Усмиритель душ.

Глава 37.

Переводчик тг: smileonlytogod

Редактор: MihAsya

Переводчик: YaminiRevva_02.

Темный плащ Истребителя призраков — это густое облако дыма, сквозь которое не пробивается свет: десятки метров дымовой завесы вздымаются и окутывают обоих, устремляясь в небеса. Тьма закрывает все вокруг. Он обнимает Чжао и кричит в сторону наручных часов: «Выходи!». Маленькая кукла взлетает вверх и опускает свой непропорционально большой череп. Истребитель призраков смотрит на нее и втягивает обратно в рукав: «Вернись». Маленькая кукла послушно превращается в клубок серого тумана, сворачивается в шар и возвращается в рукав. Ван тоже выходит из часов и с тревогой смотрит на Чжао. Убийца призраков холодно смотрит на нее, его взгляд мрачен и страшен Ван дрожит от ужаса. Через некоторое время Истребитель призраков отворачивается, садится на землю и осторожно поправляет мужчину на руках: «Ты работаешь на него, я не буду судить, права ты была или нет сядь в сторонке». Ван не решается сесть слишком близко; она колеблется и садится в дальний угол в столбе дыма. Призрачный Истребитель, похоже, боится испачкать Чжао… хотя не похоже, чтобы Чжао был в первозданном виде после всего этого испытания… Он осторожно откладывает оружие в сторону, Ван замечает, что клинок запятнан темными пятнами крови. Из черной дыры рукава появляется бледно-белая рука и осторожно вытирает пятно крови в уголке губ Чжао. Как только палец касается губ, он останавливается, словно хочет поцеловать его. Он ведет себя так, словно держит в руках хрупкое и драгоценное сокровище, а не невоспитанного и грубого Хранителя. Глаза Вана расширились от удивления. Спустя долгое время Чжао наконец просыпается. Он обнаружил, что его голова прислонилась к чьему-то плечу. Он хмурится, словно только что очнулся от глубокой комы, и все его тело лишено жизненных сил. С трудом открыв глаза, он смотрит на Истребительницу призраков: «Ты…» Холодный палец слегка прижимается к его губам. Призрачный истребитель прижимает руку к сердцу и тихо говорит: «Не говори, сосредоточься». После этого из ладони Истребителя призраков вырывается всплеск леденящей, но успокаивающей энергии. Чжао начинает дрожать, но, когда энергия проходит через все его тело, он закрывает глаза и спокойно отпускает свою судьбу на волю другого человека. Леденящий поток исходит от свирепой и жестокой натуры Истребителя призраков, но сердце Чжао, бурно хаотичное, словно успокаивается под его нескончаемым потоком. Чжао восхищается Истребителем призраков: с тех пор как Орден Хранителей перешел к нему, Истребитель призраков всегда сотрудничал с ним в кризисные моменты. За все эти годы Чжао ни разу не видел, чтобы он потерял контроль над собой. Истребитель призраков всегда выглядит таким безупречно уравновешенным, вежливым и в то же время очень сдержан: его жестокая и злобная натура всегда была в цепях, и ни следа от нее не было видно. Крайняя сдержанность может быть направлена на достижение максимальной свободы: если человек тысячелетиями скрывал свою истинную природу, то, с одной стороны, он живет в муках, но, с другой стороны, он живет выше всех остальных. Вскоре мучительная пытка на его душе ослабевает. Чжао открывает глаза и садится: «Спасибо, похоже, на этот раз мне снова повезло». Истребитель призраков неохотно отпускает его и немного отходит в сторону. Он вежливо говорит: «Пожалуйста… но Хранитель не должен был игнорировать мое предупреждение». «Это все из-за этой глупой девчонки», — Чжао показывает на опустившего голову Ван: » Я очень волновался, она ведь работает на меня, я не могу просто оставить ее умирать». Его лицо погружается в темноту: «Иди сюда, быстро!» Ван беззвучно плывет к нему, а кнут Чжао хлещет ее. Она закрывает глаза, но хлыст не задевает ее, а лишь устремляется к земле, оставляя глубокий шрам. «Открой глаза. Я никогда не бил женщин, а теперь подойди ближе», — кнут превращается в бумажный талисман, который, словно перышко, парит на руке Чжао. Уголок его окрасился кровью. «Теперь ты не слушаешь Орден Хранителей, верно?» Ван опускается перед ним на колени. Но Чжао не шелохнулся: «Вставай, не надо мне этого. Какого черта ты стоишь на коленях, мой кошелек все еще в машине, никаких тебе карманных денег». Ван кусает губы. Чжао яростно смотрит на нее и достает сигарету и зажигалку. Рука молча выхватывает сигарету. Он потирает нос. Ему кажется, что нечто подобное уже было. «Я проверил твои документы», — Чжао неестественно потирает пальцы: «Ты умерла в 1713 году, на второй год гражданской войны племени Ханга. Что же произошло тогда? Это ты сейчас готовила подношения у подножия большого столба? Что это за штука?» Истребитель призраков перебивает: «Это не просто большой столб, он называется «Столб природы». Звучит знакомо. Чжао задумывается и хмурится: «Один из четырех мистических артефактов?» Истребитель призраков кивает: «Хранитель много знает». Сначала Сундук Реинкарнации, потом Столп Природы. Четыре Мистических Артефакта давно потеряны и разбросаны по всей Вселенной, это не овощи, которые можно найти на сыром рынке наткнувшись на два из них всего за полгода, Чжао чувствует, что вместо этого ему следовало купить лотерейный билет. В нем зарождается теоретик заговора, в голове проносится миллион вариантов: странное спокойное офисное здание Университета Города Драконов, голодный призрак, преследовавший Ли Цяня, пропавшие солнечные часы, разыскиваемые преступные звери-духи и… предупреждение от Истребителя призраков. Выражение лица Чжао становится торжественным, и он задает самый важный вопрос: «Что такое Столп Природы?» Люди часто говорят, что «боги и духи управляют жизнью и смертью», но это не так. На заре времен существовали Добро и Зло. Самый первый приговор был выгравирован на Столпе Природы, чтобы отличать Добро от Зла. Этот великий столб был сформирован из миллиона горных и речных духов и простирается от Девяти небес до самых глубин Ада. На нем подробно расписаны все восемнадцать этажей Ада, а из выгравированного на нем приговора составлена Книга Жизни и Смерти. С тех пор как был создан этот столб, люди верили, что горы и реки имеют своих духов». Истребитель призраков делает небольшую паузу и добавляет: «Природный столб был создан для подавления призраков, но со временем миллионы злых духов оказались заключенными в нем. Кто бы мог подумать, что люди используют его для вечного порабощения себе подобных». «На других людей это не повлияет, но вы…» Истребитель призраков колеблется, а он редко колеблется. Он продолжает: «Ты родился с нестабильной душой, поэтому на тебя это сильно повлияло». Чжао никогда раньше не слышал о таком, он спрашивает: «Моя душа нестабильна? Моя душа в полном порядке, как она может быть нестабильной?» Истребитель призраков помолчал мгновение и сказал: «У человека есть Самадхи истинного огня в трех местах: в голове и обоих плечах. В твоем левом плече огонь отсутствует, в старину это называлось «призрачное плечо». Это вызывает нестабильность в вашей душе, и Хранитель должен быть крайне осторожен в будущем». Чжао хмурится и смотрит на свое левое плечо. Но он быстро справляется с этим и продолжает: «Значит, магия ограничения Луобула — это использование Хангасом Столпа Природы?» Они обезглавливали людей, сжигали их тела и с помощью темной магии заманивали их души в долину. Столб поглощал души, и можно было управлять мертвыми духами с помощью их черепов. Чжао указывает на Ван: «А что насчет нее?» Истребитель призраков смотрит на Ван, и она вздрагивает, когда его взгляд, кажется, пронзает ее душу и заглядывает во все ее прошлые жизни. Он говорит: «Она была обезглавлена, но ее тело, похоже, осталось нетронутым, так что ее душа не была заключена в столбе». Ван горько улыбается: «Да, я была не зрела в те времена. Я умерла со злобой и завладела телом живого. Бывший Хранитель поймал меня и принял в орден Хранителей. Ван Чжэн — не мое родовое имя, это имя девушки, которой я завладела… Мое настоящее имя — Гелан, я была дочерью вождя племени, погибшего в гражданской войне». Чжао с досадой осознает, что в его SIU полно людей, родившихся в богатых и влиятельных семьях. Ван продолжает: «Вождя повстанцев звали Санг Зан, его мать была служанкой моей матери. В нашем племени не было нормальных граждан, вы были либо королевскими особами, либо рабами. Так что Санг, естественно, тоже стал рабом. Он был одним из лучших среди рабов, так как был способным и храбрым. Мой отец назначил его ответственным за боевых лошадей. Многие им восхищались». Она горько смеется: «Но в нашем племени, каким бы способным ты ни был, если ты раб, твоя жизнь может быть сродни только собаки, свиньи или еще хуже. Вас могут продать и убить ни за что. У тебя могло быть много поклонников, ты мог бы стать богатым, но достоинства у тебя все равно не было бы. Однажды мой отец оплодотворил служанку, и моя мать пришла в ярость… Эта служанка была младшей сестрой Санга. Моя мать в ярости обезглавила мать Санга по какой-то пустяковой причине, а мой брат убил отца Санга. Его сестра… ну, в конце концов, она повесилась». Чжао начинает жевать вяленую говядину и комментирует: «Твой отец был придурком». Истребитель призраков видит, что тот не в лучшем настроении он кашляет и спрашивает: «Раньше у подножия столба лежала каменная табличка, на которой был выгравирован список всех заключенных душ. Я вижу, что каменная табличка осталась, но список был уничтожен, это произошло во время войны?» Ванг кивает: «Санг привел своих последователей к победе и в конце концов добрался до запретного места… Столба природы. Он сказал, что хочет, чтобы все в племени жили одинаково и достойно, поэтому уничтожил список имен на каменной скрижали. Вождь… мои отец, мать и брат, остальные члены королевской семьи, а также все их последователи и воины были повешены в сторожевом доме на вершине горы. С тех пор в племени Ханга отменены королевские семьи и рабы». «А что насчет тебя?» -Чжао спрашивает: «Тебя не казнили, потому что ты тайно помогала Сангу, не так ли?» Ван опускает голову: «Я знала его с детства. Мой отец охотился за ним, а я прятала его… Я очень не хотела, чтобы он умер, но я никогда не думала, что война обернется так, как обернулась…»