История о синей вороне

— Вижу, ты счастлив! — раздался за спиной голос, который она могла бы узнать среди тысячи. Голос, от которого дергается глаз. Обернувшись, Лили лишь подтвердила свои мысли. Драко Малфой. Кого же они еще могли встретить здесь? И правда. Лили почти закатила глаза при виде его лица. — Знаменитый Гарри Поттер! Не успел войти в книжную лавку, как сразу оказался на первой странице «Пророка»! — ехидно проговорил Драко. Лили почувствовала сильное желание дать ему в морду, но тут неожиданно вмешалась маленькая Джинни: — Не приставай к нему! Гарри совсем этого не хотел, — прозвучало смело, и Лили с гордостью посмотрела на девочку. Подойдя к ней, она склонилась и прошептала: — Ты молодец. Лицо Джинни слегка покраснело, но Лили, выпрямившись, и снова возвышаясь над Малфоем, не теряя времени, продолжила громче, чтобы все слышали: — Она права. Он не виноват, что твое имя, если и напечатают в «Пророке», то только на последней странице и мелким шрифтом. И я, кажется, уже говорила, куда тебе стоит засунуть свою зависть? — Лили не смогла сдержать ехидную улыбку, и лицо блондинистого Драко покраснело от возмущения. — Не тебе это говорить, никчемная маледиктус! — его крик был не особо громким, но Лили было такое ощущение, что его услышали все, кто находился в лавке. Она судорожно начала осматриваться, будто ища доказательства того, что все смотрят на нее. Но на самом деле никому не было дела. Люди продолжали свои дела, кто-то продолжал рассматривать книги, кто-то не обращал внимания. Это ощущение было всего лишь иллюзией, созданной ее нервозностью. Давненько никто так не называл ее. Если и были смельчаки, кто осмеливался на такие слова, их тут же выгоняли из поместья тетей. Лили вспомнила тот момент, и неприятное чувство вновь охватило ее. *Маленькая девочка, лет пяти, с необычными синими волосами, сидела за столом, пытаясь что-то записать в тетрадке. Рядом стояла женщина в строгом костюме, диктовала ей слова. Эта женщина была учителем английского. Сейчас же девочка смело могла бы назвать ее мучителем. — Он бежал так быстро, что охотник еле успевал за шустрым животным, — голос был монотонным, а чтение слишком быстрым, чтобы девочка успевала записывать. Но она старалась. Когда же пришло время проверки, учительница скривила лицо и произнесла: — Да уж… — ее голос был полон разочарования. — Хотя что я ожидаю от глупого маледиктуса? — Маледиктуса? — с настороженным интересом спросила девочка, но на лице учительницы появилось глумливое выражение. — Это дети, которых прокляли их собственные матери. Проще говоря, это проклятая кровь, — ее слова эхом разнеслись по комнате, а лицо женщины сделалось устрашающим. У девочки широко раскрылись глаза от ужаса. — Я проклята? — холодок прошел по ее телу, она застыла, не в силах двигаться, глядя в тетрадь. Слова учительницы добили ее: — Еще как, — презрительно хмыкнула женщина и добавила: — Урок закончен. — Девочка выбежала из комнаты, в поисках своей тети, но вместо нее встретила Иду, тетину помощницу и охранницу, лучшую подругу. Девочка без колебаний рассказала ей о случившемся. На следующий урок пришел новый учитель, который был намного добрее, чем старая ведьма. Он не называл ее таким ужасным словом.* Так что, когда Драко снова вспомнил это оскорбление, он буквально ликовал, видя реакцию Лили. — Что, Куэрво, ответить теперь нечего? — с насмешкой спросил он, но Лили уже не была той напуганной пятилетней девочкой. Она могла дать отпор. — Я просто засомневалась, а знаешь ли ты, что сам сказал? — строго произнесла Лили, затем перешла на более ехидный тон. — А то такую чушь и я могу сочинить. Лицо Драко снова покраснело от ярости, но Лили не успела продолжить, как раздался холодный мужской голос: — Что здесь происходит? — перед ними стоял высокий платиновый блондинистый мужчина, скептически оглядывая детей. — Отец! — радостно воскликнул Драко, увидев его. Это его отец? Лили подумала, что яблоко не упало далеко от яблоньки. Она выпрямилась ещё сильнее, почти уравниваясь с ним по росту, и в её осанке появилась уверенность взрослой, привыкшей не прогибаться даже перед аристократами. — Сэр, — Лили обратилась к мужчине, и он медленно перевел взгляд на нее. — У нас с вашим сыном возник конфликт, и... — она не успела продолжить, как вмешался Гарри: — Он обозвал ее маледиктусом! — его голос был неожиданно громким. Лили остолбенела от шока и повернулась к нему с удивлением. — Правда? — лицо Люциуса Малфоя стало задумчивым, он повернулся к сыну. — Это действительно так, Драко? — Частично, отец… — Частично? — Она начала первой! — что? Это бред! Лили почувствовала, как это обвинение не имеет смысла. — Я… — но Лили не успела сказать, как снова вмешался Гарри. — Ложь! Первым был ваш сын! Лили просто хотела заступиться за меня, — его голос звучал твердо и громко. — Заступиться? — с изумлением изогнув бровь, спросил Люциус. — Да, именно! — но Гарри не успел договорить, как его прервал другой мужской голос: — Люциус Малфой? — Ба! Кого я вижу! Артур Уизли! — Здравствуйте, Люциус, — холодно поприветствовал его мистер Уизли. — Слыхал, что у Министерства работы прибавилось. Все эти рейды, знаете ли! Хоть платят за сверхурочные? — По-видимому, нет, — вздохнул мистер Уизли. — Стоит ли позорить имя волшебника, если за это даже не платят? Мистер Уизли покраснел. — У нас с вами разные представления о том, что позорит имя волшебника, мистер Малфой, — ответил он. — Очевидно, — Люциус перевел взгляд на родителей Гермионы, которые с тревогой наблюдали за ссорой. — С кем вы водитесь! Ниже падать некуда. В этот момент старший Уизли не выдержал и ринулся на Малфоя. Он схватил его за грудки и швырнул на книжную полку. — Я тебе покажу, как обижать моих друзей! — крикнул он, ловя падающие книги. — Так его, отец! Врежь ему хорошенько! — кричали близнецы. — Артур, не надо, прошу тебя, — умоляла миссис Уизли. Толпа начала двигаться к выходу, сметая книжные полки. — Чисто сумасшедший дом! Валите все отсюда! — громко заявил чей-то голос. Конечно, спешил Хагрид. Он с легкостью растащил дерущихся, и у мистера Уизли была рассечена губа, а у Люциуса Малфоя под глазом красовался фингал. — Вот твоя книжка, девочка, — сказал Люциус, бросая старый учебник обратно в котел. — Получше твой отец не в состоянии купить. После чего он с раздражением взглянул на сына, и они поспешили уйти. Мистер и миссис Грэйнджеры тряслись от страха, а миссис Уизли кипела от ярости. — Хороший пример ты подаешь детям… Подраться прилюдно! Боже, что подумает Локонса! — Златопуст Локонса был наверху блаженства! — успокоил Фред. — Он же просил вставить сцену сражения в репортаж. Совсем на популярности помешался! В «Дырявом котле» все сели, понурив головы. Грэйнджеры ушли через магловский выход, а мистер Уизли начал расспрашивать их о автобусах, но, поймав взгляд жены, замолчал. Семейство Уизли вместе с Лили и Гарри поспешили к камину. День был действительно удивительным..