Иная связь

      Возмущению людей не было предела: никто не мог понять — каким образом целой стае нечисти удалось прорваться на само «Наследие!..» На гомон толпы ответил чёткий голос Люциуса: — День.       Матросы синхронно повернули лохматые после непродолжительного боя головы к Ван Хельсингу и смолкли, а тот уточнил, переводя задумчивый взгляд со страданий сиблинга на остатки экипажа: — День и тень. Мы с вами всегда считали, что создания сумерек устраивают набеги только под покровом тьмы, но не тут-то было…       Блондин выставил полусогнутые руки вперёд и оттопырил указательные пальцы в своей догадке: — Вурдалакам ночь без надобности! Они без труда могут разок нарушить свой режим сна, выйти на охоту, а от солнца их спасёт то, в чём мы находимся.       Люди стали шептаться и удивлëнно зыркать на мужчину: — Это что же? Доспехи, корабль? Плоть и кровь? — гадали пленëнные.       Люциус закатил глаза от тугодумия матросов: — Тень. Моë судно всегда в безопасности из-за того, что ходит далеко от суши, а на море днём сплошной свет ближней к нам звезды. Из-за этого упыри к нам не доберутся. Не добрались бы… А сейчас воспользовались ночью, не потрудившись сквозь шторм пролететь пол-океана, чтобы нас нагнать…       Моряки отплюнулись и топнули ногами на глупость нынешнего своего безнадёжного положения: все ночи поочерёдно нести караул, в любую минуту ожидая нечисть на волнах, а в итоге попасться на минутой слабости поздних часов, решив отоспаться и не посчитав угрозу от монстров глубоко в море серьëзной… — Итак, — альфа теневой расы выпрямился во весь рост, повысил голос, чтобы его слышали все, — выбор за вами, мадемуазель Ван Хельсинг.       Мужчина отпустил женские волосы средней длины, переместив длинные пальцы на её правое плечо, и развернул стоявшую к нему до этого спиной капитана. Теперь охотница стояла лицом к лицу со своим главным врагом, смиряя его взглядом, полным ненависти, поджала губы. — Ты и твоя братия сию минуту сообщаете мне местонахождение моей дочери или я…       Эрика Ван Хельсинг, без того сбитая с толку, раскрыла рот для быстрого оскорбительного ответа, но уста так и остались распахнутым, а глазами она захлопала в изумлении. Что он только что сказал? Мэвис была не при нём?       Белокурая медленно вдохнула холодный ночной воздух, стараясь понять — как любящая дочурка столь скоро покинула отца. Сбежала? Шестерëнки в голове крутились с бешеным трением: всегда преданная семье Мэвис никогда бы после долгожданного воссоединения с родными мордами не покинула бы их…       Если только…

Наследнице графа Дракулы больше не нужен был отчий дом.

— Ты хорошо в своём замке, спрятанном от всего мира, смотрел? — это первым пришло на ум капитану, пока она отвела глаза в сторону и прикусывала внутренние стороны щëк, чтобы скрыть улыбку от своей догадки. — Может, слушает музыку или зачиталась романтической, детективной книгой, может, вовсе триллером в своей комнате на каком-нибудь тринадцатом этаже, а ты даже не знаешь.       Верховный вампир слегка склонил голову влево с лёгким удивлением, отчего голубые яркие глаза сверкнули. Смотрел на Эрику. Так смотрит хищник, который уже поймал добычу, но та ведёт себя так странно, что еë будущего убийцу это приводит в недоумение — иногда такое наблюдается в дикой природе.       Ван Хельсинг не глядела на него, а только коротко и быстро выдохнула в смешке. Ежели Мэвис не сама покинула поместье, то добровольно точно — или Джонатан Лорэн по-другому не смог бы забрать свою возлюбленную.       Слыша всё, о чём говорили оппоненты на балконе, Люциус Ван Хельсинг сквозь зубы прошипел ругательства досады, опустил голову в светлой треуголке и приложил подушечки пальцев к закрытым глазам, потирая веки: — Малолетние придурки!.. — прохрипел экс-капитан, разделяя догадку сестры о побеге пары короля и юной графини. — Значит так! — из теорий повеселевшую наëмницу вывел властный мужской голос. — Говори — где моя дочь или я убью…       Брюнет запнулся, в слегка растерянном жесте хотел указать когтистым пальцем на блондинку, но явно замешкался, словно раздумывая: — …Его. Да-да: убью его! — мигом нашёлся упырь, повернув кисть в сторону Ладрона, который стоял перед дуэтом чуть ниже под парапетом.       Загорелый лик охотницы украсила довольная улыбка. Поймав секундную заминку графа, героиня поняла: он — такое же растерянное существо, как и она сама.       Вампир со словами угрозы шагнул к Эрике, мрачной тенью возвышаясь над фигуркой в лёгких одеждах. Ван Хельсинг не шелохнулась, с той же ухмылкой опустила глаза в пол, мимолётно оценивая ничтожные сантиметры, разделявшие её и мужчину в чёрном.       Девушка смело подняла ясный взор на бледный лик врага и небрежной интонацией ответила: — Убивай. — Пауза с недоумением очевидцев от согласия капитана окутала весь корабль. — Ты блефуешь.       Граф Дракула изогнул тёмную бровь, слегка дёрнул кончиком длинного уха. Выражение его лица смягчилось, он склонился к горделивой морячке и с улыбкой тихо промолвил ей глубоким гортанным голосом: — А ты краснеешь.       Не успел старший из троицы сиблингов возмутиться вынесенному ему приговору от собственной сестры, когда русоволосого мужчину тут же увлекли вглубь мрака от навесов. Верховный вампир выпрямил спину и развернулся, плавно удаляясь от парапета и направляясь к лестнице вниз. Лёгким мановением руки он явно приглашал наёмницу последовать за ним к её обречённому старшему брату.       Охотница придала себе сосредоточенный вид и ступила следом, но тут чуткий слух уловил негромкие, но частые щелчки. Эрика повернула голову вправо и увидела снизу — среди толпы окружённого недругами экипажа, — Люциуса: тот махал одной рукой и щёлкал пальцами, пытаясь привлечь внимание сестры, — этот бессловесный метод они оба знали и применяли с детства.       Как только белокурые встретились взглядами, то экс-капитан тут же сложил ладони в молящем жесте и негромко проговорил без надежды, что девушка его услышит: — Только не сделай глупость!

***

      Дуэт из носферату и человеческой фемины спустился с главной верхней палубы к прочим присутствующим на борту: — Никогда не любил корабли, — начал Дракула, устремляя взор на распростёртые вдали неспокойные чëрные воды моря под покровом ночи, — хотя, посетив столь громадный лайнер, нужно бы попользоваться им.       Массивное тело Ладрона Ван Хельсинга с ведьминским хохотом окутывали верёвками самки вампиров, бегая вокруг обездвиженного матроса хороводом и сильнее стягивая путы. Мужчина без страха задрал голову, не боялся своей участи, сверху вниз презрительно оглядывал кровопийц. — Я с девушками не дерусь, но настало время менять принципы…       Прочих пленённых моряков во главе с Люциусом Ван Хельсингом шипящие упыри подтолкнули идти к носовой части, дабы те в первых рядах насладились казнью одного из главенствующих охотников Земли. Сначала стая вурдалаков хотела устроить Ладрону прогулку по доске, но их альфа не спешил с вердиктом: медленно проходил среди сородичей, а Эрика без малейшего желания следовала за ним, стараясь не смотреть на злые бледные морды захватчиков.       Граф остановился. Подождал, пока капитан с ним поравняется, и повернулся к ней вполоборота: — Мы его под килем протащим, — лукаво озвучил свою идею девушке Дракула, — под многотонным весом судна с его острыми швами сварки металла боюсь, что умение плавать твоему братцу может не пригодиться.       Вампиры крепкого телосложения приблизились к связанному Ладрону, а капитан отреагировала настолько равнодушно, что весь её ответ — это несильный хлопок обеими руками по своим круглым ляжкам и раздутые румяные щёки от нетерпения: — И? Ну, чего ждём? — легко спросила Ван Хельсинг. — Э-э! — заволновался русоволосый моряк, когда его подняли над палубой. — По-моему, граф не блеф… — договорить перепуганный мужчина не успел, потому что рот ему заткнули тряпичным кляпом весёлые вурдалаки и начали раскачивать его для броска за борт. — Не блефует, — закончил за приговорённого Дракула, кивнул в сторону злополучной процессии, облокотившись телом о большой корабельный рупор. Он не соизволил даже повернуть голову на нос «Наследия», откуда вот-вот вампиры готовы были скинуть монстроборца, а внимательно следил за реакцией светловолосой девушки около себя.       Под ликование сумрачной толпы Ладрона Ван Хельсинга сбросили с корабля вниз. Людской экипаж с криками готов был ринуться за своим соратником, но стена фигур теневых тварей преградила им путь. Экс-капитан с удивлением поймал себя на мысли, что тоже кинулся за братом, сделав выпад вперёд, но такое поведение для равнодушного блондина было обычно не свойственно, поэтому он всё списал на рефлексы.       Внутри у Эрики что-то круто кувыркнулось и она сжала кулаки до боли впившихся в кожу ноготков, не чувствуя нескольких последних ударов сердца. Шумно выдохнув из сдавленной невидимыми оковами груди, девушка сорвалась с места и стрелой побежала к краю переда корабля.       Граф Дракула остался стоять в расслабленной позе, а когда морячка пронеслась мимо него, то он самодовольно улыбнулся: — Говорю же — краснеешь!       Хохочущие упыри специально расступались перед перепуганной капитаном и улюлюкали ей, но никто явно не ожидал, что девушка с разбега прыгнет в морскую пучину. Птицей ловкая Ван Хельсинг перемахнула через белое ограждение и умело сгруппировалась в свободном падении, выпрямив тело стрункой, полетела головой вниз, соединив перед собой прямые руки и вытянув назад ноги.       Наёмница не боялась большой высоты «Наследия», так как погружение в воду в вертикальном положении не представляло опасности или травм. — Ну, вот!.. — с досадой заключил Люциус Ван Хельсинг, морщась от реакции охотницы на явную провокацию и провожая её спрыгнувшую в бездну фигурку разочарованным взглядом.       Лишь на лету Эрика увидела привязанную сбоку на среднем уровне шлюпку, куда специально бросили Ладрона, сейчас же матрос связанной гусеницей елозил по дну лодки и мычал заткнутым ртом, завидев прыжок сестры.       Холодная вода окутала капитана не хуже захлестнувших мыслей насчёт глупости своего поступка. Девушка вынырнула с тяжёлым громким дыханием, подняла голову на высоту, где была закреплена шлюпка. Верховный вампир обставил её! Снова.       Блондинка тряхнула головой, стараясь откинуть мокрые волосы, прилипнувшие к лицу, чтобы открыть себе обзор. Проморгалась от солёной воды и отплыла по боковому направлению из-под форштевня лайнера, не боясь его тихого хода: угроза быть затянутой днищем под воду была сейчас крайне мала. Старший из братьев Эрики согнулся и навалился на борт лодки, с округлыми от ужаса глазами отыскивая в пенящихся волнах сестру, после кивая ей, мол, с ним всё в порядке.       Правящий вурдалак прогулочным шагом обходил носовую палубу, наслаждаясь ионизированным воздухом, пока его гогочущие подданные поднимали тросами шлюпку со связанным моряком, а некоторые в обликах летучих мышей спикировали к воде, затаскивая коготками обратно на корабль сопротивляющуюся охотницу: видимо, та предпочла бы утонуть, чем в смехотворном виде предстать перед врагами. — Глядите, босс, русалочку-то мы выловили! — объявили упыри, кидая перед альфой насквозь промокшую блондинку.       Та мигом вскочила на ноги, стремясь от накативших эмоций кинуться на мужчину с кулаками, но её тут же скрутили рядом стоящие монстры, выворачивая женские руки и удерживая её за локти. Кстати, о русалках… — Так-так, Эрида. Кажется — у меня дежавю… — ехидно сказал Дракула, вставая напротив наёмницы. Последняя тяжело дышала, смиряя графа горящим яростным взглядом, пока с пропитанных влагой блузки со штанами струями стекала вода.

***

      Эрика дёрнула руками, высвобождаясь из хватки упырей и прошла через надменную толпу ко всё ещё связанному сиблингу, чтобы помочь тому освободиться от пут. — Видимо, указаний локации местонахождения моей дочери от белобрысых мы не получим… — громогласно сказал граф, глазами следил за потерпевшими мелкую неудачу моряками. — Придётся либо продолжать выбивать из ловцов информацию, либо принять факт — эти охотники попросту не располагают нужными мне координатами.       Ладрон стоял недвижимой статуей, а его огромное тело дёргалось от того, что руки сестры с силой, упрямством сдирали грубые верёвки. Ван Хельсинг не спускал злобного взгляда из-под ломаных курчавых локонов чёлки на кровопийц, но как только Эрика ослабила узел на правой руке мужчины, то русоволосый тотчас высвободил конечность и грубо пихнул капитана. — Немыслимой глупостью было подставлять меня под удар!       Морячка не растерялась, огрызнулась на старшего: — Не глупостью, а тупостью было с твоей стороны, будучи в роли рулевого — никому иному, а только тебе я доверила эту должность, — заводить «Наследие» на акваторию, с которой на нас смогли напасть вампиры!       Блондинка не пугалась агрессивных выпадов родственника, прекрасно понимая его состояние, и снова шагнула к матросу, чтобы окончательно избавить того от связанного положения, пока сам монстроборец впал в ступор: — О чём ты говоришь? Перед заходом солнца я оповещал тебя, что передал штурвал в руки Люциуса!..       Оба сиблинга синхронно вскинули головы друг на друга, с минуту сверля стоящего напротив круглыми глазами. Значит ли это то, что… Экс-капитан сменил курс охотничьего лайнера в опасные воды, подконтрольные монстрам?       Злости у Ладрона Ван Хельсинга от этого не поубавилось: мужчина нахмурился, угадывая на лице сестры подозрение и это привело его в ещё бóльшую ярость. Высвободив верхнюю часть тела от пут, мужчина потерял над собой контроль, встряхнув обеими руками белокурую девушку за плечи. — Ты хоть понимаешь, что опростоволосилась, будучи в чине командира нашего корабля?! Опять. — Видимо, русый моряк готов был всеми правдами и неправдами защитить Люциуса от нападок сестры с прочим экипажем по поводу бедствующего статуса их судна.       Эрика стояла прямо, не шелохнулась, холодным взором смотря в агатовые глаза старшего брата: — В данный момент мы ещё живы, так что имеем полное право на переговоры с недругами, — совершенно спокойно молвила та, не повышая голоса. — Парламентёрство, слыхал? Если мы сумеем… — Дура! — рявкнул агрессивный Ладрон, не сдержав порыв эмоций от всего пережитого за злосчастный абордаж, замахнулся своей медвежьей рукой и готов был вот-вот огреть родную сестру по лицу.       Перед этим он с силой оттолкнул капитана от себя, отчего последняя боком налетела на ребро цепного ящика, больно приложившись о металл. С едва слышным возгласом Ван Хельсинг испуганно сжалась, готовясь к удару от брата, так как сама осталась без сил для самозащиты после изнурительного вечера вместе с прыжком с огромной высоты для последующего плавания, но предплечье матроса в движении перехватила когтистая мужская рука. — Парламентёра и пальцем трогать не смей. — С расстановкой наставнического вида сказал приказал вмиг присмиревшему Ладрону граф Дракула.       Старший из Ван Хельсингов сгримасничал на негромогласные, но чёткие твёрдые слова альфы монстров, и вырвал свою руку из крепкой чужой хватки, поморщившись. Будто бы это не верховный вампир минутами ранее проявлял такую же агрессию к сестре русого человека, таская её за волосы перед всеми!       Не проронив ни слова, серьёзный ловец слегка опустил голову, как бы показывая своё несерьёзное поражение перед теневым правителем и незаметно чуток отступил назад, не желая находиться слишком близко к графу. Демонстративно встряхнул руку после того, как высвободил её из сильной вражеской хватки с таким видом, когда измарался бы в нечистотах.       Дракула не поворачивал головы на неуклюжего наёмника, провожая опустившегося до рукоприкладства матроса презрительным взором, а затем обратился к охотнице: — Я понимаю, что ваша слабоумная свора вряд ли располагает информацией о местах, куда отправилась и где может находиться моя дочь. — Вон — даже попытка убийства одного из главенствующих охотников не дала результатов, однако… Ты сказала что-то про переговоры, а это слово от вашей расы у меня уже в глотке сидит! — слегка повысил голос вурдалак, но тут же успокоился, пару раз моргнув голубыми глазами. — Поэтому позволяю со своего статуса выслушать твои предложения. — Мои?.. — всё, что сумела выдавить из себя после долгой паузы Эрика Ван Хельсинг, вжавшись спиной в стену якорного хранилища. Её не пугал говоривший, скорее, — девушка была растеряна от произошедшей пару секунд назад ситуации: родной брат едва не избил её на глазах у монстров, но в тот момент лидер той самой нечисти…       Вступился за неё? Что это было? Вряд ли графа заинтересовало предложение о парламентёрстве, если он вообще его услышал из тихого голоса белокурой морячки, ведь беседовала она тогда только с распалённым Ладроном. Капитан прекрасно помнила — монарх Джонатан Лорэн точно также когда-то при сражении под сводами горной пещеры предлагал теневому правителю переговоры и скептическую реакцию последнего на подобное блондинка тоже знала чётко.       Ей казалось, что тело онемело не только от вынужденного ныряния в море. Сглотнув, наёмница попыталась выпрямиться, чтобы не походить на жалкое существо, окружённое упырями в собственной обители. Эрика внимательно смотрела в глаза Дракулы, пытаясь разглядеть там очередную уловку, блеф, насмешку, но… Ничего из этого в ярких радужках мужчины не было. Ни следа. Только серьёзность и полная сосредоточенность.       «Выслушать твои предложения» — повторилось в мыслях блондинки. Её спросили только, чтобы услышать женское мнение? Мнение от служащей на корабле, где она была всего лишь рабочим кадром и пушечным мясом для битв? Только Ван Хельсинг хотела ответить графу — вдруг с высоты паровых труб послышался громкий клич, похожий на крик орла перед атакой.       Охотница резво подняла голову, высматривала в вышине среди света фонарей «Наследия» источник звука. Напавшие на лайнер монстроборцев сумеречные твари аналогично начали с непониманием оглядываться, но явно не признавали звука инкогнито, а вот капитан с замиранием сердца от ужаса узнала — кому принадлежала птичья трель…

***

— Who are you?

— Angel.

— What is your name?..

— satan.

      В полумраке меж рыжеватых отблесков высоких факелов мелькала тень и тут же скрывалась за верхними платформами или трубами лайнера. Вампиры начали раздражаться, не узнавая некто: для летучей мыши силуэт был слишком большим. Агрессоры обернулись на пленный экипаж, но люди лишь отрицательно махали головами и пожимали плечами, мол, это не наш.       Матросы быстро переговаривались, пока их распихивал недовольный Ладрон в поисках младшего брата, но на вопросы русоволосого моряки не могли ответить, расступаясь перед монстроборцем и указывая место в толпе — туда, где ещё минуту назад вместе со всеми стоял экс-капитан.       Старший из охотников с недоумением, как его коллеги, остановился и оглядывался по сторонам: Люциуса Ван Хельсинга среди экипажа уже не было.       Один только верховный вампир фыркнул на кратковременное зрелище, отворачивая голову от бесполезного созерцания тёмного неба. Эрика увидела — он снова развернулся к ней, и с опаской перевела глаза с размытого пролетевшего далеко силуэта на графа Дракулу. — Я и сам бы наведался в королевство того рыжего недоразумения, да не охота руки марать лишний раз… — деловитым тоном начал тот, но был перебит. — Мы не знаем — где твоя дочь, — резко ответила блондинка, а потом понизила голос, процедив и глядя на врага исподлобья, — а если б я знала, то тебе всё равно не сказала… И связей с королевством Лорэна наше семейство не имеет: монарх презираем охотниками… — В этом-то ваш недостаток — человеческий, — засмеялся мужчина, чуть запрокинув голову, — вы, люди, готовы веками грызться друг с другом. За взгляды, религии, земли с полезными ископаемыми, из-за непохожести какой-либо расы или нации на другую, или как оно называется — чем вы всё это прикрываете… Политика. Общество твоего народа раздроблено отнюдь не из-за монстров: причины ваших бед — вы сами. — Вам бы уйти отсюда, — тише продолжила капитан, не вслушиваясь во вражеские слова, — боле на корабле вам нечего делать: карт нет, ответов здесь вы не нашли.       Носферату сузил глаза, рассматривая вмиг принявшую самый серьёзный вид девушку. Она сейчас советовала покинуть металлическое корыто самому графу Дракуле? Серьёзно? — А иначе?.. — провокационно улыбнулся брюнет. — Иначе… — задумчиво повторила наёмница, вновь несмело поднимая глаза вверх, где в очередной раз послышались странные звуки свиристели, — иначе сработает моя охрана.       Брюнет едва ли потрудился бы вновь обратить своё внимание на шум чужих крыльев в вышине, но незнакомая тень разрезáла воздух в опасной близости за альфой монстров, оттого мужчина рефлекторно резко развернулся.       Неизвестная фигура взлетела чуть выше, сделав переворот в воздухе, опять направилась в сторону вурдалака. Граф нахмурился, пытался всмотреться в быстро передвигающегося летуна, но последний сделал дерзкий налёт, и Дракула в нежелании столкнуться с ним лоб в лоб сделал пару торопливых шагов назад, чуть отводя правую руку в сторону.       Помнил — человеческая девушка стояла у него за спиной, таким образом он слегка загородил капитана собой от возможного вреда незнакомца с длинными крыльями им обоим.       Эрика аналогично отпрянула от устроившей воздушное шоу фигуры, но от жеста Дракулы оцепенела на месте, осматривая его руку, которой носферату её прикрыл от мнимой угрозы. Ну, вот — что это опять такое?       Ван Хельсинг не понимала джентльменских манер убийцы, но стоя за высоким сильным мужчиной ощутила себя не в чрезвычайном опасном положении, ибо рядом находился главный враг, а… В безопасности? За кем — за ним?! Она тихо выдохнула, неспешно рассматривая ткань чёрного плаща, струящейся по чужой массивной спине и накрывающую руку графа.       Незнакомец удалился от дуэта вдоль длинных палуб, вампир фыркнул тому вслед, снова разворачиваясь к капитану и продолжая разговор, но белокурая его не сразу услышала, будучи сбитая собственными ощущениям: — Все из твоих «бойцов» сейчас связаны на средней палубе, — напомнил ей вурдалак, соединив кончики пальцев своих ладоней друг с другом. — Вам некуда плыть, нечего продать, кроме собственных голов. Или ты предлагаешь выступить мне в качестве элитного гостя «Наследия» монстроборцев? — с довольным видом хохотнул Дракула, отступил на пару шагов от морячки и продемонстрировал свою высокую фигуру в сумраке во всей красе, торжественно разводя руками.       Эрика закусила губу и задержала дыхание, с тревогой переводя взор с мужчины на звёздный небосвод и обратно. Казалось, неизвестное крылатое существо только того ждало — когда граф выступит на площадку, с которой будет удобно нападение. Капитан по-служебному выпрямилась и прижала локти к бокам, еле сдержала себя от того, чтобы не крикнуть брюнету в предупреждении о том — как за спиной альфы нечисти снизится тёмный силуэт и расправит шесть крыльев. — Бойся исполнения желаний! — громко провозгласил Люциус Ван Хельсинг, подхватывая когтистыми руками Дракулу подмышки. С силой белокурый взмахнул средней парой не полностью оперённых крыльев и взмыл вверх, унося не успевшего среагировать врага в вышину ночи.

«Арфа бесится вновь, как штурвал цеппелина,

Оплавляется контур в усталых руках;

Выдувает сирокко за гривою львиной

Тонкий пепел песка на горбатых боках»

— Что за святое бешенство происходит?! — вскрикнул граф, не понимая — кто и каким способом его схватил со спины. Вампир смотрел на удаляющиеся вниз площадки судна, вертел головой по сторонам, где всё было смазано из-за скорости, с какой летел некто.       Верховный вампир поднял голову, стремясь рассмотреть нахала, кто вздумал так нагло подхватить его и поднять в воздух. Кровопийца зло оскалился, признавая белый мундир очередного Ван Хельсинга, и ещё больше взбесился из-за спокойного, даже улыбчивого лика Люциуса, тот смотрел перед собой вдаль.       На требования, угрозы или крики Дракулы о том, чтобы летун его выпустил, экс-капитан ничего не отвечал, продолжая глядеть вперёд и неспешно взмахивая огромными длинными крыльями. Граф в очередной раз выругался после неудачных попыток вывернуться, пнуть человека ногами, попытался обратиться в летучую мышь, тут же почуял свою магию, но…       Её блокировали? Кто? Вот этот юнец-самоубийца? Увольте!       Брюнет попытался вновь призвать силы: они, словно сильный поток, что тёк по венам всей его сущности, но останавливался волной, будто бы в ударе о невидимую стену, не мог до конца пройти к хозяину, чтобы носферату воспользовался силами для обращения. Прочие упыри, увидев развернувшуюся сцену, со свистом, с воем без проблем обращались в летучих мышей и понеслись вслед за шестикрылым, чтобы освободить своего правителя. — Назад! — взревел на подчинённых Дракула, в сильной хватке врага немного повернувшись к подлетавшим. — Я сам с ним разберусь.       Люциус, видимо, вообще никуда не торопился и ни о чём не волновался, сделав вираж вокруг крыш главных кают. Подлетел к капитанскому мостику, вытянул руки вперёд, выбрасывая графа из своей хватки, и пока тот с ловким кувырком оказался под окнами рубки управления, Ван Хельсинг медленно приземлялся напротив, пышно взмахивая широкими перьевыми конечностями чёрной окраски.       Дракула с рычанием встал в боевую стойку, готовый к атаке, вытянул когти, но совершенно миролюбивый вид моряка не то, чтобы волновал вурдалака, а больше приводил в недоумение. Первый раз граф видел непонятный облик экс-капитана — какая проказа его одолела? — Я, насколько помню, не давал ни малейшего повода, чтобы ты посреди ночи являлся на мой лайнер, — с расстановкой начал негромкую речь светловолосый человек? — Тебе ли распоряжаться моими действиями? — улыбнулся носферату и чуть расслабился. — Нет, конечно, однако видеть — как целая стая верховного вампира посреди голого океана, где после рассвета будет негде спрятаться, в спешке догоняет корабль охотников непонятно зачем. Выглядит смешно. — Ты сейчас мне нотацию прилетел читать? — сверкнул глазами Дракула, продолжая рассматривать огромные чужие крылья цвета ночи.       Люциус Ван Хельсинг вмиг переменился в лице, приняв серьёзный вид вместо показной насмешки. Аналогично кровопийце блондин сверкнул глазами в темноте, отчего граф удивился ещё больше. Что происходит?       Он слишком отвлёкся на новый облик ловца и потерял бдительность, а человек тем временем материализовал в руке секиру с огромным изогнутым лезвием. Достал оружие из воздуха? Или… Наколдовал.       Вопросов было слишком много, но их со свистом разрезало нечто, напоминавшее косу, что приблизилось к шее Дракулы. Вурдалак прогнулся назад, но вновь подставился: экс-капитан с силой пнул его с разворота, в полуприседе расправил верхнее перьевое крыло и отпихнул врага к белой стене помещения.

«Из-под кожи горят неостывшие руны,

Выбирать не приходится — кто чем богат;

Арфа рвется из рук, расплетаются струны,

Недопрожитый день не пуская в закат»

      Граф нехило приложился спиной к поверхности, не успел оттолкнуться для ухода от удара, так как тёмно-серое блестящие лезвие оружие с непонятными высеченными на нём знаками снова приблизилось к бледному лику: — У тебя нет никаких прав каким-либо образом или способом вредить этим людям! — выкрикнул в лицо вампиру Люциус, прижав оппонента локтём в его грудь.       Монстр не принял всерьёз секундную драку и нападки Ван Хельсинга, больше поражённый неизвестным магическим навыкам ловца. Дракула хотел улыбнуться на детсткую угрозу моряка, мол, откуда у белокурого такие выводы, но последний продолжил: — Это не твои охотничьи угодья, luna malu!       Треснувший голос светловолосого молодого мужчины увеличился в громкости и послышался сбивчивой статикой, отчего верховный вампир округлил глаза, присмирел. Голубые глаза настороженно перебегали от непонятных гравировок опасного лезвия к лицу охотника за нечистью, на котором синим светом горели очи, свойственные представителю далеко не людской расы.       Люциус ощерился и сильнее толкнул графа, вжимая когтистыми руками того в стену, а секира ближе прислонилась к шее вурдалака, царапнув его кадык. С каким-то странным беспокойством носферату следил за тем — где на лбу из загорелой кожи юнца проявился железный обод с теми же рунами, что украшали орудие. — Кто… Что?.. Что ты такое? — прохрипел поражённый изменившимся обликом Ван Хельсинга Дракула. Откуда жалкий наёмник мог знать о территориальных правилах вампиров и уставах их охотничьих владений?       Экс-капитан скрыл оскал. Улыбнулся, выпрямляя спину, торжественно приподнял оси трёх пар крыльев: — Мы? Я? Ангел, — сдвоенным голосом жутких тонов ответил блондин.       Потасовка мужчин ничем хорошим для упыря не кончилась: человек ловко перехватывал его руки и ставил защиты от ударов. Более того — ловкий проворный Ван Хельсинг был наравне в рукопашном бою с верховным вампиром, снова отталкивая его к стене и ударяя. — Почему я должен тебя слушать? — огрызался раздосадованный Дракула, выпрямляясь, и демонстративно скрыв руки в тканях плаща, даже не попытался отодвинуть опасно близкое лезвие секиры от своей шеи. С гордостью вздëрнул подбородок, смотря на человека сверху вниз. — Потому, что все люди на корабле мои, — улыбнулся Люциус, но его голос вновь сменился, будто бы в стакан его интонации долили чужой состав, из-за чего звуковые ноты сильно корёжились, — а два кровопийцы сильного ранга не могут делить одну территорию.       Ван Хельсинг улыбнулся и, как хищник, подался головой вперёд, пытливо вглядываясь в глаза графа. Последний же видел — волосы молодого мужчины выросли до средней длины, а кончики белых локонов почернели.       Что за чертовщина?.. Дракула сглотнул, не отрывая взора от одичавшего лика оппонента, а левая радужка блондина окрасилась в ядовито-синий цвет.       Граф Дракула презрительно фыркнул и, прикрыв веки от странного облика монстроборца, обернулся фиолетовой дымкой, сполз по стенам и испарился по воздуху прочь из-под ног шестикрылого. Альфа вурдалаков обязательно разберётся с метаморфозой среднего из Ван Хельсингов, но не сейчас. Не сегодня…       Качая головой от проигрышного положения, в какое его на пару секунд вогнал экс-капитан, брюнет спешной походкой, поправляя свою примятую верхнюю одежду, по-хозяйски быстро прошёл по подмосткам, возвращаясь к средней палубе, откуда его уволок летун. Дракулу не заботил факт того, что Люциус мог нагнать его в любой момент и нанести удар со спины: граф бы услышал его шаги, бег или шорох не свойственных для человека чёрных крыльев.       Ничего не было. Наверное, моряк по-прежнему был на капитанском мостике, разгребая последствия тёмной магии, с которой глупец связался и та оказала на ловца такой эффект, — так думал теневой правитель.       В те минуты шестикрылое существо осталось стоять лицом к стене. Перьевые конечности слегка подрагивали, а мужчина в белом одеянии склонил голову. Громкие шаги графа удалялись, а летун оглянулся вслед вампиру, провожая его печальным взглядом сожаления.       Синие светящиеся глаза чуток изменились в разрезе, линии кожи плавно переменились, придав лику экс-капитана грани чужого — женского — лица: — Для того, чтобы остановить твою бессмысленную бойню, я никак не могу помешать тебе, — бросила Марта в тишину из уст гермафордита-Ван Хельсинга. — Пока что…

***

      Ветер на море раздул неспокойные волны до сильнейшего шторма в самый разгар ночи. «Наследие» покачивалось из стороны в сторону, с боку на бок, но из-за своих огромных размеров всё равно величественно возвышалось над разгулявшейся водной стихией, а бешеный ветер громко завывал меж высоченных красных труб и между тонкими мачтами белого металла. — Я забираю в качестве задатка половину из экипажа! — шум непогоды перекрикивал граф Дракула, запахивая плащ, полы которого зловеще взметнулись на ветру. — Мы не участвуем в кровавой дани, потому что не принадлежим ни к какому поселению суши! — вступила с ним в спор капитан лайнера — Эрика Ван Хельсинг, схватившись обеими руками за ограду белого металла. Оба оппонента находились по разные стороны палуб: верховный вампир со своими подданными неспешно спускался с крутых лестниц, а наёмница с частью соратников по оружию стояла на центральной платформе компаса. — Будет вам наукой про то, что не стоит тратить силы зря: вы всё равно меня не одолеете. Никто из вас. Никогда, — высокомерно бросил девушке граф, удаляясь далее к трапу судна.       Его прислуга с довольными ухмылками подгоняла тех людей, которые попались им под руку. Тащили всех — мужчин, юнг, старых работяг и боевых женщин с девами в придачу. Ладрон Ван Хельсинг, не веря своим глазам и ужасному зрелищу, сорвал с оружейного настенного щита аркебу́зу, попытался стрельнуть по толпе кровопийц, но оружие только бестолково щëлкало. Порох промок.       Командир корабля обхватила рукой голову, другой — плечо, сдавливая пальцами кожу под мокрой тканью до боли. Оставшаяся нетронутой недругами часть экипажа с горестным воем кидалась через всё широкое пространство судна, чтобы вырвать друзей или родных из лап упырей, но безуспешно. Кровопийцы шипели, рычали и отстреливались от обезумевших людей магическими сгустками энергии. — Как же так, капитан?! — всё, что слышалось из обрывков криков сквозь гул шторма. — А ты… — Дракула остановился, вытянув одну руку вперёд и указывая пальцем на вышедшего из-за дальних стен Люциуса Ван Хельсинга, у кого не осталось следов от странной чёрной метаморфозы, — ты обязан довести свою работу до конца. Помни об этом, — тихим голосом довершил граф, но так, чтобы блондин услышал его низкий тембр сквозь завесу ливня.       Монстроборец стиснул челюсти, склонил голову, не отводя ледяного взора от бледного лица упыря, но перечить ему стал. Не мог.       Молодой мужчина периферийным зрением увидел — сквозь ветер прямой походкой прямо к вурдалакам спускалась младшая сестра. Эрика Ван Хельсинг с прямой осанкой, невзирая на хлещущий дождь, босыми ногами шла по скользкому покрытию с гордо вскинутой головой. Ярившиеся порывы клокочущего воздуха изо всех сил старались сбить фигурку в светлом с ног, но морячке было всё равно на все силы природы.       Кровопийцы рычали на приближение человеческой фемины, но граф властным движением руки остановил их и приказал стеречь пленных людей. Темноволосый мужчина выступил вперёд навстречу капитану, поскольку ему было интересно — что же скажет напоследок наёмница? — Ты убил моего отца. — Бархатный тон негромкого женского голоса сталью разрезал холодный воздух, а его обладательница бесстрашно смотрела на высокого носферату перед собой.       Обвиняемый фыркнул и слегка опустил голову, размышляя на брошенные слова блондинки. Пару секунд сминал свои губы в обдумывании наилучшего решения ответа той, которая ничего не знает.       Что ж, как ей будет угодно — пускай считает, что Ричард Ван Хельсинг пал от клыков верховного вампира: — Он сам избрал свою судьбу, — с неширокой улыбкой сказал Дракула. Здесь граф не солгал. — А ты, Ваше Темнейшество, твоё племя, — избрали свою… — после короткой паузы также храбро молвила охотница, выкатив грудь колесом и совсем не ощущая ледяной воды, которая уже добрую часть часа хлестала по всему её телу, превратив домашнюю комнатную одежду едва ли не в прозрачные облипающие тряпки, но мозг решил отбросить ненужные физические ощущения пробирающего до костей холода.       Самовнушение — сильная штука: — Мы пойдём в бой, а вы погибните. Все до одного.       Шторм глубокой ночью казался ещё более страшным явлением, вселявшим первобытный ужас в сердца каждого существа, которое на свою беду очутилось в тот час на открытых водах. « — Нет уж…» — подумалось Эрике Ван Хельсинг, — «никакая нечисть не покинет охотничьего корабля без моего позволения!»       Девушка со всей ненавистью, какая была ей присуща, смотрела в небесную — почти чёрную, — синеву, куда улетали высокомерные вампиры. Крики паники людского экипажа на нижних палубах терялись в порывах ветра, они пытались обратиться к белокурой начальнице, но та не отрывала горящего взора от неприятелей, утаскивающих пленённых ввысь.       Люциус Ван Хельсинг лёгкой пробежкой преодолел длинные пролëты и спешно спустился к сестре. Встал около неё, посмотрел туда же — на зловещую процессию носферату, которые решили, что победили в сегодняшнем шторме.       Капитан не глядела на старшего брата пару минут, а как только тот открыл рот в обращении к ней, то она его опередила, быстро повернула голову вправо, где мужчина стоял, и твёрдым тоном приказала: — Пустить упырей на дно к морскому дьяволу.       Блондин ничего не ответил, но кивнул — этого было достаточно. Затем понеслась цепь приказаний от старшего помощника капитана до матросов, и люди с дружным кличем побежали внутрь будок, приводя в действие механизмы артиллерийных орудий.       Блески, вспышки замелькали глубокой ночью посреди шумного океана. Шторм заглушал выстрелы, но вошедшие в азарт моряки слышали заветные очереди калибров, выпускаемых из тонких длинных стволов и заливисто смеялись, как ненормальные, проворачивая оружие по стае силуэтов летучих мышей. — За пленными людьми, в которых не попадут шальные пули, спускайте шлюпки: мы обязаны их вытащить из воды и вернуть на борт, — хладнокровно приказывала на ходу Эрика, элегантно поднималась по ступеням выше, всматриваясь в разразившуюся дождливую стихию.       После согласия и покорных кивков коллег некоторые мужчины или женщины предлагали охотнице приодеться, так как та насквозь промокла, наверное, озябла, но Ван Хельсинг с раздражением отмахивалась от заботы соратников. Закалку солнцем, воздухом с водой наëмница прошла ещё с малых лет, часто практиковала. Сейчас же нельзя было терять драгоценных секунд: кровопийцы крайне быстры…       Идея морячки сработала — задние ряды улетавшей большой своры знатно поредели: калибры пробивали летучих мышей, разнося в куски, а вампиров, которые в истином обличье парили в вышине, прошибало насквозь. Монстры даже не успели понять — что произошло, и мёртвыми телами падали вниз.       В стае возникла суета: уцелевшие с непониманием оборачивались, щурились сквозь завесу дождя, с криками обнаруживали убитых приятелей. Горестный злой вой поднялся в толпе нечисти, стрелой долетел до возглавляющих отряд. — Граф! — вскричал один из выживших замыкающих вурдалаков. — Там наших бьют! — с одышкой на лету вскричал он. — Стрельба! — вопили остальные, ускоряясь и бросая добычу. Люди, выпущенные из вражеских когтей, с криками падали в море. Лишь некоторые успевали сгруппироваться для погружения в ледяную стихию без травм; многим повезло, потому что их уносили на небольшой высоте, но были случаи неудачного приземления матросов с огромной высоты пластом.       Дракула взмахнул перепончатыми крыльями, будучи в виде летучей мыши, и посмотрел с высоты на мелкий лайнер далеко внизу. Мордочка зверька нахмурилась, он поморщился, а красные глаза злобно сверкнули: м-да, другого он не ожидал. — Уроды выстрелили нам в спины! — взревели вампиры, но разворачиваться, чтоб дать ответный бой, не решались или ждали приказа альфы для этого.       Монстры презирали ловцов, но не думали, что те способны на нечестный удар исподтишка. Стайка окружила крупного летуна и с собачьей преданностью поднимала головы к летящему выше всех вурдалаку. Вот-вот он непременно отдаст распоряжение вернуться к «Наследию» и зачистить судно от остатков людей!.. — Уходим. — Голос графа прозвучал спокойно, но это спокойствие оглушило остальных не хуже взрывчатки. — Что?! — хором выкрикнули правителю сородичи. Да, конечно, упыри первыми разозлили монстроборцев, взяв их на абордаж и пленив половину экипажа, но можно проглотить подлую стрельбу в спину, а можно поступить правильно: ответить ударом на удар!       С подобными мыслями к верховному вампиру подлетали слуги, крича свои идеи сквозь ливень, но Дракула смотрел только вперёд, продолжал мерно взмахивать большими крыльями и лохматым ухом не повёл к призывам товарищей. Он всё равно выйдет победителем в этой войне… — Я сказал — уходим! — жëстче промолвил носферату тем тоном, который не терпит возражений, поэтому подчинённым ничего не оставалось, кроме прижатых ушей в смирении.       Наутро буря стихла, пуская лайнер охотников в штиль солнечной погоды. Все палубы и этажи были пусты: вампиры ушли с добычей ещё ночью, а прочие матросы не показывались из своих кают или трюмов.       На огромном судне царила такая тишь, кажущееся спокойствие, что с первого взгляда обыватель мог подумать: ну, вот оно — круизное средство передвижения, где безопасность, полный порядок. Действительно, так оно и было: обычная плавучая груда металла, что теперь потеряла статус лучшего лайнера охотников за нечистью.       

«Наследие» утратило свою роль в глазах людей.