Obsession With Possession

В каждом укромном уголке — будь то дома, в пустой школьной аудитории, тихой раздевалке или спортивной инвентарной — они находили моменты для тихих встреч. Там, где мир вокруг казался отстранённым и неспособным проникнуть в их уединённое пространство, Кей испытывал неописуемое изнеможение от близости с ним, с его Ямагучи. Это чувство наполняло его трепетом и желанием, которое они оба предпочитали не озвучивать, оставляя свои отношения без ярлыков и определений. С каждым их случайным прикосновением, когда кончики их пальцев соприкасались в процессе передачи волейбольного мяча или когда плечи касались друг друга в тесной комнате, воздух между ними заряжался электричеством. Эти мгновения, хоть и были лишь краткими перерывами в повседневной рутине, оставляли после себя долгий привкус сладкой тайны. В моменты, когда школьные коридоры на мгновение освобождались от суеты, Цукишима находил возможность для тихих, но ярких встреч с Ямагучи. Они случались внезапно — когда они оставались одни в пустом кабинете или в коридоре по дороге из школьного кафетерия. В этих коротких секундах Цукишима действовал мгновенно, его жесты были резкими и непредсказуемыми, а движения быстрыми и решительными. В одно мгновение Тадаши чувствовал, как блондин берёт его за руку, тянет его ближе и их губы встречаются в столь же внезапном, как и глубоком поцелуе. Это было секундное помешательство, это было немного дерзко, но в каждом прикосновении сквозило что-то настоящее и искреннее.  Поцелуй был коротким, но насыщенным, полным невысказанных слов и эмоций. В этих быстрых встречах время будто замедлялось, и каждая секунда становилась важной, насыщенной смыслами и ощущениями. После того как Кей отступал, создавалось впечатление, что в воздухе оставались искры, едва заметные следы их скрытой страсти.  Когда он отходил, парень старался не встречаться взглядом с Ямагучи, словно пытаясь сделать вид будто совсем ничего не произошло. Его щеки каждый раз пылали — знак стыда или, возможно, волнения от собственной смелости. Тадаши же оставался на месте немного ошеломлённым, с бешено колотящимся сердцем в груди. Он трогал свои губы, ещё ощущая тепло Цукишимы, и не мог не думать о том, что это было по-настоящему реально, хотя и казалось скоротечным сном. С каждым новым поцелуем Цукишима становился всё смелее, а Ямагучи не сопротивлялся и лишь отвечал с не меньшей инициативой. Сдерживаться и ждать, пока они окажутся дома у Кея или Тадаши было уже непреодолимо тяжело. Они находились в забвении переплетения их губ всё чаще. Под лестницей, в раздевалке волейбольного клуба, в кабинке школьного туалета, за стеной здания спортивного комплекса. Кей крепко держал Тадаши, прижимая его к любым попадающим на глаза поверхностям, крепко держа его лицо, чтобы тот даже не вздумал отворачиваться от него. Он зарывался длинными пальцами в его зеленые волосы, бесцеремонно и грубо прижимаясь к его губам. Всякий новый поцелуй становился более жадным, более агрессивным и требовательным. Одних губ веснушчатого Цукишиме уже было мало. Возвращаясь ко всем его сладким снам и фантазиям, он наконец мог их осуществить.  Когда все ушли из раздевалки, закрыв за собой дверь, Ямагучи с грохотом оказывается прижатым к одному из металических шкафчиков, а сквозь его губы, слегка покусывая их, проникает горячий язык, желающий углубить поцелуй без лишних , “детских” прелюдий. Он не успевает даже вдохнуть достаточное количество воздуха, как его губы снова накрываются губами друга. Дыхания сливаются в одно и становятся горячее и горячее с каждой секундой. Ямагучи вздрагивает и издает громкий вдох от холодных длинных пальцев, проникших под его рубашку. Цукишима продолжал целовать, крепко держа лицо Тадаши одной рукой, в то время как второй проводил по каждому ребру кончиками пальцев, изучая каждый изгиб веснушчатого.  - У тебя такая…нежная…кожа…  Кей шептал это в его ухо, горячо и тяжело дышал, плавно оставляя поцелуи от губ к уху, от уха к шее. Эта чертова шея! Как долго Цукишима представлял себе этот момент, как долго он желал этого, как долго это мучило его в его снах. Не церемонясь, он страстно вжимает губы в его тонкую шею. Проводя языком, нежно покусывая и постанывая от ощущений вкуса и запаха кожи Ямагучи, Цукишиме казалось, что в любой момент он может упасть в обморок от переизбытка чувств, которые сейчас испытывает. Ему казалось, что если бы он попробовал что-то запрещенное, то именно такой эффект был бы от употребления.   - Как же ты вкусно пахнешь… Не сдерживаясь, блондин сильно кусает зеленоволосого за шею, оставляя красный след. Ямагучи издает полу-крик полу-стон, пока зубы друга кажется прокусывают его кожу. Он сдерживает громкий звук, закрыв рот своей рукой, слегка прикусив костяшку указательного пальца. Болезненные ощущения становились легче и сменялись на приятные благодаря мягким касаниям по гладкой груди и от того как Кей покрывал поцелуями то место, где причинил боль, будто зализывая рану. Цукишима продолжал изучать тело Тадаши, наслаждаясь, стеснительно, но жадно смакуя миллиметр за миллиметром, боясь, что если он остановится, у него отберут его Ямагучи.  Убрав руки с его тела, Цукишима начал медленно расстёгивать рубашку друга. Его щеки были наполнены румянцем одновременно от смущения и желания. Ямагучи тяжело дышал, но не стал мешкать. Трясущимися руками, он также снял рубашку с блондина, обнажая его торс, который меньше чем за секунду соприкоснулся с его собственной кожей. Тихий и легкий стон сорвался с губ Ямагучи, ощутив жар другого мужского тела на своем. Кей продолжал поцелуи двигаясь плавно от шеи к его ключицам и плечам, крепче прижимая веснушчатого спиной к шкафчику. На контрасте от холодного метала и горячей кожи, поцелуи Цукишимы ощущались иначе, они возбуждали сильнее, каждое мимолетное прикосновение. Чувства были настолько обострены, что Тадаши казалось, он сейчас начнет скатываться вниз вдоль ящика как тающее мороженое по вафельному рожку от палящего солнца. Именно таким сейчас был Ямагучи в руках Цукишимы: мягким, податливым и до ужаса намокшим.  Цукишима также изнемогал от перевозбуждения, от соприкосновения кожи. Хотелось большего, хотелось его всего, целиком, здесь и сейчас. Он поднял голову и посмотрев в глаза друга сразу же отвел взгляд в сторону. Как же стыдно, как же неловко. Почему он так сладко выглядит, почему он так смотрит, будто просит касаться его ещё и ещё и ещё! Тяжело дыша, Цукишима хмурясь пытался прийти в себя, держа Ямагучи за руку. Но его мысли прервал робкий шепот. - Ц-Цуки…, - мягкая рука коснулась обнаженного живота блондина и начала спускаться медленно вниз, слегка дрожа от страха и стеснения.  - Ямагучи! Т-ты…стой- - Прости, Цуки…но я хочу к тебе прикоснуться… Тадаши продолжал свои движения, пытаясь поймать взгляд блондина, пока тот хмурился и смущался, избегая любимых карих глаз. Но он не сопротивлялся, просто не мог. Цукишима также желал этого. Он тоже хотел, чтобы Ямагучи к нему прикоснулся. Пуговица его школьных брюк была расстегнута, застежка молнии ползла вниз, а рука Ямагучи неловко и неопытно пыталась залезть ниже под резинку черных боксеров. Цукишима томно промычал когда рука Тадаши коснулась лобка и опускаясь ниже, боязно коснулась нежной и разгоряченной кожи. Кей тяжело выдохнул в шею друга, сдерживая иные звуки, которые так и рвались из его легких. Чтобы Ямагучи было легче, он слегка приспустил своё нижнее белье, высвобождая истекающий орган. Почувствовав первое неловкое движение руки друга вдоль его длины, Цукишима издал сдавленный звук, горячо дыша в плечо Тадаши, не в силах даже укусить от переизбытка эмоций. Молча, пальцы Кея коснулись пуговицы брюк Ямагучи, торопливо расстегивая их, пока тот пытался сделать новые движения рукой. Не успев произнести и слова по поводу происходящего, Цукишима уже стянул край белья веснушчатого и крепко обхватил его член, который не меньше его собственного сочился смазкой. Скользящим движением он провел вниз до основания, заставив Ямагучи содрогнуться и сладостно простонать. Этот звук только подстегнул желание, и Цукишима продолжил движения. Ямагучи тоже двигался в такт друга. Грубые обрывистые движения. Вверх-вниз. По всей длине пульсирующего члена. Ритмичные движения двух отдавались в напряжённых телах. Они прижимались друг к другу, пряча лица в шее и плечах, оставляя мягкие поцелуи и укусы, тяжело и громко выдыхая в влажную от пота кожу. Одновременно было стыдно от происходящего, но черт возьми, как же это было ошеломляюще, каждое движение волной проходило по всему телу, после сосредотачиваясь в конкретной точке. Прижашись ближе к Ямагучи, вдавив его спину сильнее в холодный шкафчик, головки их членов соприкоснулись с кожей животов. Движения рук стало ускоряться из-за чего, тело Ямагучи забилось в сладких конвульсиях от приближающегося оргазма. Схватив свободной рукой руку блондина он тихо прошептал.  - С-стой…я сейчас…уже… Цукишима убрал то, что сдерживало его движения и прикоснулся к щеке Тадаши, вынуждая того посмотреть в его глаза. Их лица были красные, глаза горели от всех переполняющих их тела ощущений, которые импульсами накрывали их и мурашками проносились до самых кончиков пальцев на ногах. Он прикоснулся губами к его губам, и прежде чем инициировать поцелуй, прошептал: - я тоже… После этих слов, Цукишима вжался в губы друга, проникая языком глубже, втягивая того в чувственный поцелуй. Их языки жадно соприкасались, когда он начал ускоряться. Кей сильнее сжимал пальцами головку члена Ямагучи, наслаждаясь издавемыми заглушенными стонами в его губы. Тем временем как Тадаши закрывал глаза в чувствах и наращивал темп своей руки по набухшему и пульсирующему органу друга, которая ритмично скользила, надавливала большим пальцем, дразняще проводя по уздечке вверх и вниз… …вверх и вниз и… Раздевалка волейбольного клуба наполнилась двумя стонами, сдавленными и заглушенными в последнем поцелуе. Излившись оставляя тягучие и горячие следы на животах и руках, Ямагучи и Цукишима продолжали горячо и тяжело дышать, открыв рот, пытаясь заглотить как можно больше потраченного воздуха. Цукишима прижимался лбом ко лбу Ямагучи, пытаясь восстановить дыхание. Прийдя немного в себя, он почувствовал дикий стыд и страх, что перегнул палку, несмотря на то, что более горячую часть инициировал именно Ямагучи. Щеки горели, руки были испачканы. Слегка отстранившись, Кей пытался что-то промямлить, какие-то извинения, но был прерван. Нежный поцелуй, будто сахарная вата и тихий легкий смешок. - Нужно снова идти в душ, да? …и обратно домой придется идти в спортивной форме…прости, Цуки…