Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Войдя в лечебницу, Лю Вэй увидел десятки циновок, расположенных в ряд. Больные и раненные люди готовились ко сну, но в помещении все ещё было оживлённо. Лекари в одеяниях клана Шу осматривали подопечных перед сном, подносили им лекарства, перевязывали раны и спрашивали о состоянии. Лю Вэй убедился, что они хорошо заботятся о раненных – все выглядели чистыми, ухоженными и шли на поправку в хорошем настроении. Улыбки дарил им и один примечательный юноша. Лю Вэй сразу узнал его по яркому смеху и добродушной улыбке. Ли Ланьшэнь сидел, прижавшись спиной к стене. Его ноги были укрыты одеялом, а кудрявые волосы распущены. Рядом лежала горка наструганной в полосы древесной коры, из которой Ли Ланьшэнь с наслаждением делал шляпу. По обе стороны от него сидели девушки в жарких соломенных шляпках и тихо хихикали от шуток Ли Ланьшэня.        «Он – душа компании,» – с улыбкой подумал Лю Вэй и ощутил спокойствие. Он убедился, что со слугой все хорошо, и искренне обрадовался этому.       Ли Ланьшэнь, завидев господина, просиял, но не поднялся, чтобы поприветствовать. Поклонился сидя. В тот момент Лю Вэй понял, что и целителям клана Шу оказалось не по силам исцелить его ногу, и убедился в этом, заметив у тумбы костыли.        «Хорошо, что клан Шу вообще его принял. Господин Тэй Шу воистину милосерден к простым людям.»       – Господин Лю Вэй! – Ли Ланьшэнь поприветствовал Серебряного Дракона криком, заставившим всех присутствующих обернуться.       Лю Вэй оказался в центре внимания, но уже привык ко взглядам (в том числе и злым), потому не обратил на это внимания. Он разулся, прошел к циновке Ли Ланьшэня и сел на колени.       – Здравствуй, Ли. Как ты?       – Это я должен спрашивать, господин! Вы же сражались! Вы же!.. Я так волновался, но я выполнил Вашу просьбу! Я успел! Успел!       – Ты молодец, – мягко произнес Лю Вэй. – Помощь пришла вовремя.       Юноша облегчённо выдохнул и улыбнулся.       – Я так рад! Вы выглядите очень здоровым! А ещё Вы победили! Слышал и... Поздравляю Вас!       Ли Ланьшэнь искренне радовался победе Лю Вэя, но в то же время тосковал, чувствуя свою вину в смерти жестокого господина. Он корил себя за предательство. Только вот не он первым стал предателем.       Люди вокруг зашушукались. Лю Вэй понял, что народ уже в курсе произошедшего, и некоторые люди смели задирать Ли Ланьшэня, называя его предателем, укусившим своего господина. Лю Вэй не мог позволить таким слухам существовать. Он выпрямился в спине и громко объявил, так, чтобы услышал каждый в помещении:       – Жун Фэйцвэй получил по заслугам. Он бросил тебя под завалами и оставил умирать за то, что ты пришелся ему не по нраву. А перед этим жестоко избивал тебя без повода и рвал все твои шляпы. Это показывает суть человека. Таким людям не место в Хэкине. Я отомстил не только брата, но и тебя, Ли.       Глаза слуги благодарно заблестели. Он был тронут речью и прижал к груди шляпу, что плел из прутьев.       – Спасибо Вам, господин!       Шепоты вокруг кардинально изменились. Лю Вэй понял, что Ли действительно не любит распускать слухи и, пусть с ним совершалось зло, и слова плохого о своем бывшем хозяине не сказал. Зато про Лю Вэя наговорил без меры – люди смотрели на него с уважением и некоей завистью. Серебряному Дракону показалось, что несколько из них хотят пойти к нему на службу. Только вот Лю Вэю не нужны были слуги. Он вполне обходился сам и даже что с Ли делать пока что не знал. К тому же, Лю Вэй не мог слепо доверять чужим. Доверие в Хэкине нужно было заслужить.       – Ты так и не ответил на мой вопрос, Ли Ланьшэнь. Как ты? Можешь идти?       – Вы пришли меня забрать, господин?       Когда Ли говорил так, казалось, он считал себя собакой, что обрела нового хозяина. Лю Вэй нахмурился.       – Если ты того хочешь, Ли Ланьшэнь, мы уйдем вместе. Я не могу принудить тебя служить мне. Это должно быть твоим решением, а не моим.       – Я хочу! – не раздумывая, заявил юноша. – Я хочу служить Вам, господин! Такому доброму и отважному человеку очень хочется служить!       Лю Вэй улыбнулся.       – В таком случае, да. Я пришел забрать тебя. У меня, правда, нет дворца, как у Жуна Фэйцвэя, но есть комната во дворце.       – Я буду содержать ее в порядке! Ещё я могу готовить еду и делать шляпки. Шляпки я делаю лучше, чем готовлю и убираюсь, но я буду очень стараться!       – Все хорошо, мы ещё решим этот вопрос. Главное, чтобы ты выздоровел.       – Я здоров! Только ходить пока сам не могу. Лекари клана Шу позаботились обо мне, но они не стали трогать ногу. Говорят, что со временем заживёт.       – Я отведу тебя к самому лучшему лекарю Хэкина.       Лю Вэй помог Ли Ланьшэню встать и вложил ему под мышки костыли. Юноша подогнул перевязанную ногу и болезненно сморщился.       – Взять что-то из вещей? – предложил Серебряный Дракон.       – У меня только шляпка, но я ее не доделал...       – Ещё доделаешь, не переживай.       Лю Вэй собрал древесные пластинки в дно почти завершенной шляпы и мягко произнес:       – Я подожду на улице. Попрощайся со своими друзьями и пойдем.       Ли Ланьшэнь просиял и попытался поклониться, чуть было не потерял равновесие, но даже тогда выглядел безмерно счастливым.       – Спасибо за милость, господин! Я быстро!       – Не торопись.       Лю Вэй вышел на улицу, но не стал закрывать дверь, чтобы слуге не пришлось мучиться. Через мгновения он услышал смех и трогательные прощания – Ли явно успел подружиться с большинством подопечных и, покидая палаты, попросил у своих новых друзей:       – Прошу Вас, не верьте в грязные слухи, что распространяют про господина Лю Вэя. Он – человек с чистой душой и ни за что не сделает ничего дурного.       Люди согласно закрывали, очарованные заботливым отношением Лю Вэя к слуге, что не был даже у него во служении. Для простого народа это было показателем его доброго сердца.       Лю Вэй ощутил тепло на душе, когда увидел Ли Ланьшэня. Он широко улыбался, покинув лекарский дом.       – Пойдёмте, господин? Я буду Вам полезным, обещаю!       Лю Вэй задвинул дверь и сделал шаг вперёд.       – Просто будь осторожен, этого будет достаточно. У меня много врагов...       – Я никого не боюсь! И Вас ни за что не предам. Обещаю. Я Вам жизнью обязан, потому жизнь моя теперь к Вам привязана.       – Я хочу, чтобы ты понимал, что ты мне не принадлежишь, и, если захочешь уйти, я отпущу тебя.       – Совсем не хочу! Я знаю, Вы вернётесь в Солнечную Арасию, когда пройдете испытание. Я бы очень хотел её увидеть. Говорят, там такие вкусные апельсины! Очень хочу попробовать.       – Ты ни разу не пробовал апельсины? – удивился Лю Вэй.       – Куда же мне? Это ведь дорого.       – Я думал, Жун Фэйцвэй платил тебе хорошее жалование, – удивленно произнес юноша.       – Да, но... Апельсины были бы роскошью. Я откладывал каждую лишнюю копейку.       – У тебя какие-то проблемы? – заволновался Лю Вэй.       – Нет-нет, я просто... Хотел бы однажды жениться. Вот и откладывал на свадьбу. Ну и на черный день. Меня так мама учила. Я живу очень скромно, да и что мне такому может быть нужно? Разве что ткани и ленты для шляпок покупал. А теперь это так смешно и глупо получилось... Столько лет отказывал себе в радостях, вроде апельсинов, а мои деньги просто сгорели в пожаре.       Ли Ланьшэнь неловко рассмеялся, но в его глазах танцевала печаль. Столько лишений… И ради чего? Лю Вэй забеспокоился за него, однако, Ли без труда отбросил сожаления, волево вскинув голову и улыбнувшись новому миру, что ждал его впереди. Теперь в его жизни всё будет иначе. По-доброму.       – Ли... – Лю Вэй сочувствующе свёл брови.       – Я просто не знал, как долго господин меня выдержит, поэтому хотел отложить как можно больше...       – Ли, если ты выберешь себе избранницу, я помогу тебе с организацией свадьбы. Обещаю. И если тебе что-то будет нужно, можешь смело говорить.       – Вы так добры ко мне!       – Клан Вэй заботится о своих слугах.       Ли Ланьшэнь просиял.       – Самый счастливый миг! И представить не мог! Подумать не мог! Что... Кто-то будет так добр ко мне...       – Ты напоминаешь мне моего друга. Знаешь, он тоже всю жизнь думал, что не достоин хорошего отношения к себе. Но это совсем не так. Все заслуживают, чтобы с ними обращались бережно и с заботой. Кроме злодеев. Им пощады не будет!       – А всех злодеев Вы побьете! И тогда Хэкин сразу станет светлым местом!       Лю Вэй представил себе масштабы проблемы и понял, что это практически невозможно. Он задумался о том, что клану Мон удавалось скрывать множество преступных группировок. Они ведь таились среди обычных людей…        «В Хэкине никому нельзя верить.»       Эта мысль второй раз за вечер посетила его, но Лю Вэй чувствовал сердцем, что его друзья никогда и ни за что не предадут его. Он безоговорочно верил Су Юну, Лэй Линю и Шэну Ву. Ли Ланьшэню он тоже доверял, пусть пока всего и не рассказывал.       Они покинули владения клана Шу под болтовню Ли Ланьшэня. Слуга бесконечно что-то рассказывал, смеялся и видел жизнь в ярких красках. Ему хотелось быть оптимистом, потому что печаль ничем не помогала жизни. Лю Вэй не уставал поражаться его силе воли.       Они говорили о всяком и шли медленно, никуда не спеша, и вскоре тема разговора вернулась к событиям трагичного дня.       – Тебе, должно быть, непросто пришлось, – взволнованно произнес Лю Вэй. – Без проблем выбрался из земель изумрудных драконов?       – Да, – ответил слуга, неловко рассмеявшись. – Меня, честно говоря, заметили. Но совсем не стражи. То есть, и они тоже, но и друзья-служки. Мне очень повезло, что они отвлекли стражников, пока я уходил. В трудное время только на друзей и можно полагаться! А потом я отправился к змеям, как Вы просили. Но не все хотели меня выслушать. Сначала посчитали за пьяного, потом за умалишённого. Но мне удалось добиться, чтобы меня отвели ко дворцу, когда сказал, что есть важная информация для Тэй Шу. Знаете, мне даже пришлось топнуть костылем и пригрозить! Порой только такой язык люди и понимают.       – Ты серьезно угрожал людям Тэй Шу? – удивился Лю Вэй. Ли Ланьшэнь казался не то редким смельчаком, не то дураком.       – Да! Ваша жизнь была в опасности, что мне оставалось? И это их так возмутило, что они сразу начали воспринимать меня всерьёз. Я добился встречи с господином Тэй Шу. Увидев его, правда, я сильно заволновался и растерял весь свой пыл. Он был очень недоволен. Выглядел так, будто я помешал какой-то важной беседе и видеть он меня не хочет. Когда я рассказал о том, что с вами случилось, он совсем переменился. Знаете, мне показалось... Испугался? И был так недоволен и разозлился, но ничего так и не сказал. В плане, знаете, как бывает, в злобе. Глаза его забегали, а потом он совладал с мыслями и совсем поменял ко мне отношение. Поблагодарил за информацию и приказал отвести меня в лечебницу. Сказал, что я буду под его защитой до Вашего возвращения, и что мне не стоит бояться врагов. Я был тронут его заботой.       Ли Ланьшэнь говорил очень энергично и даже покачивал костылем, чтобы выразить глубину того, что творилось на душе.       – Господин Тэй Шу действительно заботится о бедных людях, – с глубоким уважением к учителю ответил Лю Вэй. – А ещё о сиротах.       – Да, я слышал. Поэтому... Честно, мне было очень приятно. Я никогда не думал, что такой человек, как Тэй Шу, позаботится обо мне.       – Он выглядит хмурым, но, на самом деле, он великодушен. Только не говори ему, что я тебе такое сказал, а то он не обрадуется.~       Ли Ланьшэнь задумался об этом и сказал честно:       – Мне кажется, это из-за Вас. То есть... Когда он просто увидел меня, он был взбешён, но, только услышав о Вас, так сильно изменился…       – Он просто не любит, когда его отвлекают от дел, – отмахнулся Лю Вэй, чувствуя себя экспертом в настроении мастера.       – Но искренне беспокоится за Вас! – пламенно возразил Ли Ланьшэнь. – Я слышал, когда он вернулся после вашего спасения, то был в хорошем настроении.       Лю Вэй припомнил, в каком настроении разговаривал с ним Тэй Шу в тот день... Наверное, его действительно можно было назвать хорошим... С большой-большой натяжкой.       – У учителя сейчас полно проблем. Думаю, он был рад, что решилась хотя бы одна.       – Да, думаю, что так. Я ещё удивился! Вся эта суматоха, пожар, убийство вашего брата... Всё в кучу. Будто всё специально так произошло.       – Враги знали, когда ударить, – задумчиво произнес Лю Вэй. Ему не давало покоя, кто стоит за всем этим, но настроение заметно улучшилось, стоило увидеть впереди резиденцию клана Сён.        «А вот и дом.»       Лю Вэй улыбнулся, предвкушая встречу с любимым человеком. Пусть не виделись всего день, он по нему соскучился так, словно прошла вечность. Хотелось поделиться новостями, мыслями, теплом – всем собой. К тому же, Лю Вэй сильно волновался за моральное состояние друга после смерти его первого подопечного. В такое тяжёлое время просто нельзя было оставлять хрупкого лекаря без внимания.       – Мой дорогой друг, господин Су Юн, согласился за тобой приглядеть до твоего выздоровления. Он очень добрый и заботливый юноша, уверен, вы поладите. Но, прошу, не прикасайся к нему. Су Юн – очень робкий, и вера не позволяет подобного.       – Ооо, понимаю! Данийцы тоже очень пристойные в этом плане. Женщинам не разрешается касаться мужчин до свадебной церемонии. А мужчинам дозволено касаться лишь мужчин – в драках, конечно, но некоторые воспринимают это слишком буквально!       – Так ты родился в империи Дань? – поинтересовался Лю Вэй.       Слуга замялся перед ответом.       – Если честно, то... Да. – Ли Ланьшэнь склонил голову, чувствуя себя неловко из-за этого. Словно его кровная принадлежность ставила на его судьбе черную метку. – Я родился там, но был полукровкой. Поэтому у меня были сложности на родине и пришлось уйти. Мы переехали в деревушку на окраине и жили спокойно. Отец был мастером изготовления шляп. Он обучил этому делу матушку и меня. Мы открыли небольшой магазин и стали торговать. Вскоре слава о нашем деле расползалась по окрестным поселениям, и нашими клиентами стали высокопоставленные люди. В том числе и господин Жун Фэйцвэй. Он лично приехал в магазин, чтобы выбрать себе шляпку по последнему писку моды. Сначала он нахваливал наш товар и был очень доволен, но потом увидел мою маму, и в нём что-то переменилось. Тогда я ещё не понимал, что происходит. Мне было тринадцать, когда это случилось. Я был польщён, что аристократы из столицы заинтересовались нашим товаром. Увидел в руках господина свою шляпку и был невероятно горд. Господин спросил тогда, кто это сделал, и я храбро шагнул вперёд. Тогда он позвал меня на службу, сказав, что будет платить хорошее жалование. Родители с радостью меня отпустили. Работать на почтенного господина в столице! Я мечтал о том, как буду помогать деньгами семье, как заживу новой жизнью, но это была лишь фантазия. Мы не знали, каков из себя Хэкин. И каков господин Жун Фэйцвэй… Он не любил мои шляпки. Полагаю, не зная, чьими руками они сделаны, он бы с удовольствием носил их, но кровь данийца была для него символом ненависти. И он всячески пытался меня задеть.       – Но теперь твоя служба ему закончена, – мягко заметил Лю Вэй. – Не хочешь вернуться домой? К семье?       – Мои родители мертвы, господин, – мужественно ответил Ли. – Я узнал об этом, когда отослал своё первое письмо родителям. Мне вернулось сообщение от соседей... Они сообщили, что на наш магазин напали бандиты. Конкуренты. Они сожгли, а родителей убили... – юноша опустил голову. – Я тяжело горюю по ним. Сейчас мне кажется, что это мог сделать господин Жун Фэйцвэй. Послать тех убийц... Он просто не мог принять того, что хаонец может быть счастлив с данийкой. А мне... Он запрещал даже смотреть в сторону девочек. Всегда злился, когда видел, что я говорю с какой служанкой. Он ещё запретил своим служанкам выходить замуж. И... Это так ужасно. И мне он тоже запретил... Запугивал и... Без конца говорил, что, если я уйду, мои бесталантливые шляпки будут никому не нужны. И столько ужасных вещей...       Прежде юноша в этом ни за что бы не признался, но когда Жун Фэйцвэй исчез, он стал честнее, открывая все больше и больше чудовищных подробностей о злодеяниях дяди Лю Вэя.       – Прости, – прошептал Серебряный Дракон. – Жун Фэйцвэй когда-то был членом моей семьи. И мне больно слышать, что он посмел обращаться с тобой подобным образом.       – Вы совсем не виноваты. И Вы спасли меня! Вам не за что извиняться, правда. Все в прошлом. Просто Вы спросили... Это нелёгкая тема. Я предпочитаю об этом не думать.       – В Солнечной Арасии я сделаю всё, чтобы ты смог открыть собственную лавку со шляпками, – пообещал Лю Вэй.       – Правда? – поразился Ли Ланьшэнь, не веря своему счастью.       – Правда.       Слуга так поразился, что выронил костыли и обнял господина.       – Спасибо Вам! Спасибо! Спасибо!       Лю Вэй потрепал его по волосам и помог поднять костыли.       – Всё в порядке. Это будет ещё нескоро. А пока я могу осуществить другую твою мечту. У Су Юна должны были ещё остаться апельсины в кладовой. Из самой Арасии! Мне их привез мой друг, так что...       – Вы правда меня угостите апельсинами? – ахнул юноша.       – Правда.       – УУУУРААА!       Юноша запрыгал на здоровой ноге.       Лю Вэй невольно улыбнулся.       – Поосторожней. Ты ведь серьезно ранен.       – С Вами я себя чувствую бессмертным и непобедимым! – заявил Ли Ланьшэнь. – Костылями готов драться!       Лю Вэй тихо рассмеялся.       – Пока что не с кем. И слава богам.       На этой радостной ноте они добрались до врат и попросили о встрече с Су Юном. Охрана была явно недовольна, ведь уже почти стемнело и время посещений закончилось, но Лю Вэй смог уговорить впустить его, сетуя на ужасное самочувствие слуги. Ли Ланьшэнь захныкал (хотя только что скакал прямо перед ними), и в конце концов Лю Вэя всё же пустили под возмущенное ворчание о недовольстве Бэй Сёна, давшего понять, что ночевать Лю Вэй с Су Юном больше не должен. А так хотелось...       Когда Лю Вэй проводил слугу к комнате друга, то прежде всего постучал и призвал Ли терпеливо ждать. Серебряный Дракон неизменно уважал личные границы друга.       Су Юн открыл дверь с кистью в руке. Он снова что-то рисовал, и Лю Вэй сразу понял, что друг в порядке.       – Господин Лю Вэй!       Су Юн встретил его счастливой улыбкой и щенячьей радостью в глазах. Лю Вэй почувствовал, как у него потеплело на душе.       – Господин Су Юн,~ – воитель бархатно произнес имя друга и едва удерживал себя от комплиментов, пытаясь держать себя достойно при слуге. И так хватало того, что Шэн Ву себе чего-то надумал... А ведь между ними пока что была только чистая, непорочная дружба. – Не помешал?       – Что Вы! Я всегда рад Вас видеть. Господин Бэй Сён попросил меня переписать старые записи, соединить несколько книг в одну и проиллюстрировать. Он сказал, что, раз я собираюсь поехать с Вами, когда Вы закончите обучение, то должен успеть переписать все тексты в библиотеке. Ему очень нравятся мои рисунки, – на щеках юноши заиграл румянец. – Мастер сказал, что эта книга пойдет в Хэкинскую Императорскую Библиотеку, как вклад рода Сён в историю, потому я стараюсь над каждым иероглифом.       – Не перетруждаетесь? – заботливо спросил Лю Вэй.       – Текст книги очень интересный, поэтому мне только в удовольствие! Сегодня снова много подопечных, но я смог всем помочь. От этого такое приятное чувство.       Су Юн прижал ладонь к груди и нежно улыбнулся. Он хранил в душе тепло благостных дней.       – Потому что Вы – действительно молодец, господин Су Юн. Вам бы отдыхать после тяжёлого дня, а Вы всё работаете да работаете!       – Это приятный труд. Да и... Я совсем не привык отдыхать. Только с Вами... Могу. А когда наедине с собой, постоянно что-то делаю. Не могу сидеть на месте.       – Ночью чтобы отдохнули! – строго произнес Лю Вэй, бдительно глядя на возлюбленного.       – Я ведь обещал Вам, – покорно произнес Су Юн. – Потому и пишу сейчас.       – Вы всё успеете...       – Вы тоже поедете в Солнечную Арасию? – бодро спросил Ли, заглядывая в комнату Су Юна.       Лишь сейчас лекарь заметил гостя и засуетился.       – Вы, должно быть, господин Ли Ланьшэнь? – Су Юн тут же принялся пристально осматривать гостя. – Ваша нога...       – Господин? – изумился Ли. – Я не достоин подобного обращения, я ведь слуга!       – Для Су Юна нет разницы между людьми. Он уважает всех одинаково. Именно поэтому я тоже зову его господином, – гордо произнес Лю Вэй.       Су Юн смутился.       – Это ведь правда так. Все жизни одинаково ценны. Все люди одинаково прекрасны.       Ли Ланьшэнь улыбнулся.       – Вы правда очень добрый человек. Господин Лю Вэй Вас так нахваливал, а теперь я вижу, что не зря, – произнеся эти слова, юноша представился: – Я – слуга господина Лю Вэя, Ли Ланьшэнь, мастер по изготовлению шляп. Буду благодарен принять помощь из Ваших рук!       Юноша низко поклонился и снова выронил костыль. Лю Вэй и Су Юн отреагировали одновременно и поймали его, переглянувшись. Су Юн отпустил первым, уступая другу, а Лю Вэй вернул костыль слуге.       – Для меня будет честью лечить Вас, господин Ли Ланьшэнь. Господин Лю Вэй сказал, что у вас сломана нога. Я хотел бы осмотреть её. Если Вы не против.       Юноша мотнул головой.       – Я буду благодарен за помощь. Честно говоря, нога сильно болит. Лекари клана Фэйцвэй и Шу пытались помочь, но сказали, что она должна зажить сама, потому что травма очень серьезная и пока что ничего нельзя сделать.       – Я все же попробую облегчить процесс заживления. Для начала я бы хотел осмотреть...       – Я помогу. Пойдем, Ли.       Они разместились в свободных палатах для подопечных. Ли Ланьшэнь сел на койку, а Лю Вэй помог другу размотать бинты. Ли Ланьшэнь мужественно терпел, сдерживая боль.       Су Юн прочитал заклинание и прижал пальцы к коже посередине бедра. С помощью энергии он прочувствовал состояние тела, затем осторожно осмотрел руками и сочувственно свёл брови.       – Какая ужасная травма. Они правда сказали, чтобы нога заживала сама?       Ли Ланьшэнь кивнул.       – А что-то не так? Когда лекари клана Шу услышали, что меня уже осматривали, то они просто сменили повязки. Честно говоря, казалось, они просто поверили диагнозу, что вынесли предыдущие лекари, ведь нога... Выглядит плохо. Я заметил, что она припухла в сравнении с прошлым днем.       – Если оставить, как есть, нога срастётся неправильно, и вы будете хромать, – озадаченно произнес Су Юн, с сочувствием рассматривая страшную картину – нога Ли Ланьшэня опухла и имела нездоровый лилово-фиолетовый цвет. – Господин Бэй Сён Показывал мне, что нужно делать в таких случаях, но это очень тяжёлая операция. Зато она позволит Вам сохранить ногу и вернуть прежнюю подвижность. Только если Вы доверитесь нам.       Ли даже не колебался.       – Знаете, меня осматривали многие лекари. Но все они сказали, что способа помочь мне нет. Но лекари клана Сён – лучшие. И я уверен, что друг господина Лю Вэя – действительно лучший лекарь Хэкина. Я доверюсь Вам. Нет... Я прошу Вас провести эту операцию! Пожалуйста.       Ли Ланьшэнь сложил ладони в жесте мольбы, поклонился, насколько мог, и зажурился от боли в ноге.       – Осторожней! С такими тяжёлыми ранами не стоит так активно шевелиться. Особенно когда они открыты, – попросил Су Юн взволнованно и перевязал ногу подопечного. – Сегодня я дам Вам особое лекарство. Оно поможет вашему телу приготовиться к предстоящему лечению, но операцию проведем завтра. Мне понадобится помощь господина Ан Сёна, а он сейчас очень вымотан.       – Я не спешу, правда.       Су Юн приготовил для Ли отвар, помог ему выпить и принес чистое одеяние. Ли Ланьшэнь все ещё носил одеяния слуг клана Фэйцвэй, с которым очень хотел расстаться, потому был рад новой одежде. Лю Вэй помог ему омыться, одеться и лечь на койку. К тому времени уже совсем стемнело.       Сжимая пальцами одеяло, Ли Ланьшэнь смотрел на господина и его друга преданным, благодарным взглядом.       – Вы так добры ко мне. Спасибо большое.       – Отдыхайте, – мягко произнес Лю Вэй.       – Если будет что-то беспокоить, обязательно зовите. По ночам в коридорах дежурят слуги, они пригласят лекарей, – добавил Су Юн. – Я очень надеюсь, что Вам вскоре станет лучше. Я помазал мазью, она должна снять боль.       – Мне уже гораздо лучше. Чувствую, что вот-вот усну.       – Тогда не будем больше отвлекать, – Лю Вэй дружелюбно улыбнулся ему и затушил свечи на столе. – Отдыхай. Завтра вечером я загляну проведать тебя.       – Если для Вас не будет в тягость, я был бы рад увидеть Вас, господин. Я… Буду ждать, – благодарно произнес Ли Ланьшэнь.       – Отдыхайте и ни о чем не волнуйтесь, – произнес Су Юн и поклонился.       Ли был тронут.       – Спасибо, правда.       Друзья покинули палаты юноши в хорошем настроении.       – Какой чудесный юноша, – произнес Су Юн добросердечно.       – Да, он очень добрый юноша. Мне повезло его повстречать.       – Поверить не могу, что Ваш дядя мог бросить такого светлого, открытого и доброго человека... – поразился юноша, взволнованно сведя брови вместе.       – Мой дядя был монстром. Этот достаточно, чтобы понять, что он способен и не на такие поступки. Уверен, я ещё услышу о его злодеяниях.       – Вы правда сказали господину Ли, что я – самый лучший лекарь Хэкина?.. – смущённо спросил Су Юн, взволнованно сжав ткань на груди.       – Да, – гордо ответил Лю Вэй.       – Зачем же Вы так? А как же господин Бэй Сён?       – Но меня раз за разом спасаете Вы, а не господин Бэй Сён! К тому же, я правда верю в Ваши силы. Я уверен, что Вы сможете помочь Ли Ланьшэню и всем Вашим подопечным.       – У него очень сложное ранение, но я сделаю все, чтобы помочь ему, – решительно пообещал заклинатель.       – Я знаю. Я даже не сомневаюсь в Вас. У Вас обязательно всё получится.       Су Юн смутился.       – Спасибо... За Вашу веру.       – Не стоит благодарить.~ Она исходит из сердца. Лучше скажите, как Вы? Не грустите? Не переживаете? Если что-то беспокоит, я мигом все беспокойства прогоню!       Су Юн замотал головой, и его пышные волосы россыпью завились у него за спиной.       – Нет. Я увидел Вас и счастлив. Верите?       – Да. Я тоже очень соскучился по Вам. Очень не хватало Вашей улыбки.       Су Юн нежно улыбнулся другу.       – Тогда, хотя бы перед сном, я подарю её Вам. Столько, чтобы заполнить Ваше сердце теплом.       – Я чувствую, как оно наполняет меня,~ – довольно протянул Лю Вэй.       – А как Ваш день? Узнали что-то новое с господином Нан Линем?       – Да! Он столько интересного рассказывал! Очень хочется всё опробовать, но пока что решил поберечься.       Су Юн удивлённо заморгал, а затем благодарно кивнул.       – Спасибо, что бережете себя.       – Вы ведь дали мне четкие указания. Сегодня беречься, завтра – по ситуации. Тэй Шу снова начинает проводить построения.       – Жизнь возвращается в привычное русло, да?       Лю Вэй задумчиво кивнул.       – Да. Ещё бы этот мрак над Хэкином развеялся. Чую, что скоро грянет беда, но какая – не предсказать. И куда удара ждать не знаю. От этого тревожно. Прошу, берегите себя.       – В клане Сён совсем нечего бояться. И Вы рядышком, защищаете. Со мной ничего не случится.       – Всё равно будьте осторожны, – серьезно произнес Лю Вэя.       – И Вы!       – Обязательно. Я никому не позволю навредить мне.       Они прогуливались по ночному саду и глядели на паривших в небе светляков. Звёзды россыпью блестели на небе. Ветер приятно обдувал лицо. Лю Вэй миролюбиво рассказывал о новых знаниях, историях и хранителе библиотеки. Су Юн слушал его с улыбкой и живо интересовался его жизнью. Когда же речь зашла о приемах, Лю Вэй осторожно спросил:       – Господин Су Юн, Вы не могли бы помочь мне? Я думал, что могу опробовать свои силы в глубокой медитации. Хочу разобраться, пока ещё есть это чувство... Чувство, что я знаю, как нужно правильно.       – Я с радостью Вам помогу, – нежно произнес Су Юн и вытянул к нему руку. – Пойдёмте?       Лю Вэй чувствовал себя счастливым. Его искорка всегда была готова ему помочь. Самое сокровенное чудо. Самое дорогое сокровище. Опора и поддержка.        «Мои друзья действительно самые-самые лучше. А Су Юн... Он – это всё, что есть у меня. Моя душа.»       Лю Вэй вытянул руку в ответ и улыбнулся.       – Спасибо, искорка.       – Вовсе не стоит, ведь... Я здесь для Вас. И ради вас и... С Вами. А это – самое главное.        «Я люблю тебя,» – нежно подумал Лю Вэй, и, держа руку рядом с ладонью Су Юна, дарил ему всю нежность и тепло. Су Юн согревал его в ответ и, казалось, говорить ничего было и не нужно. Они просто понимали друг друга и были единодушны. Во всём.