Очень сладкие дела

— Раньше я думала, что главная проблема парня — съехать от родителей, — войдя в комнату, иронично хмыкнула Анджелина и сделала пару шагов спиной вперёд. — Но оказывается, куда сложнее сбежать от его младшего брата-близнеца. — Насколько я помню, ты сама не хотела с ним пересекаться, — прикрыв дверь, Фред направился к шкафу. — Потому что он не умеет себя вести, — фыркнула ведьма, рухнув на кровать. — Я даже рада, что у него появилось новое увлечение и теперь он будет меньше тебя доставать. — Ага… — машинально ответил волшебник, стягивая с себя испачканную рубашку. — И знаешь, я тут поразмыслила… «О нет… — устало подумал хозяин комнаты, лениво пробегаясь пальцами по вешалкам, — сейчас не самое подходящее время для планов на дальнейшую жизнь. Мне бы с кавардаком в магазине разобраться». — …если Джордж продолжит в том же духе, то, возможно, у нас наконец-то появится шанс съехаться. Довольный тон Анджелины неприятно ударил по черепушке. Не то чтобы Фред совсем не хотел съезжаться… Или не совсем хотел… Да боггарт знает, чего он на самом деле хотел. Он оказался в весьма странной ситуации: четыре года строил отношения с женщиной, не изменял, планировал какое-то будущее, но всё меньше понимал, зачем он это делает. И всё ведь вроде идёт хорошо. И поводов расстаться нет. И человек она, как и прежде, прекрасный. Но ему было просто никак. А подходящего момента для щепетильного разговора не находилось: то счета, то работа, то ремонт, то погром, а потом всё сначала. Замкнутый круг. Он зачем-то познакомился с её родителями, а потом пришлось пригласить её на семейное празднование Рождества, и эта проклятая бытовая кутерьма закружилась с такой скоростью, что Молли недавно заговорила о свадьбе, заставив сына чувствовать себя последним подонком. Ведь иногда дело совсем не в том, что ты не хочешь брать ответственность, а в том, что боишься вновь кого-нибудь разочаровать. А после смерти избранницы своего брата Фред опасался что-то испортить так сильно, что лишний раз даже рот предпочитал держать на замке. Так действительно всё казалось лучше: отец с матерью стали меньше переживать, что их дети вляпаются в какую-нибудь авантюру, старшие братья одобрительно кивали и говорили о взрослении, бизнес больше не мотыляло из стороны в сторону из-за переменчивых приливов вдохновения. Фред даже начал находить плюсы в своём новом положении, но ему не становилось легче. Волшебник сильно зажмурился, пока не увидел под веками мутные белые пятна. Он должен был объясниться с Анджелиной сейчас. Он и так затянул с разговором слишком сильно, проклятое чувство вины вонзалось в тело тонкими иглами. — Милая, нам следует… — обернувшись, Уизли наткнулся на ведьму в одном белье в полу-ярде от себя и прервался. — Тебе очень идут рубашки, — скользнув пальцами вдоль его торса, Джонсон сделала короткий шаг вперёд, окончательно уничтожая расстояние между ними. — Но без них тебе куда лучше. «Нет-нет-нет. Ну, пожалуйста… — взвыл про себя он. — Как теперь тебе всё скажу?! Мерлин, если ты есть… Не надо таких поворотов...» Дверь ванной комнаты хлопнула, заставляя паникующего Фреда вернуться в реальность. Ещё три дня назад лежавшая без сознания Ева, обернутая зелёным махровым полотенцем, с невозмутимым видом направилась к выходу, но, заметив прикованные к себе две пары глаз, остановилась: — Я купила новую пену, — указав себе за спину большим пальцем, уточнила она. — С ягодами и хвоей, если это важно. — Что ты здесь… делаешь? — выдавил Фред. — В гостевой комнате нет стиральной машинки, — пожала плечами Бранд. — И даже если бы я посетила магазин волшебно-бытовых приборов в конце Косого переулка, то мне было бы её некуда там поставить. — Какая, нахрен, пена? — возмутилась Анджелина, сложив руки на груди. — Она что, здесь уже была? — Нет, я просто оракулом подрабатываю на полставки и увидела в этой ванной лучший стояк в своей жизни, — серьёзно проговорила Ева, но, встретившись с ошарашенным взглядом собеседницы, обречённо цокнула языком: — Бемби, а она у тебя совсем без чувства юмора? Хозяин спальни многозначительно молчал, сжав губы в тонкую полоску. Естественно, рассказывая своей пассии об их с братом гостье, он немного сгладил возможные острые углы и предпочёл не упоминать часть фактов, чтобы не трепать нервы ни себе, ни своей девушке. Но их знакомство вышло не совсем таким, каким Фред предполагал. — Ха-ха, — саркастично процедила Джонсон, неспешно подходя к язвительной ведьме. — А давай-ка мы условимся: ты будешь пользоваться ванной комнатой своего парня, не лезть в чужое личное пространство и не пачкать своим телом чужие полотенца. — Бли-и-ин, — двусмысленно обронила Бранд, поднимая ладони вверх. — Прости, я сразу и не поняла, в чём проблема, — стянув с себя махровую ткань, она протянула её собеседнице, оставшись абсолютно обнажённой. — Держи, я за вещами вечером зайду, — она склонилась ближе к брюнетке. — Обязательно со стуком. Фред настолько сильно охренел, что даже забыл отвести взгляд хотя бы из соображений этики и морали. Он смотрел, как гибкий девичий стан удаляется из комнаты, искренне понимая, почему Джорджу настолько нравится эта ведьма. Она умела производить неизгладимое впечатление с лёгким оттенком безумия, оставаясь при этом притягательной. И потому Ева бесила его до дрожи. Она вызывала совершенно иррациональные клокочущие чувства, что-то среднее между желанием убить и поиметь. И это являлось ещё одной причиной, по которой Уизли был просто обязан поговорить с Анджелиной как можно быстрее. — Вот сука… — сжав в руках полотенце, пробубнила себе под нос Джонсон, а затем резко оживилась. — Я к тебе переезжаю, — констатировала она прежде, чем хозяин дома успел открыть рот. — Прямо сегодня, — она быстрым шагом вернулась к постели и, бросив влажную махровую ткань, начала небрежно натягивать джинсы. — Я к родителям за вещами, освободи мне несколько полок в шкафу. «Теперь точно пиздец», — единственное, что смог выдать одеревеневший разум Фреда. Вот только ведьма одевалась куда быстрее, чем работал взбудораженный мозг волшебника. Он перехватил её уже в дверях, преградив дорогу. — Детка, успокойся, — выдавливая из себя последние крупицы самообладания, которые только остались, проговорил он. — Ты же сама говорила, что не хочешь здесь жить, пока у Джорджа не появится хотя бы капля тактичности. — Раньше он был единственным безответственным человеком в этом доме, но теперь их двое, и эта девица… — Мерлин, я видел ангела! — проорал младший со стороны сквозного коридора, и Фред обречённо прикрыл глаза. — И ты всё ещё уверен, что я тебя оставлю с этими двумя? — указав ладонью в сторону, откуда послышался крик, поинтересовалась Джонсон. — Я не хочу однажды прийти и обнаружить, что кто-то из них двоих спит в твоей постели, — едко бросила она, обходя его сбоку. — И раз уж эта девка останется с тобой под одной крышей, то, полагаю, я ничем не хуже. — Я уверен, что это недоразумение, — стиснул челюсти волшебник, уже не надеясь спастись. — Возможно, она просто растерялась. — Правда? Так давай это выясним, — направляясь к гостевой комнате, хмыкнула Джонсон. — Надеюсь, она успела надеть хотя бы что-то. — Это однозначно плохая идея, — заметив боковым зрением своего взъерошенного брата, Фред раздул щёки. Проигнорировав его слова, ведьма направилась прямиком по коридору мимо младшего близнеца и, остановившись у гостевой спальни, пару раз ударила ладонью по стеклянной двери. Она раздражённо фыркнула и уже спустя пару секунд повторила стук. Неспешно проследовав за ней, Фред остановился рядом со своей визуальной копией и опёрся плечом о стену. — То есть я должен сегодня не только небесных созданий лицезреть… — уныло цокнул языком Джордж и обратился к родственнику: — У нас есть попкорн? — Лучше достань огнетушитель, — буркнул Фред.

Рыжий секрет №51:

Хочешь жить — не лезь в женские дебаты.

Источник: ссора Джинни и Гермионы во время совместного проживания в Норе из-за закончившегося шампуня. Вмешавшийся Рон заработал фингал и вывих трёх пальцев. А после признания своей вины в инциденте пропал на двое суток. Где был и что делал, рассказывать отказался, однако выглядел ещё хуже, чем обычно.

⸻

Замахнувшись ещё раз, Анджелина замерла в паре дюймов от лица Евы, которая спокойно открыла дверь. Напряжение, повисшее в воздухе, испустило пару мелких искр и потухло, когда Бранд, одетая в длинную фиолетовую футболку почти до колена, широко улыбнулась: — Ты уже успела соскучиться? — Тебе не кажется, — едко выплюнула брюнетка, раздражённо раздувая ноздри, — что для случайной гостьи ты ведёшь себя слишком раскованно? — Не знала, что здесь есть правила, — уголки губ Евы слегка дрогнули. — Ты хочешь меня с ними ознакомить? — Как минимум правила приличия существуют везде, вне зависимости от того, где ты находишься, — хмыкнула Джонсон. — Минуточку, — дослушав её, проговорила ведьма и удалилась в комнату. — Ты только не теряй запал, ладно? — донёсся голос из-за приоткрытой двери. — Сформулируй все свои претензии, — она продолжила негромко копошиться, и голос стал громче, а затем девушка вернулась обратно с синей папкой и протянула её собеседнице, — и давай поищем их вместе в договоре купли-продажи. — Что? — скривилась Анджелина. — Со вчерашнего дня, а если быть точнее, то с шестнадцати часов тридцати семи минут по местному времени, — распахнув папку, уточнила Ева и описала свободной рукой круг, — этот дом вместе с торговой площадкой принадлежит мне. Вдоль скелета проползло недоумение в комплексе с бешенством, и Фред, подойдя ближе, забрал документы из женских рук. Конечно, арендодатель не обязан был предупреждать их о том, как распоряжается своей собственностью, однако должен был предупредить в случае изменения условий аренды или расторжения контракта. Но, обнаружив подпись брата на странице, уведомляющей арендатора, он ощутил, как последняя хлипкая струнка самоконтроля истерически затрещала. — Этого же не может… — обронила Джонсон. — Дамы, — перебил её Фред, и вены на его шее вздулись, когда он взглянул на кровного родственника, — надеюсь, вы не возражаете, — он еле сдерживал свой тон в пределах норм громкости, слегка срываясь на надрывные нотки, — если мы с братом на пару минут вас оставим? — не дожидаясь ответа, старший прошёл мимо ведьм, схватил младшего за шкирку и потянул на кухню. — Благодарю. Девушки не успели обронить ни слова, как дверь за близнецами захлопнулась. Игриво пищащий Джордж состроил вымученную гримасу, но перестал ёрничать, как только тяжёлый, сильный удар обрушился на его нижнюю челюсть. Он криво отшатнулся, прикрыв рот рукой, и замер. Фред сделал шаг к нему, но тот поднял указательный палец, раздражённо покачав головой: — Вариант решения конфликтных ситуаций у тебя… — поджимая разбитую губу, фыркнул младший, — дерьмовый. — Тебе до сих пор весело?! — повысил голос Фред, брезгливо отшвырнув от себя папку с документами. — Здесь стоит печать кадастрового отдела Министерства! Сделка состоялась! Когда вы, блять, вообще успели? — волшебник взбешённо указал ладонью в сторону двери. — Она только на ноги встала несколько дней назад! Ты вообще понимаешь, что творишь?! Какие будут условия?! С ней нельзя жить в одном доме, не то что работать! — А может… — обойдя боком разъярённого собеседника, Джордж взял пару салфеток со стола, вытер с подбородка кровь и расправил плечи, — ты всё-таки научишься дослушивать, прежде чем орать? Мороженку достать? — Что ты, блять, творишь? — процедил сквозь зубы старший, ощущая, как пылают костяшки на правой руке. — Какого хера? — Я собирался тебе сказать после того, как адвокат внесёт правки в трудовой договор… — Какой, нахуй, трудовой договор?! — истерично выпалил Фред. — Ты решил, что раз с арендой пизда, то надо сразу новую работу подыскать? — он скривился в обратной улыбке. — Охренный план! Лучший из возможных! — У нас нет проблем с арендой! — переорал его Джордж, и повисло молчание. Горло сдавило, и по трахее в пятки спустился болезненный разряд тока. Тело расслабилось, и старший почувствовал страшное, всеобъемлющее безразличие ко всему. Напряжение в мышцах испарилось вместе с эмоциональным взрывом. Произошедшее не укладывалось в голове. Невзирая на все старания и жертвы, через которые они прошли, чтобы вновь поднять собственное дело из руин, младший вот так просто решил их судьбу, не спросив мнения брата. — Фред… — Выйди, — сухо кинул он, отодвигая стул. — Просто послу… — Выйди вон, — равнодушно повторил волшебник, опускаясь на сиденье. — Мы закончили. В ушах стоял шум, хотя вокруг царила тишина. Вибрации внутри черепа расшатали все мысли, и те смешались в грязную, липкую лужу. Фред всё ещё ощущал чужое присутствие в помещении, но ему было глубоко плевать. Он облокотился на стол, медленно потирая лоб кончиками пальцев, и зажмурился. Внутренняя дикая пустота пугала. Такая мерзкая и одновременно уютная, что становилось совсем не по себе. Бездна, в которую нельзя смотреть слишком долго, иначе захочется шагнуть, чтобы узнать, такая ли она бесконечная на самом деле. Возможно, там внизу настолько темно, что обречённость, текущая по венам, перестанет быть заметной. Может быть, там можно спрятаться от нескончаемых тягот и заполонившего жизнь безумия. Дверь тихо шаркнула, и Фред облегчённо выдохнул. — Думаю, теперь моя очередь получать по лицу, — спокойно проговорила Ева сбоку. Молодой человек проигнорировал её слова. С ней он сейчас хотел разговаривать меньше всех на свете. Даже если составлять этот список не только из живых, но и из давно почивших. — В принципе монолог меня тоже устроит, — негромко усмехнулась ведьма, и послышалась приглушённая возня. Тихий лязг ножек стула, шелест листов, воздух рассёк лист пергамента, и всё прекратилось, но Бранд по-прежнему находилась в комнате. Однако Уизли не находил в себе силы, чтобы выматериться. Вся его ярость рассеялась, словно дым, прихватив с собой волю и энергию. Открывать глаза не хотелось, но близнец вздрогнул, когда по левую руку, где никого не должно было быть, стекло негромко стукнулось о деревянную поверхность. — Разольёшь, если будешь так дёргаться, — мягко проговорила Ева. Ещё до конца не распахнув глаза, Фред отвернулся в сторону, зацепив периферическим зрением женские пальцы, обхватывающие крышку бутылки. Металл лязгнул по горлышку, пустив по спине россыпь мурашек. — Я не собираюсь с тобой пить, — почти беззвучно фыркнул он. — Тем лучше, — наполнив рокс, она поставила бутылку и обошла его. — Что ж, начнём. Если ты соблаговолишь опустить взгляд на документ перед собой, то увидишь второй неудачный пробник дарственной на дом, который станет вашим по истечении трудового договора… Глаза машинально опустились на пергамент. — …который, к слову, придумал твой брат, чтобы обезопасить твою задницу от лишних нервов и непредвиденных обстоятельств. Согласно его условиям, я не могу вносить изменения во внутренний интерьер и фасад здания, а также вмешиваться в организацию трудового процесса «Вредилок» на протяжении всего периода сотрудничества, — Ева неторопливым шагом прошлась до двери и развернулась обратно. — А для того, чтобы обойти кабальную систему налогов при повторном переоформлении квадратных ярдов, мы решили прописать «сдельную» оплату по согласованию сторон и дополнительно подписать независимую дарственную на особых условиях, — ведьма остановилась и прижала стакан к щеке. — Всё было бы хорошо, и договор был бы заключен сегодня в обед, однако твой брат пожелал добавить дополнительные пункты, касающиеся лаборатории, а потому документы пришлось переделывать ещё раз. — Звучит бредово, — хмыкнул Фред, переводя на неё тяжёлый взгляд. — Сколько времени ему пришлось бы отрабатывать дом практически в центре Косого переулка? Десять лет? Двадцать? — он брезгливо поморщился. — В твоей профессии столько не живут. — Пять месяцев, — натянуто улыбнулась Бранд, наблюдая, как его лицо вытягивается. — Весьма удачная сделка, правда? — Этого просто… — Может быть, — отрезала она. — Также вчера днём вам была возмещена полная стоимость аренды, а чтобы ты не начал орать раньше срока, Персик открыл отдельную ячейку в Гринготтс на своё имя, — ведьма поднесла стакан к губам, но, заметив на себе отупевший взгляд старшего близнеца, продолжила: — Проще говоря, этот дом мой временно и больше формально. Он послужит будущей оплатой услуг твоего брата. — Кто ты такая? — медленно проговорил волшебник, уставившись на ведьму так, будто видел впервые. — П-ф-ф… — натужно выдохнула она и отпила из рокса. — Бемби, такое ощущение, что это ты с лестницы грохнулся, а не я… — Почему… — Потому что ты бы возмущался, отказывался, привёл сто тридцать два аргумента в пользу того, насколько это опасная авантюра, просчитывал бы риски, а у нас нет на это времени, — протараторила Ева и поёжилась. — А думал бы ты долго. Ты слишком сильно пытаешься всё контролировать, поэтому мы не стали так сразу посвящать тебя в наш план, — она заговорила, как только Фред приоткрыл рот: — И-и-и очевидно, ты бы возмущённо пищал в любом случае. Поэтому так получилось куда быстрее. А теперь относительно нюансов сделки… Она убрала руку за шею, и маленькая лапа протянула ей свёрнутый квадратик около полутора дюймов в длину. Ведьма бросила его на пол, и по плитке моментально расползлась карта, раскладываясь эфемерными мерцающими фигурками, словно оригами. Весь мир оказался под ногами, и быстрые магические импульсы окрасили материки и океаны. — Так выглядит поисковая система, — пояснила ведьма, глядя в пустой стакан. — Дальше ориентация уже непосредственно на местности. Но навряд ли новый «хозяин» будет радостно ждать, пока я заберу то, что мне нужно. Поэтому мне требуется помощь, чтобы уложиться в сроки. Всего по договору пять артефактов и пять месяцев. — Воровство для воровки. Класс, — заключил Фред, лениво подперев подбородок рукой. — Если тебе станет легче, то это не воровство, — невозмутимо усмехнулась она, — а спасательная операция по возвращению владельцу его дорогих, во всех смыслах, вещей. — Владе-е-ельцу, — протянув гласную, иронично кивнул молодой человек. — Наверное, у него дома вся стена в сертификатах и разрешениях. — Владельцам частных коллекций так положено, — передразнила его Ева, наигранно-удручённо выдыхая. — Законы, всё такое. Не хотят в тюрьму садиться гады, — уголки её губ поползли вверх, когда она заметила замешательство собеседника. — Если это важно, собрание принадлежит русскому антиквару Владимиру Стрикалову. — И он обратился к тебе? — с сомнением уточнил близнец. — У меня хороший послужной список и многообещающее резюме, — воодушевлённо ответила Бранд и цокнула языком, встретив испытующий взгляд волшебника. — А ещё я намного быстрее, чем аврорат с их международной волокитой. Мне не требуется запрашивать разрешения, следовать графику пять-два… — Допустим, — раздражённо отмахнулся Фред. — Но с чего ты взяла, что я захочу в этом участвовать? — Ты не поверишь, — Ева подошла к столу и, взяв бутылку, всплеснула руками, — мне вообще плевать, будешь ли ты участвовать, — ведьма пожала плечами, вновь наполняя свой стакан. — Этого больше хотел Персик, — она наклонилась ближе, — но ты ведь не можешь остаться в стороне. Под рёбрами вновь вспыхнула искра бешенства. Как же она вымораживала. Вся: от кончиков ногтей до пят. Каждый изгиб её тела, каждое движение, каждое её слово были созданы для того, чтобы мужская кровь вскипала, невзирая на выгорание и измотанность. Донышко рокса лязгнуло по деревянной поверхности снова, когда Ева потянула его на себя. Поджав губы, Фред перехватил девичью руку за запястье и стиснул челюсти. — А-уч… — нарочито широко приоткрыв рот, протянула Бранд. — Тебе бы, Бемби, лучше настойки успокоительной выпить. — Что будет с магазином, если ты найдёшь не все артефакты? — безэмоционально уточнил волшебник. — Ничего, — хмыкнула Ева и, усмехнувшись, склонилась так близко, что стало не по себе. — Он перейдёт во владение твоего брата. Независимо от того, насколько успешно будет выполнен договор. За потраченное время. — Слишком высокая оплата. — Золото в могилу не унесёшь. — А ты собралась умирать? На её губах мелькнула двусмысленная улыбка, которую ведьма не смогла скрыть. По темечку прошёлся неприятный холодок, но тут же схлынул. — Могу позволить себе лишние траты в качестве аналога слова «спасибо». — Лучше бы ты научилась делать это ртом, — ослабив хватку, пробубнил Фред. — Челюсть устаёт, — саркастично кинула она, собираясь высвободить свою кисть. Ведьма ойкнула, когда волшебник резко дёрнул её руку на себя, и чуть не потеряла равновесие. Она упёрлась ладонью в спинку стула левее его плеча и недовольно повернула голову. Их глаза оказались на одном уровне. Пара капель виски выплеснулась из стакана на женскую ладонь, и Ева встряхнула рукой, неудовлетворённо насупившись. — Я отвратительный работник, — процедил Уизли, — когда мне не нравится работодатель. — Значит, нам будет очень весело, — сморщив нос, фыркнула Ева. В лицо пахнуло запахом сандалового дерева, и под кожей появился непривычный зуд. По горлу полоснуло короткое, неразумное желание, и Фред разжал пальцы, отворачиваясь. Неправильно. Его ощущения неправильны и неразумны. — Буду считать, что мы договорились, — отстранившись, ведьма вновь взяла палочку и, наклонившись, ткнула ей в карту, которая тут же начала медленно собираться обратно. Подхватив с пола клубок, Ева отдала его питомцу, размеренно и флегматично вьющему незаконченные маленькие косы из её влажных волос. Она направилась к выходу, прихватив стакан, и бесшумно закрыла за собой дверь, давая волшебнику шанс вновь утонуть в водовороте своих мыслей. По его артериям разлился коктейль из жажды и отвращения к самому себе. Возбуждение липкими нитями опоясало шею, порождая удушье. Температура тела подскочила на пару градусов, а по скулам начала разливаться краска. Взяв бутылку, волшебник ребром ладони полоснул по полузакрытой крышке. Ему нужно было чем-то обезвредить впитывающийся в кости яд вожделения, которое совершенно некстати разрасталось внутри. Алкоголь обжёг рецепторы, но разум помутился только сильнее. Отодвинув от себя стеклянную ёмкость, Фред снова наткнулся на черновик дарственной и встал из-за стола. Проклятая неуёмная энергия ютилась в мышцах, отплясывая на них огненные ритмы. Впору было разорваться на части, но плоть терпеливо сдерживала фейерверки разбушевавшихся гормонов. В коридоре было пусто, что ни капли не смутило молодого человека. Он сделал пару шагов в сторону своей комнаты и затормозил, когда услышал голоса из оранжереи. — …это было необязательно, — протянул Джордж. — Получать по лицу было необязательно, — лениво проговорила Ева. — Даже если Бемби будет любить меня ещё меньше, я несильно пострадаю. — Моего интереса хватит за двоих, — игриво ответил младший. — Тебя что, давно не били? — иронично хмыкнула ведьма. — Ты всё ещё должна мне свидание. — Мы вместе работаем. Это плохая идея. — Ещё не работаем. — Это несерьёзно. — Значит, я отлично подхожу. Я очень несерьёзный…. «Блядство…. — сорвавшись с места, Фред спешно направился в спальню. — Мало того, что вышел из себя, так ещё и подслушиваю… Что дальше? Надену плащ, тёмные очки и попрусь за ними следить? Совсем рехнулся». Он влетел в комнату и, захлопнув дверь, прижался лбом к косяку. Тяжёлое дыхание отрекошетило от рисунка с разводами и обожгло щеку. Сердце так сильно билось, что грозилось проломить грудную клетку. — Милый? — голос Анжелины прозвучал позади глухим эхо. — Ты в порядке? Перед глазами стояли влажные белые локоны, обрамляющие тонкую шею. Глубокий вдох. Не помогает. Запах сандала словно пропитал всё нутро насквозь, проступая потом на лбу. Воображение грузно давило на мозг, пуская по всему организму тёплые волны, оседающие едкой пеной вожделения в области таза. От касания к предплечью волшебник вздрогнул. — Фред? — взволнованно протянула Джонсон. Одним рывком пригвоздив девушку к стене рядом, он впился в её губы жадным поцелуем. Руки скользнули по женскому телу к бёдрам, приподнимая растерянную ведьму. Она машинально обвила его талию ногами, обнимая парня за плечи. Её нелепые попытки что-то сказать обрывались голодными, несдержанными ласками, граничащими с грубостью. Фред больше не мог думать. Ему нужно было снять напряжение, убивающее рассудок. Сейчас и ни секундой позже.