"Нелепый мальчишка" или "Гей по соседству"

Стрелки часов уже подкрадывались к одиннадцати. Родители легли спать, а Егор сидел на не разобранной кровати с ноутбуком на коленях, изо всех сил пытаясь унять мысли и успокоить совесть. После содеянного сегодня беспокойство не покидало. Первый час, по возвращению от Ильи, тот просидел на подоконнике, ожидая, что девушка Алена вернется, или же Илья сам отправится на поиски приключений, ибо рассчитывающий на секс организм убедить в том, что сегодня он в пролете, сложно. Но, к удивлению, никто так и не появился. Свет в квартире напротив, продолжал гореть. Егор уже и душ принял и с отчимом отрывок телепередачи посмотрел, дабы отвлечь себя. Справиться с эмоциями не получилось. И теперь он тупо шарился в интернете в поисках интересной для себя информации. Телефон зазвонил неожиданно и мальчик боязливо повернул в его сторону голову. На экране высветилось изображение соседа. Егор украдкой сфотографировал его, когда тот собирал шкаф, и теперь, время от времени, мог лицезреть его потное мускулистое тело на своем экране. Возникла трусливая мысль – не брать трубку, а потом сказать, что спал. Но тусклый свет в комнате горит и сосед это, скорее всего, видит. Дрожащей рукой Егор принял входящий. - Не спишь? – устало спросит голос. - Я уже собирался, - замялся тот. - Да хватит ты… детское же время. Приходи ко мне фильм смотреть, что там у тебя на флешке было. У мальчика аж дыхание сперло. - У тебя же свидание… - тихо, при этом ожидая возмущений и возможных проклятий. - Она меня кинула. Не пришла. Представляешь? – голосом ничего не выдающим агрессию. - Сочувствую, - выдыхая с облегчением. Илья не орет, не скрипит зубами, а стало быть, не догадался. Но тревога до конца не отпускает. Слишком уж голос у него спокойный (ленивый с нотками пофигизма). - Нефиг мне сочувствовать. Приходи. Завтра выходной, так что, поднимай задницу с койки и тащи ее сюда. - А может завтра? – боязливо. - Не драконь меня. Через 10 минут жду. Должен же ты проявить дружеское участие. Твоего товарища бортанули. Так что мигом… - и отключился. Егор улыбнулся. Похоже, звезды на его стороне. Сосед спокойный, зовет фильм смотреть. Правда, спокойствие это какое-то странное. Пирожков наелся? Подрочил? Через 10 минут мальчик уже стучался в дверь соседа. Тот открыл и Егор ахнул. Он же пьян в стельку. - Проходи. - Может лучше завтра? – он уж было хотел развернуться, но был пойман за капюшон худи и закинут в квартиру. - Флешку принес? Что там у тебя интересного? – закрывая дверь. Рубашка на выпуск, до середины груди расстегнула, рукава закатаны. Черные джинсы красиво облегают накаченные бедра. Он даже не переоделся. Просто напился в зюзю. - Не пришла, значит? – нерешительно начал свою успокоительную речь Егор. – Ты не расстраивайся. Может, что случилось, - а у самого в груди все клокочет и сердце норовит выпрыгнуть изо рота. – Ты звонил ей? - Да. Она сказала, что ошиблась адресом. Младший боязливо протянул тому флешку, стараясь не смотреть в глаза. - Такое может быть. Я однажды теткин дом искал, а там номерация сбита оказалась. Построили несколько домов сзади, - затараторил тот, - полдня кругами ходил. А тут, девчонка. Ей вообще простительно. Вы на другое время договорились? - Нет. Я не стал с ней больше договариваться. Сначала эта дрянь трубку не брала, а потом вдруг заявляет, что не нашла. Не хотела – так сказала бы сразу. Нечего из меня идиота делать. Этот дом найти труда не составляет, - решительно. - Понятно, - печально, а у самого от сердца отлегло. Раз она сюда больше не придет, так и вопросов лишних не возникнет. - Сказала, что ей мальчишка какой-то дверь открыл и заявил, что он там с семьей живет. Глупости какие-то придумывает, - вставляя флешку. – Ты садись. Налить тебе коньячку? Я один почти всю бутылку «уговорил». - Для меня это слишком крепко, - Егор присел на край дивана, ожидая загрузки фильма. Хозяин же, прошел к столику, где стояла бутылка и наполнив два бокала, один протянул гостю, - пей. - Не-е… - Пей! – приказным тоном. Тот кивнул и принял бокал, не торопясь пробовать напиток. Илья легонько чокнулся бокалом, - ну, за честность, - и сразу выпил. Мальчик лишь коснулся губами, слизал с них горькую жидкость и чуть поморщился. Первый фильм самостоятельно запустился. - Что это? - «Достать ножи - 2» - детектив, - пояснил он, - я первый фильм смотрел. Мне зашло. Кулик, стоящий рядом, снова перевел взгляд на гостя, нерешительно языком пробующего коньяк. - Как кот, ей Богу. Пей по-человечески, - надавливая на дно бокала, заставляя отпить. Егор закашлялся и тот хихикнув, отошел. Он развалился на диване, широко расставив ноги и утупился в телевизор. Мальчик тоже заинтересовался сюжетом. Какое-то время они тихо сидели, попивая коньяк. Илья что-то комментировал, смеялся над героями, а младшего не отпускала тревога. Он смотрел на друга и видел в нем напряжение, несмотря на расслабленный внешний вид. Стало быть, не подрочил, - решил он, нервно закусывая губу. - Не грызи губы, - заметит тот. - Не буду, - тихо обещая. – Мне, наверное, домой пора. - Как это? А фильм досмотреть? - Поздно уже… - Ой, да брось… ты же хотел посмотреть со мной фильм, - в голосе послышалась жесткость. Егор отставил бокал, показывая свои намерения, но встать не успел, тот вырос рядом с ним молниеносно. - Мне, правда, пора, - мяукнул мальчик, но больше ничего сказать не успел. Илья больно схватил его за лицо, сжав щеки, и припечатал затылком к мягкой спинке дивана. Он протиснул колено между его ног, опираясь и навис сверху. - Это ведь ты был, да? Ты открыл дверь, когда я в ванной был? - Пус-ти-и… - вырвался стон. - Да хрен тебе! Зачем ты это сделал? – гневно сверкая глазами. – Фильм захотел посмотреть с другом? Или не с другом? Какой ты мне друг-то после этого. Егор дернулся, - это не я, - последняя попытка спастись от натиска взбешенного товарища. - Врешь! Я знаю, что ты. Ты уже час сидишь, как на иголках и боишься смотреть мне в глаза, - констатация. – Я вот думаю: совесть мучает? Или же ты просто боишься, что я тебе наваляю? Но знаешь что еще интереснее: зачем? Зачем ты это сделал? – отталкивая того и выпрямляясь. Голова дернулась в сторону и мальчик зажмурился на пару секунд. Говорить правду сейчас было опасно, но тот не дурак и кажется, такой вариант ответа тоже рассматривал. - Надеюсь это не то, о чем я подумал. И ты не настолько глуп, чтобы запасть на меня, - озвучивая подозрения. Не настолько. Я еще глупее, - захотелось сказать, но Егор лишь закусил губу. Илья сделал пьяный шаг назад и воспользовавшись моментом, тот вскочил и метнулся к двери, но был настигнут и припечатан грудью к стене. Чуть нос не сломал. Парень прижал его сзади своим телом. - Ну, давай, рассказывай, - призвал Илья. – Как ты себе это представлял? - Что? Я ничего не сделал, – испуганно пролепетал Егор. - Я не спрашиваю о том, что сделал. Я спрашиваю о том, как ты себе это представлял: как я завалю тебя… или, быть может, сначала поцелую… Как ты это видел в своих пидорских фантазиях? – зло прошипел на ухо. - Отпусти. - Да, хватит, - смешок. – Ты же этого не хочешь. Ты хочешь, чтобы я тебя раком поставил и выдрал, как клубную шалаву. Разве ни так? Разве не об этом мечтал, когда сталкерил из окна? Быть на месте одной из моих девок разве не хотел? – хватая за бока и приживаясь пахом к его заднице, потираясь и громко сопя, почти рыча. - Пожалуйста, Илья, отпусти. Ты – пьян, - он и впрямь начал опасаться, как бы мелкая пакость не вышла ему раком. - Пьян, - соглашаясь. – Трезвый я бы такого не сделал, а пьяным мне интересно наблюдать за твоим страхом и метаниями. Ведь на самом деле тебе хочется… - опаляя горячим дыханием ухо, - хочется, чтобы я тебе вдул. - Я домой хочу, - пропищал мальчик. - Разве? – запуская руку под его футболку, прижимая к себе сильнее, оглаживая живот, цепляя соски. – А мне кажется: ты хочешь другого… Трахнуть тебя? – издевательским тоном. Егор уткнулся лбом в холодную стену. По-правде говоря – он уже заводился. Любимое тело жалось к нему, болезненно лаская грубыми жестами, громкое дыхание сводило с ума. И уже, кажется, не хочется никуда идти. И он уже вовсе не против жесткого натиска товарища и его колких слов. Ведь умом понимает, что второго такого раза не представится. Сейчас тот пьян, зол и хочет отомстить за испорченный вечер. Завтра, когда протрезвеет – возненавидит обоих. И очень может статься, что прижаться к его твердому телу уже никогда не получится, если его, конечно, вообще захотят видеть. А между тем, Илья принялся имитировать толчки, уткнувшись носом в его затылок. Мелькнула дикая мысль позволить ему все. Егор уже и так блаженно закатывал глаза, дыша через широко открытый рот. В паху нещадно припекало. Захотелось сползти по стенке вниз и сдохнуть у его ног. - Тебе нравится? Нравится, когда я так делаю? – толкаясь грубее и тут младший осознал, что у того тоже встает. - Да, - обреченно выдохнул он. - Вот не удивлен… Удивлен другому, - опуская руки и отступая, - что и мне тоже, - глядя на свою вздувшуюся ширинку. – Даже член предал меня. Вот какой я невезучий… Я просто давно не трахался, оправдывая себя и чуть покачиваясь. Егор медленно повернулся, встречаясь взглядом с товарищем. Открыл рот, чтобы что-то сказать, да закрыл обратно, так и не найдя слов. - Проваливай, - скомандовал парень. - Илья, - подаваясь вперед, но тот вытянул руку, отталкивая его обратно к стенке. - Вали, я сказал, - опуская взгляд и замечая, как мальчик возбужден (руки дрожат; штаны, в районе ширинки, оттопыриваются; губы просяще приоткрыты). Мгновение и Егор кидается вперед в попытке поцеловать, но тот, будто прочел его мысли, и больно схватив за шею, снова прижал к стене, держа на вытянутой руке, словно боясь быть ближе. - Я хочу тебя, - с мольбой. - Не смей! – одернул Кулик. - Пожалуйста, - в глазах блеснули слезы. - Уходи, - убирая руку. - Я открывал дверь, когда она пришла, - бесстрашно заявляя. – Среднего роста, русые волосы… милая, - чтобы у того не осталось сомнений. – А когда она ушла, я еще и звонок ее на твоем телефоне сбросил. И можешь убить меня за это. Плевать! Я просто ревновал… Ты сам понял… ты все понимаешь. Удар в челюсть сбил спесь с храбреца, но оказался недостаточно сильным, чтобы тот, психанул и ушел. Неужели это конец? – вертелось в его голове. – Сейчас он вышвырнет меня и больше видеть не захочет. Что дальше? Наблюдать со стороны и тихо плакать в подушку? Егор не мог потерять то, что имеет: простой возможности быть рядом. Сердце сжалось до горошины. Показывая всем своим видом, что разговор окончен, Илья направился в комнату. Он, молча, отодвинул столик и разложил диван. А затем, методично расстегивая рубашку, снова вышел в коридор, - какого хрена ты все еще здесь? - Не прогоняй меня, - Егор сглотнул слезы. – Я ведь любви не жду от тебя. Просто не отталкивай. Я без тебя сдохну. Прости за эту выходку. Я больше не буду так. - Как? - Буду послушным. В смысле, не буду докучать, - поправился он. - Ух, ты… Может, тогда отсосешь в извинительном порядке? – со злой иронией в голосе. Мальчик поднял блестящие от накопившихся слез глаза на соседа, - а ты хочешь этого? – голос тихий и по девчаче нежный. Илья замер на несколько секунд, внимательно рассматривая, - хочу! Я, если честно, и вдуть тебе хочу, только вот понимаю, что это неправильно. И это признание, словно мед на израненную душу мальчика. - Прошу, - подходя ближе, - я сам все сделаю... – опускаясь на колени. - Постой, - протестующий жест, но тот уже тянется к ремню, лихо с ним расправляясь и откидывая в сторону. Я пьяный, - в голове Илья вертел единственную мысль в свое оправдание, - на это потом и свалю. А еще воздержание… - чувствуя, как тот ныряет руками в его ширинку, высвобождая орган. - Мммммм… Мальчик явно знает, как это делается. То ли делал, то ли порно смотрел – сейчас Илья не хочет об этом думать. Он смотрит сверху, как тот жадно его лижет, обильно смачивая слюною, игриво покусывает, пускает в ход проворный язык и наконец, заглатывает, обхватывая пухлыми губами. Мир поплыл перед глазами. Он и так пьян, а тут еще дополнительная качка. - О, Боже, - вырывается само собой. – Да-а-а… - откидывая голову и глядя помутневшими глазами в потолок. Как я соскучился по хорошему отсосу, - хотел сказать, но вовремя прикусил язык. И запустив руку в волосы малого, принялся направлять, задавая темп и погружаясь в эйфорию. Ощущение неправильности заметно потускнело на фоне накатывающегося удовольствия. Долго мальчик не продержался, закашлялся, когда Илья начал проявлять нетерпеливость. Тот разжал руку, выпуская волосы из захвата. Глаза горят. Тело срочно требует разрядки. Мозг не соображает совсем. А Егор стоит перед ним на коленях, вытирая рукавом подбородок и смотрит снизу вверх оленьими глазами. - Да пошло все к черту, - вырвался рык и хватая мальчишку за плечо, резко тянет вверх, поднимая, а затем, буквально забрасывает в комнату, где толкает на диван. Егор падает безвольной куклой на живот, но не решается сопротивляться. Илья несколько секунд шарится в тумбочке, - у меня тут как-то был анал с одной цыпой, - извлекая смазку. – Нашел! – кидая ее на диван, а следом презервативы. Так часто бывает: ждешь, предвкушаешь, а когда дело доходит, просыпается паника. Вот и Егор сейчас малость паникует, но сам расстегивает джинсы, приспуская. Он искренне жалеет, что не ушел, когда гнали, но отступать некуда. Внутри все дрожит. И когда тот заходит сзади, резко дергая его за бедра, задирая задницу вверх, с силой сжимает в кулаках покрывало, приготовившись к боли. Ясное дело, он не станет целовать его, настраивать и подготавливать. Не факт, что он вообще знает, как это делается и мальчик готов биться об заклад, что гей-порно тот не смотрел никогда. Ему просто нужно снять напряжение, выпустить пар. Егор слышит, как тот матерится, открывая новую пачку презервативов, в итоге, просто ее порвав. Слышит легкий скрип, когда тот его раскатывает по стволу. Звук открывающегося колпачка смазки и ее хлюпанье. Илья обильно смазывает себя, капает на промежность Егора и резко входит нисколько не желая терпеть. Тот вскрикивает, выгибаясь, ощущая резкую боль и сильное распирание, но парень давит ему между лопаток, заставляя снова уткнуться носом в матриц, футболка задирается почти до самой шеи. - Пожалуйста, - только и смог выдавить мальчик. Но сосед его будто не слышал. Он крепко держал малого за бедра, глубоко входя по самое основание. Плавные покачивания то и дело сменялись резкими толчками. Он, то разгонялся, то входил размеренно, поглаживая по спине широкой ладонью. Егор под ним громко дышал, стонал и закусывал покрывало. Но разве он не этого хотел? Так вот, он в руках любимого человека, сливается с ним воедино. А где эйфория? Где ощущение, что все правильно? Что его любят и искренне желают? Нет! Но и отвращения нет. Есть желание отдаться моменту и попытаться насладиться им. И Егор во всю пытается это сделать, абстрагировавшись от тяжких мыслей. Боль уже ослабла и яркие вспышки удовольствия, отдаваясь где-то внутри, словно теплыми лучами простреливали все тело. - Боже, как же классно,- сорвалось с губ, но об этом Кулик пожалеет потом, сейчас время получать удовольствие. – Да. Да. Да. Парень явно не ожидал, что будет настолько хорошо. Мальчишку хотелось гладить. Хотелось прижать к себе. В волосы носом зарыться. Укусить. Быть может, даже поцеловать… Но данные нелепые потребности поглупевшего в процессе секса тела, тот, как мог, старался игнорировать. Илья не педик. Он не такой… И это просто пьяный трах – ничего больше. Оба были на пике. И отчаянно нуждаясь в поцелуе человека, который с такой страстью его брал, Егор выпрямился, пытаясь извернуться, дабы получить желаемое. Тот схватил его за волосы, взглядом впиваясь в лицо, обращая внимание на просящие губы. Движения ускорились. И вдруг, мальчишка взвыл, падая и обильно кончая. Илья догнал его сразу. Навалившись сверху, он с громким хрипом излился в презерватив. Он даже не сразу нашел в себе силы выйти из него и подняться, а уткнувшись лбом в волосы на макушке, что-то мычал и потирался. Не хотелось сознаваться себе в том, что секс был прекрасен. Такой и повторить не грех. Но мысль об этом ушла вместе с окончательным пробуждением разума, когда Илья устало скатился с тела, уставившись в потолок. Что он натворил? Как допустил такое? Наваждение отступило, унося остатки градусов из организма. - Господи! Что это было? – произнес он вслух и Егор все понимает. Он тихонько поднимается, поправляет одежду и на мягких ногах, пошатываясь, направляется к двери. Илья принимает сидячее положение, ладонями растирает лицо. Он все еще надеется, что это был сон, но удаляющаяся спина товарища красноречиво протестует. Он жмурится, трясет головой и слыша шуршание из коридора, вдруг понимает, что должен проводить. Должен посмотреть в глаза, и не увидеть там осуждения. Осуждения может, в них и нет, но вот боли с лихвой. Егор, пошатываясь, обувается, склонив голову, а по носу стекают капельки слез. И отпускать его в таком состоянии просто нельзя, это Илья понимает. Он подходит к мальчишке и хватая за подбородок, задирает голову вверх. - Ты чего ревешь? Тебе больно? – догадка. Тот отрицательно машет головой. У него душа болит, а это другой вид боли. - Тогда что? - Ты больше не станешь общаться со мной, - заявляет тот уверенно, - даже на порог не пустишь. Опасения понятны и откровенно говоря, небеспричинны, но Кулик берет себя в руки. - Не говори глупостей. - Ты так сейчас говоришь, а завтра протрезвеешь и видеть меня не захочешь. Да ты себя в зеркале видеть не захочешь. Ты пожалеешь… - и тут его прорывает на рыдания. - Заткнись. Я уже протрезвел. Из меня весь алкоголь вместе со спермой вышел. И уже пожалел. Егор всхлипнул и вскинул на него взгляд. - Пошли умываться, а то твоя мать меня прибьет, - заставляя того снова разуться и пинком отталкивая кроссовок. Ведет в ванную и нагнув над раковиной сам умывает, словно ребенка. – И прекрати реветь. Я слезы не переношу… И высморкайся, - отойдя за полотенцем. Мальчишка припадает спиной к холодному кафелю, пытаясь успокоиться, когда ему в лицо прилетает салфетка. - Вытрись… и прекрати реветь! Егор промокнул лицо и повернул голову к парню, смотря на него устало-потухшим взглядом, - скажи, тебе понравилось? Неожиданный вопрос и отвечать на него совсем не хочется. - Сисек не хватало, - врет Кулик, о сиськах он и не вспомнил. Хотел было спросить, как ему самому было, но одернул себя. Незачем это. Знать насколько хорошо с ним было парню, информация вообще лишняя. - Ты сейчас ненавидишь меня? - Я и себя сейчас недолюбливаю, но реветь не собираюсь. Я пидором себя не считаю, а ты и до меня себя таким считал. Ну, вдул товарищу по пьяни. Проснулись и забыли. Все! Об этом никто никогда не узнает, и тебе не рекомендую мне об этом напоминать. Егор кивнул. Сейчас он на все согласен. - Общаться мы не перестанем, а любви я тебе никогда не обещал… - подводя итог. – Но если тебе хочется большего, уходи сам, не тешь себя надеждой. Мне нечего тебе предложить. Больше такого не повторится. Но если еще раз мне свидание обломаешь, получишь по полной. Я давно никого не бил. Егор согласно моргает, даже на кивки сил не осталось. - Ты понял: мы закрываем эту тему, ничего не было. Мы только на этих условиях продолжаем общаться. - Угу, - тихо. - Завтра не приходи. Мне нужно мысли в кучу собрать, а в понедельник утром в универ едем, я тебя жду. Понятно? - Да, - медленно хлопая слипшимися ресницами. - А теперь иди. Илья еще долго стоял в ванной. Он слышал, как мальчик обувался, как хлопнула входная дверь… Единственное правильное решение – забыть сегодняшний вечер, навсегда стереть из памяти. Да вот где взять такой ластик? Помнят глаза, помнят руки. - Любое происшествие – это опыт, - заверяет себя вслух парень. – Где еще такой получить? А теперь… срочно бабу, ну или хотя бы нормальное порно. Сейчас ему просто необходимо замазать чем-то картинку перед глазами… любой грязью, чем угодно, лишь бы поскорее.