Письмо, изменившее всё

Мастер Лун Цюэ приехал в Усадьбу Четырех Сезонов, чтобы настроить кое-какие механизмы, смазать их, привезти запасные части и научить изготавливать подходящие стрелы. Цинь Хуайчжан был рад видеть друга, представил ему своего лучшего ученика и пригласил остаться на несколько дней. Им было о чем побеседовать за чашкой чая. Юный Чжоу Цзышу очаровал Лун Цюэ. Вот если бы его сын был таким же добрым и открытым. К сожалению, физический недуг сказался на его душевных качествах, и это смущало и огорчало родительское сердце. Возможно, если Чжоу Цзышу приедет погостить в школу Драконьей Бездны, он сможет найти общий язык с сыном? Чжоу Цзышу очень понравился мастер Лун: он с удовольствием делился своими знаниями, рассказывал как работать с ножом, пилой, рубанком, долотом, учил различиям в металлах. Он был готов делиться своими знаниями совершенно бескорыстно, и любопытный мальчик старательно впитывал эти знания, сбегая к Лун Цюэ в любую свободную от учебы, тренировок и медитаций минуту. Старался помочь всем, чем мог, и учился, понимая, что ему выпал уникальный шанс. Когда мастер Цинь представил ему маленького мальчика с роскошными волосами и ямочками на щеках как его нового шиди и попросил показать ему Усадьбу, Чжоу Цзышу, конечно, не отказал. А вечером, наигравшись с новым другом, он привел его знакомиться с мастером Луном. Чжэнь Янь всё ещё вздрагивал от резких звуков и пугался незнакомцев, но родители сказали, что господин Цинь теперь его шифу, а Чжоу Цзышу — шисюн, их бояться не надо. Шисюн тут же подарил ему толстолапого щенка Иго, который так забавно ковылял. Ещё шисюн столько всего знал и умел! Как он плел фигурки из травы! Чжэнь Янь не сводил глаз со своего шисюна и с радостью пошёл знакомиться, правда, при виде нового взрослого настороженно замер. Лун Цюэ был высок, жилист и строен. Длинные волосы были аккуратно расчесаны и собраны в гладкую прическу, ладно сшитая удобная одежда не сковывала движения, мозолистые руки вырезали из кости какую-то симпатичную зверушку. — Мастер Лун, это мой шиди, Чжэнь Янь. Янь-ди, это мастер Лун из павильона Драконьей Бездны. Он великий механик и настоящий мастер, не знаю никого талантливее его. — Мастер Лун? — повторил Чжэнь Янь. Он слышал это имя от отца. — Создатель чудесных механизмов! — Чжэнь Янь радостно поклонился и принялся рассматривать незнакомца. — А что вы делаете? — Ты сын Чжэнь Жуюя? У тебя его глаза и стать. Здравствуй, Яньянь, я друг твоего отца, и да, некоторые мои механизмы люди называют чудом. Сейчас я вырезаю фигурку из кости, из неё можно сделать игрушку, а можно подвеску. Это так, чтобы руки занять, — Лун Цюэ показал им полувырезанного симпатичного волчонка, который буквально вырастал из кости. — Нравится? Чжэнь Янь восторженно кивнул. — Очень, — он протянул руку и потрогал фигурку. Та всё ещё хранила тепло рук мастера и казалась живой. — Ну, если нравится, то я закончу её для тебя. Что хочешь? Подвеску на пояс? Кулон на шею? Шпильку для волос? — Кулон! Шпильку мне подарили родители, — Чжэнь Янь достал изящную шпильку из пучка и показал мастеру. — А кулона у меня нет. Лун Цюэ бросил на шпильку внимательный взгляд. — Кулон? Хорошо, вырежу тебе красивый кулон, а ты придумай волчку имя, чтобы он защищал тебя, хорошо? Под ножом мастера замелькали обрезки кости, и некоторое время спустя он вручил замершему от восторга мальчику кулон на прочном кожаном ремешке. — Имя придумал? — Он должен защищать меня? Тогда его имя... Цянжэнь*. — Отличное имя, — улыбнулся Лун Цюэ. Он помог ребёнку надеть кулон. — Уже темнеет, пора ужинать, бегите, пострелята. Чжэнь Янь чувствовал себя самым счастливым человеком! Он в один день обрёл шифу, шисюна, щенка и кулон на шею! Столько всего нужно было рассказать родителям! Шисюн вызвался проводить его, и Чжэнь Янь горячо поблагодарил. Нет, он не боялся, он уже взрослый мальчик, — просто плохо запомнил дорогу. Мастер Цинь был с какой-то незнакомой женщиной. Видя, как мальчик испугался, женщина улыбнулась маминой улыбкой. — Глупыш, это же я. Иди сюда. Смотри, как мне помог мастер Цинь. Отца Чжэнь Янь тоже не сразу узнал. Он с опаской смотрел на шифу, потрогал мамину щёку и чуть не расплакался, но мама обняла его и засмеялась, и он по голосу и запаху понял, что это всё-таки мама. — Мне нужно уйти на некоторое время. Хэлянь И приглашает А-Шу в гости, а я исчерпал все отговорки, придётся отвезти его в столицу. — Цинь Хуайчжан поклонился Гу Мяомяо. — Когда вернусь, заберу Яньяня в школу, пусть он немного привыкнет, побудет ещё с вами. *** Гу Мяомяо была стойкой и гордой женщиной, но после визита Чжао Цзина она решила забыть о гордости. У неё на руках был покалеченный муж и маленький сын, их требовалось защитить. Гу Мяомяо написала письмо Лун Цюэ, о котором с таким восторгом рассказывал сын, демонстрируя кулон, который тот ему подарил. Она успела отправить письмо сразу после ухода Чжао Цзина, в надежде, что если с ней или с мужем что-то случится, друг семьи не оставит малыша без помощи. Каждый день Чжэнь Янь ждал возвращения шифу и шисюна, играл с Иго, а вечерами засыпал, сжимая в ладошке Цянжэня. Мама часто плакала, обнимая его, но не говорила, что её расстроило; папа хмурился и рассказывал сыну о свойствах трав, о том, как надо их собирать и заготавливать. Что одно и то же растение может вылечить, а может убить. Чжэнь Янь кривился и отвлекался, ему хотелось играть, но отец настаивал на занятиях, говорил, что потом будет поздно. И только когда он увидел маму с пикой в спине и умирающего отца, протягивающего руку к жене, Чжэнь Янь остро пожалел, что не слушался родителей и убегал играть. Он бросался с кулаками на незнакомых людей, обещал убить их всех, а самый страшный, с красным лицом, хохотал так, что у Чжэнь Яня мороз по коже пробегал. — Из него получится отличный маленький призрак! — сказал он, подхватил Чжэнь Яня на руки и потащил куда-то. Чжэнь Янь пинался и брыкался, даже попытался укусить страшного человека; тот встряхнул его, как куклу, и велел успокоиться, иначе его сейчас возьмут за ноги и ударят головой о ближайшее дерево. Чжэнь Янь от испуга окаменел. Остальной путь прошёл мимо его сознания. Красивая дама в красном платье успокаивала его и уговаривала выпить что-то. — Ты всё забудешь, начнёшь другую жизнь. — Я не хочу забывать! — Чжэнь Янь отталкивал её руки. — Я буду помнить всё, вырасту и убью их! — Обязательно, малыш, а пока выпей. Выпей, чтобы вырасти. Я не смогла защитить твоих родителей, но защищу тебя! *** Цинь Хуайчжан едва сумел отказаться от очередного "щедрого" предложения советника молодого принца Хэлянь И о переходе школы "под покровительство его высочества сына дракона". Знает он эти обещания золотых гор, почёта и уважения. Заканчивается это трупами учеников и лицемерными отписками семьям о том, что они сочувствуют утрате. Спасибо, не нужно. Чжоу Цзышу скучал по своему маленькому другу и приставал с вопросами, когда же он его увидит? Как только приличия позволили покинуть гостеприимный дворец, Цинь Хуайчжан забрал ученика и сообщил, что они возвращаются в школу. Он отправил Чжоу Цзышу в Усадьбу, а сам свернул проведать друзей и забрать малыша Чжэнь Яня. По дороге к одиноко стоящему дому он встретил взволнованного Лун Цюэ. — Какая приятная неожиданность, — Цинь Хуайчжан поприветствовал старого друга. — Мне казалось, ты не очень любишь покидать пределы Драконьей бездны, и вот уже второй раз вижу тебя! Надеюсь, тебя привёл сюда радостный повод? — Здравствуй, друг мой. Боюсь, не радостный. Гу Мяомяо прислала мне письмо, в котором просила позаботиться о малыше Яне, если с ними что-то случится. А когда я отправил ответ, моя механическая птица вернулась. Я встревожился и решил лично узнать, в чем дело. Что могло напугать женщину так, что она пишет письмо от своего имени, не поставив мужа в известность? — Если случится что? — не понял Цинь Хуайчжан, но сердце сжимала тревога. Он изменил внешность четы Чжэнь, никто не должен был найти их в этой деревне! Но почему механическая птица вернулась? Что тревожило Гу Мяомяо? — Пойдём скорее. Запах тлена и разложения ударил в нос, заставив обоих скривиться и прикрыть лица рукавами. Двор перед домом был залит кровью, два трупа не оставляли никакого простора воображению. Дом был перевернут и буквально выпотрошен. Пришедшие явно что-то искали. Друзья кричали до хрипоты, зовя Чжэнь Яня, надеясь, что ребёнок спрятался. Судя по разложению, трагедия произошла недавно, дня три-четыре назад. Но на зов откликнулся только толстолапый испуганный и голодный Иго. Он жалобно скулил и жался к ногам Цинь Хуайчжана. — Иго? — Цинь Хуайчжан подхватил щенка на руки, достал из рукава лепешку и скормил щенку. — Жаль, ты не можешь рассказать, где твой хозяин. Что случилось?! Нелюди! Они же не сделали ничего плохого! Чжэнь Жуюй стал калекой, Гу Мяомяо — всего лишь слабая женщина с ребёнком! Кто мог так жестоко убить их и оставить во дворе?! Куда делся малыш Янь?! Иго лишь скулил, не в силах ничего рассказать. — Ребёнка здесь нет, — констатировал Лун Цюэ. — Тела я не нашёл, значит, нужно исходить из того, что он жив. Нам нужно похоронить супругов Чжэнь и сохранить то, что осталось от них, для их сына. — Ты думаешь он ещё жив? — горько спросил Цинь Хуайчжан, стараясь успокоить Иго. — Пока я не увижу тело, я буду считать, что он жив! Его мать попросила меня позаботиться о нём, и я выполню её волю. — Чжэнь Янь был моим учеником всего один день, но он отдал поклоны. Я обещал забрать его на обратном пути. Если бы принц отпустил меня раньше! — Тогда тем более мы должны найти его. Он же остался круглым сиротой. Займись похоронами, а я поспрашиваю в округе, что происходило, кого видели. Это деревня, здесь все друг у друга на виду, не может быть, чтобы никто ничего не заметил. Цинь Хуайчжан отправился в деревню, нашел старосту и попросил людей для погребения его друзей. Глядя на хорошо одетого героя, староста и не думал спорить, лишь уточнил, какое количество людей нужно и где уважаемый герой хотел бы видеть могилы своих друзей. Уточнив все детали и получив полслитка серебра в качестве задатка, староста отправился все организовывать. Вроде успокоившийся Иго неожиданно задёргался, начал порыкивать, скаля молочные зубки. Цинь Хуайчжан оглянулся и заметил троицу мальчишек в бедных одеждах, которые жадно наблюдали за щенком. Он взглядом подозвал самого старшего. — Здравствуй. Ты знаешь этого малыша? — он погладил скалящегося щенка. — Видел с хозяином. Мы хотели поиграть с Иго, но этот Чжэнь Янь такой противный, никому не дал своего щенка! А меня потом ещё и за уши оттаскали! — выпалил самый старший. — О, ты знаешь моего ученика? — улыбнулся Цинь Хуайчжан. — Меня зовут мастер Цинь, я был в отъезде, только что вернулся, пришёл навестить своих друзей и забрать ученика в школу, а нашел только Иго. Может кто-то из вас видел Чжэнь Яня? — он жестом подозвал продавца-лоточника, продающего сдобу с мясной начинкой. Явно голодные мальчишки жадно следили, как хорошо одетый мужчина покупает ещё горячие булочки. — Видел несколько раз. Он ни с кем из нас не общался, слишком гордый. А когда пришёл тот мужчина, сразу в дом пригласил! Ещё бы, такой холёный, не чета нам, крестьянским детям! — Он не гордый, — Цинь Хуайчжан протянул только что купленную булочку. — Угощайтесь. Яньянь только что переехал, он никого из вас не знал. Там, где он жил раньше, принято было представлять детей друг другу, а вы не были представлены. Ты сказал мужчина? Какой? К моим друзьям в гости приходил мужчина? Когда? — Где-то месяц назад, — мальчишка потёр ухо. — Такой высокий, одежда дорогая, а улыбка такая, что хочется убежать и спрятаться. Выглядит добрячком, как папа Панцзы, никто не верит, что он лупит его так, что Панцзы неделю с кровати встать не может. Первый кулёк с выпечкой опустел. Цинь Хуайчжан протянул мальчишке ещё один, наверняка дома того ждали младшие, не менее голодные, нежели он. — А ещё что-нибудь ты помнишь? Может, как звали того улыбчивого господина? Или кто ещё приходил к моим друзьям? — доброжелательно поинтересовался он. Мальчик вздрогнул. — Приходили, пять дней назад. Такие страшные! Один с красным лицом, самый страшный из них! Он пообещал, что убьёт Чжэнь Яня, стукнет головой о дерево и всё! Тот сразу перестал брыкаться и кричать. А остальные смеялись. Только женщина не смеялась. Страшно было! Скормив и раздав детям всю выпечку, Цинь Хуайчжан узнал все, что его интересовало. Поблагодарив ребят, он купил немного продуктов каждому и отправился на поиски Лун Цюэ. Им предстояло многое обсудить. Лун Цюэ наводил порядок в доме – если Чжэнь Янь вернётся сюда, он не должен испугаться. Он вернул на место перевёрнутую мебель, убрал осколки разбитой посуды и вырезал поминальные таблички. Друзей это вернуть не могло, но позволило немного отвлечься от грустных мыслей. — Я всё узнал, — сообщил Цинь Хуайчжан. — И у нас проблема. Здесь были призраки, причём не безымянные, а сам Гучжу со своими Демонами. Они забрали сяо Яня с собой. Они пришли сюда не просто так, их кто-то привёл. Этот кто-то — высокий, красивый, ласково говорит, но глаза у него, как у садиста. Большего описания я не добился, имени своего он не назвал. Что будем делать? — Призраки? Ну почему опять они?! Сначала Жун Сюань, теперь чета Чжэнь. Они же столько лет не покидали пределы Долины! Зачем сам Гучжу спустился? Лао Чжан, ты видел шпильку Чжэнь Яня? Я сам сделал её. Ключ, запирающий Арсенал! — Ключ от Арсенала? Призраки ищут люлицзя? Зачем? Ребёнок даже не знает, что это за шпилька, но наверняка постарается сохранить подарок родителей и будет его оберегать. Чжэнь Яня нужно забрать из Долины. Призраки нарушили договор, они вышли, и я знаю того, кто поклялся уничтожить их, если слово будет нарушено. — Нам понадобится любая помощь. Помнишь, чем закончилось прошлое сражение у Зелёного пика? Не хочу ещё одну резню в Цзянху. Но Чжэнь Яня надо спасти. Долина — не место для ребёнка, он ещё слишком маленький! — Помню, количество школ и сект сократилось на четверть. Ах, да, я договорился о похоронах. Закончим здесь, и нужно как следует подготовиться – Чанмин суровое место. — Чанмин? — Там живет мой шифу Е Байи. — Бессмертный Меч? — Да, я хочу попросить его о помощи.