Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй не помнил, как медитация переросла в сон. Ему казалось, Су Юн его убаюкал, поскольку из мира их парного совершенствования совсем не хотелось уходить. Им было хорошо вдвоем. Им было неописуемо комфортно, словно души их были созданы друг для друга: для того, чтобы делиться теплом и вбирать его в себя, чтобы становиться сильнее и счастливее, но забота Су Юна победила, и Лю Вэй уснул... А когда проснулся, перед ним был возлюбленный. Су Юн честно продолжал медитировать, отдыхая телом и душой. Он сильно устал за минувший день и ему нужны были силы для следующего. Сегодня у них обоих важный день.       Лю Вэй нахмурился, подумав о разбирательствах с императором и судьбе учителя. Серебряный Дракон был настроен бороться, но у власти находились опасные акулы. Их будет нелегко победить в словесной дуэли. Лю Вэй забеспокоился, испытывая мандраж от предвкушения очередного суда вины, но, видя, как умиротворено отдыхает друг, заряжался его энергией и разделял состояние спокойствия. Лю Вэю было даже жаль, что Су Юн зашевелился, почувствовав всплеск жизненной энергии и активности друга. Лю Вэю нравилось просто любоваться умиротворённым личиком, мягкими прядями волос, что ниспадали на плечи и вились возле живота и паха, очерчивая кудрявыми колечками колени, рассматривать очаровательные реснички, мягкие черты лица самого нежного человека на свете. В обычное время так близко и так пристально глядеть на него было попросту неприлично, так что Лю Вэй пользовался моментом. Он любил просыпаться первым, но Су Юн хорошо чувствовал взгляды. Душой ощущал состояние друга. Почувствовал его пробуждение и сам открыл глаза.       – Господин Лю Вэй... – тут же позвал его, смущённо опуская взгляд. Отдыхать вместе было очень приятно, хоть и последнее время довольно непривычно. Видеть своего дорогого человека, как только открыл глаза – величайшее счастье.       Лю Вэй изящно потянулся, наблюдая за тем, как очаровательно стесняется друг.        «Какой же милашка...»       Лю Вэю тоже было непросто привыкнуть, что они отдыхают вместе, но он определенно этим наслаждался. Особенно после жаркой ночи, когда они вместе зажгли пламя, а руки крепко обняли возлюбленного. По-настоящему. Лю Вэй не сдержался, но не сожалел. Видел ведь, что Су Юну нравится. Искорка сам выбираться из объятий не хотел, всё цеплялся за него, словно это были первые и единственные объятья в его жизни. Лю Вэй был готов жить, не выпуская его из рук, но, конечно, с приходом солнца и нового дня он собирался вновь вести себя вполне прилично. Су Юну явно нужно было время, чтобы переварить произошедшее и успокоить мысли. А так хотелось прижать его к себе за этот выразительный изгиб спины и лежать вместе, потираясь носиками...       Су Юн робко заглянул в глаза друга, затем снова опустил взгляд, словно увидел в нем смелые фантазии дракона. Лю Вэй взял самое главное на себя: улыбнулся ему нежно и протянул с довольным лицом:       – Доброе утро, искорка света. ~ Рад тебя видеть. Проснулся и чувствую, что готов сегодня на любые подвиги! А всё потому, что ты разжёг во мне огонь.~       – Я тоже... – робко промолвил лекарь. Его обуяли совершенно непривычные чувства, но когда он смотрел на друга, то набирался сил в нежности и заботе родной души. – Так хорошо отдохнул. Всё же с вами самый хороший отдых. Вы мне улыбнулись, так я совсем восстановился! Людские улыбки такие красивые.       – Улыбнётесь мне? – шепотом попросил Лю Вэй.       Су Юн смущённо улыбнулся. Щёчки его горели, но он выглядел поразительно счастливым.       – Спасибо, искорка. И за вчера тоже спасибо. Это был прекрасный подарок.       Лю Вэй обернулся через плечо и взглянул на стол, на котором горела вечная свеча.       – Ей не страшны ни ветер, ни холод, ни даже дождь, потому что пламя настоящих чувств ничто не может потушить, – прошептал Су Юн, робко сложив руки на груди.       Хотелось их погладить. Хотелось его приласкать, но Лю Вэй сдержал порывы, чтобы не смущать друга ещё сильнее.       – Говорю же – замечательный подарок. И Вы тоже – замечательный. Спасибо, искорка. Чувствую себя таким счастливым, хотя день сегодня будет сложным.       – Может, и он принесет поводы для радости. Господин Тэй Шу отстоит место генерала, а все виновные будут наказаны. Разве же не это – торжество справедливости?       – Боюсь, в Хэкине всё не так просто. Это будет шоу лицемерных лжецов, прикрывающих свои булочки...       На этом слове Су Юн невольно заерзал, вспомнив, как упал с кровати. Бедра и колени его потирались друг о друга, и выглядело это крайне маняще. Он ещё и стопы перекрещивал... А ножки-то были в чулочках. Лю Вэй поразился этому ещё в первый раз, как увидел, но Су Юну очень шло, потому он не стал спрашивать об этом. Должно быть, ходить по дому босиком стало для него слишком неловким, ведь юноша не оголял ни одну из частей своего тела кроме ладоней и головы.        «Белые чулочки... Ну что же творит эта искорка?»       Лю Вэю стоило большого усилия продолжить свою мысль:       – ...Они будут манипулировать императором, придумывать сказки о своих боевых подвигах… Никто ничего не докажет. Никого не интересует правда. Во дворце ведется сложная игра.       – Но Вы будете не один, – тихим голосом заметил Су Юн. – С Вами будут господин Тэй Шу. Он пусть и ранен, но совсем не безобиден, и его слово имеет силу. От него... Всегда мурашки по телу. Даже если он просто спит под одеялом.       – Учитель производит очень мощное впечатление, – согласился Лю Вэй. – Даже в слабости. Ему в любом случае будет непросто. Не знаю, что бы я делал, окажись на его месте. Он не опускает рук, поэтому я более-менее спокоен за него, но готов драться, как зверь, если понадобится защищать учителя.       – Вы очень верный ученик, – восхищённо прошептал Су Юн.       От его голоса у Лю Вэя мурашки бегали по телу, но это было приятным чувством. Хотелось, чтобы он продолжал говорить шепотом, вплетая в каждый звук нежность, только Су Юн говорил так лишь в особенные случаи, и это происходило так естественно, ненавязчиво и нежно, что казалось просто невозможным намеренно повторить.       – Я хочу позаботиться о нем, как он – обо мне. Поэтому я сделаю всё, что могу.       – У Вас обязательно получится, господин Лю Вэй. К тому же, мастер и дагэ будут с Вами. Они Вас в обиду не дадут.       – Бэй Сён предпочитает просто молчать. Вы и сами это знаете. Для него участие в таком крупном событии – лишняя нервотрёпка. Он не хочет вовлекать клан Сён в проблемы империи. Для него главное – лечить людей.       – Вы правы, – согласился Су Юн. – Но всё же, он Вас в беде не оставит, если вдруг что-то пойдет не так. Господин Бэй Сён очень постарается, чтобы Вас выручить. Он дорожит своим учениками.       Лю Вэй вспомнил их недавний разговор.       – Вы правы. Но я не хочу вызывать поводов для волнения, поэтому буду осторожен. Я добьюсь того, чтобы восторжествовала справедливость.       Су Юн нежно улыбнулся. Лю Вэй был прекрасен, когда говорил так решительно.       – Всё получится.       – У Вас тоже будет нелегкий день. Останетесь тут за старшего.~       Су Юн смутился.       – Всё ещё волнительно. Я ведь просто ученик, а господин Хай Сён и Фэй Сён – наследники семьи, и всё же, учитель доверил мне за всем присматривать...       – Потому что на этих оболтусов нельзя положиться, – хмыкнул Лю Вэй.       – Они стараются. Правда.       – Но пока что Вы стараетесь лучше.~ Учитель выбрал по способностям, а не по привязанности. Хотя он действительно Вас любит. Он поблагодарил меня за то, что я помог Вам отдохнуть.       – Стыдно-то как, – вымолвил Су Юн с волнением и покраснел.       – Ничего подобного. Просто все волнуются, когда ты перенапрягаешься, искорка. Никто не хочет увидеть, как твой свет потухнет. Позволь нам иногда заботиться о тебе.       – Это приятно, – робко признался Су Юн.       – А я люблю делать Вам приятно. Кажется, мы идеально подходим друг другу.~       – Пламя и искорка ведь, – с нежностью прошептал юноша.       – И правда.       Лю Вэй вытянул к нему руку. Су Юн приложил свою, сохраняя маленькую дистанцию.        «Я был прав. Ему все ещё тяжело. Значит, обнимашки только по особенным случаям. Но он подпускает меня...» – эта мысль придавала Лю Вэю мужской уверенности. Он чувствовал, что все делает правильно и потихоньку завоевывает сердце любимого, хотя, конечно, грань их дружбы все ещё была неопределенна. Су Юн считал их друзьями. Лю Вэй же смотрел на Су Юна, как на любимого. Серебряный Дракон не знал, чувствует ли Су Юн его настоящие чувства, как глубоко способен понять, а когда они говорили нежности, лежали рядом, обнимались, дарили друг другу пламя... В каждый миг Лю Вэй чувствовал взаимность, в которой боялся обмануться, но которой отчаянно искал. Его пламенный взгляд неизменно кричал: «Я люблю тебя, Су Юн. Я буду оберегать тебя. Защищать, беречь и любить всю свою жизнь.»       Их ладони обменивались теплом. Оно наполняло их души последними силами.       – Знаете, я совсем никогда не позволял себе такого, – прошептал Су Юн. – Обычно я медитировал на подушке отведенное время, даже не каждый день. Постоянно суетился, занимался делами и даже не мог представить, что можно просто лежать и смотреть на своего друга. Просто... Наслаждаться отдыхом. Так непривычно, но я... Я... Я впервые не хочу вставать в постели, чтобы заниматься делами. Хочется остаться с Вами. Что со мной происходит?..       – Вы просто наконец что-то делаете для себя. Я бы с удовольствием лежал с Вами вечность и говорил с Вами, правда.~       – Вечность – это слишком долго. Всё же, с Вами приятно и всякие вещи делать, – робко прошептал Су Юн. – У нас ведь целая книжечка с желаниями есть... И большинство из них не сделать в постели.       – А кое-что там ещё не записано, – хулиганисто прошептал Лю Вэй.       – Что же? Надо это исправить. Хотите, прямо сейчас напишем?       Лю Вэй смутился своим мыслям.       – Не стоит. Это можно сделать и позже.       Су Юн ничего не понял, но смутился, почувствовав некую смелость в мечтаниях друга. Лю Вэй не желал ничего пошлого. Его желания были невинны, но поцелуй в кровати входил в них. Взгляд никак не мог отпустить чарующие нежно-розовые губки. Манили к себе, но Лю Вэй поборол в искушениях саму энергию инь. Он был достаточно сильным, чтобы сдержать себя от необдуманных поступков, что могли сломать выстроившиеся доверие.       – Дела... – прошептал Су Юн неохотно. Ему нравилось лежать вместе, но его гиперответственность не уставала напоминать о себе, тормоша его душу упреками, что он нежится с другом вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным. Лю Вэй шептал, что полезное для него самого – тоже очень полезное, но Су Юн хотел заботиться о других, а не о себе. Себя он всегда ставил на последнее место. Лю Вэй хотел это изменить. Хотел помочь другу осознать, как важно делать что-то и для себя самого. Но не в это время. Больные нуждались в лечении, Тэй Шу – в еде и помощи. Сегодня был слишком важный день, чтобы просто сбежать от всего, лёжа в постели.       – Спасибо, что полежали со мной, – бархатно поблагодарил Лю Вэй. – Теперь я чувствую, что готов на всё.       – Всегда рад, – искренне произнес Су Юн и смутился от того, как это звучало. Нужно было подняться, но покинуть укромное гнёздышко первым оказалось для него невозможным испытанием, поэтому этот тяжёлый шаг взял на себя Лю Вэй. Он потянулся и сел, не сводя взгляда с оставшегося лежать возлюбленного.       – Вы не против, если я оставлю свечу у Вас? Пока господин Тэй Шу находится в резиденции клана Сён, я хотел бы остаться. Если господин Бэй Сён разрешит...       – Я ведь сегодня за главного, правда? Я Вам разрешаю. Хоть всегда.       Лю Вэй тихонько хихикнул.       – А это – использование власти в своих целях!       – И пусть. Это хорошая власть, раз она позволяет мне побыть с Вами рядышком.       Лю Вэй растворился в нежной улыбке.       – Хотите, сегодня я приготовлю для Вас завтрак? Принесу Вам в постель.~       Су Юн смутился, прижав ладошки к груди.       – Вы что же это? Нельзя кушать в кровати.       – Точно, – Лю Вэй стукнул себя по голове, словно совсем забыл об этом. – Просто Вы так красиво лежите, что не хочется Вас тревожить. Сделал бы все дела за Вас, если бы мог.       – Ничего, я люблю работать. Мне очень нравится быть лекарем. А ещё помогать Вам. Вы сегодня должны быть неотразимы, чтобы произвести хорошее впечатление. И господин Тэй Шу тоже. Может быть, Вы приготовите покушать, а я пока подготовлю Ваши одеяния?       – А меня не прогонят с кухни за наглость? Вдруг решат, что я – похититель еды...       – Что Вы! Ничего такого. Кухня – святое место для господина Бэй Сёна, но Вас никто не упрекнет. Я могу сходить с Вами.       Лю Вэй благодарно кивнул. Он не считал, что вправе сам что-то брать в чужом доме.       – Был бы признателен.       – Тогда пойдёмте!       Су Юн бодро поднялся и вытянул руку Лю Вэю. Серебряный Дракон принял его приглашение, и началась суета. Сначала Су Юн вынес с улицы высохшие одеяния. Он хотел, чтобы друг выглядел безупречно, потому позаботился, помогая омыться, как следует. Потёр ему спину, отчего Лю Вэй был в восторге, вздрагивая от каждого интимного прикосновения и обмениваясь с ним смущенными взглядами. Су Юн убедился, что друг не ранен, с грустью посмотрел на шрамы на мужественном теле, и помог ему одеться. Затем Су Юн сделал другу лёгкий мужественный макияж, подчеркнувший красоту его лица. Прическу Лю Вэй сделал сам, собрав волосы, как обычно. После всех хлопот Су Юна выглядел Серебряный Наследник просто безупречно.       Затем они приготовили еду – вместе, потому что расстаться казалось чем-то невозможным. Лю Вэй взял поднос с блюдами, а Су Юн захватил с собой одеяние для господина Тэй Шу, и они вместе направились к палатам генерала.       Су Юн слегка волновался, потому что чувствовал себя очень странно рядом с Тэй Шу, но спокойствие Лю Вэя придавало ему сил.       – Я только оставлю одежду и сразу уйду, – предупредил Су Юн. Он не хотел мешать общению учителя и ученика, учитывая, как замкнут был господин Тэй Шу.       – Мне бы не хотелось, чтобы Вы уходили, господин Су Юн, – признался Лю Вэй.       – Не думаю, что господин Тэй Шу будет рад меня видеть – прошептал Су Юн.       – Это так. Он сейчас слаб и не хотел бы, чтобы его видели другие люди. Но это вовсе не значит, что с Вами что-то не так. Вы очень чудесный человечек.       – Вам действительно нравится говорить такие смущающие слова...       – Очень, – не стал отрицать Лю Вэй.       Су Юн надул покрасневшие щёчки, но ему определенно нравилось, потому Лю Вэй улыбнулся ему.       Через несколько мгновений они подошли к комнате Тэй Шу и услышали из-за двери голос мастера Бэй Сёна:       – ...Тэй, я хотел сказать... То, что произошло тогда... Я помню, как это было. И я не считаю, что это справедливо.       – Я не хочу говорить об этом, – холодно отрезал Тэй Шу.       – Ты не можешь сбежать от прошлого. Сделать вид, что ничего не было. Эта боль все ещё терзает тебя. И не только она.       – Кххх. Потому я и не хотел, чтобы мальчишка приносил меня к тебе. Ты лечишь ядро. Раны. Но всё, что за её пределами, тебя не касается. Не лезь ко мне в душу.       – Увы, я такой человек. Когда я вижу рану, я лечу её. Ты же знаешь, всё связано. Пока твоя душа ранена, твоё ядро не будет восстанавливаться, как положено.       – Я разберусь с этим, – хмыкнул Тэй Шу.       – Тэй, я тоже Небесный Избранник. И я понимаю...       – Нет, Бэй Сён. Ты не понимаешь. Ты все ещё используешь эту проклятую силу и молишься грязным божкам. Радуешь их хвалебными речами после того, как они отняли у тебя семью. Мало тебе было? Нравится тебе эта жалкая сила? Я не собираюсь умолять богов. Не собираюсь их ни о чем просить. И уж тем более не намерен извиняться. Я ни о чем не сожалею, а за грехи моей семьи я накажу виновных справедливее богов. Вот увидишь.       – Я тоже их ненавижу, – прошептал Бэй Сён. – Но я вынужден продолжать.       – Ах. Вот оно как. Они и тебе угрожали?       Бэй Сён не ответил, что красноречиво говорило о согласии.       – Ты ранен не меньше меня. Только я оставил это в прошлом, а ты продолжаешь играть в их игры.       Су Юн болезненно зажмурился. Лю Вэй заволновался.       – Искорка?       – Нам не стоит этого слышать.       – Войти сейчас и потревожить – тоже неправильно. Нужно дать им закончить.       Глаза Су Юна погрустнели. Он понимал гораздо больше Лю Вэя. Разговор двух мастеров казался ему личным.        «Та тайна... Мастер Бэй Сён доверил её Су Юну... Так клан Сён поредел из-за богов?.. Что случилось?..»       Су Юн не собирался давать ответы. Из разговора подробностей тоже было не узнать. Учителя продолжали обсуждать прошлое.       – Я и не приглашал тебя снова стать Небесным Избранником. Честно говоря, я даже завидую тебе. Я не смог избежать этой судьбы, не смог сбежать о них. Но сейчас, вновь заплатив цену, ты полон злобы. Она разъедает твое ядро. Ты должен успокоиться.       – Я спокоен.       – Не спорь со своим лекарем.       – Я тебя в лекари не выбирал, – фыркнул Тэй Шу. – Меня притащили насильно.       – Ты бы предпочел стать калекой? – хмуро спросил Бэй Сён. – Я могу опустить руки.       Тэй Шу цыкнул от обиды. Мучительно было признать, что он зависит от Бэй Сёна.       – Я помню твой взгляд. Тот, с которым ты провожал меня. Эта жалость... Я ненавидел ее даже больше, чем Небесных Владык... Они не хотели мне помочь, но ты... Ты хотел. Только испугался. А потом они наказали и тебя.       – Это была не моя вина, – резко ответил Бэй Сён.       – Боги винят всех одинаково. Они ненавидят людей. Особенно Чжёнгью и Сяолун. Они упиваются властью над теми, кто живёт в совсем другом мире. Порой мне кажется, что они просто развлекаются, раз за разом испытывая нас и пользуясь тем, что у нас нет искры, а у них есть. Эта ярость никогда не утихнет.       – Даже рядом с Лю Вэем? – каверзно спросил Бэй Сён.       – Он не из Хэкина, – холодно отозвался Тэй Шу, не желая давать ответ.       – Но он сейчас в Хэкине. Рядом с тобой.       – У меня есть уверенность, что однажды он поможет мне, – загадочно произнес Тэй Шу.       Бэй Сёну не понравился этот ответ.       – Что ты задумал?       – Ничего. Я просто вижу его желание. У меня впервые есть ученик.       Бэй Сён задумался над его словами.       – И твое сердце может оттаять, да?       Тэй Шу хмыкнул. Его не нравилось, что лекарь раз за разом уязвлял его.       – Так и знал, что так будет. Прекращай. Я тебе не принцесса, чтобы у меня к кому-то теплела душа. У меня свой путь.       – Но наши дороги пересекаются с другими. Мы не можем этого игнорировать.       – Можем.       Своим холодом Тэй Шу испортил сентиментальный момент, но Бэй Сёна это рассмешило. Затем смех закончился. Остались лишь сожаления.       – В тот момент я не мог тебе ничего дать. Сейчас же могу.       – Мне мерзко принимать помощь от любимца богов, – непокорно произнес Тэй Шу.       – Потерпи уж. Никого другого я к тебе не подпущу.       – Боишься за них или за меня?       – За всех.       – Я бы просто их не пропустил.       – Тебя бы не спрашивали! А теперь расслабь живот и лежи получай удовольствие. Иначе моя ци причинит тебе боль.       Разговор закончился. Лю Вэй был слегка озадачен, но приятно удивлен, что учитель верит в него. В его помощь. В его искренность.       Су Юн лишь больше забеспокоился, но держал чувства при себе и прошептал:       – Думаю, сейчас подходящее время.       Лю Вэй кивнул.       – Пойдемте.       Серебряный Дракон отодвинул дверь локтем и вошёл в комнату. Су Юн хвостиком проскользил за ним.       – Учитель, я принес Вам завтрак.       Тэй Шу приподнял голову, выглянул к ученику и накрыл глаза ладонью, испытывая стыд и неловкость. Тэй Шу был обнажен по пояс. Бинты были развязаны и лежали рядом. Бэй Сён держал ладони над его ядром и концентрировал в нем энергию. Сила магии пульсировала в воздухе, и даже Лю Вэй, чувствовавший чужую ци слабее заклинателей, восхищался силой рук учителя. Заклинание было очень сложным, из-за чего ученик сразу смолк, чтобы не отвлекать мастера.       Су Юн стыдливо опустил голову, держа одеяние перекинутым через предплечья. Он хотел поскорее уйти, ведь Бэй Сён обучил его не мешать работе других лекарей, а предыдущий учитель запрещал даже думать о том, чтобы смотреть на обнаженные тела. Ладно, когда сам лечит, но, видя уязвимость и неловкость Тэя Шу, хотел поскорее избавить человека от чувства стыда.       – Толпой пришли... – фыркнул Тэй Шу и выдохнул от приступа боли. Процесс лечения был отнюдь не лёгким. Он выгибался в спине и цеплялся пальцами за покрывало.       Су Юн хотел бы облегчить его боль, но знал, что учитель делает все максимально аккуратно. Если бы можно было сделать процесс безболезненным, Тэй Шу бы не мучился. Лю Вэю и Су Юну стало жаль змея. Тэй Шу ненавидел жалость.       – Простите, что помешали. Еда и одежда...       – Я же сказал, что завтрак до рассвета, – хмуро напомнил Тэй Шу. Казалось, его раздражало абсолютно всё.       Су Юн бережно сложил одеяние на пуфе и, поклонившись, поспешил уйти. Лю Вэй хотел остановить друга, но понимал, что тот поступил по совести.       – Я проснулся немного позже. Прошу меня простить. Однако, мы компенсируем упущенное время изысканным вкусом. Обещаю, Вам понравится!       Взгляд Тэя Шу явно выражал то, что ему сейчас не до еды.       – Я не буду Вас отвлекать... – произнес ученик, чувствуя неловкость.       – Нет, останься, – приказал Бэй Сён. – Я уже всё, – с этими словами он отнял руку и закрыл повязкой божественный глаз. У Тэй Шу глаз тоже был закрыт. Лечение займет много времени. – Помоги ему одеться и приведи в порядок. Встреча у императора скоро начнется. Нам нужно прийти раньше остальных. Ты понимаешь.       – Да.       – Я сам могу одеться, – хмыкнул Тэй Шу, раздраженный тем, что его считают настолько немощным.       Бэй Сён вернул бинты на место.       – Побереги силы и прекращай вредничать. Лю Вэй поможет тебе. Да?       – Конечно, всё, что угодно.       – На всё про всё у Вас одна палочка благовония. Лучше управиться быстрее.       – Хорошо, учитель!       На этом Бэй Сён покинул комнату, оставив ученика и учителя наедине. Тэй Шу вздрогнул и накинул одеяние подопечного на плечи, пряча бинты и шрамы. Он приподнялся и сел, гордо повязав пояс. Состояние его сложно было назвать хорошим. Тэй Шу был очень слаб. Магия Бэй Сёна словно отняла у него последние силы. Во всем чувствовалась скованность, вызванная болью. Лю Вэй по себе знал, что даже после сильных чар боль какое-то время сохраняется. И в таком состоянии он должен был появиться перед главами кланов? Просто немыслимо!       – Как Вы, учитель? – мягко спросил Лю Вэй. Он заметил, что оставленная на ужин посуда уже была убрана. Теперь поднос с завтраком стоял там же, где вчерашний ужин. Тэй Шу тяжело дышал, глядя на еду. Он будто сомневался, хватит ли ему сил, чтобы поесть.       – Сам же видишь, – грубовато ответил Тэй Шу. Он не любил глупые вопросы, но Лю Вэй спросил из беспокойства и не считал свой вопрос глупым.       – Еда придаст Вам сил.       – Знаю.       – Как прошла ночь? Вы чувствуете себя получше?..       Тэй Шу проигнорировал его и продвинулся к столу. Вытянул руку, и она задрожала. Тогда он обхватил свою руку второй, унимая дрожь, и заставил себя взять ложку. Лю Вэй отвернулся, чтобы не смущать учителя вниманием.       Тэй Шу ел спокойно. Он больше не сопротивлялся: то ли из-за вкуса еды, то ли из-за ограниченности времени на сборы.       – Мы отстирали Ваше одеяние. Оно теперь совсем, как новое! Су Юн даже подшил его. Он приловчился маскировать стежки узорами. Вышло очень опрятно. Сегодня важный день, поэтому я могу помочь Вам с прической и остальным...       – Я уже сказал, – устало буркнул Тэй Шу. Он доел и тягостно поднялся на ноги. Лю Вэй хотел прийти ему на помощь, но понимал, что учителю сегодня придется весь день стоять на ногах, и опереться ему будет не на кого. Чтобы главы кланов и император признали его силу, он должен показать характер. Должен всё сделать сам.       Тэй Шу встал на ноги и разделся. В движениях чувствовалась скованность, но на лицо он оставался абсолютно спокоен.       Лю Вэй расправил одеяние и поднес его к учителю. Тэй Шу взял его из рук ученика и накинул на себя, завязал пояс, уязвимо похлопал по бёдрам, не чувствовавшим привычных клинков. Тэй Шу хмыкнул повязал волосы лентой в пучок и выпрямился, не сомневаясь в своей неотразимости.       – Вы прекрасно выглядите, господин, – приободрил его ученик. – И прекрасно владеете собой.       Тэй Шу вжал живот, вытянул шею, сложил руки за спиной и вернул себе царственное превосходство.       – Пошли, – приказал учитель. Первые два шага выдавали его хромоту. Тэй Шу сморщился, преодолел эту слабость и следующий шаг сделал уверенно. Лю Вэя восхищало его самообладание.       – Всё будет хорошо, учитель. Мы со всем справимся! – решительно произнес Лю Вэй, ступая шаг в шаг со змеем.       – Не будет, – произнес Тэй Шу, неся в себе дурное предчувствие. Он не ждал ничего хорошего от предстоящего собрания, и Лю Вэй впервые увидел волнение в учителе. Весь мир Тэй Шу мог рухнуть в одночасье.       – Я буду Вас защищать, – добавил Лю Вэй.       Тэй Шу хмыкнул и гордо поднял голову, глядя только вперёд. Он ждал церемонию и не мог думать ни о чем другом. Уже скоро они увидят императора. Уже скоро решится его судьба.