Женщине место на кухне//Турбо

- Вова, у тебя снежинка упала на ресничку. - заговорила блондинка, стоявшая в объятиях своего возлюбленного. - Сейчас растает. - произнёс молодой человек, гляда в голубые глаза. - Наташка, я хочу утонуть в океане твоих глаз. - его голова стала медленно приближаться к девушке. Они стояли под снегопадом, освещенные лишь луной и тусклым фонарем. Два человека в этом мире нашли друг друга и полюбили, кажется навечно. Она трепетала под его сильными, но кровавыми ладонями, а он прижимал её худощавое тельце как можно ближе к себе, боясь, что вот-вот лишиться этого счастья, что кто-то посмеет отобрать у него это счастье. - Маратик, у тебя шапка сползла. - маленькие ручки школьницы потянулись к ткане, что частично закрывала уши юноши, дабы натянуть её посильнее. - Айгуленька, так все пацаны носят. - он взял её руки, которые едва успели коснуться его головы и принялся их целовать так жадно, как никогда. - Вахит, смотри. - рыжеволосая девушка указала куда-то на небо, чтобы отвлечь внимание парня. Его голова тут же повернулась в ту сторону, на которую ему сказали обратить внимание. - Алёнка, там ничего нет. - вдруг его щека ощутила тепло, которое исходило от губ девушки. Парень опешил и выронил изо рта сигарету. В двух группировках Казани расцвела весна в конце января. Теперь вместо крови и агрессии, лица бравых парней и девушек украшали улыбки и следы от поцелуев. Каждый, кто раньше мог сказать - "с ним или с ней, да никогда в жизни" - а сейчас все изменилось. Изменились принципы, настроения, желания, мечты. Все в мирке "Универсама" и "Лисиго Носа" поменялось, в лучшую для ребят сторону. Теперь молодые люди приходили не в ссадинах и кровоподтёках, а с красными от смущения щеками, девушки стали постепенно отказываться от излишнего мата, мужских черт и брючных костюмов, каждая старалась выглядить на фоне своего мужественного защитника, как можно ласковее и пушистые, каждая захотела быть похожа на девочку. Ребята стали как можно чаще собираться большими компаниями, ходить в кино, посещать дискотеки. Они все стали такой большой и дружной семьей, где каждый мог встретить поддержку, попросить помощи, спросить совета. Как и было обговорено - все строилось на взаимопонимание и взаимопощи. Друзья стали по настоящему счастливы, что позволило им снять маски агрессивных подростков и начать жить полноценной жизнью. Но, жизнь она такая странная штука. Она может дать тебе счастье, любовь, богатство, ты можешь обрести популярность, но в один прекрасный момент, когда ты наиболее уязвим и совсем не подозреваешь об опасности, эта опасность стоит и ждёт, пока её с цепи спусть главная - жизнь. Молодая девушка после вечерних поседелок в подвале Универсама направлялась домой в район "Лисиго Носа". Она была полностью уверена в том, что прибудет в безопасности, так как её путь практически не пересекал чужих терротий, а на своих никто и пальцем не тронет. В момент, когда так решила завязать шнурок, который уже изрядно выводил из себя, кто-то сзади просто взял и стукнул эту юную особу камнем по голове. За что и почему, никто не знал и не догадывался, но чтобы выяснить это у пострадавшей, уже не было времени. Тело красивой девчушки, что шла домой лежали в каком-то переулке до самого утра, пока люди не вышли на работу. Кровь окрасила снег в насыщенный алый цвет. Она пыталась встать в первые 5 минут после удара, через 15 уже лежала без сознания, через 30 её сердце перестало биться. Время смерти 23:47. Причина смерти кровоизлияния в мозг от удара тупым предметом. При теле погибшей обнаружили записку, которая успела намокнуть от крови и снега, но текст все равно оставался читаемым - "и так будет платить каждый". Кто оставил эту записку и кому она была адресована ясно не было, но каждый член группировок понимал - им дали счастье, чтобы забрать его неожиданно. Девочка по имени Маша, которой только что исполнилось 13 лет покинула этот серый и жестокий мир. - Наташ, я... - опухшие от слёз глаза провожали гроб, который несли парни на своих плечах. - Мы отомстим... - блондинка уткнула свою подругу себе в грудь и зарыдала навзрыд, поднимая глаза в небо. Темноволосая, зарывшись в пальто Наташи, заревела еще сильнее. На мгновение улицы территорий двух группировок погрузились в траур. Машенька была такой жизнерадостной девчушкой, что каждый из ребят был рад встретить её по дороге. Лучезарная улыбка и ясно-зеленые глаза всегда светились и распростроняли тепло. Бабушка и дедушка девушки часто передавали остальным гостинцы - пирожки, закрутки, свежие овощи летом, рыбу. Никто не мог поверить, что кого-то смогут потерять, никто не хотел верить в это. После поминок ребята нагрянули в подвал, чтобы еще раз почтить память. Все были не готовы расстаться с этим маленьким солнышком. - Я не могу в это поверить. - в одной руке Алёна держала стопку, а другой прикрывала рот, чтобы не плакать слишком громко. - Никто не может... - пустые глаза Наташи устремились куда-то в даль. - Мы хоть и знали её мало, но каждый раз её смех отзывался эхом. - слова Вовы пронеслись в головах ребят, он хоть как-то пытался разрядить обстановку. Пили все, по одной, но все, младшие, старшие, больные, каждый чтил память. После того, как скорпула помянула, её отправили домой, а старшие и супера остались, чтобы обсудить всё и разработать какой-нибудь план, потому что риск потерять кого-то ещё вырос. - Однозначно нужно скорлупе запретить после 9 выходить из дома, пусть группами ходят. - начал рассуждать Зима. - Первым делом нужно обучить их самообороне. - наконец подала голос Лиса, что молчала с того момента, как мимо неё пронесли тело. - Каждые сборы нужно начинать не с отчитывания за курение, а с изучения приёмов. Когда пиздюки поймут как махать кулаками, можно и с оружием научить обращаться. - стеклянные от слёз глаза просто смотрели в пустоту, а рот шевелился машинально. - Лиса права, не надо их пугать запретами, нужно научить их защищать себя, но от запретов не отказываюсь. - Вова потянул к себе сигарету, перед этим выпив залпом алкогольный напиток. - А ещё нужно как можно скорее выяснить чьих это рук дело. - подключился Маратик. - Да понятно блять чьих, Такташ глотки резать начал. - руки Даши начали непроизвольно сжиматься в кулаки. - Проебали девкам, ходят позорники и срут. Сука. Каждому кадык вырву. - девушка резко поднялась с места и поспешила покинуть подвал. Она вышла без какой-либо верхней одежды, хотя температура двигалась стремительно вниз. В её руках как обычно появилась сигарета и спичка, что идеально дополняли друг друга. Мысли начинали все больше и больше поглощать голову, заполнять её чернотой. После белой полосы настала чёрная, чего хотелось меньше всего. - Твари, ей всего 13 лет блять было, только только исполнилось. - тело девушки буквально упало на снег, руки затряслись, а из глаз хлынули жгучие слёзы. Лицо застыло в немом ужасе и не понимание - почему так произошло У девушки не было сомнения в том, кто это мог сделать, но в чём была причина этого она не понимала. На дискотеке конфликт должен был закончиться, старшая получила по заслугам, что ещё нужно этим упырям? Ей казалось, что если бы родители были сейчас рядом, проблема бы решилась куда быстрее, она бы пришла в дом, где её ждала бы мама с горячим ужином, где папа бы смотрел телевизор и тогда, голова бы сразу прояснилась и нашёлся бы ответ. А что сейчас? Сейчас темнота и даже света в конце не видно. Кучерявый парень всё это время стоял за спиной. Он видел, как Даша упала на снег, как залилась слезами. Он хотел бы забрать эту боль, что сейчас испытывает девушка, только чтобы не видеть её слёз, но не мог. Его руки опустились на её плечи и сразу стало тепло, куртка, что он вынес согревала как никогда. - Я не знаю, что делать. - девушка сказала это так тихо, чтобы услышал её только Валера. - Война - это глупость, она принесет только больше потерь, но другого варианта я не вижу, я не знаю. - руки двигались от глаз к макушке, демонстрируя всю безысходность. - Я могу узнать чьих именно это рук дело и сделать так, чтобы всю жизнь он мучался, но стоит ли марать свои руки в крови этой твари? - она подняла на парня, что сел рядом, глаза полные слёз. - Валер...я не знаю что делать... - её голова упала на грудь парню, единственное что он позволил себе сделать, это прижать девушку как можно ближе к себе.