Растворить в поцелуях

У Кавеха россыпь веснушек по плечам и щекам, бархат кожи, едва загорелой от солнца; сильные руки с длинными, безумно красивыми пальцами, которые слишком приятно целовать из раза в раз; прекрасные глаза, обрамлённые пышными ресницами; длинные ровный нос, слегка пухловатые губы… Дилюк замер, отложив бумаги в сторону. Сосредоточиться и сделать ещё немного сегодня точно больше не выйдет. Он уверен, потому что раз уж уже пытался. Сопротивляться своему вспыхнувшему сознанию, когда оно требовало чего-то определенного и конкретного, было практически невозможно. В крайнем случае, он просто продолжит по памяти вычерчивать каждую деталь, каждую мелочь родного лица и тела. Его тепло, мягкое и успокаивающее; запах цветов, смешанный с алкоголем и отдающий пустыней; голос, отдающий в груди и сознании особенной вибрацией, от которой невольно мурашки пробегают по спине. Дилюк не может сопротивляться. Не может сопротивляться и когда мягко губами вычерчивает контуры запястий, ладоней, пальцев, шепча что-то неразборчиво. У Кавеха на пальцах на мизинцах обеих рук две родинки. В глазах разливается теплое закатное солнце, яркий сок винограда, и Дилюк невольно чувствует сладкую терпкость на языке. Целоваться с Кавехом всегда хочется нежно, неторопливо, поглаживая, обнимая, прижимая, лаская, согревая, удерживая… И много-много всего прочего. С ним у Дилюк по-другому не получается. Он мягко ласкает большими пальцами веснушчатые щеки, мурчит что-то хриплым голосом и любит, любит и ещё раз любит. Так нежно, так правильно и хорошо, будто согревает бутон самого прекрасного цветка в своих руках, призывая распуститься и обнажить лепестки и сердцевину. Кавех позволяет. Точнее, он даже не против. Он впитывает в себя всю заботу, насыщается ею, порой смущённо фыркая и шутливо бодая Дилюка в плечо. Это то, что сейчас важнее всего. У них двоих сердце в груди заходится особенным ритмом, красивым, нежным, трепещущим… У Кавеха веснушки — звёздное небо. Такие красивые, прелестные и очаровательные, что Дилюк удержаться каждый раз не может. Со счета сбивается всегда, но никогда не бросает попыток. У Кавеха мягкие и пушистые волосы пшеничного цвета, которые на утро вновь будут выглядеть растрепанными. Но Дилюку это нравится. Он тонет в своей нежности и мягко укутывает в неё и своего ненаглядного. Просто, потому что хочется… Так правильно. Так верно. Так хорошо. Так они и растворяются в нежности, позволяя вуали ночи скользить по их коже… На утро Кавех сам очерчивает родные и любимые черты Дилюка, целует незаметную родинку на виске. И любит, любит, любит…