Усмиритель душ.

Глава 19 .

Переводчик тг: smileonlytogod

Редактор: MihAsya

Переводчик: YaminiRevva_02

Этот вопрос заставил всю комнату замолчать. Через некоторое время Истребитель призраков заговорил. «Ты была полона решимости воскресить ее, чего бы это ни стоило… Когда твоя воля достаточно сильна, все возможно; но это не значит, что ты была права». Глаза Ли краснеют она смотрит в другую сторону, не желая, чтобы кто-то увидел ее слабость. Она говорит глубоким и монотонным голосом: «Да, я всего лишь человек, что бы ни подкидывала мне жизнь… Моя единственная родная душа внезапно умерла, родители презирают меня, я с трудом плачу за учебу и даже не могу найти сейчас я жалкая, не так ли? Мне приходится терпеть все это; мне действительно не стоило возвращать бабушку, я должна была просто умереть вместе с ней». Чжао спокойно смотрит на нее. Ли холодно смеется: «Я, как черепаха, медленно и упорно ползу по земле, чтобы кто-нибудь из прохожих пнул меня, и я упала лицом вверх; когда я с болью встаю на четвереньки, меня снова пинают, разве это не уморительно?» В этой девушке кипит обида и злость, хотя она изо всех сил старается это скрыть. Лицо Го накаляется: он глуп и ленив, но получил эту работу благодаря дяде он встает и говорит: «Я… я принесу вам чашку воды». Ли игнорирует его. Чжао спрашивает: «Солнечные часы ответили тебе, и твоя бабушка выжила, но после этого она все еще была нездорова, ты позаботилась о ней?» «Кто еще мог это сделать», — без выражения отвечает Ли, — «Мои родители согласились взять ее к себе, только когда узнали, что она умрет». Чжао кивает: «Тебе нужно было учиться, зарабатывать на жизнь, платить за обучение, а ты еще и заботился о ней, наверное, это было непросто?» Лин немного удивлен: он думал, что Чжао хочет заставить ее рассказать об инциденте с голодным призраком, раз уж она солгала, но теперь он не понимает, что босс пытается от нее добиться. Какой смысл задавать эти вопросы? Но Истребитель призраков не выдает нетерпения, поэтому Лин ничего не говорит и держит свои сомнения при себе. Го протягивает Ли чашку с теплой водой, девушка берет ее и молчит. Она смотрит на чашку, которая дрожит в ее руках. «Она просыпается в половине четвертого утра, каждый день, и всегда хочет приготовить мне завтрак. Но ее состояние ухудшалось. Однажды она готовила молоко, и оно пролилось на плиту, чуть не вызвав утечку газа. Так что мне тоже приходилось каждый день просыпаться в половине четвертого и готовить завтрак, пока она все не испортила. Когда наступает полдень, независимо от того, идут ли у меня уроки или я работаю над проектом, мне все равно приходится каждый день ехать домой на часовом автобусе, чтобы приготовить ей обед, проследить, чтобы она приняла лекарство, а потом мчаться обратно в школу. У меня даже нет времени пообедать самой. Дома она постоянно болтает, и я могу работать, только когда она уснет, около десяти вечера. Я работаю до полуночи, иногда даже позже, и мне все равно приходится вставать до рассвета». Ли делает глубокий вдох, ее лицо невероятно измождено: «Тяжело» Она делает глоток воды и холодно говорит: «Не тратьте время, нет смысла говорить об этом, что еще вы хотите спросить о деле, просто спросите». Чжао постукивает по папке в своих руках: «Простите за грубость, но вам, наверное, стало легче, когда ваша бабушка умерла?» Ли уставилась на него: «Что вы имеете в виду?» Чжао отвечает: «Я имел в виду то, что сказал, в буквальном смысле». Ли вскакивает и расплескивает воду из чашки: «Разве так полиция обращается с обычными гражданами? Как вы можете задерживать меня без причины и выдвигать ложные обвинения?» «Сядьте, успокойтесь». Чжао вытирает воду салфеткой: «Я ни в чем тебя не обвиняю, я просто спрашиваю о твоих чувствах, чувства не могут быть преступлением, даже если ты хотел взорвать здание, пока ты этого не сделал, ничего не случится». «Я хочу домой, вы не можете меня задерживать». Чжао смотрит на нее и кивает: «Хорошо, я опущу несущественные детали давайте поговорим о сегодняшнем дне, вы сказали мне, что видели жертву и тень позади нее, вы помните, как выглядела тень?» Ли хмурится: «Я не присматривалась, не могу вспомнить». Чжао улыбается, его ямочки становятся глубже, но глаза не улыбаются он смотрит вниз и медленно говорит: «Возможно, вы не запомнили бы прохожего, это нормально… но как вы можете забыть что-то настолько пугающее? Если ты не помнишь, почему ты дрожишь?» Пальцы Ли напрягаются. Чжао говорит более серьезным тоном: «Разве ты не говорила мне, что он был черным, немного коротким и немного толстым?» Ли бледнеет. «Отказываться от своих показаний — плохая привычка. Скажите, тень выглядела так, как вы сказали?» Лин хлопает по столу и кричит: «Говори!» «Да… и что с того!» -вспыхивает Ли. «О, немного короткая, немного толстая». Чжао вяло повторяет и скрещивает руки на столе: «Тогда кто это был — мужчина или женщина, молодой или старый?» Все присутствующие, кроме Ли, знают, как выглядел голодный призрак… Невозможно сказать, был ли это мужчина, женщина, молодой или старый; это было костлявое чудовище с огромным животом, косыми руками и ростом с двух человек. Все с подозрением смотрят на Ли. Ли в ужасе. Чжао понижает голос и почти шепчет: «Я солгал, человеческая память ненадёжная, и вы вполне можете забыть о чем-то, если это вас напугало ваш мозг может захотеть защитить вас от страха и отключить память в качестве защитного механизма. Так что то, что вы сказали… может быть просто вашим воображением». Го медленно соображает, что речь идет не просто об отчете о случае, а о судебном разбирательстве, и у него плохое предчувствие. Ли посерела от поражения. Чжао больше не притворяется улыбающимся: «А теперь скажите мне, почему вы спрыгнули со здания сегодня утром?» Грудь Ли энергично вздымается и опускается. «Ты думала, что если убьешь себя, то освободишься от этого проклятия и будешь прощена?» Чжао холодно рассмеялся: «Я не намного старше тебя… Многие молодые ребята вроде тебя не боятся смерти, потому что они слишком молоды, чтобы постичь ее в полной мере. Особенно ты, ты такая… решительная и импульсивная». Голос Ли слабеет: «Что… что заставляет тебя так говорить? Откуда ты знаешь, что я не понимаю смерти? Я знаю, каково это, я видела это! Сердце останавливается, дыхание прекращается, тело… холодеет, становится нечеловеческим… а я не могу найти ее, не могу больше видеть ее, не могу…» «Ли Цянь», — перебивает Чжао, — «Ты не понимаешь и не боишься смерти, но ты боишься разлуки, ты не можешь смириться с тем, что твоя бабушка внезапно покинула тебя». В комнате для допросов становится невероятно тихо, тело Ли дрожит, как опавший лист на ветру. Чжао продолжает: «Тень, которую вы видели на хвосте у жертвы, была… старой, в толстой хлопчатобумажной куртке, с заколкой на голове?» Лин и Го поражены.Ли испускает пронзительный и резкий крик, ее лицо искажается в испуганном выражении. Она сходит с ума? Го задумывается; он не понимает ситуации. Он смотрит на босса, который перебирает пальцами сигарету и выглядит так, будто ему очень хочется курить. Чжао достает фотографию, на которой изображена бабушка Ли с нежной улыбкой на лице. Го узнает в ней ту самую старушку, которая бросилась вперед, чтобы защитить Ли от голодного призрака. Чжао кладет фотографию перед Ли: «Это Ван Юфэн, родилась в 1940 году, умерла в прошлом месяце, причина смерти — передозировка наркотиков». Ли смотрит на фотографию, ее глаза почти выскочили. Чжао продолжает: «Ваша бабушка — ваша единственная семья, поэтому вы двое должны были быть невероятно близки… Можете ли вы сказать мне, почему вы так боитесь ее после смерти? Почему вы думаете, что она причинит вам вред?» Ли застыла как статуя. Голос Чжао смягчается: «Если ты не скажешь правду, у тебя не будет шанса в будущем, ты никогда не будешь свободена до конца своей жизни, ложь всегда будет ложью, и она будет преследовать тебя вечно, как проклятие». Кто-то другой сказал ей нечто подобное сегодня. Ли вяло поднимает голову. Чжао наклоняется вперед и смотрит ей в глаза: «Сундук реинкарнации соединил души тебя и твоей бабушки, обычно вы бы умерли вместе, но ты все еще жива… значит, твоя бабушка умерла раньше, чем было предначертано. Я все думал, что пошло не так? Стражи Ада допустили ошибку или кто-то заманил ее живую душу в ловушку?» «Но потом я понял, что я такой глупый, есть и другая возможность: солнечные часы могли отсоединиться от нее. А это значит, что тот, кто ее вернул, убил ее». В комнате для допросов так тихо, что слышно, как падает булавка на пол. «Она страдала слабоумием, поэтому, должно быть, любила есть конфеты, как ребенок. Скажите мне, кто положил в коробку с конфетами препараты, снижающие уровень сахара в крови?» Го затаил дыхание. Он слышит грубый голос Ли она тихо говорит: «Это была я».