит прерывать эту атмосферу. Кажется, Двуногим нужны такие моменты, чтобы прийти в себя. За долгое время я поняла, что Казуэ не совсем Двуногая, но она держит их облик, действует их привычкам. Поэтому не считаю грехом называть её так. В любом случае, в каких бы хоромах я не жила, я всё так же буду оставаться дворовой кошкой. Поэтому я не думаю, что Казуэ обидится…

* * *

      Змея отлетает от добычи, на которую та набросилась. Что? Почему этот гад ползучий отцепился от меня? Я, конечно, рада, не придётся яд выкачивать, но какого?..       Обернувшись на жертву, я замираю на секунду. Казуэ? Нет, здесь что-то не так. Волосы чёрные, глаза жёлтые, в руках палка, а одета… По-простому? Честно, такого наряда я не видела даже в городе.       А! Обещание Казуэ! Надо привести её к Осорэ!       Но вот змея так не думает. Пока мы обменивались взглядами, змея впилась в лапу той Двуногой. Та валится на землю в попытках отцепить змею, но та, кажется, застряла намертво.       Очнувшись от шока, я бросаюсь к ним, впиваюсь зубами в голову змеи и резко отдёргиваю. Пока змея не пришла в себя, сбрасываю тушу в реку. Змею унесло быстрым потоком.       Но вот с Двуногой уже дела плохи. Она завалилась на бок и закрыла глаза. Я попыталась давить на рану, чтобы вышел яд, но выходила только кровь.       — «Нет, нет! — мне совсем всё равно, что она не понимает меня. Я даже не обращаю на это внимания. — Ты не можешь так умереть! Мне Казуэ сказала… Я за помощью! Я быстро! Продержись некоторое время!»       Я тут же помчалась в сторону, где должна быть Осорэ. Всё же она действительно должна быть ближе, чем Казуэ. Но как Казуэ узнала об этой Двуногой? Прошло немало лет с того обещания. Я не думала, что это действительно произойдёт.       Кто-то похожий на Казуэ…       Неужели вскоре произойдёт что-то, что изменит мир?