Усмиритель душ.

Глава 60.

Шэнь разбирается с китайской капустой. Он слышит звук и поворачивает голову, глядя на Чжао: «Здесь грязно, не заходи». Чжао не обращает на это внимания и осторожно входит внутрь, держась за стены, и направляется на голос Шена. Он медленно протягивает руки и обнимает Шена сзади, его подбородок упирается в плечо Шена, глаза закрыты. Сначала он пытается «посмотреть» на разделочную доску, но все овощи заморожены, так что он ничего не может «увидеть». Тогда он принюхивается и едва улавливает слабый запах овощного сока. Он опускает голову и «видит», как невероятно угольно-черное тело Шена заливает ярко-красный румянец, как только он обнимает его. Краски вытекают из его сердца, растекаются, как магма, и мгновенно окутывают всё тело Шэна. В мутном зрении Чжао вырисовывается стройный и подтянутый силуэт. Словно... тёмная тень внезапно обрела жизнь… От такого зрелища Чжао на некоторое время замолчал. Затем, стараясь сохранить на лице невозмутимость, он полусерьезно спрашивает Шена: «Что ты режешь? Я не хочу это есть, я хочу мяса. Я не кролик, и поскольку я теперь инвалид, у меня есть право на лучшую еду». Он слышит, как Шен тихонько смеётся от умиления, слегка приподнимает крышку маленькой кастрюльки, из которой доносится аромат мяса, и говорит: «Я приготовил то, что тебе нравится, но ты должен съесть всё понемногу, так что не привередничай». По мере того как он это говорит, огненные краски на его теле светлеют, и стремительно разгорающийся алый цвет превращается в исключительно тёплый вишнево-розовый..., напоминая оттенком зарю, когда начинают пробиваться впервые утренние лучи и видно, как встаёт на заре и светит солнце… Шен позволяет ему продолжать обнимать себя и не отталкивает его. Чжао покачивается влево-вправо в такт движениям Шэня, прислушиваясь к звуку режущего ножа по доске для овощей. Чжао долго молчит, его глубокие чёрные глаза смотрят вниз, с необъяснимой задумчивой грустью. Через некоторое время Чжао наклоняется вперед и внезапно спрашивает: «Как ты думаешь, я красивый?». Руки Шена на мгновение перестают двигаться, и он беспомощно качает головой: «Ты хоть раз можешь спросить что-нибудь приличное?» «О, что-нибудь приличное?» Чжао прочищает горло и произносит возле уха Шэня с большой громкостью, как репортер: «Товарищ Шэнь Вэй, вы находите этого человека, который находится рядом с вами, этого колосса познания, этого пионера в своей карьере, который купается в комфортном бризе мирного общества, красивым или нет?» Шену нечего сказать в ответ и он лишь слегка улыбается. Он смотрит вниз, нарезая овощи тонкими ломтиками. Кажется, что даже такая простая задача требует от него полной концентрации. Затем он негромко говорит: «Неважно, красив ты или нет, мне всё равно. Даже если бы ты был отвратительным, с бородавками и шишками по всему телу, в моем сердце есть лишь чувства к тебе ». Чжао говорит, понизив голос: «Это звучит так трогательно, что ты теперь должен сделать мне предложение». Несмотря на то, что они дома только вдвоём, всё таки кухня – не самое лучшее место для интимной близости… Шен немного смущается и отталкивает Чжао плечом: «Двигайся, мне нужно пожарить овощи. Иди посиди, не доставляй мне хлопот». Чжао послушно отпускает его, делает шаг назад, и его руки касаются холодного металлического края раковины. Вдруг он задаёт вопрос, который уже какое-то время крутится в его голове: «Так неужели ты мне когда-нибудь соврёшь?» Шэнь ошеломленно замер спиной к Чжао. Чжао продолжает: «А ты бы смог?» Шэнь делает глубокий вздох, всё ещё не поворачиваясь. Через мгновение он произносит глубоким голосом: «Я никогда не причиню вреда.» Чжао использует третий глаз, чтобы найти тень. Он отчетливо видит, что сияние на теле Шена постепенно тускнеет и исчезает, как фейерверк на исходе. Внезапно его охватывает необъяснимая грусть. И тогда он кивает: «Хорошо, тогда я тебе верю» Шэнь резко оборачивается: «Всего несколько слов, и ты мне веришь?» Чжао неожиданно улыбается: «Раз уж ты так говоришь, то я тебе верю». Сказав это, он больше не может смотреть на то, как слабеет сияние на теле Шена… Чжао отворачивается и делает вид, что их разговор был всего лишь болтовней и может быть забыт в мгновение ока. Он шарит руками по всем отделениям шкафа и бормочет: «Где моя вяленая говядина, я помню, что у меня где-то есть упаковка говядины...» В панике он натыкается на пластиковый веник, наступает на него и чуть не падает плашмя лицом вниз. Шэнь, несмотря на то, что его руки были только что заняты овощами, быстро блокирует его в воздухе. Чжао падает прямо в его объятия… Квартира Чжао не очень большая. Кухня настолько мала, что на ней едва помещается один человек. Два крупных мужчины, теснящиеся внутри, едва могут двигаться. Шэнь может только сохранять эту позу, вытянув руки вперед и омывая их под краном. Его подбородок естественно лежит на плече Чжао. Чжао внезапно замолкает и не двигается. После того, как Шэнь вымыл руки, он продолжает стоять в той же позе, обхватив Чжао за талию, и подталкивает его к выходу: «Хватит её искать. Под столом есть немного дим-самов, я просто положил их туда, если ты голодны, можете съесть немного. Но, не ешь слишком много, ужин уже почти готов». Чжао опускает глаза и улыбается: «Я умираю от голода, но не хочу есть рис». Шэнь ошеломлен: «А? Тогда что ты хочешь съесть?» Чжао поворачивает голову в сторону, находит подбородок Шена и нежно проводит рукой по нижней челюсти, добираясь до уха. Он наклоняется к уху Шена и шепчет: «Я хочу съесть тебя…» Когда он говорит это, его взгляд точно «смотрит» на лицо Шена. Глаза Чжао очень глубокие, с черными зрачками… Но, сейчас веки полуопущены и длинные ресницы отбрасывают тень на высокую переносицу… Хотя Шэнь знает, что ничего не видит, всё равно создаётся впечатление, что «его взгляд полон страсти». Под этим пронзительным взглядом у Шена начинают дрожать колени… Чжао наклоняется ещё ближе, и улыбаясь, вдыхает аромат шампуня на волосах Шена. Он целует его в щеку и начинает дразнить: «Почему ты так нервничаешь? Попробуй, я очень нежный»… Шен не говорит ни слова, толкает его на диван и убегает. Чжао, с видом собственника, разваливается на диване. Он думает о том, что ему стоит заказать два красных подсвечника и зажигать их по вечерам рядом с кроватью. Возможно, только в такой романтической атмосфере он сможет чего-то добиться от этого консервативного джентльмена… Уже наступила ночь, но Чжао никак не может успокоиться. Шэн боится, что ему будет скучно, когда он ничего не видит, поэтому прислонившись к изголовью кровати и читает ему. Голос Шена мягкий и нежный, с идеальной звучностью. И всё же Чжао никак не желает вникать в атмосферу и содержание книги, его мысли заняты совершенно другими вещами… Прямо сейчас всё что он хочет, так это высвободить своего внутреннего зверя. И в страданиях, и радости Чжао Шен, кажется, что-то ощущает. Он внезапно прекращает читать и поворачивается к окну с двусмысленным выражением лица. В это время Чжао начинает обнимать Шена, перекатывает его на кровать, и, прижимаясь к нему ещё ближе, шепчет на ухо: «Хватит читать. Выключи свет». Свет в квартире мгновенно гаснет. Рука Чжао проникает под рубашку Шена и начинает его ласкать от талии до самой груди. Его пальцы захватывают и нежно теребят соски Шена и у того в голове уже просто не остаётся никаких мыслей. Шен уже едва может осознать, что он только что сказал, и в панике сжимает запястье Чжао. Чжао опускает голову и нежно поглаживает его ключицу. Его дразнящий голос продолжает шептать: «Ты уже такой твердый только от одного прикосновения, неужели ты так скучал по мне?». Шен испытывает такую неловкость, что почти забывает, что за окном кто-то есть. В этот момент завывающий ветер доносит из-за окна едва различимый звук деревянных хлопушек. Пальцы Чжао, только что разжигавшие пламя по всему телу Шена, быстро пишут «не двигайся», и быстро натягивают одеяло, полностью укрывая Шена. Чжао садится на край кровати, пуговицы на его рубашке расстегнуты до самого живота и небрежно болтаясь на теле. Он холодно говорит: «Если бы я был один, Ваша Честь, то был бы рад увидеться с вами здесь в любое время. Но теперь, когда у меня есть компания, это кажется немного навязчивым, не так ли?» Снаружи доносится тихое покашливание: «Судья слышал, что Хранитель повредил глаза, поэтому меня отправили сюда, чтобы осмотреть его. Если я вас беспокою, то мне невероятно...» «Судья?» Чжао поднимает брови и смеется с глубоким смыслом: «Его Честь, конечно, быстро всё узнал. Я ходил в больницу днём, а сейчас ещё нет и полуночи, а он уже отправил вас сюда? Я в полном порядке. Передайте ему это и поблагодарите за тревогу обо мне». После глубокого «да» снаружи, через мгновение, густое облако тёмной энергии исчезает… Чжао суетливо начинает рыскать руками по кровати, но Шен, хватая за запястье, останавливает его : «Адский страж? Как...» «Глупый ты…», - вздыхает Чжао и проводит рукой по волосам Шена, нежно поглаживая. Понизив голос, он говорит: «Они все замышляют против тебя... Ад наверняка уже всё знает о Шен Вэе…» Шен колеблется и кивает. Он замаскировался под человека и пробыл на Земле уже несколько десятилетий. И всё это только для того, чтобы преследовать кое-кого. Конечно, он не стал бы объявлять об этом публично, но всё же пребывание Истребителя призраков среди живых - дело не тривиальное, так что, как минимум, Десять Королей Ада должны быть об этом проинформированы. Чжао хмурился и озабоченно проговорил: «Тебе действительно не стоит связываться с другой стороной. У них свой образ мышления, а между людьми и призраками всегда столько запутанных схем и заговоров, а ты...» Шен спрашивает мягко, с неуверенностью: «Ты... ты так беспокоишься обо мне?» Чжао останавливается. Затем он опускает голову в сторону, откуда доносится звук: «А ты что думаешь?» Шен сжимает кулаки и вдруг крепко обнимает его, надолго зарываясь лицом в его затылок. Шен невероятно силен… Чжао очень хочется заняться кое-чем другим, но просто не может вырваться. Шен обнимает его так крепко, как только может, с огромной собственнической силой. Вероятно, он намерен продолжать обнимать его до рассвета. Чжао долго размышляет, но не может ничего придумать. Его начинает клонить в сон и вот он уже засыпает с головой, полной грязных мыслей. Никогда в жизни он не был таким беспомощным. Возбуждение так сильно клокотало в нём, что, казалось, из носа может пойти кровь. Возможно, Шен сжимает его слишком сильно, отчего ему становится немного не по себе. Но, вот уже Чжао засыпает и начинает видеть сны. Во сне он обнаруживает, что бродит по туманному месту, наполненному руинами и обломками по всей земле. Бесчисленные люди поклоняются небу. Он смотрит на них и продолжает идти. После этого он оказывается в невероятно пустынном месте и в кромешной тьме. Чжао чувствует необъяснимое беспокойство и пытается зажечь огонь, щёлкая пальцами. Пламя умирает, так и не успев ничего зажечь. Затем кто-то вздыхает рядом с его ухом и говорит: «Я не это имел в виду, когда говорил. Неужели тебе нужно было заходить так далеко?» Этот голос трудно описать. Кажется, что он проникает прямо в сердце. Слова пронзают его грудь, словно ледоруб, холодом проникая в сердце. Чжао резко вздрагивает и просыпается. Кажется, уже наступило утро. Шена рядом нет, видимо, он ушёл за покупками. Когда он открывает глаза, темно, и так же темно, когда он их закрывает. Сердце Чжао колотится, как сумасшедшее, не переставая… Воздух в лёгких почти иссяк, а ладони стали холодными. Это был... кто говорил? Чжао садится на кровати и напрягаясь хмурит брови. Затем вытирает холодный пот, который струится по его пальцам. Сердце сжимается от миллиона мыслей, а перед глазами - кромешная тьма… Он действительно не может больше ни секунды находиться в таком состоянии.