Мой милый ниндзя.

То, что произошло сейчас, было за рамками его понимания. Харуко осознал, что он влюбился в этого самурая. При каждой мысли о нем в животе разливалось приятное тепло, но внутри Ямады сложилось неординарное впечатление о Канэсиро: с одной стороны тот очень заботливый и обаятельный, с другой может напугать до остановки и так слабого сердца Харуко. Странно, что он нашел что-то привлекательное в самурае, потому как Ямада был человеком полностью асексуальным, а тут, внезапно, кто-то сумел завоевать его любовь. Несомненно, об этом ни в коем случае никто не должен узнать, а иначе Харуко будет мнгновенно убит, даже не изза влюбившегося в него самурая, а исключительно потому, что его поймали за очередным шпионажем. Единственное подходящее наказание за такое – смерть. Как выше упомянуто, ниндзя никогда не были уважаемы обществом, поэтому никакой пощады ожидать не следует. Он бежал, не слишком обращая внимания на травму лодыжки. В голове крутились до ужаса размешанные мысли. Почему он не убил меня? Почему я понравился ему? Он считает меня милым? ??? Тысячи опасений и страхов смешались в одно целое. Вдалеке показалась деревня Синоби но сато, где жили ниндзя. Среди небольших поместий и домов, напичканных тайными ходами и ловушками он разглядел собственное жилье. Только сейчас, выйдя из своих мыслей и раздумий, Ямада осознал, что задыхается. Он остановился и чуть не упал на траву. Отдышавшись, он вновь, из последних сил кинулся к своему дому, прихрамывая. " Харуко, еще несколько метров ", – подбадривал он самого себя. Правая нога, любезно перевязанная самураем, болела и ныла. Хотелось лечь на согретую солнцем землю и больше никуда не вставать. Пробегая последние дециметры, Ямада распахнул дверь своего дома и забежал в помещение. На мнгновение он остановился, а потом рухнул на жесткий пол. Харуко возмущенно засопел от боли, потому как, грохнувшись на ламинат, он еще больше ушиб себе ногу, а вдобавок чуть разбил себе нос. Он сел на пол, вытирая капли крови над губами. – О, Джово Ринбу¹, за что мне такие страдания? Эта картина могла показаться многим чем-то смешным, но самому Харуко было не до смеха. Из его глаз закапали слезы. Он небрежно вытер их черным рукавом своего кимоно. – Не будь тряпкой. Успокойся, – говорил Ямада себе. Первое, что он решил предпринять, это пойти с докладом о самурае. Это единственный выход для того, чтобы хоть немного отвлечься от того, что произошло несколько минут назад. Посмотрев в окно, Харуко встал с пола. Он подошел к отверстию в стене своего дома и упер руки в подоконник, выглянув наружу. Свист воздуха, будто рассекаемого острым сюрикеном, и ровный гул неподалеку находившегося моря вселяли небольшое спокойствие в сердце ниндзя. Синоби попытался вылезти из дома, но трясущиеся и обмякшие руки не слушались. – Чёрт. Что со мной сегодня происходит? Ямада вздохнул. Мимо его дома серыми пятнами проносились нахмуренные облака. Закапали первые капли мелкого дождя. – Тц. Дьявол. Харуко решил не мудрить и просто злобно пошел к двери, спотыкаясь на раненой стрелой ноге. Он вышел из своего дома. На его кимоно попадали маленькие частички воды. Ямада возмущенно застонал, перегибая все новые и новые дома, двигаясь к главному штабу ниндзя их деревни.