Until I Meet My Husband

1. Случайная встреча в кабинете студсовета.

      Когда я перешёл в среднюю школу, все стало строго разделено по половому признаку, и ученики стали заглядываться на противоположный пол. В начальной школе я дружил только с девочками, поэтому ощущал себя непривычно. Тем не менее, теперь я старался вписаться в окружение парней. Однако заметил кое-что странное: при разговоре с другим парнем, я испытывал некоторое напряжение. Может быть, причина была в недостатке опыта дружбы с мальчиками, но это навело меня на мысль, что, возможно, все были правы, говоря, что я не нормальный.       Трудно сказать, являлось ли это непосредственной причиной, но друзей в классе у меня не оказалось. Парни нападали на меня в коридорах или в туалетах — некоторые даже плевали мне в лицо.       На втором году средней школы я хотел, чтобы время, проведенное здесь, не было потрачено впустую, поэтому добровольно вступил в студенческий совет на должность казначея. Это решение положительно повлияло на мой опыт и прямо привело к первой влюбленности. А лучше всего было то, что у меня появилось безопасное место, где я действительно считал себя нужным: кабинет студсовета. После школы мы все вместе, как мальчики, так и девочки, собирались там для выполнения наших обязанностей. Мои прежние дни в средней школе были скучными и мрачными, но теперь я, наконец, снова начал веселиться.       Однажды вице-президент студсовета привел в кабинет своего друга: Цукаса, новый переведенный ученик в его классе, который был у всех на слуху. Он был невысокого роста, с большими выразительными глазами, длинными ресницами и смуглой кожей, загоревшей во время тренировок по теннису. По характеру болтун и шутник. В общем, я подумал, что с ним было бы весело пообщаться.       Кабинет студсовета был открыт для всех желающих, и Цукаса часто заходил после уроков. Поскольку работы было не много, мы все вместе проводили там время, болтали и ели закуски, пока учителя не видели. Затем, когда здание школы закрывалось, Цукаса и я часто шли домой вместе, только вдвоем... То, каким он был наедине со мной, отличалось от того, каким непринужденным и игривым его видели все остальные. Когда мы оставались одни, показывалась его серьезная сторона.       Мне нравились эти редкие моменты, поэтому я открывался и разговаривал с ним на разные темы — например, о том, что у меня нет друзей в классе, и о том, что меня это не особо волнует. Он, в свою очередь, признался, что ему надоело строить из себя крутого, чтобы вписаться в нашу школу. Цукаса был первым другом-парнем, которому я действительно доверял, и это много для меня значило.       Однажды, по пути домой, Цукаса с серьезным лицом спросил меня: "Почему все называют тебя окама? Нанасаки, ты хочешь быть девчонкой?"       Слово окама заставило меня застыть на месте. Я не хотел, чтобы он узнал об этом гадком прозвище именно сейчас! По его глазам было видно, что он не пытался издеваться, как это делали другие дети, но и не жалел меня, как делали взрослые. Тем не менее, казалось, что он видит меня насквозь, все мои самые глубокие, темные секреты, и это причиняло боль.       "Нет, не хочу я быть девчонкой. Мне нравится быть парнем."       "Значит, ты просто обычный парень, как и я?"       "Да... ну, я так думаю. Но все называют меня окама, так что..."       "Может быть, дело в том, как ты говоришь? Потому что у тебя голос немного писклявый, понимаешь? Мне кажется, в этом причина."       Я почувствовал его беспокойство обо мне и оценил его доброту. Когда я сказал, что мне нравится быть парнем, то не солгал. Признаюсь, до нашей встречи был момент, когда я подумал, что, родись я девочкой, то смог бы завести больше друзей, но в тот момент я был благодарен за то, что родился парнем. Иначе я бы никогда не познакомился с Цукасой.