Просто Гарри

      Поттер открыла глаза, совсем не понимая, где она. Девушка вполне готова была вновь увидеть призрачный вокзал, но совсем не ожидала оказаться на вполне реальном Кингс-Кроссе.       — Мисс, с вами всё в порядке? — чей-то участливый голос вырвал из полного шока. Повернувшись (осознав в процессе, что сидит на земле), Гарри увидела Августу Лонгботтом. А за её спиной стоял Невилл. Совсем ещё молодой, робкий, как и она — первокурсник, постоянно теряющий жабу. Неужели?.. Внезапная догадка появилась и закрепилась, стоило оглядеть себя — ещё более тощую, чем в день последней битвы. Пожилая леди между тем повторила свой вопрос.       — Д-да, не беспокойтесь, — Поттер неуверенно улыбнулась. Ей точно не стоило рассказывать, насколько с ней все не в порядке.       Поднявшись на ноги, девушка — теперь снова девочка — быстро подняла попадавший с тележки багаж и постаралась поскорее загрузить его в поезд. Но, как на зло, всё постоянно падало обратно.       — Эй, тебе помочь? — Гарри резко развернулась. Это он. До боли знакомый голос, любимая добрая улыбка, весёлые искорки в глазах, слегка вьющиеся волосы — Седрик Диггори собственной персоной. Её первая любовь. Живой. Как всегда идеально выглаженная школьная форма и аккуратно затянутый жёлтый галстук. На глаза навернулись бы слезы, но Поттер сдержалась. Не могла она позорно разрыдаться перед ним, только не сейчас.       — Да, спасибо, — она все же смогла скрыть все эмоции. Но Сед — такой же проницательный, как всегда — почувствовал неладное и позвал её в своё купе. Пуффендуйцы оказались такими добрыми и… уютными, что Гарри не захотела уходить. Да и зачем? К друзьям, которые никогда таковыми не были? Она больше не та маленькая испуганная девочка. Она прекрасно помнит, насколько велика её сила. И знает, что не позволит разрушить своё хрупкое счастье снова.       Когда поезд прибывает, ей даже жаль прощаться. Но теперь она знает, какой выбор сделает. И когда МакГонагал объявляет: «Поттер, Гарри!», она идёт к табуретке с уверенностью, которую не чувствовала никогда до этого. До того, как шляпа закрыла глаза, Поттер замечает взгляд Седрика. Он наполнен удивлением — всё же, в поезде она представилась привычным «просто Гарри» — и поддержкой. Он всегда так на неё смотрел. Даже тогда…       Девушка чувствует, как её охватывает небывалое тепло. Она всё исправит. Она не даст Диггори вновь пожертвовать собой. Не даст Дамблдору и остальным положить её на жертвенный алтарь.       И когда шляпа ко всеобщему удивлению объявляет — «Пуффендуй!», а стол барсуков взрывается аплодисментами, Гарри улыбается так счастливо и довольно, как не улыбалась, кажется, никогда прежде.

Потому что теперь всё будет иначе.