Любимец музы

Что для нас родной край? Место, куда хочется возвращаться снова снова, где каждая тихая улочка, скромный уголок между задней частью дома и большими зарослями кустов сирени, маленький магазинчик и поросший густой травою парк—всё хранит в себе необъятное количество теплых воспоминаний. Случается и так, что родным может стать вовсе не то место, где вы родились, а то, что дарит вам ощущение домашнего тепла и уюта—там вы прожили самые счастливые моменты, там вы обрели себя и нашли друзей. Как уже было сказано, Мустафа был в многих странах, и каждая оставила свой отпечаток в его душе. Каждая вызывала определенные ассоциации и воспоминания. Например, Италия. Для Мустафы это вкусная пицца, игра уличных музыкантов на фоне закатного солнца, тихий шум моря, красивые мужчины с запахом оливок, дорогое вино и любимый ресторанчик Sea&Roses с вкуснейшей выпечкой. А Париж? Париж—это бесконечные прогулки по набережной, неповторимый букет запахов, вкусов и цветов, красивые картавые люди—изысканные элегантные омеги с запахом Диор. По крайней мере такое впечатление он получил при первом посещении. Эта поездка была второй и пока её вряд ли можно было назвать удачной. Начинало создаваться отвратное впечатление об атмосфере в целом. Как же раздражает этот дождь... До обеда мужчина вырезал и клеил—очень занимательно. Ну а после обеда, когда ему принесли вкусную трапезу, впоследствии съеденную за десять минут, и Мустафа ещё раз убедившись в том, что дождь не прекратился, заскучал и от скуки уснул...

***

Проснулся мужчина под вечер. На небе сгустились черные тучи, создавая ощущение, что на дворе уже ночь. Погода была пасмурная, сырая, но дождь лить перестал. Мустафа вышел на террасу и в нос ударил холодный, свежий, насыщенный озоном воздух. Вдохнув его полной грудью он на секунду прикрыл глаза от удовольствия. В памяти вспыли воспоминания о скоротечном знакомстве с одним омегой, пахнущим точь в точь как воздух после грозы: "Хороший был парень. Экстравагантный" Воспоминания весёлым вихрем пронеслись в голове и оживили в памяти поездку в Норвегию. Там он приобрел потрясающую картину на которой было изображено северное сияние над маленьким заснеженным городком, а также познакомился с тем самым весёлым парнишкой, который своим простодушием и искренней добросердечностью развеял тяжёлое, холодное и дождливое путешествие. К сожалению, имя его он не запомнил, да и не нужно. Это был небольшой курортный роман, который доставил удовольствие им обоим. Не помешало бы и сейчас завести какую-нибудь интрижку, пахнущую Диор, дабы развеять серые будни. Но в такое позднее время ему это вряд ли удастся. Поэтому Мустафе ничего не оставалось, как дожидаться ночи, чтобы снова уснуть. Альфа вернулся в номер, закрыв за собой выход на терассу, и включив телевизор, стал листать каналы на чисто французском языке. Минут через 15 ему это наскучило и он захотел есть. Вспомнив о том, что на первом этаже имеется шведский стол, он недолго думая решил сам спустится туда, а не платить за доставку еды в номер. Спустившись вниз, Мустафа увидел, что сделал он это не зря. Стол был действительно роскошным. Здесь можно было найти всё, что душе угодно, от разнообразной ароматной выпечки до огромного ассортимента сыров и морепродуктов. Мельком окинув взглядом каждое блюдо, он понял, что больше всего ему хочется сладкого. Но как только он подошёл к столу, чтобы выбрать себе что-нибудь вкусное, тут же ощутил концентрированный запах корицы и настроение моментально испортилось:"У них здесь что завод по производству синабон?" Мустафа ненавидел корицу по неизвестным ему причинам. Даже запах не переваривал, а тут он был настолько сильный, что первым порывом было зажать нос и убежать, но он совладал с этим желанием. Немного отойдя от шока, он огляделся кругом, но как ни странно ни одной булочки с корицей не нашел. Странно. Откуда же тогда запах? Он стал вертеть головой по сторонам в поиске источника неприятного запаха—долго искать не пришлось. —Мужчина, вы либо берите что-нибудь, либо отойдите, пожалуйста. Не занимайте место.—послышался раздраженный тон где-то позади. Мустафа обернулся и хотел было ответить в такой же пассивно-агрессивной манере, но обернувшись, опешил от удивления. "Неужто сон?"—промелькнула странная мысль в голове. Это определенно была очень неожиданная встреча. Альфа вытаращил глаза и долго и пристально смотрел в лицо собеседника. —С вами все в порядке?—усмехнулся мужчина, в ответ на такое внимание.—Позвольте мне пройти.—он сделал решительный шаг в сторону, но Мустафа пришел в себя и легонько ухватил его за руку. —Мехмед? Мехмед Гюллер, так ведь? —Вы обознались, мужчина, пустите меня.—с едва сдерживаемым смешком в голосе говорил он. Мустафа поначалу ослабил хватку, испугавшись, что действительно перепутал его со своим старым знакомым. Но увидев хитрую ухмылочку на милом лице этого знакомого незнакомца, сразу отбросил сомнения. —Ты мне зубы не заговаривай, синабонка. Я тебя сразу узнал. Мужчина наконец сдался и окончательно рассмеялся, раскрывая широкие объятья для Мустафы. Мехмед Гюллер—настолько давний знакомый, что, казалось, они знают друг друга с рождения. Хотя, по сути, так оно и есть. Их семьи тесно дружили, и как это частенько водится среди дружных и богатых семей—друзья-родители сватают детей между собой. Мустафа был тем самым идеальным сыном папиного друга и маминой подруги, а Мехмед всего лишь был любимым и единственным ребенком. К тому же родился он омегой, и мысль о его скором замужестве ни на секунду не покидала головы родителей. Не смотря на явно навязанную дружбу и принуждённое общение, Мустафа и Мехмед питали друг к другу только теплые, светлые чувства. Когда же дошло дело до помолвки, Мустафа со всей серьезностью заявил, что не переносит запах Мехмеда, и даже не смотря на их теплые отношения, не сможет и дня прожить с этим человеком. Мехмеда это никак не оскорбило. Он знал истинную причину отказа, и дело было вовсе не в запахе, да и сам он не больно то горел желанием выходить за него замуж, но и не отказался бы от такой возможности. К Мустафе он уже привык с детства. Можно было бы заключить фиктивный брак, а после заняться каждый своим делом. Однако из-за принципиальности старшего(Мустафа старше на 4 года) все планы омеги пошли крахом. Мехмед не отчаился—как ни крути он единственный наследник. Что ему ещё остаётся делать, как ни наслаждатся жизнью? А замужество дело пустяковое. Было бы желание и ресурсы. И вот сейчас, наслаждаясь жизнью, он встретил Мустафу в Париже. Их дорожки давно разошлись, виделись они не часто, потому как на родине Мустафа появлялся крайне редко, а Мехмед так вообще колесил по всей Европе и Америке —просто так, шутки ради. По крайней мере так говорил он всем. Истинную причину его поездок не знал никто. Картины он не собирал, бизнесом особо не занимался,достопримечательностями не восхищался, и вот сейчас судьба свела этих путешественников в таком странном месте, да ещё при таких обстоятельствах. Надо же, какое совпадение! Но опустим подробности этого странного дела и вернёмся к жарким объятьям Мустафы и Мехмеда. Старший сильно, крепко прижал Мехмеда к груди. Мехмед тихо и счастливо улыбаясь, вдыхал терпкий аромат кофе, исходивший от старшего. И продолжалось бы это неопределенное количество времени, пока наконец Мустафу наконец не осенило: Мехмед, здесь, в Париже, в той же гостинице, что и он. Разве такое бывает? Мустафа понемногу ослабил хватку и отстранившись на достаточное расстояние, со всей серьезностью в лице и в голове спросил: —Как ты здесь оказался? Но Мехмед отвечать не спешил. Он лишь пожал плечами и радушно улыбнулся. —Нет, я серьезно, как? Мы два года не пересекались даже на родине, а сейчас встретились здесь? Тебе не кажется, что это как то... —Странно? Мне кажется странным только то, что после двух лет разлуки ты, вместо того, чтобы сбросить о том, как у меня дела, начал общение с допроса. Мы в самой престижной гостинице, в столице Франции! Думаешь у тебя одного есть деньги, а ,Кануни? Мустафа с облегчением выдохнул. "Я стал слишком мнительным. Эти путешествия меня доканают"—подумал он и ещё раз обнял Мехмеда. —Прости, синабонка. В последнее время я постоянно на нервах. Сам не пойму, что на меня нашло. —Эм...Мне жаль тебя, но не мог бы ты немного...—Мехмед пытался выбраться из крепких рук альфы.—Кхм...Не сдавливать меня... —Извини. Я не нарошно. Просто я действительно рад нашей встречи. —Хах. Оно и видно. Давно меня так...Не зажимали.—на последнем слове Мехмед как то странно усмехнулся и сверкнул глазами. Мустафа это конечно же заметил., и в голове тут же созрела мысль: "Может этот вечер ещё не потерян?" —А что это мы стоим тут, в проходе. Ты ведь живёшь в номере неподалеку? Мой номер совсем близко, не хочешь заглянуть ко мне на пару минут? Пообщаемся, выпьем... —Чай? —Нет же. Я рассчитывал на более крепкий напиток. Или..Ты не пьешь? —Хах...Пью, чего уж там. С недавнего времени. Но вообще-то я хотел поесть. —Оо, да брось. Закажем доставку еды в номер. Ну пойдем же, не будем терять ни секунды.— Мустафа взял Мехмеда за руку и ненавязчиво потянул за собой. Мехмед в свою очередь не сопротвлялся. Такой энтузиазм со стороны старшего ему даже льстил. Видно тот совсем одинок, в этих стенах престижной гостинице. Впрочем и Мехмед не лучше. Как хорошо, что они встретились... Войдя в номер, Мустафа перво наперво оглядел беспорядок, который он учинил ещё с утра. Ему стало неловко за себя и он принялся подбирать вещи с пола, но Мехмед во время его остановил. —Эй, эй, что ты делаешь? Мы сюда убираться пришли? —Прости.—с этими словами он неловко спрятал за спиной, поднятые с пола трусы.—Я не ждал гостей и совсем забыл, что у меня тут...Ну в общем ты и сам видишь. Мехмед равнодушно махнул рукой.: —Мне все равно. Пойдем лучше на кухню, если она у тебя есть. Кухня конечно же была. Номер ведь дорогой. И пока Мехмед отвернулся в сторону, Мустафа незаметно бросил свои трусы подальше от зоны видимости, а затем пошел за ним. Мехмед тем временем уже отыскал два замечательных бокала. Осталось только заполнить их дорогим вином или чем-нибудь с грудусом повыше. В номере был мини бар с хорошей выпивкой, часть запасов которого Мустафа уже истратил, но часть все таки осталась. Мехмед остановил выбор на вине. И вот жидкость рубинового цвета полилась в бокалы красиво играя и переливаясь цветом на свету. Первый бокал опустошался в полной тишине. В воздухе повисло гнетущее напряжение и Мехмеду это явно не нравилось. —Нужно было купить сыр.—внезапно произнес Мехмед.—Хотя бы как небольшую закуску. Страсть как есть хочется. —Я не ждал гостей.—сказал Мустафа.—Знал бы, что ты здесь, устроил бы более радушный прием. —Ммм...Что ж, ладно, обойдёмся без сыра.—сказал Мехмед и снова наступило молчание. Разговор совершенно не вязался. Они перекидывались односложными фразами, поочерёдно отвечая либо да, либо нет. Через некоторое время младшему это надоело. —Ну что так и будем стоять, как будто впервые встретились или ты расскажешь мне что нибудь действительно интересное? —С удовольствием. Но что например? —Да о чем угодно. О чем нибудь...Интимном. об отношениях например. Ты сейчас...Свободен? —Что? А..Ах, да конечно. Конечно свободен. А почему ты вдруг так внезапно об этом спросил?—Мустафа начинал нервничать и от нервов вертел бокал. —Просто.—пожал плечами Мехмед и улыбнулся. —Хорошо. Ну а ты? —Что я?—с хитрым прищуром спросил младший, отпивая вино из бокала. —Ну ты...Ты сейчас свободен? В плане отношений? —Нн-да, а что?—вторично спросил младший и встретился с Мустафой взглядом, отчего старший весь встрепенулся. —Все, я так больше не могу. Хватит пудрить мне мозги. Ты так спокойно беседуешь со мной о всякой ерунде, но эта комната вся пропиталась твоим запахом. Нет, я так не могу, я... —Постой.—Мустафа двинулся было в сторону выхода, но Мехмед его придержал.—Разве не за этим ты меня позвал? Мне казалось ты сразу учуял мой запах. Вино, гостиница, разговоры об отношениях: ты свободен, я тоже, мне казалось ты просто хотел...Переспать со мной? —Что? Нет, Мехмед, конечно же нет. Я увидел тебя, захотел поговорить о нашей родине, о родителях, вспомнить детство в конце концов. Но у меня все вылетело из головы. Это все твой запах. Он мешает мне думать. —Охохо...И снова мой запах во всем виноват. Да чтоб ты знал, ко мне сватались тыщу таких альф как ты, и все без ума от моего запаха. Один ты отличился. —Хахаха...Да что ты говоришь? А чем я отличился? Я тоже от него без ума. В буквальном смысле. И вообще, откуда у тебя такие пошлые мысли, а? Переспать...Мне с тобой... Я думал мы друзья детства.—усмехнулся Мустафа. —Не зли меня, Кануни. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к нашей передружбе-недоотношениям. Если б ты тогда все не испортил, сейчас бы мы сидели за семейным столом с детьми в уютной атмосфере, а не в гребанной гостинице, черти где. Чем тебе не угодил мой запах? На, вот я, дыши.—Мехмед стал подходить ближе к Мустафе, а тот в свою очередь попятился назад на кухню и упёрся в стол. Младший неизбежно приближался и, когда Мустафе отступать было некуда, Мехмед положил руки ему на грудь и прильнул всем телом к нему. Мустафа сначала нахмурился, но потом взял его руки в свои ладони и улыбаясь поддался навстречу, уткнувшись носом ему в шею. —Ты ведь прекрасно знаешь, что не в запахе дело. Это был лишь повод... —Знаю—прошептал Мехмед.—Но ты ведь так и не нашел его. Того, из-за кого ты отказался от меня. —Боюсь, я уже и не ищу.—Мустафа пару минут задумчиво смотрел ему в глаза, а затем прильнул к губам, сливаясь с ним в невинном поцелуе. Мехмед горячо и откровенно ответил ему. Он обнял его поперек шеи и продолжил с ним целоваться. Мехмед страстно реагировал на каждое движение со стороны старшего. Мустафа сначала не решался трогать его, но вскоре быстро освоился и аккуратно водил руками по телу. —Мустафа...Пойдем на кровать, Мустафа... Старший подхватил Мехмеда на руки и понес в сторону спальни. Кровать была большая—места хватало всем. Уложив Мехмеда на лопатки, Мустафа навис сверху. Мехмед потянулся за очередным поцелуем, который получился очень влажным и сумбурным, но таким приятным. Мехмед целовался хорошо, он руководил и направлял, иногда позволяя себе прикусить губу старшего. Мустафа был не против, такой Мехмед ему нравился. Он запустил руку под его футболку—Мехмед был одет довольно таки просто—и начал ласкать тело. —Мм...сними все это с меня.—Мехмед раздвинул ноги и закрыв лицо рукой, чуть тише и смущеннее прошептал.—Я испачкал всю одежду...У меня...У меня ведь течка . —Ничего, я куплю тебе новую. Младший лишь тихонечко рассмеялся. У него самого денег немеренно. Мустафа сначала аккуратно стянул с него футболку, вслед за футболкой на пол полетел пиджак старшего и штаны, затем штаны Мехмеда, и вот, когда они остались в одном нижнем белье, Мустафа продолжил его целовать. Он быстро покрыл поцелуями плечи, чуть выпирающие ключицы и перейдя к животу, стал спускаться все ниже к резинке трусов. Мехмед нетерпеливо выгибался ему навстречу. —Ммх..Ну быстрее, прошу, я больше не могу ждать.—капризным тоном, чуть ли не плача сказал Мехмед и обхватил ногами туловище старшего, притянув его к себе. Мустафа добродушно рассмеялся, поглаживая и чуть сжимая его бедра в крепких руках. —Сейчас, потерпи немного.—старший снял с себя трусы и Мехмед облегчённо вздохнул. Теперь их разделяла только мокрая ткань белья младшего —У тебя всегда так ярко проходит течка? —усмехнулся старший, намекая на обильные выделения. Мехмед пожал плечами. —Не знаю. Но на этот раз, думаю,она будет приятной. —Даже не сомневайся.—Мустафа чмокнул его в щеку и стянул остатки одежды. Мехмед почувствовал долгожданную свободу. Старший закинул его ноги себе на плечи, вместе с тем поглаживая и целуя их. Медленно, но верно он перемещался к внутренней стороне бедра, покрывая поцелуями нежную, бархатную кожу. Целовать его было одно удовольствие. Наконец он подобрался к сокровенному месту, и прежде чем что-то предпринять спросил. —Ты ведь делал это раньше? —Что?—Мехмед, весь извивающийся под натиском старшего, в ожидании долгой и приятной ласки, вдруг был одернут таким глупым вопросом. Он смешно нахмурился и скривил губы.—А ты как думаешь? Мне 32 года! Что за идиотский вопрос...Я между прочим.. Мехмед хотел было продолжить ругаться, но Мустафа пошире раздвинув его ноги приступил к задуманному —Аа...Аах...—Младший издал высокий, почти писклявый звук и закрыл рот рукой.—Боже мой...Ммм...—он сильно выгнулся и поддался навстречу долгожданному источнику удовольствия. Старший старательно слизывал естественную смазку с колечка мышц, переодически целуя всю ту же область. Мустафа крепко держал его за бедра, чтобы Мехмед не ерзал, но тот напротив старательно поддавался навстречу. Языка было явно мало. Закончив с этим, Мустафа поднялся чуть выше и подмяв под себя Мехмеда слился с ним в мокром, грязном поцелуе, одной рукой старательно разминая колечко мышц. Не отрываясь от его губ он медленно протолкнул два пальца внутрь. Это было, на удивление, легко. Мехмед страстно целовал своего любовника, выгибаясь под ним. Мустафа не торопился. Он медленно вводил и тут же вытаскивал пальцы, пока Мехмед с удовольствием мычал прямо ему в губы. Все казалось таким обыденным, в какой-то степени правильным и приятным. Постепенно Мустафа окончательно убрал оттуда руку и встретившись с ожидающим взглядом младшего приготовился войти. Он прикрыл глаза и соприкоснулся с ним кончиками носа, на выдохе прошептав. —Готов, синабонка? Мехмед широко улыбнулся и пошире раздвинул ноги. Ему с детства нравилось это ласковое прозвище, как и сами булочки с корицей, хотя виду он, конечно, не подавал. Мустафа аккуратно пристроился напротив него и, взяв младшего за талию, качнулся вперёд, медленно входя внутрь. —Аааахх...—Мехмед вздрогнул и обхватил шею старшего. По телу, начиная от области живота, заканчивая кончиками пальцев, медленно разлилась волна наслаждения. Младший испытал временный жар и все никак не мог прийти в себя. Мустафа вошёл только на половину. Несмотря на подготовку, все равно было довольно таки узко и старший не спешил двигаться. Дав младшему отдышаться он ещё немного качнулся вперёд и вошёл полностью. Мехмед снова обхватил его туловище ногами и протяжно простонал его имя. Дав ему ещё пару секунд свыкнуться с новыми ощущениями, Мустафа начал движение—поначалу медленно и плавно, паралельно поглаживая его ноги. Мехмед охотно двигался в такт толчкам и с таким же удовольствием негромко стонал заветное имя. —Мустафаа...Ааах, Ммустафаа... Ещё, ещё, прошу тебя, ещё. Быстрее... Старший решил сменить темп и ненадолго остановился, чтобы поменять положение. Теперь Мехмед оказался на четвереньках —чему особо не возражал. Он также выгнул спину и встал на локти, выражая готовность. Мустафа поцеловал его в плечо и крепко ухватив за талию одним редким движением вошёл до основания. Мехмед громко вскрикнул и чуть не упал лицом в подушку. —Прости, прости малыш. Тебе не больно?—Мустафа покрыл его спину лёгкими поцелуями. Мехмед нервно посмеялся и снова нетерпеливо толкнулся назад. Мустафа облегчённо вздохнул и начал движение —быстрее обычного. Комната быстро наполнилась звуками мокрых шлепков. Старший двигался нещадно быстро, однако младший не отставал и уже особо не соображая, что он делает, просто откровенно кричал от удовольствия, не боясь, что их кто-то услышит. Мустафа постепенно усиливал толчки, но младший только подначивал его, судорожно, на выдохе повторяя что-то вроде обессиленного "да" и дрожащего "ещё", чтобы потом глотать воздух и снова бесстыдно стонать. Оба подходили к разрядке—Мехмед держался удивительно долго, хотя и истекал смазкой. Через какое то время Мустафа резко вышел и кончил на простынь, повалившись на кровать рядом с Мехмедом, который вслед за ним обесиленно упал на его грудь. Мустафа из последних сил прижал его к себе, часто и прерывисто дыша. На лбу блестели капельки пота, да и Мехмед был весь мокрый. Мустафа прижимал его к себе, ласково поглаживая по голове, вдыхая концентрированный запах корицы, который заполнил весь номер. Мехмед прижимался к Мустафе и старший чувствовал,как дрожат его ноги. Альфа старался ещё сильнее прижать его к себе: согнув его ноги в коленях и руки взяв в свои. Мехмед стал похож на клубочек, который Мустафа смог с лёгкостью обнять и укрыть одеялом. Минут 10 они пролежали в полной тишине, и когда наконец пришли в норму, Мехмед произнес. —А я ведь не просто так сюда приехал. В Париж. —Что? А зачем же ещё?—отвлечено посмеялся Мустафа. Он не придал этому значения. —Я знаю где он, Мустафа. Знаю, где его искать. —Кого? Хах...Вчерашний день?—старший все никак не мог уловить серьезность разговора. —Соберись, Кануни.—Мехмед с трудом приподнялся на кровати.—Последнюю картину для твоей коллекции. Я знаю где ее купить. Более того, что гораздо важнее, я знаю где ее автор. —Что? Какая картина, какой автор , Мехмед ты о чем? С тобой все в порядке?—Мустафа не на шутку разволновался. Если это то, о чем он думает... —15 гребанных лет я искал вместе с тобой, а ты даже не в состоянии понять мои намеки и метафоры? Ты испортил такой пафосный момент... Хорошо попробуем по другому. Инициалы Я.Т. тебе о чем нибудь говорят? Последние слова гулом отозвались в отключенном разуме. Мустафа уже мало что соображал, ведь единственное, что сейчас занимало его мысли—вихрем пронесшиеся воспоминания лета, десятилетней давности. Поток мыслей был настолько быстрым, что Мустафа был не в состоянии его контролировать. И практически ушел в транс, пересмествшись в свой далекий 21 год жизни