Голоса пустоты: неспокойная жизнь молодого астрофизика

Небольшой автобус ехал, подпрыгивая на каждой кочке. Кел — юноша, недавно окончивший институт, — пытался уснуть на своём сиденье уже часов шесть, но всё мешало этому: начиная от резких остановок в городе и мата водителя в адрес некоторых «тупоголовых козлов» за рулями автомобилей, заканчивая «шикарной» дорогой, которая была за пределами цивилизации. Но вот наконец-то послышался звук останавливающихся колёс и автобусный «пых», выходящий из пневмосистемы транспорта. Кел зевнул, потянулся и, взяв свой чемодан, вышел из автобуса. Транспорт развернулся и уехал. Посмотрев на луну, которая уже высоко весела в небе, и поправив вечнорастрёпанные темные волосы, Кел, расположив очки на носу, выдвинул ручку чемодана и поплёлся к старому КПП, в контрольной будке которого было пусто. Окинув взглядом потрёпанную временем и дикими зверьми дверь здания, он шмыгнул носом и его взгляд направился в темноту за шлагбаумом. Поправив шапку на голове, он ещё некоторое время тупил взглядом в темноту, а после зевнув, потянулся. — М-м-м, спасибо, Боже! Это место… — Недоговорив, он тяжело вздохнул и, поправил очки, хрустнул шеей и устало пробормотал. — Именно тут я желал оказаться, когда вышел из института в последний раз… — Смотря на лес, поглощённый тьмой, он не мог даже представить, что в будущем его ждёт что-то помимо наискучнейшей работы. Перекинув чемодан через заграждение, хотя можно было пропихнуть и под, Кел перелез и сам. Войдя в Лес Дункельталер, являющийся заповедником в Швейцарии, попутно оборудованный под радиоастрономическую обсерваторию компанией Alpen Signal Observatorium, в которой Келлину Эклипсвейну посчастливилось работать... Ну или не посчастливилось, как считал он сам. Юноша распрямил плечи, размял затёкшие ноги и устремился вперёд. Идя по дорожке, где почти ничего не было видно, он не мог не ощущать странного «чувства присутствия», которое становилось сильнее по мере углубления в территорию обсерватории. Он отнёс все странные ощущения к своей сонности и усталости, продолжив, шаркая ногами по дороге вымощенной галькой, плестись вперёд. Молодой учёный рассматривал мигающие красным цветом лампочки, находящиеся на вершинах огромных радиотелескопов. Лес был тих. Ветер лишь изредка совершал лёгкие рывки, обдувая лицо, попутно шелестя огромными хвойными деревьями, разнося их запах. Астрофизик вдохнул полной грудью и блаженно закатил глаза, простонав от удовольствия. — М-м-м… Псевдотсуга Мензиса… — Он слегка прищурился, разглядывая мощные ветви того, что обычный человек назвал бы «большой елью», которая на самом деле являлась Дугласовой пихтой. Нагнувшись, он поднял увесистую шишку и поднёс её к носу, втягивая запах. Приятный, без излишней терпкости как у сосны, смолистый аромат с лёгкой ноткой цитруса разлился в лёгких. Прицелившись, он попытался попасть шишкой в самую верхушку, но его сил не хватило, чтобы бросок достиг цели, в виде макушки орегонской сосны, застеленной тьмой. Ещё раз втянув ноздрями прекрасный запах, он продолжил путь. Через некоторое время парень заметил указатель. На нём была пара табличек, которые растолковывали направление к базе и ближайшим антеннам. Несмотря на то, что вся карта территории была заучена парнем ещё в тот момент, когда ему только сообщили об его отправке, он внимательно рассмотрел указатель. Кел улыбнулся, когда пришло понятие, что даже в заспанном состоянии он легко понял, что таблички, указывающие на сателлиты «Juliett» и «Whiskey», были перепутаны, но уже через пару секунд улыбка сползла. — Даже этого сделать нормально не могли… Какая же халатность… — Злобно пробурчал астрофизик, раздражённый тем, что два сателлита на которые указывали перепутанные таблички, были буквально в разных сторонах. Злость парня была понятна, ведь если бы на следующий день он приступил к работе, не знав предварительно карту местности и начал ориентироваться по указателям, то уехал бы не туда. Расстояние между двумя сателлитами было более двух километров, что означает кучу потерянного в пустую времени. — Понятно, почему всё это закрылось, что раньше, что сейчас… Вокруг сплошные шарлатаны! — Плюнув в основание столба с презрением, он двинулся дальше. До «базы» было ещё больше часа пешего хода, поэтому парень просто вдохнул полной грудью, перехватил чемодан поудобнее, ускорил шаг и направился к зданию обсерватории. Попутно он начал рассматривать звёздное небо, карту которого знал наизусть.

Прошёл час

Он всегда любил пешие прогулки, поэтому огромное расстояние, которое ему пришлось пройти, ощущалось в ногах лишь слабой, «приятной» болью. Здание обсерватории тёмным скопищем предстало перед взглядом парня, когда до пункта назначения осталось всего пара минут ходьбы. Потерев глаза, он прищурился, пытаясь разглядеть местонахождение главного входа. — А вот и обитель зла, — устало пробормотал Кел, когда он наконец-то оказался перед входом в обсерваторию. Подойдя к дверям, он увидел листочек. — Ва-а-ау… — угрюмо протянул астрофизик. — Интересно, как я что-то должен, млять, увидеть в такой темноте? Открыв боковой карман своего чемодана, он просунул руку внутрь и нащупал средних размеров фонарик. Луч света, прорезая тьму, как раскалённый нож масло, был направлен на листочек, надпись на котором гласила: «Пароль: 1111» — Вот это я понимаю! Безопасность! — Тяжело вздохнув и смяв листочек, парень разблокировал дверь и поплёлся внутрь. — Надеюсь, меня не сожрёт какой-нибудь волк, который решит обнюхать циферблат и случайно наберёт пароль… Хотя я сейчас сам кого угодно готов сожрать… — Его желудок отозвался громким урчанием. — Ничего приятель, терпи… — Сказал он, положив ладонь на живот. Дверь шумно закрылась за спиной. Он тут же попытался нащупать переключатель. Щелчок от нажатия раздался эхом в коридоре, а лампы всё так же тёмными полосами нависали на потолке, не желая работать. Ещё раз посмотрев на кодовый замок двери, а в частности на зелёный датчик, указывающий на разблокированное состояние двери, он понял, что проблема или в лампах, или в проводке, ведь электричество работает. — Ну и хер с этим светом, завтра разберусь, а сейчас… спальня! — Он внимательно изучил план здания перед тем, как его сюда отправили. Именно поэтому он сразу же держал курс на второй этаж, прямо в комнатку, которую он скоро будет называть «своей». Чуть не споткнувшись о первую же ступень, парень мигом взобрался на второй этаж, и уже там, открыв дверь в комнату, он увидел достаточно уютное помещение. Открытый балкон, с которого проникает слабый свет от незастланного ночного неба, холодильник, чьё жужжание только подтверждало догадку о исправности подачи электроэнергии, микроволновая печь, силуэт которой легко угадывался рядом с раковиной, ящички, проход в уборную и, самое главное, кровать, что темным квадратом угадывалась в углу. Фонарик он выключил ещё во время подхода к дверям комнаты, чтобы не тратить заряд батареек за зря. Бросив свой чемодан на пол, а фонарик на тумбочку, освещаемую светом с балкона, Кел тут же упал на кровать. Раздался деревянный хруст, и боль от падения на что-то твёрдое пробила спину парня, отчего он сразу же вскочил с криками. Это оказался манекен, который кто-то так «заботливо» оставил на кровати. Схватив за ноги деревянного болванчика, он со злостью сбросил его на пол. — Что-б тебя, ДСП ебучее… — Злостно фыркнув, он аккуратно, чтобы не повредиться, но сильно пнул манекена ногой в голову и показал тому средний палец. В этот раз, проверяя место приземления руками, любитель поспать наконец-то лёг на кровать. Он не стал заправлять постельное бельё, ему жутко хотелось спать, и постельное бельё — это меньшее, что его волновало в эту, пусть и немного прохладную, летнюю ночь. Ночь пролетела быстро, и наступило утро. Лёгкий ветерок, входящий через «окна» базы, которые по факту являлись лишь решётками в стенах, пробудил Кела. Протирая глаза, доктор взглянул на часы и удивился. — Вау, девять утра? Рановато что-то я сегодня. — И это была правда: Келлин был тем ещё соней, любящим поспать по 10-12 часов, а сегодня, на собственное удивление, поспав всего 6 часов, он чувствовал себя бодрым. — Ну что ж, — подумал парень и, встав с кровати, уже вслух промолвил. — Начнём! А начать было с чего: открыв свой чемодан, он начал раскладывать вещи. Достав пару футболок, одну кофту и пару домашних шорт, он аккуратно сложил их и положил в нижний отсек прикроватного шкафчика, который по совместительству был самым большим. Дальше он достал куртку, две пары джинсов, одну кофту, худи и белую рубашку. Куртку и джинсы он положил на левую половину большого стола, который стоял у него в комнате. Худи, рубашка и кофта были заброшены в самый чистый из кухонных ящиков. Затем были вынуты и убраны в верхний ящик тумбочки: зубная паста, зубная щётка, тряпочка для очков, ватные диски, обезболивающее, таблетки от изжоги, мыло, шампунь, полотенце, ну и, конечно же, личный дневник Кела. Множество вещей так и было оставлено внутри чемодана, но одна из тех, что должна была быть вынута, так и не находилась. — Ну конечно… — После этой фразы последовали тяжёлый вздох и потирание переносицы пальцами. Кел забыл свой стакан, в который он обычно наливает воду, чтобы прополоскать рот после чистки зубов. Конечно, он мог сделать это с помощью воды из-под крана, но он брезгал, именно поэтому он полоскал рот лишь дистиллированной или кипячёной водой. — Ну ничего, должны же быть тут стаканы? — Сразу же руки потянулись к кухонным ящикам. С скрипом они открывались один за одним, и через некоторое время он нашёл, что искал. В одном из ящиков лежал целый запылившийся сервиз из фарфора, на нём были разные синие узоры, птички, цветочки и тому подобное. Так же было найдено множество разной посуды: миски, сковородка, салатница, кастрюля и даже чайник. Подметив свою удачу, он кое-как подключил старый электрический чайник в не менее старую розетку и прокипятил воду, а после начался процесс чистки зубов. Умывшись и, в следствии, утеревшись, парень надел очки и отправился вниз, осматривать место своей работы. — Ё-ё-ё, это что такое? — Войдя в главный зал, астрофизик явно был недоволен состоянием обсерватории. Он и так подмечал мусор, разбросанный по базе, но это уже не в какие ворота не лезло. — И что за свинья жила тут до меня? — Растолкав мусор так, чтобы было более-менее удобно передвигаться и работать, парень подошёл к рабочему месту. С уст будто самостоятельно слезла фраза. — Это что, нахер, за старьё? — Вопрос был вполне резонным, учитывая оборудование, на котором доктор должен был работать, а в особенности компьютер, который будто достали из прошлого века. — Ладно, похер, для работы хватит… — Кел ткнул пальцем кнопку включения ПК… и ещё… и ещё… — Ну алё, рухлядь, ты будешь врубаться или нет? — Потыкав ещё немного, пришло осознание, что свет, который он должен был включить ещё вчера, как только приехал, до сих пор остался нетронутым. Вспомнив план здания, Кел двинулся в подвал. Четыре из пяти рубильников были опущены в положение «OFF» из-за чего и работали только двери и, как он понял, холодильник. Нажав все рубильники, внимание к себе привлекла огромная железная дверь с окошком, находящаяся в другой части подвала. — Что это? На плане этого не было… — Подойдя, парень увидел целую морозильную камеру с говяжьими тушами. Он было уже хотел открыть, но, присмотревшись, эта мысль сразу улетучилась. — Слава богу, этот морозильник герметичен. Все туши внутри были на крайней степени разложения, и не будь морозильная камера герметичной, Кел бы ещё вчера у дверей обсерватории почувствовал отвратный запах гнили. Дойдя до теперь своего ПК, он снова нажал на кнопку включения. — Эт что за компания вообще? А где шиндоус? — На экране, с звуком включения высветился логотип «Meadowᴹᵉᵍᵃᶜᵒᵐᵖ», который состоял из нескольких соединенных шестиугольников, выполненных в ярком желтом цвете на черном фоне. Фигуры напоминали пчелиные соты или молекулярную структуру. Дождавшись загрузки, Кел почти моментально зашёл во вкладку «почта». Время: 3:12 Тема: Добро пожаловать! Отправитель: Др. Бао Получатель: Др. Кел (Вы) — Здравствуйте, доктор Кел! Полагаем, вы уже добрались до обсерватории! Вы уже были обучены работать с подобным оборудованием, но краткий инструктаж будет продублирован отдельным письмом. Также вы будете обязаны присылать хеш-коды с радиотелескопов, чтобы мы могли отследить валидность отсылаемых вами сигналов. Инструкцию о том, как собирать хеш-коды и о том, как их присылать, вы получите в втором отдельном сообщении. Некоторое время вам придётся работать на устаревшем ПО, предоставленном ныне несуществующей «Meadow». Информационный носитель с новым, современным ПО от наших новых спонсоров будет доставлен в ближайшие недели. Сегодня можете обустраиваться в обсерватории. Удачной работы! После прочтения повисла недолгая тишина, а после раздался гневный голос парня. — Ты чё, серьёзно? Ахереть… «Будет доставлен в ближайшие недели», как по их мнению я работать должен? — Тяжело вздохнув парень плюхнулся на кресло. — Ладно, уборка и обследования позже, а сейчас… — Прильнув к пульту для ловли сигналов, астрофизик решил не ждать завтра и начал пытаться что-то поймать. Все железные, почти стометровые исполины, после долгого сна, были приведены в движение. Со скрипом все радиотарелки начали вращаться в направлении, в которое им велел сидящий за пультом сто восьмидесяти сантиметровый паренёк. Найдя хоть что-то, Кел настроил частоту и полярность и начал ждать… ждать… ждать… — Что? Всего две десятых процента? Н-да, это будет долго. — Потупив в экран ещё немного, он вздохнул и, чтобы хоть чем-то себя занять, решил: — Ну тогда можно и осмотреться! Первое, с чего начался осмотр, — это его главная комната. Огромное стекло, рабочее место, радар, карта, небольшой, непонятно для чего преднозначенный, душ, металлический стол и устройство для очистки данных дисков. И что уже очевидно, всё это находится в ужасном состоянии. Тяжело вздохнув и выйдя из своей комнаты, он включил свет и зашёл в комнату отдыха. Всё, как и ожидалось: кучи мусора, пыльный диван, который был весь в непонятных пятнах, пара стульев и «убитый» пол, который, мало того что был грязнее, чем обувь после ночной прогулки по лесу, так ещё и некоторые керамические плитки были или в трещинах, или разбиты. Зайдя в соседнюю комнату, которая оказалась небольшим складским помещением, Кел с непонимающим лицом осматривал этот самый склад. Тут было множество различных предметов: от разных инструментов и металлических побрякушек до швабры, ведра и губки, старых чистящих средств и даже просроченной банки тушёнки. — Ну то есть, комнату отдыха засрали в хлам, а тут всего одна куча мусора и грязные от пыли полки? Вот оно, сразу видно, что было в обиходе у прошлых работников, хотя скорее туниядцев-бездарей… — Подметил новый и единственный сотрудник полузаброшенной обсерватории. Следующим на очереди был подвал. Рубильники, морозильная камера, кучи мусора, деревянные ящики с непонятным содержимым, тусклый свет, прохлада и сырость, стоящая в воздухе. Поняв, что ничего интересного в подвале нет, он направился в серверную. Из открывшейся двери сразу же донеслось недовольное пиликанье сломанных серверов и монотонное гуденье исправно работающих. Рассмотрев консоль, лужи непонятной жидкости на полу и вентиляцию на потолке, доктор решил наконец заняться делом, и, вспомнив все руководства по починке серверов, принялся их чинить. С одними было всё плавно, чинились прямо как по методичке в памяти Кела, но другие… — Ёшки-кошки, это как так? — Недоумевающий взгляд парня устремился на сервер, на котором, мало того что были следы чего-то липкого, так и были оборваны пару проводов, а некоторые компоненты сервера стояли в непонятных положениях, в которые их поставить, с точки зрения физики, почти нереально. Ещё целые провода были все в изоленте, а в некоторых местах даже оголены. Сама стойка, на которой стоял сервер, была немного помята и испачкана различными веществами неизвестного происхождения. Мало того, полуразбитая лампочка, мигая, горела зелёным. — Так ладно, оставлю это чудо инженерии до лучших дней. — Кел починил ещё пару серверов, и в итоге во всём помещении остался лишь один сердитый, не горящий ни чем, абсолютно не работающий сервер, в углу комнаты, пока его пыльные «братья» вновь вошли в строй. — М-дэ… Ещё и это чинить своими ручками придётся… — Он попытался пнуть сервер, в надежде что он заработает, но всё что случилось, так это с него слетела куча пыли. — Спасибо за комфортные условия работы… — пробормотал парень, после того как его трухнуло от холода. В помещении обсерватории было прохладно, отапливались лишь главная и спальная комнаты, всё остальное было обделено на время лета и весны. В данный момент можно было сказать, что даже на улице теплее, чем в помещении серверной, не говоря уж о подвале, в котором можно было сдохнуть от холода. Но вот в подвале делать было нечего, поэтому Кел там надолго не задерживался, а вот в серверной ему придётся быть не только часто, учитывая один поломанный в хлам и другие, явно не новые сервера, так ещё и долго. Подойдя к консоли, он, съёжившись от холода, начал вводить команды. — Так, сначала откалибруем спутники, после проверим работу генераторов, теперь работу всех спутников… — Не успел астрофизик договорить, как его челюсть начала постепенно отвисать от удивления, когда на экране консоли один за одним появлялись названия серверов и «0/4», что означало их полную неработоспособность. Целыми стояли только Фокстрот, Хотел и Ромео, которые, по всей видимости, были местными «тремя богатырями», иначе Кел не мог объяснить, почему они единственные среди всех находились в идеальном состоянии, даже спустя столько времени. Пара тяжёлых вздохов, желание бросить эту работу в первый же день и медленные шаги в сторону гаража. — А может, нахер мне это не надо? Уйду в горы, стану швейцарским монахом. — Разговаривая с самим собой, за неимением нормальных хоть каких-либо собеседников, дверь в гараж была открыта, свет включён, а дух захвачен. — Вот это я понимаю! — Настроение любителя железяк моментально улучшилось, когда он увидел квадроцикл, который величественно стоял посреди комнаты. Проигнорировав всё окружение, включая железный верстак, кучу манекенов и пару ящиков с таким же неизвестным содержимым, как и в подвале, Кел уселся верхом на квадроцикл и, провернув ключ зажигания, который так заботливо оставили прямо на руле «железного монстра», парень услышал рёв, а после и приятное урчание двигателя. — Да ну, ебать? Завёлся? Да ты… не может этого быть! Ещё и бак полный? — Потирая ладошки, парень с удовольствием смотрел на индикатор бензина, который, немного подёргиваясь, показывал «full». — Ну что ж, если я не улечу на первом же камне в дерево, то, в принципе, можно сказать, что жизнь удалась! — Открыв ворота гаража, Кел задним ходом выехал из помещения, а после начал неуверенно ехать. Подрагивая на каждой кочке, астрофизик, верхом на своём железном коне, потрясывался на черепашьих скоростях. Звуки деревянного моста весело проходили под его шустрыми колёсами, а вся конструкция квадроцикла приятно отдавала вибрациями в водителя. Вот уже наш счастливчик, всё ещё контролируя скорость, объезжает деревья, чуть не влетая в них, успевая уйти в последний момент. А сейчас он уже несётся на полной скорости, пролетая мимо каждого дерева, чувствуя драйв, улыбаясь во весь рот, с шапкой в кармане, которую туда запихали, дабы не мешала волосам на свежем и озорном ветру развиваться. Место, которое до этого казалось мрачным и унылым, будто подхватывало Кела, благоволя его быстрой езде, деревья словно расступались перед ним, а камни нарочно не попадались под колёса. Вот уже первый радиотелескоп починен, второй, третий. Никаких законов, никаких моральных норм, вне работы — делай что хочешь! Захотел? Гоняй на максимальных скоростях! Захотел? Гуляй голым по лесу! Захотел? Сделай на ближайшем дереве качели и качайся! Захотел? Лови рыбу копьём! Всё, что хочешь — здесь возможно, и только во время этого полёта мыслей в процессе езды, студент наконец-то смог ощутить главную прелесть этого места — свободу! Починив все вышки за примерно четыре часа, парень вернулся домой: голодным, растрёпанным, но счастливым. — О, а вот и сигнал скачался, ну-ка, что тут у нас? — В хорошем настроении парень прослушал сигнал и ни капли не расстроился, что это был просто бессмысленный шум. Всё же оборудование старое, что ещё можно было ожидать? На радостях голодный ездок зашёл в свою комнату и заглянул в холодильник. — Ого! Первый день самый лучший что-ли? — ИРП исчезли из его взора, а его глаза сосредоточились на пачке замороженных креветок, у которых срок годности кончался только через два месяца. Разогрев их в микроволновке, парень вышел на балкон, захватив с собой стульчик. Усевшись на нём, креветки начали медленно исчезать во рту Кела, который рассматривал вечернее небо. С одной стороны ярко-оранжевое солнце заходит за горизонт, с другой стороны уже виднеются первые, красивые и самые яркие звёзды. Посидев так, пока не стемнеет, астрофизик зашёл обратно в комнату, застелил постельное бельё, почистил зубы и улёгся в кровать. От того утреннего ворчуна не осталось и следа, он с улыбкой засыпал в прохладной кровати, понимая, что завтра его ожидает долгая и муторная работа, не только с дисками и хеш-кодами, но и с губкой и шваброй.