Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Люди изумлённо затихли. Никто не ожидал подобного. Как в здравом уме Лю Вэю вообще пришло в голову бросать вызов Чжуну Хэ? Зачем? Почему? Да ещё и в таком состоянии!       – Самоубийца, – хмыкнул кто-то из гостей.       Ланг Бао оживлённо захлопал в ладоши.       – Вот это ты придумал, щеночек! Настоящий подарок на свадьбу! Развлечение для жениха! – император повернулся к Чжуну Хэ и бодро толкнул его в плечо. – Давай, Чжун! Покажи нам силу севера!       С усмешкой на лице императора это звучало даже слегка саркастично. Чжун Хэ напрягся. Лицо его окрасилось жгучим недовольством. Шесть его сыновей были тяжело ранены от руки одного человека, едва стоявшего на ногах. Чжун Хэ видел его впервые, но пропитался к нему жгучей ненавистью. Потому, когда поднялся, возвысился над Лю Вэем, как скала – Чжун Хэ был высоким, плечистым и мускулистым мужчиной. Он размял запястья, угрожающе стукнул кулаком в ладонь и процедил, высокомерно глядя на Лю Вэя:       – С удовольствием.       Лю Вэй выдержал его испепеляющий взгляд. Пусть ему было тяжело даже просто стоять, юноша осознавал, что это его последний шанс сделать задуманное, и не собирался сдаваться, как бы тяжело ему ни было.        «Я покажу всё, что умею. Я должен защитить... Мин Бао.»       Слабый взгляд Лю Вэя опустился на принцессу. Юноша сделал глубокий вдох и объявил:       – Сегодня я буду сражаться за честь госпожи Мин Бао! Увидев, как слабы сыновья Чжуна Хэ, я усомнился, что их отец достоин императорской дочери и способен хорошо позаботиться и защитить ее.       Его слова вызвали ещё больше волнения среди гостей. Это было настолько дерзко, что некоторые повертели пальцем у виска. Заявлять на свадьбе, что жених слаб и недостоин невесты, было личным оскорблением Чжуну Хэ – властителя севера и одного из Клыков императора! Лю Вэй как минимум попытался посягнуть на благо прохождения обряда, а как максимум – объявил клану Хэ войну.       Побитые сыновья негодующе завыли, освистывая и браня своего победителя.       – Отец, убей его!       – Он слабак!       – Тварь чешуйчатая!       Мин Бао ахнула от громких слов юноши и сжалась, отчаянно качая головой. Ее лицо закрывала плотная вуаль, но Лю Вэй сердцем чувствовал ее слёзы и страх. Она потеряла надежду, а теперь боялась потерять обретённого друга. Чжун Хэ слыл мастером на уровне Тэй Шу. Не было ни единого шанса, что Лю Вэй его победит.       Ланг Бао задумчиво погладил лиса, посмотрев на Чжуна Хэ.       – Хм... Моя сестрёнка заслуживает сильного мужа. Защищаешь её честь и безопасность, значит? Неужто ты, щеночек, хочешь жениться на Мин Бао? Влюбился в мою сестрёнку? Оживленные перешёптывания пробежали за спиной Лю Вэя.       – Он что, в тайне встречался с Мин Бао?       – Любовники?! ЛЮБОВНИКИ!       – Вэй решил к императорской семье подмазаться?       – Как глупо, он ведь попросту умрет от руки Чжуна Хэ!       – Ему в битве видимо по голове кто-то ударил!       Лю Вэй глядел решительно, игнорируя поднявшийся шум, что совершенно его не касался.       – Я не хочу жениться на Мин Бао и никогда не буду претендовать на статус её супруга. Причину своего поведения я объясню после победы.       Чжун Хэ хмыкнул.       – Да ты меня пальцем не тронешь!       – Если Вы так уверены в своей победе, в таком случае, сразитесь со мной. Но если я смогу ранить Вас, Вы откажетесь от свадьбы с принцессой и уедете обратно на север.       – Как ты смеешь ставить мне условия, мальчишка?!       – Чего ты так разнервничался? – холодно спросил Тэй Шу с прищуром. – Боишься проиграть?       Это было настоящим оскорблением. Чжун Хэ перепрыгнул через стол, вышел к Лю Вэю и замер недалеко от столов, не желая покидать своей территории влияния на разум императора.        «Плохо,» – подумал Лю Вэй. Он намеревался просто отвести мужчину подальше, разбудить императора и обвинить Чжуна Хэ в жестокости в принцессе, породив скандал. Но Чжун Хэ разозлился недостаточно, чтобы напасть самому и последовать за Лю Вэем. Он встал на одной точке, решив защищаться.       Ланг Бао игриво захлопал в ладошки.       – Вот это интересно! Лю Вэй, если ты сможешь ранить Чжуна Хэ, ты пройдешь свое испытание! Если нет, то это твой конец!       Лю Вэй понимал ставки. С самого начала понимал.       – Вэй сам себе могилу выкопал, – хмыкнул Дау Мон.       Всё бы не было так плохо, но яд... Он лишал Лю Вэя сил с каждой секундой, отнимая последние надежды на успех. Ситуация казалась безысходной, словно падение в бездну, но Серебряный Дракон не боялся и не собирался отступать. Его гордость и верность обещаниям, принципам и справедливости приказывали сражаться до самого конца.        «Соберись. Соберись!» – приказал себе Лю Вэй. Было не время отвлекаться. Перед ним стоял могущественный враг, полный ненависти к нему.        «Мне нужно просто ранить его. Этого будет достаточно...»       Как бы Лю Вэй не пытал уверять себя в этом, он знал, что это не так. Ранить, чтобы пройти испытание. Атаковать, чтобы сдвинуть с места врага. Ему нужно было вынудить противника выйти из зоны влияния на императора. Для этого ему самому нужно было выйти за пределы своих возможностей.       Су Юн сжимал рукой ткань своего одеяния. Ему было больно от волнения – сердце болезненно ныло, рвалось помочь дорогому другу.       – Господин Лю Вэй, вы сможете! – закричал Су Юн. Это было единственным лекарством, которое он мог ему дать. – Вы обязательно победите! Я знаю, Вам это под силу! Вы ведь так много тренировались! Вы обязательно справитесь!       Люди пялились на Су Юна, как на глупца, не понимая его слепой веры.       – Справитесь! – неизменно верил юный лекарь, душой тянясь к другу, чтобы придать ему сил.       Лю Вэй почувствовал его поддержку и обернулся, нежно улыбнувшись другу – пытался успокоить его и заверить: «Все будет хорошо. Я не проиграю!».       Су Юн улыбнулся ему в ответ, хотя губы его дрожали. Жизнь Лю Вэя была под угрозой.       Тэй Шу хлопнул в ладоши, объявляя начало поединка. На лице его не отобразилось никаких эмоций – чтобы он ни думал, змей оставил это при себе. Мин Бао дрожала, взволнованно глядя на своего защитника и виня себя в сложившейся ситуации. Если бы она только держала рот на замке, Лю Вэй бы не оказался в такой ситуации! Ланг Бао едва понимал, что происходит на самом деле. Ему просто было весело. Он поцеловал лисёнка в кончик носа, обнял покрепче и устроился поудобнее, готовясь узреть зрелищный бой.       Зрелищного в нем было мало.       Лю Вэй атаковал соперника с яростью, которой поддерживалась его жизнь. Ци жгла нутро до боли, раны горели, напоминая о себе при каждом движении. Только так юноша мог биться, но тело слишком ослабло. Реакция подводила, движения были слишком медленными и тяжёлыми. Чжун Хэ чувствовал, что избивает ребенка, но на лице его закрепилось оскорблённое самодовольство, потому он не собирался жалеть своего противника.       Когда Лю Вэй атаковал, глава клана Хэ парировал все его удары, после чего энергетическим выплеском отшвырнул юношу прочь, раня энергией, словно сотней шипов.       Женщины завизжали и вскочили со своих мест. Окровавленный Лю Вэй приземлился прямо на обеденный стол. Одежда Серебряного Наследника тут же пропиталась водой, вином, байцзю и запахом недоеденных угощений. Разбившийся графин осколками впился ему в спину.       – Ничтожество, – хмыкнул Чжун Хэ и посмотрел на своих сыновей. – И вы проиграли этому? Позор!       Лю Вэй боялся, что он не встанет, но взволнованный крик Су Юна помог ему подняться.        «Я обещал ему, что меня никто не поранит... А я заставляю его беспокоиться. Нельзя так. Прости меня, Су Юн. Я должен... Ради всех... Должен!»       Лю Вэй поднялся и снова ринулся в атаку, на этот раз обойдя противника. У него было не так много времени для борьбы с ядом и не так много возможностей, потому юноша обошел врага со спины, чтобы натиск его оттеснял противника от стола императора.       Чжун Хэ непоколебимо повернулся. Он начал догадываться, что мальчишка, быть может, что-то знает, но он не мог допустить, что этот едва стоящий на ногах юнец – не то пьяный, не то больной – может что-то сделать. Из-за состояния атаки его стали совсем детские и то мастерство, что он показал в схватке с Гэ Хэ, было похоронено под отчаянными попытками бороться со слабостью. Его атаки стали медленными и слабыми, но в них всё ещё горела пламенная душа. Лю Вэй пробовал разные комбинации: приёмы с колющими и режущими атаками, финты, обманные движения... Но Чжун Хэ находился на другом уровне восприятия. Для него даже лучшие атаки Лю Вэя были не страшнее комариного укуса. Каждая атака Лю Вэя заканчивалась сокрушительным ударом в ответ, и чем яростнее становился юноша, тем более красивые приемы использовал Чжун Хэ. Он показывал их разницу уничтожающим взглядом. Чжун Хэ не давал сопернику даже думать о победе.       Все было как тогда, на первой тренировке с Тэй Шу. Лю Вэй отказывался сдаваться, но каждая новая попытка не меняла результата. Юноша попробовал удар в прыжке, мощный силовой натиск, родные и самые любимые приемы клана Вэй, что никогда его не подводили, но раз за разом оружие врага ранило его, резало, пронзало и отбрасывало. Чжун Хэ даже не старался. Он мог убить Лю Вэя в любой момент, но за унижение сыновей и собственной гордости он хотел заплатить унижением, сполна отыгравшись на слабом юноше. Никакого прощения, никакой жалости, только злоба – вот истинная суть человека, что подлостью рвался к власти.       – Какое же ты ничтожество, – объявил Чжун Хэ после очередной сокрушающей атаки.       Лю Вэю выбило дух. Мощный энергетический удар в живот свалил его на землю. Ядро вздрогнуло, и это было так больно, словно хрупкая субстанция сосуда вот-вот пойдет новыми трещинами. Лю Вэй несдержанно завыл, хотя прежде не позволял себе даже пискнуть от боли. Он свернулся в позу эмбриона, уложив ладонь на плачущее ядро. Все его тело содрогалось от муки. Яд соблазнительно шептал, маня остаться лежать и наконец отдохнуть.        «Нет, я не могу... Я не слаб... Не так...»       – ...клан Вэй стоит отстранить от власти. Они ничего не могут. Посмотрите на него! Верно говорит Ланг Бао, перед нами скулящий щенок! Спас Небесного Избранника? Этот слабак? Я слышал, то был Нан Линь! А этот так, просто вовремя завыл.       – Клан.... Вэй... Оскорблять... Не позволю...       Сплевывая кровь, Лю Вэй поднялся, крепко обхватив гуань дао. Он вынес уже больше двадцати сокрушающий ударов, но продолжал упрямо вставать. Пошатываясь, истекая кровью, он воплощал саму непокорность. Янтарные глаза мужественно блестели, верные причине сражаться.       – Щенки вроде тебя только и могут, что скулить! Ты даже не дракон. Посмотрите на него! В руках таких слабаков держится юг! Гордо зовёт себя Серебряным Наследником, но лишь произносит красивые слова. Клан Шу с ним нянчится, потому что родные ничему научить не смогли! Вот почему Вэи не могли сдержать демонов! Они просто ничтожества!       – Нет! – яростно взревел Лю Вэй.       Юноша встал в стойку, готовясь к приему «Тысяча ударов небес» – самому сильному из тех, что знал. Это была сложная атака, но Лю Вэй верил в себя, потому что, утратив веру, сразу же проиграл бы. Она требовала ци, но раненное ядро не могло дать энергии, из-за чего Лю Вэй исполнял приём по-своему. Он разогнался, руки его, вторя приемам клана Хэ, исчезли, а гуань дао за мгновение совершила десяток атак.       Лю Вэй брал от своего несовершенного тела всё, что мог. Его атака настигла соперника стремительным натиском!.. Так он думал. Однако Чжун Хэ стоял с улыбкой на лице. На нем не было и раны, а острый кончик оружия он поймал подушечкой пальца, защитив кожу барьером из ци. Перемещая руки вслед за каждой из стремительных атак, он не дал противнику навредить себе. Мощнейшая атака Лю Вэя была удивительно отражена, а следом шквал сокрушающей энергии отбросил его к столу императора.       Лю Вэй болезненно приземлился, снеся спиной посуду на столе. Ноги его бессильно перекрестились на земле, тело выразительно выгнулось. На клановом одеянии были десятки порезов – такое уже не зашить. Одежда висела на нем обрывками, а левое плечо еле-еле держалось на тонкой полоске ткани.       Лю Вэй не мог пошевелиться и закашлял кровью. Лицо его, измученное болью, душевными страданиями и ядом легко прямо перед руками императора. Лис испуганно тявкнул. Ланг Бао отпустил его и заглянул в янтарные, непокорные глаза. Даже сейчас, избитый и истерзанный бессчётным множеством атак, лежа на обеденном столе и провоняв алкоголем, щипавшим раны, он не сдавался и пытался заставить свое тело двигаться. Черные ресницы чувственно дрожали, взгляд был влажным, но не от слез. Это была тяжесть муки. Сгребая пальцами ткань фиолетового ханьфу, Лю Вэй приказывал себе подняться. Он смотрел на императора, ненавидя свое бессилие.        «Это не конец. Я должен подняться...»       Император коснулся ладонью щеки юноши, глядя на него сверху-вниз. Нежно погладив Серебряного Дракона, словно любовника, император прошептал:       – Надо же, щеночек... Совсем не хочешь победить?       Ладони императора обняли обе щеки юноши. Затем он потянулся большими пальцами, чтобы закрыть ему глаза.       – Значит, конец.        «Нет!»       Пламя в душе Лю Вэя снова разгорелось. У него не было сил, но он вытащил из с самых глубин души. Сшибая руками посуду, он не с первого раза опёрся о стол и заставил себя встать на дрожащие ноги.        «Я защищу... Все, что мне дорого... Защищу!»       – Хороший мальчик, – довольно произнес Ланг Бао.       Лю Вэй собирался сражаться до конца.        «Даже если я погибну... Я не отступлю. На кону судьба всех, кто мне дорог!»       Лю Вэй подобрал упавшую гуань дао и поцеловал лезвие Серебряного Пламени. После этого он взмахнул оружием и снова встал в боевую позу. В глазах троилось и расплывалось, ноги не хотели держать, но внутренний стержень не ломался под натиском атак Чжуна Хэ.       Лю Вэй снова пробовал разные атаки. Его боевой опыт насчитывал больше сотни техник, и каждую, словно ключ в неизвестной замочной скважине, Лю Вэй пытался опробовать. Он рвался в бой снова и снова. Чжун Хэ начинал скучать.       – Как же ты жалок. Думаешь, твои попытки к чему-то приведут? Склони колени и извинись за свою наглость, пока окончательно не потерял лицо.       Лю Вэй снова поднялся, встав в боевую позу. Он не ответил и в очередной раз бросился в бой. Он пытался сместить мужчину, но это казалось бесполезным. Чжун Хэ делал шаги навстречу, но ни разу не отступил назад. В этот раз выпад Лю Вэю тоже не удался. Мужчина незримыми атаками повалил его наземь у своих ног.       – Жалким червям вроде тебя место только у ног. Знаешь? Ты нанес оскорбление не моему клану, а своему.       Лю Вэй сплюнул кровь.       Чжун Хэ занёс ногу и вытер подошву о волосы Лю Вэя.       – Вот для чего нужны Вэи, – самодовольно усмехнулся он.       Серебряный Дракон в бешенстве попытался подняться, но вражеская ци пригвоздила его к земле. Он вынужден был терпеть унижение. Яд подавлял любую попытку противиться.        «Не так...»       Лю Вэй не мог смириться. Он не винил подлых Монов – злиться мог лишь на свою доверчивость и искренность. Враги воспользовались его слабостью, а он бросил вызов тому, а кем едва бы смог совладать даже в идеальном состоянии. А теперь кровь вытекала из его измученного, изломанного тела, гордость была ущемлена, а жизнь висела на волоске. Но он не жалел.       Не жалел.       Не сдавался.        «Должен быть способ!»       – Говорить можно бесконечно много.~ Но вот он ты, у моих ног!       – Хватит... – прошептал Су Юн.       Его голосок был тихим, но боль, что заключалась в одном единственном слове, была столь сильной, что отозвалась в сердце Лю Вэя. Он услышал. Он почувствовал. А потом увидел... Су Юн – этот добросердечный и добрый мальчишка – плакал от живого волнения. Он не мог вынести происходящего, не мог и вмешаться, и это убивало его изнутри.       – Господин Лю Вэй, Вы ведь очень сильный... Вы сможете!.. Вы всё сможете!..       Дрожащие губы юноши шептали сокровенные слова, но Лю Вэй услышал их сквозь все звуки. Услышал и больше. Когда родные взгляды пересеклись, говорили их души. Друзья слышали друг друга сердцем. Они тянулись друг к другу.       Лю Вэй испытал боль. Она обожгла его душу, выжгла ещё одну искру.       – Ничтожество вроде тебя... – продолжал причитать Чжун Хэ.       Лю Вэй схватил мужчину за ногу, что топталась на его голове. Мышцы его напряглись до предела, но усилием он сдвинул ногу с себя вопреки тому, что Чжун Хэ приложил ци, чтобы противиться ему. Мужчина не упал, но потерял равновесие. Лю Вэй схватил гуань дао второй рукой и замахнулся на бедро Чжуна Хэ, силой воли преодолев давящую мощь вражеской энергии.       Мужчине пришлось отступить. Лю Вэй воспользовался этим мгновением и поднялся. Сил едва ли было больше, но что-то в нём переменилось. Ярость дракона взяла контроль над телом. Тяжело дыша, истекая кровью, Лю Вэй не сдавался. Тело его болезненно покачивалось при дыхании, даже вдохи причиняли боль. Казалось невероятным, что он вообще стоит, но он стоял. За клан. За землю. За свою гордость. За душу Су Юна.       – Ты заставил его плакать... – прорычал Лю Вэй звериным, необузданно диким голосом.       Никто не понял, о чем он говорит.       – Дракон-то не в себе уже! – зашушукались люди.       – Бредит!       – Заставил плакать её! – Лю Вэй поднял голос, срываясь на крик.       Чжун Хэ внезапно ощутил угрозу, исходящую от Серебряного Наследника. Прежде он не воспринимал его всерьез, и сейчас ничего не должно было поменяться, но Лю Вэй что-то знал. Чжун Хэ осознал это и захотел заткнуть его, но, когда послал волну энергии, Лю Вэй разрубил её. Его тело двигалось на рефлексах, отработанных в тренировке. Он переставал что-либо чувствовать. Праведность его вида говорила о том, что он не намерен проигрывать. Словно бессмертный дух, он будет стоять здесь, пока не победит своего врага, пока не сделает, что хотел.       – Ты угрожаешь благу империи...       – Да о чем он?!       – Угрожаешь моему дому...       Лю Вэй широко расставил ноги и перехватил гуань дао для загадочного приёма.       – Но это ты, а не я, будешь стоять на коленях!       – Лю Вэй совсем обезумел! Он угрожает Клыку!       Чжун Хэ рассмеялся. Никто не воспринимал Лю Вэя всерьез, и это было на руку уважаемому воину.       – Ты стоять-то не можешь! Твои слова так же пусты, как твоя голова! – потешался над ним Чжун Хэ.       – Никаких лишних мыслей. Чистота. А в сердце... Верность... Империи и...       Лю Вэй с нежностью взглянул на взволнованное создание, что прижимало к груди ладонь и искренне переживало за него.        «Прости, Су Юн. Прости, что ты видишь эти раны. Я не хотел причинять тебе боль. Я не могу проиграть. Не могу подвести семью. Тебя. Я обещал. Я сдержу слово. Ты больше не будешь плакать. Я никому не позволю!..»       Взгляд его обрел невообразимую силу.       – Верность себе. Обещаниям... Всему, что дорого...       Лю Вэй встал твёрже. Ци полыхала, как никогда. Он полностью переменился, готовясь к одному единственному удару.       – Ради будущего клана Вэй... Ради безопасности империи. Ради принцессы Мин Бао и Его Величества Сына Неба! Ради справедливости и правды! Сегодня я сражу тебя, Чжун Хэ!       Су Юн гордился решимостью Лю Вэя, восхищался его силой воли. Он прижал ладонь к груди и наклонился, второй рукой мягко погладив левую щиколотку.       – У Вас все получится, господин Лю Вэй! – воскликнул Су Юн в полной тишине, вкладывая в поддержку всю свою искренность и каждое из теплых чувств к другу.       Чжун Хэ не верил, что обессиленный юноша может что-то сделать. Он открыл было рот, чтобы возразить самодовольным выкрикам бессильного юнца, но в тот самый миг вокруг Лю Вэя образовался магический круг. Сияние, что било из него, было серебристым, чистым, как отблески речной воды в летний день, и ярким, как лучи весеннего солнца. Эта магия была теплой, светлой... И не имела никакого отношения к ци.       Люди затихли, пораженные происходящим. За весь бой Лю Вэй не использовал ци в атаках, лишь для достижения скорости, потому теперь магия казалась чем-то поразительным. В следующий миг подул порывистый ветер. Он ворвался в зал с потолка, завившись ветвистой спиралью и окружив Лю Вэя. Серебряные искры вспорхнули ввысь, поднимаясь навстречу ветру и переплетаясь с вихрями энергии. Сливаясь в энергетическое плетение, сияние оплетало гуань дао и тело Лю Вэя.       – Что это? – пораженно зашептались люди.       Зрелище завораживало. Такой красивой магии они не видели никогда в жизни. Ланг Бао восхищённо распахнул рот. Су Юн взволнованно глядел на друга. Чжун Хэ остолбенел, не понимая, с чем имеет дело. Он осознавал, что это нужно остановить, но сила, явившаяся из ниоткуда, подавляла его. Она была светлой, но в то же время разделяла чувства Лю Вэя, оттого тот, против кого был обращен праведный гнев, чувствовал на себе всю ее мощь. Она сковала его, как цепи, силой взгляда Лю Вэя.       Серебряный наследник не понимал этой силы. Она явилась ему впервые и коснулась его, словно божественное благословение. Лю Вэй ощутил родство с ней. Нечто первородное, что всегда было в его крови… Теперь оно пробудилось и взволновалось, откликнулось и вошло в него, дав ему силу, освободив его тело от оков яда, исцелив некоторые из ран.       Ветер трепетал волосы юноши, оружие его сияло, и сам он источал сияние, подобное тому, что жило в его душе.       Лю Вэй впитал в себя силу. Он открылся ей, веря, что это его единственный шанс. Он сделал шаг вперёд, и в тот момент из центра вихря появилась морда серебряного дракона. Могучее создание выскользнуло из магического портала и своим величественным телом заняло половину воздушного пространства зала торжеств. Гигантский священный зверь парил в воздухе, вился и опускался к Лю Вэю, неся за собой шлейф серебряных искр. Они напоминали слезы, и, падая на людей, очищали их души первозданным светом и наполняя теплом.       Когда искра коснулась Ланг Бао, император ощутил, что с глаз текут слезы, и никак не мог понять, от чего, лишь пораженно прижал ладони к щекам.       Тэй Шу оскалился и накрыл себя рукавом, не давая энергии священного зверя касаться его.       Люди ахнули, раскрыв рты от искреннего изумления. Впервые за триста лет священный зверь явился людям! Да кому! Серебряному Наследнику клана Вэй!       – Не может быть!       – Не верю своим глазам...       – Это же Йюньлонг!       Несколько воинов преклонили головы. Другие оцепенели, как Чжун Хэ. Широко раскрыв глаза, он не мог поверить, что видит священного зверя. Но его поразил не сам факт его прихода. Он сгорал от зависти, что священное существо пришло к его ничтожному врагу, а не полному силы властителю севера.       Дракон опустился за спиной Лю Вэя. Его голова зависла над плечом воителя. Могучий исполин ничего не сказал, но его выразительные эмоции чувствовались в самом его присутствии – Йюньлонг поддерживал Серебряного Наследника.       Лю Вэй был изумлен не меньше других присутствующих, но он испытал благоговение и трепет, смешанные с благодарностью и чувством долга. Он понял, что дракон явился, чтобы помочь ему, чтобы защитить клан Вэй. Йюньлонг все ещё берёг Солнечную Арасию. Для Лю Вэя было честью биться с ним на одной стороне за правое дело и свободную волю империи.       Лю Вэй отвёл гуань дао назад. Дракон склонился и выдохнул на него, разжигая оружие серебряным пламенем.       – Сегодня я сражаюсь за свободу и будущее! – воскликнул Лю Вэй. – За империю и императора! За клан Вэй и за ту правду, что раскроет серебряное пламя!       С этими словами Лю Вэй сделал рывок вперёд. Чжун Хэ приготовился отразить удар. Это было делом чести, потому он использовал всю свою ци, чтобы возвести мощнейший барьер и обратить Лю Вэя с его ручным драконом полным посмешищем, однако, Йюньлонг ударил хвостом по земле, и защита Чжуна лопнула, как мыльный пузырь. Северянин подставил клинок для защиты, но не успел – так стремителен был удар Лю Вэя. За мгновение три десятка ударов обрушились на Чжуна в безупречном приеме клана Вэй – том самом, из которого клан Хэ посмел сделать красивую, но не идеальную копию, присвоив удар себе.       Лю Вэй выполнил первую часть приема безупречно. Чжун Хэ пытался поспевать и отражать клинком удары, но сияющая энергией ян гуань дао разрубила катану надвое, и Чжун остался совершенно беззащитен. Полилась кровь, но, главное, Лю Вэй каждым ударом теснил мужчину от императорского ложа, продолжая наступать.       В следующий миг прием должен был поднять Лю Вэя в небо, однако юноша с раненным ядром не мог взлететь. Он уже решил было закончить прием на эффектном подбрасывании Чжуна в воздух, но в этот момент дракон поднырнул под ноги юноши и поднял его над землёй своей головой. Лю Вэй стойко стоял на ногах и выполнял удар за ударом, следуя клановой технике и повторяя движения отца, что прежде мог лишь наблюдать со стороны. Он безжалостно резал и пронзал противника, подбрасывая его все выше, пока они не достигли потолка зала. Тогда Лю Вэй бесстрашно спрыгнул с головы Йюньлонга, с эффектным сальто пронзил противника в живот и, пролетев несколько метров, пригвоздил его к земле. В полу обрадовалась глубокая трещина, в которой застыл побежденный Чжун Хэ.       – Кровь за кровь, – прорычал Лю Вэй и в отместку за Мин Бао ударил ее обидчика по лицу, оставляя несколько темных кровоподтеков.       Жены Чжуна Хэ завизжали, испуганно переглядываясь. Казалось, они не понимают, где они и что с ними происходит.       Ланг Бао схватился за голову, чувствуя яркую боль. Тэй Шу пришел ему на помощь, живо расспрашивая про самочувствие.       Чжун Хэ был в сознании, но абсолютно потрясен. Глаза его распахнулись в ужасе – он был сломлен духом. Ни в одном из видений своего будущего он не мог представить себе подобного.       Лю Вэй ударил его последний раз и отступил, опустив гуань дао. Его сияние померкло, и былая усталость вернулась, навалившись с новой силой. Юноша героически устоял на ногах, опираясь о гуань дао. Лю Вэй понял: пришло время прощаться с молчаливым защитником. Дракон не сказал ни слова, но глаза его были мудрыми. Лю Вэй был уверен, что он поймет его, даже если дракон не умел говорить.       Серебряный наследник осторожно вытянул руку к зверю. Йюньлонг опустил голову и позволил коснуться себя. Лю Вэй благодарно погладил зверя по влажному, слегка шершавому носу.       – Спасибо тебе, защитник клана Вэй. Ты очень вовремя. Я всегда... Всегда верил, что ты однажды вернёшься. Клан Вэй благодарен тебе, Йюньлонг. Я буду молиться и дальше и, клянусь, я защищу свой дом и благую землю Солнечной Арасии.       Лю Вэй не сдержался и обнял священного зверя. Дракон был тронут. Он коснулся носом макушки Лю Вэя, а после этого взмыл ввысь, уносясь туда, откуда появился, словно его никогда и не было.       Лю Вэй махал ему вслед с сентиментальными слезами на глазах. Когда надежды больше не было, чудо явилось ему спасением.        «Спасибо... – продолжал шептать юноша, не в силах думать больше ни о чем, кроме искренней благодарности. – Спасибо.»       Из оцепенения его вызволили два голоса. Первый принадлежал Су Юну. Нежный голосок радовался победе. Су Юн несдержанно воскликнул:       – Да! Да! ДАААА! – и тут же, краснея, зажал ладонями лицо и спрятался за столом, низко пригнувшись.       Второй крик принадлежал императору.       – Я не могу!.. Я не помню! Что это?.. Эти слова и фразы... Я их не говорил!.. НЕ ГОВОРИЛ!       Тэй Шу распахнул глаза, безупречно изображая изумление.       – Я чувствую присутствие чужеродной, злой энергии, – он принюхался, как собака-ищейка.       – Энергии?! – Ланг Бао не на шутку испугался.       – Похоже, Чжун Хэ контролировал Вас, достопочтенный Сын Неба. А сейчас, когда из Чжуна Хэ выбили дух, чары спали.       – ЧТОООООО??!       Тигрёнок был возмущен и напуган, но не мог отрицать такой вероятности. Он помнил то, чего не делал. Это были ужасные вещи. Обычно император так себя не вел, потому сжался, испугался и обнял Тэя Шу, прячась в его надежных руках, ища защиты и совершенно не думая о том, каким образом все это время никто из его защитников не почувствовал этого влияния. А если и задумался, у Тэй Шу уже был ответ.       Лю Вэй понял, что должен делать. Держа острие оружия у шеи Чжуна Хэ, он поклонился императору.       – Уважаемый Сын Неба! Этот человек пытался контролировать Вашу волю! Кроме того, он контролировал своих жен, высасывал из них ци против воли и сделал тоже самое с Вашей сестрой! А когда госпожа Мин Бао попыталась противиться, Чжун Хэ жестоко избил ее и попытался взять её душу под контроль, чтобы сокрыть преступление! Я не знал иного способа помочь, потому вызвал Чжуна Хэ на дуэль, и сам священный зверь – вы все видели! – откликнулся на мой зов, ибо справедливость требует честного суда над преступником!       Лю Вэю не хотелось использовать чистое создание в качестве защиты и оправданий, но появление Йюньлонга было очень весомым аргументом, в который он чистосердечно верил. Иначе быть попросту не могло – священный зверь явился ради защиты клана Вэй и императорской семьи.       В этот момент принцесса Мин Бао сняла свой головной убор и обнажила ужасные следы на лице. Все люди изумлённо заохали. Мин Бао сохраняла императорское величие, держась при народе достойно, но глаза ее были влажными от пережитой муки и с болью смотрели на брата.       – Я говорила тебе, братец... Но ты прогнал меня...       – Я?.. Да я не!.. Я НЕ МОГ! – замотал головой Ланг Бао. – Я же люблю тебя! Я бы никогда!.. Сестрёнка!       Ланг Бао выбрался из объятий Тэй Шу и прижал к себе сестру. Она обняла брата, не сдержав слез.       – Ты вернулся! – благоговейно прошептала девушка. – Слава Небесам! Я боялась, что потеряла тебя, что Чжун Хэ использует тебя, чтобы и дальше делать грязные вещи...       Ланг Бао захныкал, утратив все силы. Мгновение назад он утешал сестру, а теперь она гладила его по волосам. Нежно и успокаивающе, вернув себе роль старшей сестры.       – Всё будет хорошо, – прошептала она. – Теперь мы вместе.       – Не бойтесь, господин, клан Шу защитит Вас.       Тэй Шу быстро подстроился под ситуацию. Он раздал нужные указания и приказал схватить всех клана Хэ для разбирательства. Чжуна Хэ он поднял с земли лично, презрительно унижая его силой взгляда.       – Чжун Хэ! Ты и твои сыновья обвиняетесь в подавлении воли императора и причинении тяжкого вреда здоровью принцессы!       – Она моя супруга! – раздул Чжун Хэ ноздри. – Я могу делать с ней, что пожелаю!..       – Нет, – решительно воскликнула Мин Бао, гордо вскинув голову. – Нет.       – Я отменю свадьбу! – прокричал император. – И всё, что обещал тебе, тоже отменяю! Ты не получишь ни одну из моих сестер! Тебе не видать клана Мон! Семья Хэ утратила доверие и отныне и навек лишается титула Клыка!       Ланг Бао кричал в параноидальной ярости. Он до дрожи боялся смерти, предательств и манипуляцией сознания, и так легко попал под влияние Чжуна Хэ... Император был в ужасе от того, что произошло.       – Я – верный империи человек! – закричал Чжун Хэ, безуспешно пытаясь оправдаться. – Вы совершаете большую ошибку!       Тэй Шу сковал его путами из ци и передал под стражу десятку своих людей.       – Верные империи так не поступают, – хмыкнул Тэй Шу.       Дау Мон плюнул в Чжуна Хэ. Для него это было отдушиной. Стечение обстоятельств сложились как нельзя кстати, но он совершенно не испытывал благодарности к Лю Вэю, только неизменное презрение. Этот вечер до него никак не мог быть лучше, и он просто взял графин с байцзю и отхлебнул из горла, считая, что небесный зверь ему просто привиделся – сколько он выпил за праздник было известно одним лишь богам.       Воители клана Шу увели Чжуна Хэ в темницу. Даже когда виновник трагедии покинул зал, император никак не мог успокоиться и истерил. Ланг Бао даже не осознавал, что люди продолжают пялиться на него. Пока император был не в себе, Тэй Шу взял на себя решение всех вопросов, прежде всего призывая людей разойтись.       На спасителя – Лю Вэя – Ланг Бао совершенно не обратил внимания. Сейчас ему было не до того, да и у Лю Вэй уже не был способен отвечать. Исполнив свой долг, он счастливо улыбнулся и дохромал до стола, где они с Су Юном сидели прежде.       – Я справился, господин Су Юн, – гордо прошептал он и рухнул без сил к ногам друга.       Су Юн взволнованно сел на корточки и принялся осматривать раненного. Его душа болела за каждую царапину, каждый серьезный порез, но он искренне разделил вместе с другом радость и нежно его ободрял:       – Вы молодец, господин Лю Вэй. Так здорово сражались! Я Вами очень горжусь! Сейчас я Вам помогу. Потерпите чуть-чуть, и Вы будете совсем здоровы...       Су Юн рылся в сумке, ища нужные лекарства. Он собирался помогать Лю Вэю на месте. Небесный зверь забрал несколько ран с собой, но Лю Вэй продолжал истекать кровью.       Су Юн суетился, а Лю Вэй совершенно бессильно смотрел на него, позволяя касаться своего измученного тела и полностью доверяя себя рукам лекаря. Он мечтал провалиться в глубокий сон, каждой клеточкой тела желая отдохнуть, но одна мысль мучала его, и, глядя на прекрасное лицо друга, удерживала в сознании.       Су Юн чутко увидел, что друга что-то беспокоит. Он взволновался, бережно обтёр влажной тряпкой его лицо и нежно прошептал:       – Все хорошо, господин Лю Вэй. Вы справились. Вы всех победили. Защитили принцессу и императора. И Вы были таким сильным! Я восхищаюсь Вами.       – Простите... – слабым голосом прошептал Лю Вэй. Он потянулся дрожащей рукой к ладони Су Юна, замершей на его щеке, но даже в таком состоянии не позволил себе лишнего. Просто желал ощутить кончиками пальцев чуточку его тепла…       Слова друга удивили и озадачили лекаря.       – За что же Вы просите прощения, господин? Вы совсем ни в чем не...       – Я поранился. И Вы плакали… Из-за меня.       В глазах Лю Вэя застыла мука и настоящие терзания совести.       – Ничего страшного, – спокойно ответил лекарь.       – Ваши слезы стоят целого мира, – серьёзно произнес Лю Вэй. – А ещё я не полил пионы... Простите меня.       Казалось, последнее его мучило больше боли от жестоких ран. Лю Вэй жил настоящим. Радовался, мечтал… Смотрел на светлого ангела, вновь спасавшего ему жизнь. Именно поэтому обещание поливать цветы было таким важным – оно должно было подарить Су Юну улыбку.       Лекарь бережно обтер его шею и прошептал:       – Мы польем их вместе, господин Лю Вэй, как только Вы поправитесь. Хорошо? Это мое крайне важное задание для Вас. Поскорее поправляйтесь. А я буду рядышком, обещаю. Я помогу Вам.       – Спасибо, Су Юн... Вы очень... Очень... Нужны мне. Рядом…       С этими словами он потерял сознание, лёжа в надежных и заботливых руках Су Юна. Исполнив свой долг и вдыхая сладкий аромат цветов, теперь он мог спать спокойно.